Sale el Sol

Отряд у нас был внушительный. Даже семь шиноби представляют из себя весьма большую угрозу, а мы, кроме того, были еще и не самыми обычными шиноби. Неджи, мало того, что гений, так еще джонин - в его способностях сомневаться даже не было смысла. Десятая команда была известна своей слаженностью, кроме того, им приходилось столкнуться с зомби-дуэтом из Акацуки, столкнуться – и победить. Син – член «Корня» АНБУ, куда, конечно же, за красивые глаза не берут. Наруто и вовсе джинчуурики – просто машина для убийства. Ну, и я, под стать своему имени, седьмая и последняя в нашем отряде, недочунин. Тут бы не путаться у напарников под ногами. Бьякуган Неджи был весьма кстати – Казекаге, а вместе с ним и его сестру, мы нашли весьма быстро. Они оба стояли на самой высокой точке в селении – крыше резиденции Каге. И, несмотря на то, что оба никак не отреагировали на наше появление, оно точно не осталось незамеченным. - Южный ход! – с отчаянием воскликнула Темари. - Я должна с кучкой генинов охранять южный ход! По-твоему, как долго мы там продержимся?! Полчаса, час? А что потом?! Заставишь солдат воевать на два фронта?! - Это уже не твое дело, - холодно отчеканил в ответ Гаара. Видно было, что сложившаяся ситуация ему и самому не по душе, но, очевидно, другого выбора у него не было. - Что значит «не мое»?! – пуще прежнего взъярилась Песчаная. Такой злой я ее, пожалуй, никогда еще не видела. Злой и напуганной. Ее нужно было очень сильно довести, чтобы она посмела закричать на брата. – Суна, вообще-то, и мой дом тоже! И не моя вина, если ты недостаточно… - У меня нет людей! – прервал ее юноша, повысив голос. Темари тут же замолчала и отступила на шаг, обиженно хлопая ресницами. – Прекрати задавать вопросы и делай свое дело. Казекаге переместил взгляд на нас. Нахмурившись, он спросил: - А вы что здесь забыли? - Как что? Пришли вам помочь! – радостно заорал Узумаки. Совсем рядом, на крышу соседнего здания, грохнул снаряд катапульты, взметая в воздух клубы пыли и песка. Я и половина нашего отряда инстинктивно закрыли головы руками. - Помочь? – удивленно повторил Гаара. Стоило ему на меня посмотреть, как я тут же растянула губы в ухмылочке, мол, я же говорила. Юноша только покачал головой. – Что по этому поводу думает Хокаге-доно? - Она нас сюда и послала, вообще-то, - протянул Шикамару. Казекаге задумчиво кивнул, бросил беглый взгляд на Темари, все еще тяжело и гневно дышащую, и смилостивился: - Нара, направишься к северному ходу, там нужен хороший стратег. – Шиноби кивнул. – Остальные поступают в распоряжение Темари. – Он повернулся к сестре со словами: - Надеюсь, этого тебе хватит? Песчаная просияла, пробормотала «Спасибо» и командным голосом произнесла: - Выдвигаемся к воротам ровно через минуту! Шиноби стали поспешно проверять снаряжение, негромко переговариваясь. Темари приблизилась к Шикамару, утянула того в сторонку и, неловко краснея, принялась что-то ему втолковывать. Глядя на эту картину, я не удержалась от улыбки, однако оная быстро исчезла с моего лица, стоило мне почувствовать, как на плечо опустилась чья-то рука. - Гаара, я… Он покачал головой, прикладывая указательный палец к моим губам. Вспомнился наш разговор в больнице – этот жест юноша перенял у меня. Теплые, неожиданно мягкие руки опустились ниже, пробежались по предплечьям и, наконец, он взял мои ладони в свои. - Береги себя, - почти шепотом произнес он. Я только кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Из обуревавшей меня гаммы чувств никак не получалось вычленить что-то одно: восторг путался со страхом, отчаяние цеплялось за всепоглощающую нежность, а любовь безжалостно давила усталость. Прошла, казалось, всего секунда, но краем уха я услышала голос Темари: - Собрались, выдвигаемся! Не в силах оторваться от гипнотизирующих зеленых глаз, я даже не повернулась, только плотнее стиснула руки Гаары, в тщетной попытке остановить время, дабы весь мир подождал. - Шио, ждать не буду. Казекаге отпустил мои ладони, сделал шаг назад и кивнул в сторону сестры с едва заметной улыбкой. Одними губами произнес: «Иди». Сдерживая выступающие слезы, я повиновалась. Вопреки моим ожиданиям, Темари выглядела не раздраженно, а скорее… сочувствующе. Весь остальной отряд уже ушел вперед, остались только мы с ней. Встав на самом краю, я не удержалась и