Save me

      На компьютере появляются непонятные символы и Дана мысленно проклинает себя, систему, весь мир.       Штрих-код начинает чесаться, а потом неожиданно тело пронзает острая боль и девушка кричит. Она не понимает, почему так. Все мышцы сводит судорогой, а по щекам уже катятся слезы.       Кто-то кричит о том, что необходимо остановить регистрацию. Но Дана слышит, как тетя громко и четко произносит «нет». Никто ее не ослушивается, все стоят и смотрят, как молодая девушка кричит, но не отрывает запястье от сканирующего прибора.       Все заканчивается минут через пять. Боль внезапно проходит, а штрих-код приятно покалывает.       Все рабочие вышли, и в кабинете осталась только Дана и Аня. Они смотрели друг на друга и грустно улыбались.       — Что…       — Не говори, успокойся немного, — женщина что-то быстро печатает на рабочем компьютере и хмурится. — Это реакция твоего организма на регистрацию немного странная. Еще никогда такого не видела, да и в теории такого вообще нет. Хотя знаешь, кажется, я догадываюсь, что с тобой…       — Это не важно, — хрипло произносит Дана, слова, и правда, даются ей с трудом. — Ты обещала, что я буду с Соболем, ты…       — Да, и я сдержу свое обещание, — Аня хмурится и продолжает печатать.       — Не нужно, — девушка снова чувствует ком в горле. Еще немного и она снова расплачется. Только уже не от физической, а от душевной боли.       — Не поняла? — тетя поворачивается и удивленно смотрит на племянницу.       — Ты сама этого хотела, ты…       — Он должен быть счастлив со своей настоящей предназначенной. Я не смогу подарить ему счастье, потому что я фальшивка. А он достоин настоящей любви, понимаешь?       Аня кивает, а потом снова поворачивается к компьютеру. Система уже практически завершила процедуру обработки данных и через несколько минут они узнают, кто на самом деле предназначен Дане судьбой.       — Мой штрих-код, он золотой… — тихо шепчет девушка. Он неотрывно смотрит на свое запястье. Она видит такое впервые. Она не знает, нормально это или нет. Хотя в ее понятие нормально — это когда штрих-код зеленый или красный. Но никак не другого цвета.       — Что?! — женщина вскакивает и тут же внимательно осматривает штрих-код племянницы. Он и правда золотой. Красиво переливается на солнечном свете, который пробивается через жалюзи.       — Удивительно, — радостно шепчет Аня, а потом уже громко и радостно смеется. — Удивительно!       Она тут же снова подлетает к компьютеру и внимательно смотрит на результаты обработки данных. Ее лицо озаряет счастливая улыбка. Она и сама в это поверить не могла. Не думала, что такое возможно. Ведь все это теории, недоказанные еще никем. Все это просто сказки и легенды, в которые все уже перестали верить. Все это стопроцентная совместимость.       — Не понимаю, — еще чуть-чуть и у Даны будет истерика. — Объясни, нормально, я…       Она замолкает сразу, когда женщина показывает ей папку с ее предназначением. И, кажется, Дана спасла мир в прошлой жизни или же упала в котел с удачей. Потому что в профайле некий Ник Соболевский. Дана моргает пару раз, а потом смеется.       — Это правда? Ты ничего не меняла? Я и он… Да?       — Именно, — Лонг достает телефон и видит три пропущенных от Игоря. — Твой отец беспокоится. Кажется, Соболь уже позвонил ему. Ты же ушла и ничего ему не сказала? Ох, объясняться перед ним будешь сама…       — Подожди, он… — Дана вдруг почувствовала, как задыхается. — Неужели он направляется в Центр? Но… Подожди… Почему мне тяжело дышать… Я… Что со мной… Такое ощущение, что я бегу… Я…       — Это связь предназначенных, — Аня гладит племянницу по голове и искренне улыбается. — Вы чувствуете все эмоции друг друга. У вас одна душа на двоих. Вы идеальны во всех смыслах. Не удивлюсь, если через пару лет вы будете понимать друг друга без слов. У вас стопроцентная совместимость.       Девушка хочет что-то сказать, но не может. Воздуха не хватает и она чувствует себя спортсменкой. В голову приходит мысль, что нужно будет записать этого парня в спортивный клуб.       — Анна! Что происходит?! — в кабинет врывается разъяренный Игорь, а за ним запыхавшийся парень и недовольный Владимир. — Немедленно объяснись!       — О, я обиделась на тебя, — женщина сложила руки на груди. — Ты не дал мне рецепт пирога.       — Сейчас не до шуток! Анна! — брат внимательно смотрит на свою дочь и видит золотой штрих-код. Его сердце пропускает пару ударов и он с надеждой взглянул сначала на сестру, а потом на ее мужа.       — Дана, — парень подбегает к девушке, которая еще лежит на кушетке и наблюдает за взрослыми. — Ты в порядке? Ничего не болит? Может в больницу?       — Все в порядке, — женщина улыбается и выгоняет мужчин из кабинете, оставляя предназначенных наедине.       Уже в коридоре она выслушивает ругательства Игоря. Он говорит о безответственности сестры, о том, что пора бы уже делиться своими проблемами. Но что больше напрягает Аню, так это притихший Владимир. Он серьезно смотрит на жену. Она уверена, что в его голове сейчас произносятся самые отборные проклятья в ее сторону. Слишком многое она скрывает от него.       — Объясни уже, прошу, — тихо просит Игорь, когда они втроем сидят в кабинете Владимира.       — Ваша дочь прошла регистрацию сегодня, поздравляю, — официальным тоном произносит Аня, а потом мягко улыбается и гладит брата по голове. — Ты воспитал хорошую дочь. Она сама пришла. Я хотела поменять данные, но это оказалось не нужным. Дана и Соболь предназначенные. У них стопроцентное совпадение. Они пример идеальных отношений. Штрих-код Даны стал золотым из-за этого. Я заметила, что у Соболя он тоже стал золотым. Час назад многие теории стали правдой.       — Это хорошо? — мужчина не избавился от привычки задавать глупых вопросов. — Почему Соболю стало вдруг плохо у меня в гостиной? Мы разговаривали, как неожиданно он упал на пол и стал кричать. Это было ужасно и страшно. Хорошо, что Артем был в школе. Что это было?       — Реакция штрих-кода на регистрацию, — Владимир встал со своего кресла и подошел к огромному шкафу, доставая от туда толстую папку. — Это изучается уже несколько десятков лет. Кто-то проходит регистрацию безболезненно, кто-то чувствует легкие покалывания, а кто-то корчится в агонии. Это пока необъяснимо, хотя я уверен, что Лина сможет докопаться до истины. Она уже полгода занимается этим проектом.       — Вы и мою дочь впихнули в систему, ненормальные, — устало вздыхает Войт, но в его голосе не было ни капли обвинения.       — Она сама захотела, — пожимает плечами Владимир, отдавая папку Игорю. — Дане и Соболю придется еще несколько лет походить в Центр. Они первые, у кого стопроцентное совпадение штрих-кодов.       Игорь пытается что-то понять, перелистывая какие-то отчеты, графики, анализы и расчеты. От цифр и букв резко заболела голова и мужчина умоляюще взглянул на сестру.       — Система не мое, — он уже хотел предложить им выпить чаю, как вдруг его озарила одна мысль. — Стоп! Ты же говорила, что в природе не существует идеальных предназначенных! Что такое невозможно, что…       — Это было раньше, но твоя дочь и Соболь живое доказательство обратному, — Аня улыбается и обнимает брата. — Они чувствуют друг друга. Все эмоции, всю боль. Они те, про которых писали сказки. Они легенды. И они счастливы.       — О нет, — Игорь отрицательно замотал головой. — Она моя дочь! И она сбежала! И теперь ее привлекут к ответственности…       — Да я все уладила уже, — женщина закатила глаза. — Я же говорила тебе, что у Даны справка. Она проходила лечение за границей.       — Я обожаю тебя, — брат крепче обнимает сестру. Ему повезло с ней, а ей повезло с ним. Единственно о чем они жалеют, так это о том, что все детство у них прошло в ссорах и недопонимании.       Аня улыбается, а потом смотрит на мужа. Она вздрагивает и понимает, что ее ждет серьезный и долгий разговор. Владимир сидит с непроницаемым лицом и неотрывно глядит на жену. Кажется, он перестал ей доверять. И этого женщина боится больше всего.