Choiсe / Выбор

— Я могу как-нибудь помочь? — с надеждой в голосе спросил Сэм. — Нет, — быстро ответил Габриэль, — никак. Спасибо. Ничего хорошего не будет, если он скажет Сэму, как помочь. Ты не можешь чувствовать связь с иллюзией, не такую. Но даже если Сэм признает ее, что было практически невозможно, то никто из них не был готов к подобной ответственности. — Есть кое-что, в чем я сомневаюсь. Когда Люцифер овладел моим телом, он же не овладел всем моим разумом? Не читал каждую мою мысль? — спросил Сэм. — Нет, читал, — ответил Габриэль. Люцифер был Сэмом и мог сыграть его достаточно убедительно. — И поэтому он пытался сделать из меня ненормального. Он знал, как я… что мне это не понравится, — охотник поправил себя. — Как ты что? — спросил Габриэль. — Ничего, — быстро ответил Сэм. — Понятно, — буркнул Габриэль. Если Сэм хочет его заткнуть — пожалуйста. Сэм вздрогнул. Он знал, о чем думает Габриэль, и он был прав. Вот, Габриэль сидит тут и изливает свою душу, так сказать, а он затыкает его. Сэм мысленно дал себе подзатыльник за неосторожно сказанные слова. Он вообще не должен был затрагивать эту тему. Сэм вздохнул. — Что я чувствую к тебе. Но послушай, Габриэль. Мы сейчас не в том месте и ты не в том состоянии, чтобы говорить об этом. Ты ранен и уязвим, и я не хочу пользоваться этим. Родственные мы души или нет. И самое главное, я твой друг и я хочу, чтобы ты восстановился, а потом думать о чем-то еще. Габриэль затаил дыхание, услышав о родственных душах. — Откуда ты знаешь? — когда Сэм вопросительно посмотрел на него, Габриэль пояснил, — о родственных душах. Откуда ты знаешь? Сэм и не заметил, как упомянул о них, и еще раз дал себе подзатыльник. Он чувствовал себя загнанным в угол. Черт, он не должен был говорить об этом! — Смерть рассказал, — ответил Сэм, не смотря на Габриэля. Он не хотел видеть его реакцию. — Смерть просто так ничего не «рассказывает». И если сказал, значит, это и имел в виду, — прошипел Габриэль, злясь больше на всадника, чем на Сэма, — итак, он сказал, что мы родственные души, и ты втемяшил себе в голову, что что-то чувствуешь ко мне. — Нет! — воскликнул Сэм, — я ничего себе не «втемяшил». Я не знаю, как это объяснить, но я заинтересовался тобой с первой нашей встречи. И я до последнего надеялся, что ты не Трикстер, не очередной монстр. — И ты хочешь, чтобы я поверил в это? — со скептическим видом спросил Габриэль. — Нет. То, что ты веришь в реальность этого мира, уже достаточно, — ответил Сэм, — поэтому я не хотел ничего говорить. — И эти держания за руки, объятия… были из чувства ответственности? — с упреком и разочарованием в голосе спросил Габриэль. — Нет, конечно. Я хотел помочь. Дать тебе якорь. То, за что ты мог зацепиться. И для меня это значило немного больше, чем просто помощь. Если… если ты хочешь, я не буду делать этого, — печально сказал Сэм. Габриэль удивленно посмотрел на охотника. - Я не знаю, — сказал он, — может, просто забудем? — Давай, — Сэм нервно улыбнулся. Он очень надеялся, что после этого достаточно откровенного разговора их отношения с Габриэлем не изменятся. Когда они закончили завтракать, солнце уже светило высоко в небе. — Ты хочешь вернуться или посидеть еще? — Я не знаю. Я хочу погулять. — Хорошо, тогда занесем все это в мотель и нормально погуляем, — согласился Сэм. Они оставили свои покупки в мотеле, тихо, потому, что Дин еще спал. Габриэль прихватил с собой горстку конфет. И теперь, когда их руки были свободны, Сэму невероятно сильно захотелось взять за руку Габриэля. По крайней мере, пока от резкого выхлопа машины Габриэль не подскочил и, несмотря на состояние своей благодати, готов был улететь. Сэм взял его руку и ободряюще сжал, и Габриэль успокоился. И даже когда он был спокоен, Сэм продолжал несильно сжимать его руку, давая возможность отстраниться, но архангел сплел их пальцы и продолжил идти. — Видеть твои воспоминания еще не значит понимать их, — ответил Габриэль на недавно