обернулась. Замершая фигура выглядела настолько одиноко и безнадежно, что мое сердце стиснули холодные тиски жалости. - Куда?! – запоздало воскликнула Темари. На ее голос повернулся и Гаара. Его глаза удивленно расширились, а в следующее мгновение я без всяких прелюдий и объяснений прильнула к его губам своими. Миг ничего не происходило, но потом мои руки начали действовать самопроизвольно – левая обхватила плечи, пальцы правой утонули в ярко-красных прядях. А еще через секунду я с восторгом осознала, что его ладони легли на мою талию, притягивая еще ближе. Это даже не походило на поцелуй, скорее – прикосновение, горячее и сухое, как ветер в пустыне. Но я была более, чем уверена, - ничто на свете не сравнится с этим чувством целостности, наполненности и умиротворенности.

* * *

Южным ходом оказалось узкое ущелье, раза в два меньше того, через которое обычно прибывали в Суну. В обычное время этот проход был забаррикадирован и охранялся уменьшенным составом шиноби, но сейчас вражеская армия была не прочь воспользоваться любой лазейкой, а потому баррикады разрушались одна за другой. Противника теснили немногочисленные силы шиноби Песка. Темари все правильно сказала – это были генины. Та прослойка ниндзя, которая не обладает ни особенными техниками, ни выдающимися характеристиками, чтобы подняться по карьерной лестнице. Таких обычно использовали для охраны селения – изнутри и снаружи – от разбойников и любителей легкой наживы. В чрезвычайных ситуациях, таких, как война, например, их бросали на передовую, фактически, как пушечное мясо. Бесчеловечно, да, но иного выхода не оставалось. У южного хода солдат было около двух десятков, плюс к ним прибавился наш отряд в составе семи человек. Часть была оставлена внизу, у самого основания скал, дабы, если неприятель все же прорвется, была возможность задержать его хотя бы ненадолго. Остальная группа разбивалась на две части – по одной на каждую скалу слева и справа от ущелья. Сверху был отличный обзор, потому было удобно использовать дальнобойное и метательное оружие. В итоге наверху оказались Темари, Син и Наруто, призывавший своих клонов. Нам же тут, внизу, оставалось только ждать. Дело, тем временем, близилось к вечеру. Солнце уже начало скатываться по горизонту, все ускоряясь и ускоряясь. Воздух холодел, хотя все еще было душно и жарко. Здесь, вдалеке от главного входа, было тихо, лишь изредка доносился шум из-за баррикад, голоса союзников сверху да взрывы где-то вдалеке. Спустя час вот такой вот почти что «сидячей» войны Темари спустилась, коротко кивнула Ино, чтобы та ее подменила, и, едва девушка ушла, куноичи присела на горячий песок рядом со мной. - Надо поговорить, - пасмурно произнесла она. Я, задумчиво покручивая на пальце кунай, кивнула. - Мне, вообще-то, тоже есть, что сказать. – Прозвучало это даже грубо. Темари вздохнула. - Слушай, подруга, я ведь как лучше хотела… - Угу. – Голос полон скепсиса, но иначе не получалось – поступка Песчаной я совершенно не понимала. Зачем она сказала Гааре, что я не хочу его видеть, зачем соврала? Мне казалось, что мы с ней были в хороших, дружеских отношениях, и тут на тебе… - Послушай-ка, Шио, - неожиданно сменила тактику девушка, перейдя из обороны в атаку. – Ты мне правда нравишься – и как шиноби, и как потенциальная… не знаю даже, как тебя назвать. То, что между тобой и Гаарой явно что-то происходит и происходит уже давно, очевидно как день, причем для всех вокруг, кроме вас самих. Можешь отрицать это сколько угодно, но я-то не слепая. Я молчала. В словах Темари было рациональное зерно – собственные чувства к Казекаге я в последнее время отрицала уже больше для проформы, потому что все эти намеки меня невероятно расстраивали – я-то в него, конечно, была влюблена, но до недавнего времени сомневалась, что Гаара будет способен ответить взаимностью. Но к чему клонит Песчаная, мне было все еще неясно. - Какое-то время мы с Канкуро сомневались, что все это во что-то выльется, потому что… ну, ты же знаешь Гаару. Слово «любовь» к нему вообще слабо применимо, но то, как он ведет себя в последнее время, как носился с тобой, как с писаной торбой, во время всего экзамена… В общем, мне стало понятно, что если ты не отступишь, а проявишь хоть немного инициативы, это приведет ко вполне очевидным последствиям. Темари тяжело вздохнула, ее