ошибка

-Индюшка самоуверенная,-сказал я и цокнул языком. -Ты не слишком дружелюбен. -А разве должен быть? Это скорее твоя прерогатива, я-клиент. -Ох, как же я забыл, клиент,-он выделил последнее слово. -И даже не спросишь почему я снова тут? -Ну, наверное у тебя есть на то причина и она, полагаю, крайне банальна. Я промолчал, он снова заговорил: -Сегодня мы снова обойдёмся минетом? -Нет. -Секс? -Я не гей. Марк, стоявший спиной к подоконнику и облокотившись на него, поднял брови: -Я тоже. -Я просто приехал поговорить. -Поговорить?-переспросил он. -Да. -А, ну как я сразу не догадался, все ведь приезжают сюда, чтобы поболтать. -Судя по мужику, выскочившему из твоей комнаты, вы тут явно не чай пили. -Это тебя не касается,-спокойно сказал он без тени раздражения. -Тебя устраивает подобное отношение к тебе? -Я не знаю о каком отношении ты говоришь и знать не особо хочу. Но если я тут, это значит, что либо оно меня устраивает, либо,-он помолчал,-я нахожусь тут по какой-либо причине. -В Нью-Йорке полно работы, для таких молодых... Он перебил меня: -Спасибо, я в курсе. Я не просил спасать меня или помогать мне. Я-самостоятельный человек и в советах не нуждаюсь. Это ясно? -Вполне. -И это всё, что ты хотел мне сказать? -Я приехал не сказать, а услышать. -Услышать что? -Твою историю. -Мою историю? -Ты действительно такой тугодум или притворяешься? -Просто не могу понять, о какой истории идёт речь. -Твоя жизнь, почему ты тут, что тебя сюда привело. Он помолчал несколько секунд, нахмурив брови, а потом облизнул губы и заговорил: -И ты считаешь, что я выложу историю своей жизни человеку, которого вижу которого раз в жизни? Я задумался, он прав. Он ничего не должен мне, мои ожидания глупы. -Я даже не знаю твоего имени. -Шеннон. Он кивнул: -Знаешь, есть в тебе что-то. Определённо есть. И, кто знает, может когда-нибудь мы сядем в каком-нибудь баре, и я действительно выложу тебе эту историю. -Обнадёживающе. На такой позитивной ноте, думаю, мне пора. -До скорой встречи,-снова произнёс он.

***

Мои родители погибли десять лет назад, мне было двенадцать. Слишком много, чтобы не понять, что произошло, слишком мало, чтобы осознать это в полной мере. Я живу со своей бабушкой Энни, она бойкая старушка, прекрасно ладит с моими друзьями и выкуривает по пачке сигарет в день в свои восемьдесят три. С ней я привык делиться своими мыслями, сомнениями и переживаниями. По пути домой я думал, стоит ли говорить ей о Марке. Подумав, я всё же решил, что нет. По крайней мере пока что. А ещё я чуть не забыл купить ей сигарет. Останавливаю машину и иду в придорожную палатку.