Я видел Дьявола

Принимая соболезнования от детективов, Нарцисса Малфой старалась держаться с достоинством, однако ее горе выдавали красные глаза и некрасиво распухший нос. Несмотря на то, что фрагменты с трупом были заклеены желтыми бумажными квадратами, дрожащие бледные руки не смогли удержать стопку фотографий, и Гарри пришлось сесть на корточки у подножья антикварной софы, собирая их. — Это слишком, — вдова отвернулась, не желая, чтобы детективы видели, как искажается ее лицо. — Прошу, оставьте меня в покое. — Миссис Малфой, мы понимаем ваши чувства, но пожалуйста… — Понимаете?! — взвилась Нарцисса, сощуривая болезненно горящие от непролитых слез глаза. — Мы были вместе всю жизнь, плечом к плечу! Думаете, Люциусу так просто все досталось? — она махнула рукой на дорогую обстановку гостиной. — Он работал день и ночь, чтобы обеспечить нашу семью, делал все, чтобы его сын никогда не столкнулся с нищетой, через которую ему самому пришлось пройти. И все для того, чтобы какое-то… — она громко всхлипнула, — какое-то чудовище посмеялось над ним… убило таким… Нарцисса разрыдалась, спрятав лицо в ладонях и сотрясаясь всем телом. Детективы переглянулись. Гарри потянулся, чтобы убрать фотографии в папку, но Северус пробормотал с досадой: — Нужно сейчас. Поттер вновь робко обратился к миссис Малфой: — Пожалуйста, взгляните еще раз. Вы можете помочь найти убийцу вашего мужа. Нет ли здесь чего-то странного, предметов, которых тут раньше не было, или которые лежат не на своем месте? Сделав над собой усилие, женщина вновь взяла фотографии. Ее губы кривились и дрожали каждый раз, когда она брала в руки очередной снимок с заклеенным фрагментом; казалось, будто женщина подавляла в себе стремление сорвать желтую бумажку, увидеть, что она скрывает, но одновременно боялась этого до смерти. — Вот, — сказала Нарцисса вдруг, и в ее надтреснутом голосе скользнуло удивление. — Эта картина… она перевернута. Гарри выхватил из ее рук фотографию. Речь шла об одном из больших абстрактных полотен, украшавших кабинет Малфоя. — Вы уверены? — уточнил Северус, склоняясь к Поттеру, чтобы рассмотреть причудливое переплетение линий и геометрических фигур. — Разумеется. Мы приобрели ее вместе, — поняв, что они напали на след, Нарцисса перестала лить слезы и впилась в детективов горящим взглядом. — Что все это значит? — Мы пока не уверены, — ответил Гарри прежде, чем Северус выдал ей одну из дежурных фраз. — Но обещаю вам, миссис Малфой, мы найдем убийцу вашего мужа. * * * Было решено сразу же ехать в Малфой Билдинг. Криминалисты, исследовавшие кабинет на предмет улик и отпечатков, проверили там чуть ли не каждый сантиметр; они вряд ли пропустили бы что-то существенное. Тем не менее это была единственная зацепка, так что проверить ее следовало незамедлительно. — Ты правда уверен, что сможешь найти убийцу? — негромко спросил Северус, когда они ехали на заднем сиденье полицейской машины — один из охранявших Нарциссу сержантов согласился отвезти их в нужное место. На секунду он и Гарри встретились взглядами. Зеленые глаза мерцали, отражая свет проносящихся мимо фонарей. — Разумеется. Этим мы и занимаемся, разве нет? — Это не всегда работает так, как тебе хочется, — покачал головой старший детектив. — Ты собираешь улики, и кажется, что все выстраивается в складную версию, но по итогу… Некоторые жертвы остаются неотомщенными, Гарри. Он запнулся, осознав, что впервые назвал его по имени. Это было странное, незнакомое ему доселе чувство: губы словно сами произнесли короткое слово из двух слогов, и как только оно прозвучало в мягкой тишине салона, Северус испытал ничем не объяснимое облегчение. Гарри вроде бы не заметил его смятения; он смотрел в окно со своей стороны, уперев подбородок в ладонь, и явно имел, что сказать на пессимистичное высказывание коллеги, но то ли он не хотел затевать этот разговор при сержанте, то ли его немного разморило от вина — на этот раз он промолчал. В кабинете Малфоя, прежде чем снять картину со стены, детективы еще раз внимательно ее осмотрели. Полотно было размером почти в человеческий рост и содержало изображение геометрических фигур всех оттенков серого, поэтому неудивительно, что никто, кроме вдовы, не обнаружил ее неправильного размещения. Надев одноразовые перчатки, Северус легко провел пальцами по краям обтянутых холстом досок, но и это не дало никаких результатов — картина плотно прилегала к стене, держась на специальном креплении сверху. — Снимаем? — хриплым от напряжения голосом спросил Гарри. Они взялись за противоположные стороны полотна и, стараясь не совершать резких движений, приподняли его, чтобы снять с крепления. Картина оказалась неожиданно тяжелой, и Северус поморщился, ощутив, как физическая нагрузка отдается болью в старой ране. Однако когда он увидел скрытый ранее участок стены, все остальное отступило на задний план. В стене находился сейф с круглым механическим замком, и его дверца была едва заметно приоткрыта. Гарри нетерпеливо потянул картину на себя, в одиночку убирая ее в сторону. Он уже хотел открыть дверцу, но Северус остановил его: — Отпечатки. Достав баночку с черной пудрой, он набрал немного на маленькую намагниченную кисть и тщательно покрыл