голос заметно смягчился. - Как бы там ни было, Гаара мой брат, и искренне желаю ему счастья, но он, помимо всего прочего, еще и Казекаге. Сейчас, когда у нас сама видишь какая ситуация, - Песчаная демонстративно развела руками, - лишние заботы ему ни к чему. Да вы еще так торопитесь, словно боитесь не успеть! Вся жизнь еще впереди, Нана, просто дай ему время. С каждым словом ее голос становился все тише и тише, под конец она и вовсе шептала, так что мне пришлось напрячь слух, чтобы расслышать. - Я понимаю, почему ты волнуешься, Темари, - неохотно признала я. – Но, мне кажется, ты перегибаешь палку. Гаара не маленький и уж не точно не беззащитный. - Но все это для него ново, - покачала головой куноичи. - Ты его недооцениваешь, - пожав плечами, произнесла я с едва заметной гордостью. - Также, как и тебя, - усмехнулась Песчаная, и я не сдержала ответной полуулыбки. Через полминуты, прошедших в томительной тишине, она протянула мне ладонь со словами: - Мир? Вздохнув, я пожала ее руку. - Мир. Темари сжала мою ладонь и резко дернула на себя, заключая в крепкие объятия. - Ох, Шио, - устало, но радостно произнесла она, отстранившись, - доставишь ты хлопот моему братцу. Ну, и как всегда, возмутиться мне не дали – раздался оглушительный грохот, и последняя баррикада рухнула. Темари, вскочив на ноги, завопила, мешая с командами нецезурщину. Солдаты доставали оружие, шиноби Конохи принимали боевые стойки. Из облака пыли показался враг, и мой кунай попал ему прямо между глаз. В следующий миг Песчаная взмахнула веером, разгоняя песок и расшвыривая наступавших неприятелей. То, что ущелье было узким, играло нам на руку – в него не могло пройти больше двух-трех человек за раз. К тому же, отряд, штурмовавший южный ход, был небольшим, основные силы обосновались у северного. И все равно в следующий час было жарко. Шиноби Травы то нападали, то вдруг отступали, чтобы снова совершенно неожиданно атаковать. Их удавалось сдерживать, но пару раз враг доходил до самого края ущелья. Было очевидно – вечно так продолжаться не может, а перебить всех нам просто не хватит сил. - Ими кто-то командует, - сквозь зубы процедила Темари, пытаясь отдышаться. Каждый взмах пудового веера давался ей все тяжелее и тяжелее. – И эта сволочь держится в тылу. Старательно избегая сюрикенов и кунаев, я приблизилась к ней и заорала: - Я могу туда пробраться! - Куда «туда»?! – раздраженно откликнулась куноичи. - В тыл! - Какой тыл, сдурела? – гневно завопила она. Отшвырнув близко подобравшегося неприятеля потоком воздуха, она повернулась ко мне: - Гаара с меня шкуру снимет, если с тобой что-нибудь случится! - Ничего со мной не случится! – возмутилась я. – Мне хватит скорости и ловкости, чтобы пробраться туда и устранить командира отряда. - И откуда у тебя эта самоуверенность? – сквозь зубы процедила Темари, но видно было – уже смирилась. – Узумаки! Один из клонов Наруто (а, может, и он сам) обернулся. – Пойдешь как отвлекающий маневр, давайте, живо-живо! Идти мы решили через верх – отошли на пару метров от ущелья и постарались как можно незаметнее пробраться на вершину плоской скалы. Контроль чакры-таки подкачал, поэтому часть пути Узумаки пришлось чуть ли не тащить меня на себе, но он, подгоняемый адреналином, не жаловался. Замерев на самом верху, мы огляделись. Темари оказалась права – отрядом командовали. Шиноби в болотного цвета жилете стоял позади штурмующей селение армии и изредка отдавал поручения. А еще его окружала охрана из пяти человек. - Значит, так, - деловито произнес Наруто. – Я со своими клонами отвлеку стражу и всех, кто нас заметит. Ты устраняешь командира. Как только справишься, позовешь меня. Все понятно? Я кивнула, даже не в силах удивиться, с каких пор Узумаки стал таким собранным и серьезным. Спрыгнув со скалы, мы тут же разошлись. Я по дуге начала заходить противнику со спины, Наруто же, выкрикивая названия техник, бросился в самую гущу. К моему разочарованию, план сработал не полностью – джинчуурики удалось отвлечь только троих из охраны, остальные двое стояли с вытащенным оружием наизготовку. Один получил смачный пинок под коленку, второй – удар ладонью по горлу, и, пока они приходили в себя, я выхватила кунай, намереваясь вогнать его командиру под ребра. Тот оказался на удивление прытким, упорно уворачиваясь от моих атак, так что