Save me

      Кажется, теперь Лина понимает, почему детей называют счастьем. Она наблюдает, как Юл съедает уже вторую тарелку супа и довольно улыбается. От этой улыбки Лине хочется приготовить что-нибудь еще, лишь бы этот ребенок продолжал вот так смотреть на нее и радоваться.       — Я смотрю, вы подружились, — Ал заходит на кухню и целует дочь в макушку. — Как ты?       — Все хорошо, — девочка кивает, как бы подтверждая свои слова. — Ты надолго?       — На минут тридцать, прости, — мужчина виновато смотрит на дочь, которая сразу же хмурится и спешит уйти в свою комнату. — Юля!       — Бесполезно, — Лина ухмыляется и ставит на стол тарелку с супом. — Вот, поешь.       Это была не забота, а скорее жалость. Ну, девушка считала, что все именно так. Она и думать не хотела, что может хоть что-то испытывать к этому мужчине. Она и так слишком много потратила на него нервов.       — Это вкусно, — спустя несколько минут удивленно произносит Ал, пробуя суп. — Спасибо, что приглядела за Юлей. Она…       — Болеет, — продолжила за него Лина, недовольно поглядывая на собеседника. — Ты оставил свою дочь одну, когда она болеет и нуждается в присмотре? Ты идиот?       — Я работаю, — только и смог пожать плечами мужчина, пропуская мимо ушей обзывательства. — Это для ее же блага.       — Она хочет, чтобы отец был рядом, а не проводил все время на работе, чокнутый трудоголик, — девушка выходит из кухни. Разговаривать с предназначенным не хочется, а уж спорить с ним тем более.       Осторожно постучавшись в детскую, она решила войти. Юл лежала на кровати и смотрела на свое запястье. Кажется, она была настолько увлечена, что не слышала ни стука, ни того, как в ее комнату вошли.       — Все нормально? — Лина присела на край кровати и погладила девочку по голове. — Ты не обижайся на отца. Он же работает для тебя, для твоего светлого будущего. Он любит тебя и…       — Не любит, — бурчит Юля, в одно мгновение садясь на кровать напротив предназначенной своего родителя. — Ты же работаешь в Центре?       — Еще нет, — девушка увидела, как Юл заметно погрустнела, поэтому поспешно добавила, — пока нет. Но я прохожу там практику и часто бываю. Моя тетя и дядя работают там.       — Значит, ты можешь помочь мне? — в голосе девочки было слишком много надежды, что Лина уже хотела убить каждого, кто посмел ей что-то сказать не так. Потому что никто не просит помощи у работника Центра просто так. Обязательно должна быть причина. И не всегда радостная.       — Ты хотела бы что-то узнать? Или… — она замолкает, когда ей показывают запястье.       Теперь понятно, почему девочка постоянно ходила в кофтах с длинными рукавами. Лина шокировано смотрит на штрих-код. Она такое видела только у одного человека.       И от этого почему-то становится реально страшно.       Потому что девочка не сможет найти предназначенного.       Потому что система просто не сможет прочесть ее код.       Потому что у Юли неполный штрих-код.