Любовь без памяти

Вокруг было так красиво: цветы, гирлянды, музыка – но сердце Магнуса замирало не от этого. Глаза Алека, губы Алека, его дыхание, которое опаляло лицо, его рука на талии, его пальцы, перебирающие пальцы Магнуса. Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно... Магнус резко выдохнул, опустив голову вниз, и помотал из стороны в сторону. – Нет, Алек, – пробормотал он, но парень продолжал с улыбкой на губах читать стихотворение. – Алек! – выкрикнул Магнус. – Остановись! Но тот его словно не слышал. Неизменная улыбка, сияние гирлянд за его спиной, белый шатёр над их головами. Магнус покрутил головой, оглядывая помещение, где они находились. Вокруг столы, украшенные бантами стулья, танцующие гости – и они одни из них – Джейс и Клэри неподалёку несильно покачивались, влюблённо глядя друг другу в глаза. На Клэри было свадебное платье, в волосах запутались цветы. Магнус снова повернулся к Алеку. Тот смотрел на него прямо и с бесконечной нежностью во взгляде, отчего у мужчины застлало глаза пеленой. Он уткнулся лбом в его грудь поражённо и захлебнулся всхлипом. – Что ты со мной делаешь, Александр? Лайтвуд никак не отреагировал. Магнус проснулся со слезами на глазах. Он провёл обеими руками по волосам и заметил, как дрожат пальцы. Простыни измялись, поэтому он вскочил с кровати и со всей силы дёрнул их на себя, остервенело срывая наволочку и пододеяльник. В груди птицей билась злоба: на себя, на чёртовы сны, на Алека, который не отпускает которую ночь подряд. Он рванул плед, лежащий у изножья кровати, и тот, зацепившись за уголок, разошёлся по шву. Магнус отчаянно вскрикнул и рухнул на кровать, давая слезам выход. Матрас под его лицом покрылся влажными пятнами, когда он отстранился и оглядел комнату. В воздухе в свете солнца, светящего в окно, танцевали пылинки. Постельное бельё кучей валялось у ног. Он подхватил его и понёс в кладовую, где стояла стиральная машинка.