исполнить задуманное мне удалось только с четвертой попытки. Услышав булькающий хрип, я поспешно отдернула руку, даже не озаботилась тем, чтобы проверить – действительно ли умер, и понеслась обратно к ущелью. - На-а-а-ару-у-у-то-о-о! Узумаки вынырнул откуда-то справа, из толпы. Не церемонясь, перекинул меня через плечо и стал подниматься наверх. Мои протесты он, кажется, даже не слышал. Но на середине пути что-то пошло не так. Меня и без того порядком трясло, но тут вдруг закружило, а в следующую секунду Наруто стал терять равновесие. Под его ногами скала буквально расходилась, рассыпалась на части. Раздался еще один оглушительный взрыв, и соседняя скала тоже пошла трещинами. - Взрывчатка! – завопила я, все еще свисая с плеча джинчуурики. – Они используют взрывчатку! - Да понял я, даттебайо! - Тогда делай что-нибудь! – По-моему, мой визг услышали даже в Конохе. Наруто резво скакал с одного камня на другой, но те упорно уходили у него из-под ног. Наконец, одним большим прыжком он оказался наверху, на ровном и устойчивом участке. - Слава богу, а то меня уже тошнить начало, - пробубнила я, сползая с его плеча. Волосы растрепались, выбились из пучка и теперь непослушными прядями падали на глаза, закрывая обзор. Поминутно их сдувая, я осторожно подползла к краю и заглянула вниз. Рядом устроился Узумаки. Вопреки всем моим ожиданиям и надеждам, шиноби Травы не завалило камнями – они были не настолько глупы. Взрывчатку они использовали лишь для того, чтобы расширить проход и иметь возможность атаковать всем скопом. А чтобы не погибнуть под завалом, они установили… даже не знаю, как это назвать – такие штуки я видела впервые. Длинные, металлические шесты были воткнуты слева и справа от отряда. Они искрились, испуская синие всполохи чакры, которая образовала купол, надежно укрыв всех людей. Под ударами камней купол прогибался, но тут же вновь вставал на место. Это ж какое количество энергии вбухано в эти палки! - Надо убрать их. - Что? – удивилась я, поворачивая голову к Наруто. Тот напряженно всматривался в переливающийся купол. - Надо убрать их, - повторил он. – Иначе наши сдадут позиции. - Но… - Ты же не хочешь подвести Казекаге-саму? – Джинчуурики хитро улыбнулся, подмигнул мне и сиганул вниз, бросив напоследок: - Мой тот, что слева! Выругавшись сквозь зубы, я отошла, разбежалась и прыгнула. В последний момент смягчила удар, направив чакру в ступни. И, как всегда, контроль меня подвел – удар хоть был и не смертельным, но болезненным, отдавшись вибрацией по всему телу. Поморщившись, я сделала шаг вперед и уже было уперлась носом в барьер, недоумевая, как его преодолеть, но тут с противоположной стороны раздался вопль: «Расенган!». Купол на краткий миг моргнул и тут же снова вспыхнул, но мне вполне хватило этого времени, чтобы шагнуть вперед. Естественно, просто так разгуливать мне никто не дал. Едва шиноби опомнились, они тут же атаковали. Слева, справа, сзади, сверху. Оставалось только уворачиваться, мысленно умоляя уставшее тело продержаться еще чуть-чуть, совсем немного. Если я предпочитала лавировать, избегая ударов и не переходя в атаку, то Узумаки шел напролом – вопли его клонов были слышны совсем рядом. Купол несколько раз моргнул, и я поняла – Наруто достал один из шестов. Оставался еще один. С трудом пробивая себе путь через вражеские ряды, я подлетела к призывно искрящемуся артефакту и, не раздумывая, обхватила его ладонью. Кожу обожгло, как огнем, да еще и упрямая железка никак не хотела поддаваться. Зарычав, я, что есть силы, дернула ее вверх, с облегчением чувствуя, что та выходит из песка. В этот же момент купол погас и раздался очередной взрыв. Все присутствующие замерли – и я, и противники, и клоны Наруто. Подняв головы, мы с ужасом смотрели, как сверху летят огромные куски скал. - Шевелитесь! Приглушенный голос Темари прозвучал отрезвляюще. Придя в себя, я ломанулась вперед, бесцеремонно отпихивая всех, кто был на пути. Напуганные шиноби Травы начали паниковать, оставшись без чуткого руководства своего командира. Плюнув на все остатки человечности, я вскочила на плечи ближайшему противнику и пошла вперед – по головам. Где-то слева Узумаки пробивал себе дорогу, извергая ругательства. Грохот усилился, перерастая в гул. Первый камень упал совсем рядом, придавив двоих шиноби. Следом еще один. И еще один. Они