заданный Сэмом вопрос, — он давным-давно потерял способность понимать положительные эмоции. Он видел, что ты испытываешь их, но не понимал почему, и поэтому он был немного свободнее. — И теперь ты можешь назвать отличия, — настаивал Сэм, хотя больше надеялся. — Да, могу. Я только, — Сэм спокойно выждал паузу, чтобы Габриэль мог закончить свою мысль, — я надеюсь, это не делает его лучше. Сэм сжал его руку, успокаивая. — Конечно, не делает. — Без обид, но если ты был иллюзией, ты не знал бы их, но показывал, и… прости, но для меня это значит достаточно много. — Справедливо, — отметил Сэм. Он мог сказать, что Габриэль находится на грани между «поверить» и «бояться поверить», его лишь нужно подтолкнуть. Они смогут. Вместе. Прошло пятнадцать минут, как они вышли из мотеля, и сейчас входили в парк, где были детская площадка и беговые дорожки, пруд в центре, акры травы, украшающей фонтаны или фигурно подстриженной. Сэм улыбнулся: — Здесь красиво. — Да, и спокойно, — согласился Габриэль, подходя к озеру и наблюдая за утками. Он увидел маленькую девочку с хлебом в руках, которая остановилась недалеко от архангела и начала кормить уток, и он не смог сдержать улыбки. Это были вещи, которые Люцифер никогда не сотворил в иллюзии. Сэм подошел к нему и положил руку на плечо, и Габриэль склонил голову ему на плечо. Они не знали, сколько так простояли, наблюдая, как дети и взрослые подходят кормить уток. Тишина была нарушена звонком телефона Сэма. Видимо, Дин проснулся. — Где вы? — спросил брат. — Мы с Гейбом гуляем, — ответил Сэм, — мы сейчас в парке. Нам вернуться? — Хах, просто хотел убедиться, что вы в порядке. Вы ушли, и машина здесь, — пояснил Дин. — Да, мы к обеду, наверное, вернемся, — сказал Сэм. — Ты в том парке с утками? — спросил Дин, вспоминая, что видел его вчера. Когда Сэм подтвердил, Дин продолжил, — может, мы встретимся и вместе пообедаем в кафе? В конце концов, пришло время устраивать мир между ним и Габриэлем, и сейчас была прекрасная возможность. Он по-прежнему настаивал на том, что Сэм был лучшим в решении подобных вопросов, но это не значило, что он должен оставаться в стороне. — Пообедаем с Дином? — спросил Сэм Габриэля, и когда архангел пожал плечами и кивнул, Сэм согласился, и они направились к выходу из парка, держась за руки. Подобного не было с тех пор, как Сэм предлагал Габриэлю коктейль, потому что Габриэль никого не воспринимал, кроме охотника. Когда они были в магазинчике и в пекарне, с продавцами говорил Сэм. Он не помнил, чтобы Габриэль разговаривал тогда, в магазине. И он надеялся, что в общении с Дином такого не будет. Дин подъехал к ним через две минуты. Поприветствовав их и получив в ответ кивок от Габриэля, который сжимал руку Сэма под столом, Дин вопросительно выгнул бровь и хотел что-то сказать, но Сэм поймал его взгляд и помотал головой. Он не хотел здесь устраивать разборки. Сэм хотел заказать Габриэлю тарелку спаржи, чтобы тот хоть что-нибудь сказал, но передумал. Он решил дать ему еще немного времени на восприятие этого мира, и поэтому заказал архангелу большой кусок шоколадного торта и коктейль, а с Дином они заказали обычную еду. Прошло немного времени прежде, чем Дин бросил попытки поговорить с Габриэлем. И пока братья разговаривали, Сэм легонько касался Габриэля, чтобы тот не чувствовал себя в стороне. Когда они поели, Дин спросил: — Вас подкинуть до мотеля? Если уж Габриэлю не нравится присутствие Дина, то он оставит этих двоих вместе подольше. Когда Габриэль кивнул, Сэм согласился и они вышли из кафе, Дин на секунду остановил брата. — Что это было? — Я не знаю. Мне кажется, ему пока еще немного непривычно говорить с другими людьми, — пожав плечами, ответил Сэм. — Но он же говорит с тобой? — Да, вообще, никаких проблем не было, пока вы не встретились. — Ну, если он хоть с кем-то говорит, значит, со временем все пройдет, — сказал Дин, давая понять, что разговор окончен, и подходя к машине, где их уже ждал Габриэль.