Надежда

Пришлось выждать две недели, чтобы внимание директора притупилось, и он не так пристально наблюдал за школой. Закутанный в мантию-невидимку Поттер аккуратно крался по подземельям, забираясь в заброшенную часть. Добравшись до барельефа со змейками, он тщательно проверил окружающее пространство и прошипел приказ открыться. Проскользнув в узкую щель и закрыв проход, мальчик облегченно выдохнул, снял мантию и пошел по туннелю вперёд. Сюда мог попасть только змееуст, знающий об этом проходе. Он вышел в огромный зал и уверенно направился влево, обходя статую уродливого старика. Замаскированная дверь охотно впитала каплю крови и открылась, впуская его в небольшую комнату со спящим василиском. - /Хэш, проснись/, - прошипел брюнет, ласково поглаживая прохладную чешую. - /Мой хороший, сильный, большой/. - /Хоз-сяин?/ - просыпающийся василиск телепнул воздух языком и открыл глаза. - /Хоз-сяин!/. - /Я вернулся, мой хороший/, - артефактор хихикал, терпя облизывания фамилиара. - /Щекотно. Иди ко мне/. Фамилиар ткнулся носом в раскрытую ладонь и засветился, уменьшаясь в размерах и скрываясь в теле мага. Тот погладил образовавшуюся татуировку, вышел из комнаты и закрыл дверь, вновь слившуюся со стеной, после чего отправился на выход. - Рих? – шедший ему навстречу зельевар был весьма удивлён их встречей. – Почему не спишь? - Прогулки весьма способствуют спокойному сну, - кивнул Генрих. – Вам ли этого не знать, сэр? - Отбой уже давно был, - покачал головой Северус, слегка подтолкнув его в сторону своих покоев. – Идём. В комнатах слизеринского декана было тепло, плед повис на ручке кресла, а на журнальном столике лежала раскрытая книга по зельям. Поттер с молчаливого разрешения разулся и с ногами забрался в кресло, наблюдая за пламенем камина. - Бессонница? – Снейп поставил перед ним кружку с горячим шоколадом. - Моя очередь патрулировать коридоры, - артефакт-жучок не обнаружил подслушки, поэтому мальчик немного расслабился. – Хогвартс – «живой» замок, поэтому имеет приоритет в назначении деканов факультетов и директора. Иногда он назначает и старост. Хогги вручил мне некоторые обязанности старосты – патрулирование замка после отбоя, помощь младшим – но привилегии хозяйские. - Хм? – выгнул бровь мужчина, смакуя налитое в бокал вино. – Ты имеешь в виду наследие Салазара? - И Годрика. Основатели провели ритуал кровного побратимства, и были друг другу братьями и сестрами. Я наследую обоим магам. - Почему именно десять лет на получение первенца? - Тому вообще дается только пять лет. Сколько можно увиливать от продолжения Рода? Главная задача любого Рода, помимо поддержания Завесы – дать ему продолжение. Меня учили именно так. Не сказать, что это непреложный закон, но Стефан Принц женился в тридцать лет, а через год стал отцом. Потом его сын, внук, правнук – все придерживались традиции жениться до тридцати лет. - А заводить детей – до сорока, - добавил с портрета Стефан Принц. – Эх, славное времечко было. Мои малыши, детки Изабо, младшенький – самый любимый. Впрочем, он отвечал нам полной взаимностью. Спокойной ночи, не буду мешать. - Как думаете, сэр, на портреты действуют протрезвляющие чары? – артефактор проводил внимательным взглядом удравшего мага и повернулся к профессору. – Он либо что-то праздновал, либо поминал. - А вариант, что мой предок просто решил выпить – не рассматривается? – усмехнулся зельевар. - Неа. Портреты пьют либо с горя, либо от радости. Это живые могут «просто выпить». - Веский аргумент. По-моему, никто не проверял протрезвляющие чары на портретах. - После такого аргумента фиг не протрезвеешь, - Генрих качнул в руке небольшой фаербол и со смешком развеял его. - И на ком сей аргумент проверен? – осторожно уточнил Северус. - На Годрике Гриффиндоре. Точнее, на его портрете. - Сколько стихий, уникум? Нимб не жмёт? - Выявлено две, и при чём здесь нимб? Я мог бы учиться на факультете Салазара, если бы не опасения, что это решение гарантированно обеспечит мне могилу. Оба молчали, наслаждаясь своими напитками в уютной тишине. Они поняли друг друга.