сыпались без остановки – сзади, с боков и, что самое страшное, спереди, медленно, но верно закрывая проход. В узком ущелье я разглядела фигуру Темари с веером наизготовку и поднажала. Из гущи людей рядом выкарабкался Узумаки, я спрыгнула вниз. Мы так и бежали вперед рука об руку и понимали, что не успеваем. Гул был совсем рядом, за спиной. В ушах стучала кровь, заглушая все остальные звуки. Дыхание сбилось, а испуганное сердце упало в пятки. «Медленно, медленно, медленно!» - грохотало в сознании. Темари что-то истошно завопила, показывая вверх, и мы с Наруто синхронно подняли головы. Острый, словно специально выточенный кусок скалы, летел прямо на нас. «Медленно!!!» - последний раз возопил разум, а потом меня с огромной силой швырнуло вперед, прочь из ущелья, на разгоряченный песок. Сзади громыхнуло, кусок скалы грохнулся, окончательно замуровывая ход. Ловушка захлопнулась, погребая под собой несколько десятков людей. И Узумаки. Едва обнаружив, что джинчуурики нет рядом, я заозиралась. У заваленного ущелья столпились люди – и песчаники, и коноховцы. Темари помогла мне подняться. - Что произошло?.. - Он вытолкнул тебя, - негромко пояснила куноичи. Я поспешно вырвалась из ее рук, рванулась вперед, прожигая взглядом безликую скалу. - Нет. Нет-нет, - завопила я, бессильно колотя ее кулаками. Камень остался равнодушен к моим крикам. И к появившимся горячим слезам. И даже к последующим стенаниям. - Сделайте же что-нибудь! Нужно ему помочь! Он не мог так… не мог!.. - Нана, это бесполезно… - попыталась вмешаться Ино. - Черта с два бесполезно! – выкрикнула я ей в лицо. – Чоджи! Акимичи, порядком ошарашенный и до ужаса испуганный, обернулся. - Нужно поднять эту скалу, - сорвавшимся голосом произнесла я. - Ну, давай же! Применив свою технику и приложив немало усилий, шиноби смог сдвинуть камень с места. Я поспешно нырнула в образовавший проход и тут же заметила оранжево-черный всполох. Подбежала, осторожно перевернула Наруто на спину. К моему огромному удивлению, он никак не походил на человека, придавленного пудовым камнем. Тело было в ссадинах и царапинах, одежда разорвана, волосы растрепаны. Но джинчуурики определенно был жив, хоть и без сознания. - Ну, ты и засранец, Узумаки, - глотая слезы, рассмеялась я. Рядом примостилась Ино, удивленно вскинула светлые брови. - Но… как? Он же должен был… - Это ж Наруто, - хлюпнула носом я. Узумаки хрипло выдохнул и закашлялся, приходя в себя. Мы с Ино тут же над ним склонились, озабоченно ожидая дальнейшей реакции. - Саске? – пробормотал он, осоловело хлопая ресницами. - Ага, размечтался, - поспешила спустить его с небес на землю я. Голубые глаза остановились на мне, Наруто пару раз непонимающе моргнул и выдавил: - А что это ты такая мелкая? - Мелкая? – тупо переспросила я. - В последний раз, - невозмутимо продолжил Узумаки, - ты была старше. - Слушай, я, конечно, все понимаю, но могу и обидеться, - насупилась я. Наруто нахмурился, словно пытался втолковать мне очевидные вещи, а я, глупая, все никак не понимала. Узкая ладонь Ино сдвинула протектор юноши, накрыла его лоб. Тонкие пальцы ощупали затылок и виски. - По-моему, он головой ударился, - произнесла она. - Я? – удивился Узумаки. – Головой? Я отлично себя чувствую. И вообще, - он начал подниматься, - пустите-ка меня, девочки, дела Хокаге не ждут… - Точно ударился, - подтвердила я. Остановить «Хокаге» мы даже не пытались. Наруто встал на ноги, сделал пару шагов и хлопнулся в обморок. Воистину, сила есть – ума не надо. К этому времени подоспели уже все остальные, столпились вокруг неподвижного джинчуурики. Син, зараза такая, даже легонько пнул его для пущей убедительности. - Живой? – опасливо спросила Темари. - Живо-о-ой, - протянула Ино, и все разом выдохнули. Впрочем девушка мигом посерьезнела. – Но его нужно госпитализировать. - Тогда давайте, тащите его в больницу, - устало скомандовала Темари. – А я к Гааре, отчитаться. Шиноби Конохи, не без помощи песчаников, принялись сооружать носилки. Я не знала, куда податься. С одной стороны, хотелось убедиться, что с Наруто все будет в порядке, но с другой – я хотя бы знаю, что с ним и как. Чего не скажешь о Казекаге. Заметив мои сомнения, Ино поспешила их разрешить: - Мы проследим за Узумаки, нас тут целая толпа. И в ближайшие сутки он точно не очнется, ничего не пропустишь. Иди. Я