Переводчик на полставки.

— Я люблю проводить здесь время. Тут так спокойно, тут можно не быть кем являешься, там внизу… — Захарра мгновенно преобразилась - из весёлой неугомонной брюнетки, она превратилась в более спокойную и рассудительную девушку. — Сейчас можно расслабиться, тут нет никаких проблем с работой, тут нет постоянных распри родственников, тут только ты и прекрасный пейзаж. Сказать честно, ты первая, кого я сюда привела, конечно, об этом месте знает мой несносный братец, но он редко сюда ходит, он много работает. Очень много работает. — Грустно закончила Захарра и как-то иронично усмехнулась. — Если он не будет работать, то мне будет угрожать опасность. Порой он так выматывается, что неделями живет в офисе. Обычно это бывает, когда в компании назревает крупная сделка… — Он хоть и ведёт себя, как засранец, но очень заботиться обо мне. Порой мне от этого просто невероятно грустно. — Захарра ещё шире улыбнулась. Начинало светать. Первые алые лучи расползались по городу, переливаясь на оконных зеркальных стёклах. Город вновь сменил личину, теперь он предстал в более невинном виде. Несмотря на то, что на часах едва доходило пять часов утра, машины продолжали активно ездить. Остатки цветных листьев сейчас, где-то далеко внизу шуршали под ногами случайных прохожих. Василиса ёжилась от холода, как никак уже осень и давно бы пора одеваться потеплее, Захарра же сидела в толстом кардигане и утренний холод её вовсе не беспокоил. Василиса знала, что по их договору, она не имела права задавать такие вопросы, но любопытство и даже лёгкое беспокойство за Захарру продолжало бурлить в сердце рыжеволосой. Она просто не могла сдержать этот порыв. — Но почему тебе грустно? Разве это не хорошо, когда о тебе заботятся… — Василиса моментально вспомнила своё детство, брат хоть и интересовался успехами сестры, просто не обращал на неё особого внимания, весь он был полностью погружён в дела компании, даже в столь юном возрасте отец был очень требователен к сыну. Дейлу же учили за границей, где-то в Швейцарии, в какой-то престижной академии, сестра звонила очень редко, у девушки была нелёгкая судьба, жизнь заставила научиться самостоятельности в довольно раннем возрасте. Василиса глубоко вздохнула, что стоило говорить об отце, который кажется вовсе её ненавидит, или о ужасной мачехи. — Хорошо. — Будто издалека, глухо сказала Захара, полностью погрузившись в какие-то свои думы. — Но забота делиться на два вида, одна когда тебя кормят, если заболел, строго следят, чтобы ты принял лекарства, а мой же брат вынужден сильно рисковать. Помимо первых пунктов, он постоянно решает мои проблемы, увы я так хочу тебе всё рассказать, но договор не позволяет, ведь ты сразу изменишь мнение обо мне. — Брюнетка усмехнулась. — Но суть такова, что грустно, от того, что он так глупо может умереть, умереть защищая жалкую плаксивую девчонку. Василиса молчала, как ни странно она прекрасно понимала Захарру. Из-за громкого имени отца, даже мать ушла из семьи и сейчас живёт своей жизнью, возможно даже счастливой… Василиса порой часто задумывалась, думает ли о ней мать, хоть Василиса и старалась ненавидеть женщину, которая так тихо ушла, когда Василисе даже года не было, но как говориться, надежда умирает последней. — Наверное ты хочешь, чтобы он перестал это делать. Но ты не представляешь, как это глупо с твоей стороны, ведь когда нет человека, на которого можно положиться гораздо тяжелее. — У тебя нет такого человека? — Василиса не смотрела на Захарру, но отчётливо чувствовала на себе пристальный взгляд карих глаз. — Неа. — Просто ответила рыжеволосая. — Но у меня есть человек о котором я очень часто думаю, увы я не видела его уже целых двадцать пять лет и последнее, что от него осталось эта старая помятая фотография. — Василиса подавленно замолкла. — Но почему ты не попыталась найти этого человека? Насколько мне известно твоя семья очень влиятельна, и при желании тебе даже рукой махать не надо, этот человек сам к тебе придёт. Или ты из тех кто не пользуется деньгами богатого папочки? — Отец приходит в ярость стоит только упомянуть этого человека. — Горько усмехнулась Василиса. — В моём доме есть только одно правило. Делать вид, что человека который мне дорог, не существует. Да у меня есть брат который обо мне заботиться., но порой мне кажется всё это красивой фальшью, я так привыкла справляться со всем сама, что