участок дверцы. Эффект оправдал самые смелые ожидания — сейф был буквально испещрен следами пальцев. И Северус был готов биться об заклад, что часть из их принадлежала отнюдь не Люциусу Малфою. Лишь после этого он сделал жест, чтобы Гарри открыл дверцу. Внутри, на обитой красным бархатом поверхности, лежала видеокассета. — Черт, — выдохнул Поттер. — Это же… — Вызывай дактилоскописта, — глухо вымолвил Северус и отшатнулся, сгибаясь от вновь нахлынувшей боли. — Эй, вы в порядке?! — парень подхватил его под руку и помог дойти до кушетки. — Что случилось? — Таблетки… я оставил их дома. Ничего, скоро… скоро пройдет. Он, разумеется, обманывал — и Поттера, и самого себя. Без обезболивающего станет лишь хуже, но столь важную улику, объединяющую два убийства, нужно было доставить в техническую лабораторию, а отпечатки… — Нет, — твердо сказал Гарри. — Поезжайте домой, я сам дождусь специалиста. Вы же знаете: даже если отпечатки загрузят в базу в течение пары часов, совпадение может быть найдено только через сутки. Кассету мы все равно не просмотрим до утра, ее не оцифруют так быстро. — Северус попытался встать с кушетки, но Поттер удержал его, положив руку на плечо. — Я серьезно. Отдохните, на вас лица нет. Северус кивнул, мрачно подумав, что он сейчас, должно быть, и правда жутко выглядит. Помимо этого, в доводах Гарри был здравый смысл — ему нужно прийти в себя к утру, когда будут получены результаты проверки дактилоскопической базы и анализа из технической лаборатории. Признавать свою слабость было неприятно. Тем более не перед кем-то вроде Муди, а перед сильным и полным энергии молодым мужчиной, который еще совсем недавно смотрел на него с уважением и восхищением, а теперь, казалось, не испытывал ничего, кроме жалости. Выбора у Северуса, по сути, не было. Договорившись встретиться утром в отделе, он уехал на такси, оставив Гарри дожидаться специалиста по отпечаткам. * * * Сон не шел. Таблетки действовали медленно, и Северус, подстегиваемый резью в боку, еще какое-то время бродил по квартире. Он хотел было выпить еще алкоголя, чтобы побыстрее уснуть, но мешать его с лекарством было не лучшей идеей. К тому же, он и так чувствовал себя не совсем трезвым. Нечто иное, кроме боли и азарта расследования, овладело им. Неясное, мучительное возбуждение, давно позабытое и похороненное, рождалось где-то в солнечном сплетении, расходясь по телу горячими волнами, — а может, то было обезболивающее, наконец-то возымевшее свое действие?.. Слабость в ногах заставила Северуса опуститься на кровать, вытянуться, чуть застонав от усталости. Он потер виски подушечками больших пальцев, надеясь, что сон придет уже скоро. Мысли, скопившиеся за этот длинный, тяжелый день, безумным калейдоскопом сменялись в голове, и сознание почему-то выхватывало из них лишь один определенный образ. Гарри. Вчера — еще «Поттер», надоедливый и раздражающий. Как он пропустил тот миг, когда юнец завладел его помыслами? Случилось ли это, когда их разделял обеденный стол, и Северус признался, что он гей, а Гарри смотрел на него, понимающе улыбаясь?.. Или же решающую роль сыграло воодушевление, с которым Поттер брался за расследование, огонь, горящий в его невозможно зеленых глазах? Или все было намного проще, и Северусу хватило одного прикосновения — когда он едва ли не потерял сознание от боли, а Гарри поддержал его, прижавшись гибким сильным телом, не давая упасть. Северус думал, что давно вытравил в себе низменные плотские желания, но нет, стоило вспомнить этот эпизод, как новая волна возбуждения окатила его со всей своей огненной силой. Это было ненужно, неправильно… Гарри был натуралом, женатым на чудесной девушке, и он был молод, так чертовски молод! Ни при каком раскладе он не мог обратить внимание на старого коллегу, которого все вокруг не любили за отвратительный нрав. Да, им удалось найти общий язык, но это были скорее отношения учителя и ученика, что делало непристойные мысли Северуса вдвойне отвратительными. И все-таки он не мог противиться своей жажде. Пальцы его, будто обретя собственную волю, скользнули к паху, крепко обхватывая ноющий эрегированный член, проводя по всей его длине; воображение тут же нарисовало нужный образ: Гарри в их общем тесном кабинете; медленно, с дразнящей улыбкой он распускает этот свой невозможно глупый галстук, опускается перед Северусом на колени, проводя по его бедрам загорелыми руками… Из горла вырвался низкий протяжный стон, ладонь на члене задвигалась быстрее. Северус хотел, чтобы это безумие скорее закончилось — и падал в бесконечную пропасть, представляя, как мальчишка с яркими глазами, в которых отражается каждая его эмоция, берет у него в рот, как пальцы при этом погружаются в его беспорядочную шевелюру, наматывая пряди и массируя затылок. Северус уперся ступнями в постель, выгибаясь, когда лихорадочная дрожь достигла пика и сменилась долгожданной разрядкой. Он обмяк, прикрывая глаза и свешивая с кровати залитую спермой руку. Ему чудилось, что кровать под ним раскачивается, словно на волнах, убаюкивая, заставляя проваливаться в блаженную дремоту. Завтра. Завтра он будет думать о том, как после случившегося смотреть Гарри в глаза. А пока что… он заслужил хоть немного покоя.