благодарно кивнула и поспешила догнать Темари. Куноичи, услышав мои шаги, остановилась и отвела меня в сторонку, в тень домов. - Почему мы медлим? – нетерпеливо спросила я, но Песчаная не ответила. Вместо этого она, взяв меня за подбородок, заставила повертеть головой влево-вправо. Потом обошла по кругу, внимательно разглядывая. - Это что? Я обернулась и обнаружила, что девушка заинтересованно и настороженно разглядывает… так это же шест! Видимо, в спешке я, не подумав, пихнула его за пояс. Взяв железку в руки, я тут же поморщилась и разжала правую ладонь. Та покраснела, местами содралась кожа. Темари покачала головой, но решила не заострять на этом внимания, вместо этого сосредоточив его на странном предмете. - Этой и еще одной такой же штукой шиноби Травы создали барьер из чакры, который закрыл их от камнепада, - пояснила я, заинтересованно крутя артефакт в руках. Ничего особенного, палка, как палка, длиной в локоть, разве что материал необычный – гладкий, непохожий ни на сталь, ни на серебро, ни на любой другой известный мне металл. - Позволишь? – Темари вежливо подняла брови, протягивая ладонь. Я пожала плечами и вложила шест в ее руку. Даже если эта штука и представляет какую-либо ценность, то принадлежит она в любом случае Суне. Песчаная, не тратя время на рассматривание артефакта, сунула его за красный кушак и вспрыгнула на крышу. Как только я с ней поравнялась, куноичи принялась раздавать на ходу инструкции: - Если будут что спрашивать, говори, как есть, не юли и не привирай, а то мало ли что. Я кивнула. Недоговорки в данной ситуации вполне могли обернуться международным конфликтом, которого мне, конечно же, совершенно не хотелось. Но, с другой стороны, какой с меня спрос? Тут уж скорее станут допрашивать Неджи, как старшего по званию. Чем дальше мы продвигались, тем очевиднее становилось – атаку удалось отбить, и противник был вытеснен за пределы селения. Сражений на улицах уже не было, но народ суетился вовсю: помогали раненным, начинали разбирать завалы, устраивали общественные кормежки. Хоть это меня и радовало, но все же я не могла не удивиться. Там, за скалами, была целая армия, как удалось остановить вторжение так быстро? Но стоило нам прибыть к главному входу, как все разрешилось само собой. В небольшом отдалении от всех остальных стояли четверо Каге. Увидев меня, Цунаде несколько отстраненно кивнула, но я все равно заметила появившееся на ее лице облегчение. Мизукаге скользнула по нам заинтересованным взглядом, но на этом все и закончилось, остальные даже не повернулись. Зато мы заметили Канкуро с Шикамару и прибавили шагу. Едва мы приблизились, Темари как-то странно дернулась, словно хотела кого-то из них двоих обнять (можно догадаться – кого именно, ибо огромной любви к брату она вроде как никогда не питала), но в последний момент остановилась и неловко отвела взгляд. - Э-эм. Рада, что с вами все в порядке, - пробормотала она. Канкуро, улыбаясь от уха до уха, усиленно закивал, Шикамару соизволил неопределенно качнуть головой. Они продолжили разговор – кажется, рассказывали друг другу о произошедших событиях, - но я уже не слушала, а только озиралась. Наконец, заметила яркий мазок красной краски на фоне блекло-палевой пустыни и облегченно выдохнула. Казекаге выглядел не лучшим образом – потрепанный, явно вымотанный и уставший, он с трудом уже отдавал указания внимательно слушавшим его шиноби. Заходящее солнце вызолачивало багровые пряди, изламывало углы его фигуры, заостряя ее, делая тоньше. Показалось, или он и в самом деле за последние дни осунулся? - Пожалуй, с докладом можно подождать, - прямо над моим ухом произнесла Темари и подтолкнула в спину. – Давай, иди. Я не стала отказываться от предложения. Вышагивая по песку, я почувствовала, наконец, как устала – тело немилосердно ломило, хотелось пить, есть и спать, а в голове остался один сумбур сонных мыслей. В какой-то момент мне показалось, что я рухну на землю, не успев дойти, и это так меня испугало, что я перешла на бег и чуть не влетела в спину Казекаге. Он обернулся на звук шагов – хмурый, измотанный, болезненно бледный. Но как только он меня узнал, черты лица тут же разгладились, а губы дрогнули в полуулыбке, от которой у меня так сладко щемило сердце. - Выполнять, - негромко приказал он замершим шиноби, и