мне просто страшно, когда кто-то влезает. В детстве у меня не было друзей, я постоянно была одна, вместо поддержки получала только ненависть. — Но где в то время был твой брат? — Захарра кажись вовсе забыла о заключённом договоре, ей разъедала жгучая обида за Василису. — Отец обучал его предпринимательству, он часто ездил в командировки, да и учился за границей, как и моя сестра. Не думаю, что ему было какое-то дело до меня, отец сводил всё общение к минимуму. Девушки замолчали. Плотно сжав губы Василиса чётко передумывала сказанное ей, а ведь раньше она тщательно отрицала всё это, так почему из-за какой-то девчонки, она так легко признала горькую правду? Даже о матери заговорила, да что с ней сегодня. Захарра же молчала обдумывая историю Василисы, брюнетка даже предположить не могла, что Василиса так глубоко тонула в этом опасном океане, вернее скорее в луже с грязью, что вылили на неё. Нарушая неловкое молчание, Василиса громко чихнула. Утренняя прохлада давала о себе знать. Захарра громко рассмеялась, чих Василисы оказался очень смешным и странным, вскоре Василиса уже тоже смеялась вместе с брюнеткой. Подавленное состояние сменилось, такой лёгкой доброй грустью, которая как бы осела пылью на легкий, но ты так привык к этому першению в горле, что просто уже не замечаешь. У Фэша просто жутко затекли ноги от одного положения, он так внимательно вникал в разговор сестры и Василисы, что даже забыл дышать, только бы услышать, сквозь порывы ветра их слова. Фэш знал о подавленном состоянии сестры, знал, как ей плохо от его опеки, но бросить на произвол судьбы просто не мог. Парень понимал, что сидеть с этом до жути неудобно положении он просто не сможет, принял очень сложное решение, только он надеялся, что сестра не узнает, правду. Ну, а пока он опять солжёт ради её же блага. Беззвучно, словно кот парень подполз к двери и резко встал и открыл её, сыграл сценку, мол я только, что вошёл. Девушки, как по команде обернулись на источник звука. Глаза Василисы распахнулись от изумления, а Захарра же плотно сжала губы, выражая своё недовольство. Несмотря на изумлённый взгляд рыжеволосой, Фэш подошёл к сестре и сев рядом прижал к себе. — Ну что же ёжик, я смотрю ты обзаводишься друзьями. — Как грустно сказал парень. — Только впредь предупреждай меня, если хочешь опять попрыгать по крышам, всё-таки я волнуюсь. — Лёд в голубых глазах растаял оставив только большие голубые тёплые ватные облака. Василиса встала неловко переминаясь с ноги на ногу. И правда, как она не заметила сразу? Ведь они похожи не только внешность, но и повадками, манерой речи и даже брови выгибают одинаково, у Захарры тоже были ямочки, только не такие как у Фэша, у неё они были еле заметными, но имелись. Василиса была намерена уже уйти, как получила насмешливый взгляд Фэша. Щёки непроизвольно вспыхнули алым огнём, слава всем Богам, телефон запел навязчивой мелодией оповещая о звонке. Василиса моментально ответила. — Я? Эээ, ну дело в том, что я не знаю. Ну тут, тут… — Василиса начала вертеть головой в надежде зацепить подсказку. — Я не знаю. — Отчаявшись сказала рыжеволосая. — Слушай, я сама доеду до дома, не волнуйся, если что-то случиться я обязательно позвоню. — Не дослушав нотации брата, который наверняка всю ночь не спал, Василиса отклонила вызов. Переведя взгляд на хитро улыбающегося Фэша, и весёлую Захарру, Василиса смутилась окончательно. Утро не хотело отпускать девушку и она вновь смешно чихнула, Фэш с большим усилием сдержал смешок, а Захарра не стесняясь громко рассмеялась. Фэш рывком поднялся и с невозмутимым видом накинул на Василису своё чёрное пальто, оставшись в белой рубашке. Только его лукавые огоньки в глазах выдавали, его весёлый настрой. Василиса попыталась снять пальто, но Фэш чуть приобнял Василису за плечи не давая снять тёплую вещь. Девушка залилась новым слоем краски, уже бы сам помидор бы отдыхал в сторонке. Захарра на сие действие весело хмыкнула думая о своём. После чего первая поспешила покинуть крышу. Уже из подъезда послышался её звонкий голос: — Эй, пошлите! Я даже готова сегодня печеньем поделиться! — - Фэш на это только улыбнулся и наклонившись к уху Василисы прошептал: — Это хороший знак, она жуткая собственница, а если зовёт тебя в гости, да еще и печеньем делиться, то и правда стала ей подругой. После чего, не давая шокированной Василисе шанса что-либо спросить, потянул её к двери.