Я видел Дьявола

Северус стоял на пороге своего кабинета ровно в восемь часов утра. Какая-то неведомая сила заставила его распахнуть глаза еще засветло. Причиной тому стали не гудки автомобилей, к которым он, как житель большого города, давно привык, и не боль, которая дала о себе знать с новой силой и к которой привыкнуть было невозможно. Нет, его разбудила мысль, полуфантазия-полувоспоминание, засевшее в подкорке, зацепившееся там прочным якорем. Мысль о Гарри. Он не испытывал стыда или ужаса после случившегося с ним вечером. Северус был достаточно уравновешенным и рациональным человеком, чтобы списать свою эмоциональную вспышку на физиологию, которой он давно пренебрегал. Он твердо решил, что не будет придавать этому ровно никакого значения и сохранит в отношении детектива Поттера строгий профессионализм. Скоро они прекратят совместную работу, так что испытывать собственную выдержку Северусу предстояло меньше двух недель. И вот он замер в дверях кабинета, зачем-то позволив себе разглядывать спящего прямо за столом мальчишку. Перед этим Северусу пришлось прогнать уборщика, пришедшего, чтобы стереть с двери выведенную краской надпись «Детектив С. Снейп». Несчастный старик даже не понял, за что на него зашипели, когда он принялся скрести надпись щеткой, и убрался восвояси, кидая через плечо обиженные взгляды. Северус и сам не знал, почему он не дал разбудить Гарри этим шумом. Тот спал, сложив руки на столе и уронив на них голову; лицо его было повернуто к выходу — как если бы он задремал, ожидая его, Северуса, прихода, — и в нем не было ни капли той бравады, которую Поттер все время напускал на себя. Во сне оно казалось безмятежным, а чуть приоткрытые губы придавали ему беззащитный вид. Очки Гарри валялись на столе — Северус вдруг живо представил, как Поттер снимает их, устало потирая переносицу — и можно было разглядеть густые черные ресницы, едва заметно вздрагивающие во сне. Снейп сердито повел головой. Еще чего не хватало — стоять тут, уставившись на Гарри, как влюбленная школьница! Он уже собирался разбудить его громким окриком, когда к нему подошел курьер из технической лаборатории с пакетом, на которой стояла желтая пометка: «СРОЧНО». Расписавшись в получении, Северус шагнул в кабинет и нарочито громко захлопнул дверь. Гарри вздрогнул, поднял голову, нашаривая рукой очки. — А что, уже?.. — Утро, — закончил за него Северус. — Вы хотя бы предупредили Дафну, что не вернетесь домой? — Написал ей сообщение, — виновато сказал Поттер. — Я хотел дождаться результатов экспертизы. Снейп молча протянул ему пакет из технической лаборатории. Внутри был диск с оцифрованным содержимым найденной в сейфе кассеты — та, как важная улика, уже была осмотрена на предмет отпечатков и других следов, а затем сдана в хранилище. Гарри воспроизвел запись, нетерпеливо постукивая пальцами, пока на экране сменялись вставленные специалистами пометки. Наконец, они увидели то, что Северус и ожидал увидеть. Люциус Малфой стоял на коленях в центре черного ковра, украшавшего его кабинет, умудряясь выглядеть надменным даже в таком положении. Не показывая испуга, он с гневом и презрением смотрел прямо на того, кто снимал его на камеру, хотя, приглядевшись, можно было заметить, что руки его, вытянутые вдоль туловища, слегка трясутся. «Если вам нужно золото, забирайте. Код от сейфа ноль-пять-восемь…», — Люциус пытался говорить спокойно, но голос ему удавалось контролировать хуже выражения лица, и в нем сквозил почти неприкрытый страх. По-видимому, убийца что-то ему говорил, потому что Малфой как будто выслушивал ответ на свое предложение, при этом все больше поддаваясь панике: глаза его распахнулись, а дыхание участилось и стало прерывистым. — Что со звуком? — спросил Северус. — Почему не слышно голоса? Гарри указал на звуковую диаграмму в углу монитора: — Звук в норме. В лаборатории сделали отметку, что на этом моменте нет вообще никаких колебаний, которые можно идентифицировать как голос другого человека. Ничего, даже шепота. Северус нахмурился. Убийца каким-то образом разговаривал с жертвой, не издавая ни звука. Но не мог же Малфой прочитать ответ по губам? Или слова были заранее написаны на бумаге? «Чего же вы тогда хотите?», — выдавил Люциус, все еще пытаясь сохранить самообладание. Было нечто неизъяснимо жуткое в том, чтобы знать: этот человек скоро умрет, и смерть его, как и последние минуты жизни, наполненные тошнотворным страхом, будут запечатлены на камеру. Затем произошло то, отчего Северус резко наклонился ближе к монитору, а Гарри громко и непечатно выругался: на ковре прямо перед Люциусом из ниоткуда возникли золотые слитки. Он дернулся, не сдержав возгласа, потрясенно глядя, как они сами собой складываются в две невысокие стопки — так, словно их переносит невидимая рука. — Что за?.. — хрипло спросил Гарри. Снейп быстро сделал ему знак замолчать. Люциус вскинул голову, снова слушая безмолвную речь человека по ту сторону объектива, и теперь было отчетливо видно, что по его лицу стекал пот, а в глазах разлилось понимание — конец неизбежен. «Зачем?». Вопрос, заданный дребезжащим голосом, разбил вдребезги весь его самоуверенный образ. Люциус судорожно опустил взгляд обратно на слитки, затряс головой: «Я не… я не стану этого делать!» Слова убийцы, неслышимые детективами, выбивали из Малфоя остатки самоконтроля, терзали и мучили его. «Только не жену!» Будто набравшись решимости, Люциус протянул вперед трясущиеся руки, на секунду остановившись в дюйме от золотых слитков, — Северус