те, поклонившись, ретировались. Целую вечность (а, может, всего секунду) мы стояли и просто рассматривали друг друга. Потом я осмелилась поднести руку к его лицу и коснуться заострившихся скул. Песок вдруг зарябил под моими пальцами, расступаясь, давая дорогу к мягкой, нетронутой солнцем и пылью коже. Я опустила руку до самого ворота плаща, отмечая, как телесного цвета струйки ускользают под одежду. Богатое воображение тут же дорисовало картинку, и я вспыхнула, кажется, до самых корней волос. И на этот раз это не укрылось от Гаары. Едва слышно усмехнувшись, он перехватил мою ладонь и, видимо, почувствовав ссадины, перевернул ее тыльной стороной вниз. - Пустяки, - поспешно отмахнулась я, пытаясь вытащить руку, но хватка у Казекаге была стальная. - Нужно обработать, - заупрямился Гаара, осторожно опуская ладонь, зато беря другую, здоровую. - Завтра, хорошо? – устало пробормотала я. Тащиться сейчас в госпиталь? Ну уж нет. Вопреки всем моим ожиданиям, юноша согласно кивнул. Видимо, и сам не горел желанием сейчас спорить. Устало вздохнув, я подалась вперед, и Гаара тут же заключил меня в объятия – крепкие, теплые, надежные. Роста юноши как раз хватало, чтобы положить подбородок мне на макушку, чем он и воспользовался, а я уткнулась носом в его ключицы, вдыхая знакомый до боли запах песка и солнца. - Надо идти, - шепотом произнес Казекаге. Что? Куда идти? Зачем? Мне тут так хорошо, так уютно… Почувствовав, что засыпаю, я встрепенулась. Сон – это, конечно, дело хорошее, но только не на ходу. - Пойдем. – Словно боясь, что я вдруг решу сбежать, Гаара взял меня за руку и повел в сторону резиденции. Никто из стоящих у ворот шиноби – ни Темари с Канкуро, ни Каге – не произнес нам в спину ни слова, хотя, уверена, им было, что сказать. Наверное, решили, что дела могут подождать и до завтра. Тем более что последние солнечные лучи уже прятались за домами, заставляя те бросать густые массивные тени. А вот Суна кипела жизнью, ведь у ее жителей было, чем заняться. Прохожие почтительно расступались, глядя на нас – на Гаару – с уважением. И я заметила – в их глазах больше не было того дикого животного ужаса, с которым они смотрели на него раньше. Более того – некоторые даже несмело улыбались. Уже у самой резиденции на дорогу перед нами выбежала светловолосая девчушка, в разорванной одежде, вся в пыли и грязи, но донельзя счастливая и сияющая, как пятак. Я узнала в ней ту девочку, которую сегодня днем спас Хироши. - Казекаге-сама? – пропищала она, бесстрашно дергая Гаару за подол плаща. Тот глянул на меня вопросительно, словно не зная, что делать, и ища поддержки. – Спасибо вам. Вы спасли маму с братиком. Спасибо. Черты лица юноши, до того напряженные, разгладились, а губы дрогнули в едва заметной улыбке. - Не за что, - успел произнести он, прежде чем из-за поворота вылетела женщина средних лет с маленьким ребенком на руках. - Юнами! – воскликнула она, подбегая к девочке. – Простите, Казекаге-сама, она такая шустрая, не уследишь… - Схватив девочку, видимо – дочку, за рукав рубашки, она поспешно утянула ее в сторону, приговаривая: - Сколько раз тебе говорить, бесстыжая, чтобы не лезла, куда не просят? Гаара задумчиво поглядел им вслед, после чего снова направился вперед, и, так как его ладонь по-прежнему крепко держала мою, мне волей-неволей пришлось пойти следом. В резиденции было почти пусто, сейчас Суне не до бумажных дел. Даже у входа стоял всего один стражник, и того Казекаге, смилостивившись, отпустил домой – уж больно у паренька был замученный вид. Лестница наверх показалась мне самой длинной на свете. Пустота и тишина окрестных коридоров, озаренных оранжевым, словно ненастоящим солнечным светом, успокаивала, будто и не было никакой войны, никаких сражений и смертей. А, может, это на меня так действовало присутствие Гаары, не знаю. В любом случае, хоть я и чувствовала себя совершенно опустошенной, вместе с тем нахлынуло спокойствие. Только когда мы уже оказались в кабинете Каге, я сообразила, что совершенно не понимаю, зачем мы сюда пришли. Логичнее было бы разойтись по домам и улечься спать, несмотря на то, что расставаться мне сильно не хотелось. Неужто Казекаге-сама вздумал работать? Но нет. Под моим шокированным взглядом он подошел к стене, привычным жестом слегка толкнул ту ладонью, и скрытая дверь с шорохом отъехала в сторону. Внутри