ошибка

Сколько бабок я уже просадил на такие вот визиты к нему? Заплатить за час(поминутной оплаты там нет, иначе шквал сорокалетних скорострелов снёс бы эту проститутскую обитель), сказать ему пару слов и уйти. Я не скупой, не подумайте, просто денег на ветер не бросаю-привычка, характеризующая меня как взрослого человека, на свою жизнь зарабатывающего своими силами. Я знаю как тяжело достаются деньги, но от темы я как-то отдалился. Я мог просто позвонить, в следующий раз я так и сделаю. С работой не было особых накладок, всё шло гладко и на удивление удачно. С Биром мы не виделись уже неделю, так как он с какой-то красавицей улетел на остров, название которого я не удосужился запомнить, как и имя его спутницы. Хреновый ты, Шеннон, друг. Два дня пролетели незаметно: первый я до ночи провёл на работе, решая последние вопросы в организации крупного праздника, второй-полностью провёл с бабушкой, мы рубились в карты и говорили о жизни. Утро очередной нашей встречи было не совсем утром. Стрелка часов уже миновала цифру двенадцать, на улице вовсю сновали толпы людей и ряды машин. Я потянулся, повернул корпус вправо, затем плево, сопровождая это синхронным хрустом всех своих позвонков. Чёртова больная спина. Умылся холодной водой, чтобы взбодриться, даже удосужился сбрить бороду. Такое позитивное утро завершил чашечкой кофе. На этот день ещё запланировано много дел, финалом которого станет ночь с Марком. Наши...ээээ...Отношения? До сих пор загадка для меня. Всё слишком комично, чтобы хоть как-то походить на правду. Чтобы не ломать себе голову, не грузиться и не съедать себя чайной ложкой сомнения, я сделал проще-отдался ситуации. Нет, серьёзно, в таких случаях это лучший выход, да и единственный, пожалуй, верный. Бабушка оставила записку на столе, в которой говорилось, что сигареты кончились, а будить меня ей не хотелось. Она с Амандой(будто мне что-то говорит это имя) пойдёт в парк, заодно купит сигарет и будет неизвестно когда. Я усмехнулся, взял ручку и подписал, чтобы в следующий раз не боялась будить меня, добавив, что сегодня я не вернусь. Его выходная неделя перенесена, так как кто-то из его "коллег" в больнице. Встречу мы решили не переносить. Жду его около машины возле борделя. Из здания выходит мужчина, на которого я один или два раза натыкался, когда приходил к Марку. У нас будто один на двоих график, он приходит передо мной. Я поёжился. Сколько человек сегодня трахали его? Этот мужчина был последним, если, конечно, приходил к Марку. Мне придётся смешивать свою сперму с его. Пойти, что ли, догнать его и пожать руку? Это своеобразные узы. Не повод для шуток, но в подобных случаях юмор-единственное, что может удержать на плаву то, что обречено на гибель. Через несколько минут выходит Марк. В чёрных джинсах, белой футболке и чёрных ботинках. На глазах у него солнцезащитные очки, хотя время близится к часу ночи. За спиной рюкзак. Встретив его на улице, я никогда бы не подумал, что он-проститутка. Марк подходит ко мне, перемещает очки с переносицы на голову, забавно взъерошив ими волосы. Протягивает мне руку. Руку. Он протягивает мне руку. Я пожимаю её. А чего я хотел? Страстного поцелуя в губы? Это было бы глупо, хотя куда более логично, чем протянутая рука. -Как дела?-спрашивает он, сев на сидение рядом со мной. -Замечательно,-улыбаюсь я и трогаю с места,-как на работе? Он пожимает плечами: -Всё как обычно. -А как у тебя обычно? -Обычно у меня секс. Ты же знаешь. Зачем спрашиваешь? Теперь пожимаю плечами я: -Не знаю. -Ты ревнуешь?-он рассмеялся. Я ничего не ответил. Мне стало противно. Неприятно. Неуютно рядом с ним. Подсознательно я начинал считать его чем-то своим, что, быть может, было эгоистично, но предсказуемо. А когда ты знаешь, что твоё ежедневно становится чьим-то ещё, пусть и за деньги, пусть и на короткое время...Ничем хорошим это не заканчивается. Видимо, до меня начала доходить вся серьёзность ситуации, в которой я оказался. -Я устал на работе,-сказал он, чтобы как-то поддержать разговор, но момент был выбран неверно, как и тема. -Ещё бы,-с иронией ответил я. -Тормози. Он выпрямился. -Зачем? -Тормози. Я останавливаю машину, он поворачивается ко мне: -Ты знаешь, кем я работаю. Это никогда не было тайной, это никогда не было проблемой. Это данность. Если ты не в состоянии принять её, то мне лучше сейчас уйти, а тебе лучше больше не возвращаться. Да, это не самая благородная профессия, но я не намерен выслушивать упрёки. Мне с лихвой хватило. Молчание. Он тяжело дышит от переизбытка эмоций. Я же почти не дышу вовсе-задумался. Вспомнив простой процесс обогащения крови кислородом, я вернул ритм дыхания, после чего сказал: -Всё в порядке. Пытаюсь улыбнуться, завожу машину, его глаза с хитростью наблюдают за мной, потом он откидывается на сидение, я нажимаю на газ. Сейчас не так и важно. Я разберусь в себе позже.