поймал себя на том, что задержал дыхание, — а затем положил ладони на них. Какое-то время ничего не происходило. Малфой сжал побелевшие губы и прикрыл глаза, стараясь восстановить дыхание. Чего бы он ни боялся, казалось, его худшие опасения не подтвердились. А потом это началось. Люциус, почувствовав некое изменение, широко распахнул глаза. По поверхности слитков прошла рябь, они начали оплывать, теряя форму, золото забурлило, словно раскаленное изнутри. Малфой страшно закричал, пытаясь отнять от него руки, но расплавленный металл, не подчиняясь никаким законам гравитации, потек вверх по ним. Люциус упал навзничь, заходясь в истошном вопле и размахивая руками. Странно, но золото, такое текучее, что выглядело похожим на кипящее масло, намертво пристало к его предплечьям, лишь единожды отлетев в сторону яркими брызгами. Оно прожигало человеческую плоть, и Северус вдруг отчетливо представил запах паленого мяса — как если бы он ударил ему сейчас прямо в ноздри. Гарри пришлось спешно убавить звук — кабинет наполнили жуткие предсмертные крики и хрипы Люциуса Малфоя. Когда видео закончилось, Северус еще долго не мог пошевелиться, устремив невидящий взгляд в монитор. — Это то, что я думаю? — прервал молчание Гарри. — Магия, — глухо подтвердил Снейп. Слово оставило на губах холод и металлический привкус. Он называл это явление именно так, хотя существовало множество других обозначений — так же, как и теорий относительно его сути. Люди, не обладавшие этой силой, — а их во все времена было большинство — пытались изучать ее, но магия всегда была непостижима для них. Тем более, что волшебники исчезали с каждым поколением, а те, что оставались, утратили старинные знания и артефакты, без которых нельзя колдовать. В современном мире уже не увидишь седовласых магов в бархатных мантиях, взмахом палочки выпускающих столп огня, или ведьм в остроконечных шляпах, что по ночам летают на метлах. Нет, современный колдун — это чаще всего офисный клерк, который поджигает сигарету огоньком с ладони, чтобы покрасоваться перед коллегами. Иногда же последние обладатели древней силы пользуются ею не из самых чистых побуждений. Преступления, совершенные при помощи волшебства, всегда были редкостью, собственно, как и сами волшебники. Их способностей хватало лишь на воровство и магазинные кражи; попадались виртуозы, промышлявшие мошенничеством в крупных размерах, но таких за последние годы можно было пересчитать на пальцах одной руки. За время работы в Отделе убийств Северус лишь один раз сталкивался с проявлением магии. Стихийный выброс десятилетней девочки привел к смерти ее матери — женщину просто изрешетило, прибив к стене осколками разбитого зеркала. Ребенок был настолько напуган, что не мог рассказать о произошедшем, и дело долгое время расследовали как убийство. Лишь после того, как с ней поработали психологи, она рассказала правду. Вероятно, бывали и другие случаи. Однако Северус никогда не интересовался ими, тщательно стараясь избегать всего, связанного с магией. В глубине души детектив знал: как бы он ни прятался, ему все равно рано или поздно придется столкнуться с ее проявлениями. И вот теперь этот день настал — Северус осознал это с пугающей ясностью. Была какая-то злая ирония в том, что это случилось меньше, чем за две недели до его увольнения; ирония и вызов — справится ли он с этим? Некто, обладающий неслыханной магической силой — а телекинез и способность плавить золото однозначно выходили за рамки заурядного волшебства шарлатанов и магазинных воров — хладнокровно и изощренно расправился уже со второй жертвой, оставив при этом документальное свидетельство своих деяний. И он явно не собирался останавливаться. «Это лишь начало», — так Северус сказал пару дней назад. Он еще никогда столь сильно не желал, чтобы его суждение оказалось ошибкой. * * * — Между жертвами нет вообще никакой связи, — Гарри нервно расхаживал перед столом Муди, по привычке уперев руки в бока. — Так же, как нет какой-либо причастности к… магии. Мы уже отправили запрос на проверку всех зарегистрированных лиц, обладающих сверхъестественными способностями, — последние слова он произнес несколько смущенно, как будто до сих пор не веря в само существование этого явления, и оглянулся при этом на Северуса, — но нас предупредили, что таких крайне мало. — Большинство из них боится говорить об этом, — ровным голосом сказал Снейп, глядя Муди в глаза. — Зарегистрированные волшебники — это в лучшем случае десятая часть от всех реально существующих. Таким путем мы будем искать бесконечно. — Ясно, — мрачно пробормотал Муди. — Дело принимает серьезный оборот. Не думал, что столкнусь с таким на своем веку. Ведь последние психопаты с волшебными палочками перевелись еще во Вторую мировую… Не в обиду тебе сказано, Северус. Снейп сухо кивнул, а Гарри перевел на него изумленный взгляд. Он уже приоткрыл рот, чтобы что-то спросить, но Муди продолжил, с каждым словом рыча все более грозно: — Если в городе завелся новый Гриндевальд, мы с вами — в полной заднице. Теперь главное, чтобы об этом не пронюхали репортеры. В отделе постоянно находятся желающие продать им информацию, но сейчас я лично буду контролировать, чтобы это не попало в газеты! В этот момент дверь его кабинета распахнулась, и один из младших детективов сообщил: — Есть прорыв! Найдено совпадение по отпечаткам. Муди грузно поднялся из-за стола и с неожиданной для него резвостью направился к выходу. — Вот и отлично. Сегодня мы покончим с этим делом, парни!