оказалось небольшое, но уютное помещение; сразу видно – его используют и весьма часто. Чего не скажешь о стоящей в самом центре кровати. Помимо нее из мебели был небольшой диван в углу, низкий столик рядом и большой шкаф. В отличие от тех, что стояли в кабинете, эти были заполнены не бумагами и папками, а книгами и свитками. Едва поборов соблазн подойти и прочитать названия на корешках, я вместо этого уселась на кровать. Вернее, как уселась – скорее рухнула. Гаара прошел мимо, к единственному широкому окну, приоткрыл ставню, чтобы впустить немного свежего воздуха, и задернул занавеску. В комнате стало мигом темно, причем тени имели странный, багровый, будто бы кровяной оттенок – такими их делал закат. И в этом диком, даже немного жутком освещении Казекаге казался… к месту. Словно эта обстановка была для него самой удобной и естественной. Под моим взглядом Гаара снял тыкву, щелкнув застежками, стянул жилет и отбросил его в сторону. Взвизгнула молния плаща, обнажая белоснежные плечи и грудь, и у меня перехватило дыхание, несмотря на усталость. Не то, чтобы эту картину мне не приходилось раньше видеть, но, видимо, я никогда к этому не привыкну. Казалось, юноша уже и забыл про меня – он устало потер затекшую шею, откинув голову и позволив отросшим красным прядям упасть на глаза. Но стоило ему ко мне повернуться, как по взгляду сразу стало ясно – ничего он не забыл. Напротив. Собирался с духом, что ли? Медленно приблизившись, Гаара опустился передо мной на колени, и теперь мне приходилось смотреть на него сверху вниз. Наши ладони соприкоснулись, и пальцы тут же привычно переплелись. - Оставайся в Суне. Я была готова, пожалуй, к любой его фразе, кроме этой. Пару раз непонимающе моргнув, я выдавила: - Что? - Оставайся в Суне, - с титаническим терпением повторил Казекаге. Кончики его больших пальцев ненавязчиво поглаживали тыльные стороны моих ладоней. – Получишь звание, переедешь… - Стоп! – прервала его я. Поняв, что это прозвучало резковато, слегка смягчила голос: - Гаара, Коноха – мой дом, там мои друзья, и… На этот раз он перебил меня. Не было вспышек гнева или злости, юноше хватило совершенно спокойным, уставшим голосом произнести, опустив голову на мои колени: - Я не смогу без тебя. Сердце остановилось и болезненно-медленно забилось, словно с неохотой. Что я могла на это ответить? Отказать мне бы не хватило духа. Но и согласиться вот так, ничего не обдумав, мне не позволяла совесть. Да и вообще, это законно, переходить из одной деревни в другую? Сглотнув, я запустила пальцы в мягкие багровые волосы и произнесла: - Давай поговорим об этом завтра. Поднимаясь, Гаара кивнул и, уже встав на ноги, негромко сказал: - Я лягу на диване. Мне даже хватило сил закатить глаза, прежде чем мои руки собственнически обхватили его плечи, утягивая обратно. - Какой диван, иди сюда… И мне не нужно было видеть, достаточно было почувствовать, как под моими ладонями заскользила Песчаная Броня, с шелестом осыпаясь к подножию кровати. На этот раз поцелуй был куда менее целомудренным. Может быть, потому что инициировал его Гаара, или же нам просто так давно этого хотелось, что сдерживаться уже не было ни сил, ни желания. От переизбытка чувств меня бросало то в жар, то в холод – хватало близкого присутствия юноши, чуть сухих от ветра губ и по-хозяйски лежащей на талии ладони. А уж когда его язык ненавязчиво, но уверенно скользнул по моей верхней губе, и вовсе закружилась голова. Постепенно углубляя поцелуй, Гаара без особого труда уложил меня на подушки и сам устроился сверху. Воздуха начало не хватать, но, вместо того, чтобы остановиться, я только сильнее сжала его плечи. Но, к моему вящему разочарованию, напоследок почти невесомо поцеловав кончик моего носа, юноша отстранился. - Тебе нужно поспать, - с притаившейся в уголках глаз улыбкой произнес он. - Тебе тоже, - сдерживая зевок, заупрямилась я. Гаара, не став спорить, улегся рядом, наконец, избавляя себя от необходимости удерживать собственный вес на дрожащих от усталости руках. Под постепенно затихающий в груди стук буйно бьющегося сердца я начала погружаться в тягучий, как смола, сон. Сквозь мутную пелену почувствовала на бедре ладонь, притянувшую меня ближе, и послушно уткнулась носом в его шею. И уже на грани сна и яви подумалось – как чертовски приятно будет завтра проснуться.