***

Катарина напевала что-то себе под нос, разливая чай по кружкам, и над ними клубился пар. Магнус засмотрелся на то, как капельки конденсата стекают по керамическим стенкам, как тонкие пальцы подруги подхватывают сразу три кружки в две руки, как немного расплёскивается чай, выливаясь за край. – Осторожно! – предостерегающе пробурчал Рагнор, помогая возлюбленной поставить кружки на стол и не обжечься. – Кэт, – он посмотрел в её синие глаза с осуждением и покачал головой. Девушка показала ему язык и уселась напротив друга. – Как ты, Магс? – проворковала она, хватая из сахарницы два кусочка рафинада и кидая их в горячий чай. Танцор натянул улыбку. – В порядке. – Как продвигаются переговоры? – спросил Рагнор, севший по левую сторону от него. Магнус вздохнул и прошёлся пятернёй по волосам. – Встреча сегодня в четыре часа. Рафаэль договорился с ними довольно быстро, так что, думаю, сделка состоится. – Почему ты тогда такой весь дёрганный? – Рагнор сделал глоток чая и зашипел. – Кэт, ты не разбавила? Катарина ему не ответила, лишь одарила секундным взглядом, а потом, подперев подбородок ладонью, повернулась к Магнусу. – Ничего я не дёрганный, – пробормотал тот в ответ, водя указательным пальцем по ободку кружки и морщась оттого, что пар обжигает кожу. – Ну да, – с сарказмом бросил Рагнор. – Мы не первый год знакомы, Магнус, так что хорош заливать! Выкладывай. Бейн закатил глаза и подался вперёд, укладывая руки на столе и рассматривая цветочные узоры на нём. Под стеклянной столешницей цвели голубые лилии. Он провёл пальцем по лепесткам и пробормотал на выдохе. – Сны. Катарина напряглась и переглянулась с Рагнором, который, настороженно сдвинув брови, спросил: – О чём? – Всё о том же, – Магнус ударил ногтем по стеклу. – Это похоже на воспоминания или... – он потёр переносицу двумя пальцами и зажмурился, – ох, глупо звучит, но словно отрывки из другой жизни, – и, отняв руки от лица, тяжело вздохнул. – Я вижу Алека. – Ты уверен, что это он? – спросила осторожно Кэт. – Конечно, я уверен, – закатил глаза танцор. – Я вижу его лицо вот так, – он выставил перед своим лицом ладонь тыльной стороной к себе. – Что происходит в ваших снах? – поинтересовался Рагнор. – Боюсь, ты не захочешь этого знать. Это ненормально, когда у тебя есть постоянные отношения с одним человеком, а тебе снится другой, причём каждый раз вы с ним... – Магнус перевёл дыхание и прикрыл глаза. – Он так ласков и нежен. И запах у него такой же, как в реальности. – Откуда ты знаешь про запах? – Катарина встрепенулась и облокотилась на край стола. – Ты видишься с Алеком? – Это вышло случайно, ладно? Я просто пошёл в библиотеку, я не знал, что он там работает! – выкрикнул мужчина в оправдание. – Меня тянет к нему, и я не могу ничего с этим поделать, – добавил он уже спокойно. Кэт протянула руку и накрыла ею ладонь Магнуса. – Знаешь, что я думаю? – спросила она тихо. – Ты просто скучаешь по Уиллу, вот и тянешься к Алеку. Они ведь так похожи. – Когда ты последний раз контактировал с Уиллом? – вмешался Рагнор. Магнус опустил глаза. – В четверг. – Но ведь сегодня понедельник! – воскликнула Катарина. – Вы раньше и дня не могли провести вдали друг от друга, что случилось? Он перестал звонить и писать? – Нет, Кэт, я перестал, – ответил танцор. – Он пишет и звонит, а я нахожу причины, чтобы не говорить с ним. – Но почему? – Потому что не хочу! – вспылил мужчина. – Меня тянет к Алеку не потому, что я скучаю по Уиллу. Я вообще по нему не скучаю. И не думаю! Все мои мысли – это Алек, Алек, Алек, Алек, Алек... Тысячу раз Алек! Каждую ночь – Алек! По утрам – Алек! Днём – Алек! Танцую – представляю, что танцую для Алека. Читаю книгу – думаю, а понравилась бы она Алеку? Иду по улице – вот бы было здорово встретить Алека! Понимаешь? Я не знаю, что в нём есть, но меня ужасно к нему тянет. Он уронил лицо на ладони и почувствовал, как на плечо опустилась рука друга и сжала его. – Хэй, всё в порядке, – прошептал Рагнор. Магнус поднял голову. – Нет, Рагнор, не в порядке. Мне почти год снились одни и те же сны с участием безликого незнакомца. Это было странно и мучило меня, но это и на сотую доли не так мучительно, как сейчас, когда у незнакомца появилось лицо. Теперь я вижу Алека в реальности и вспоминаю Алека из снов. Они пахнут одинаково. У них одинаковые улыбки. Те же сильные руки. Та же нежность в глазах. Это сводит меня с ума. – Ты сблизился с Алеком, не так ли? – спросила Кэт. – Да, – кивнул танцор. – Я не искал встречи, но так получилось. А теперь я не могу остановиться. – И как он себя ведёт? Магнус усмехнулся. – Сначала он злился и избегал меня, а потом... Я упал и ушиб лодыжку. – Господи, ты в порядке? – ужаснулась Катарина. – Когда это случилось? – Да, всё хорошо. Я упал в пятницу, так что уже не болит, – заверил он её. – Так вот, Алек отвёз меня в больницу, а потом домой. И он носил меня на руках, Боже, я никогда не думал, что меня можно этим пронять. Он остался со мной тем вечером. – И вы... – в голосе Рагнора звучали полувопросительные интонации. – Просто смотрели телевизор, и я уснул. На утро его уже не было. – И что ты собираешься делать дальше? – тихо прошептала Катарина. – Что насчёт Уилла? – Я не знаю, – Магнус обречённо застонал. – Я запутался. Я не хочу ничего решать. Рагнор усмехнулся. – Типичный Магнус «Я выбираю лёгкий путь» Бейн. Танцор наградил его злобным взглядом. – Знаете, что? – сказал он, поднимаясь со стула. – Отвалите, – и взмахнул рукой, как бы отгоняя их от себя. – Мне пора, надо ещё к встрече подготовиться. Катарина и Рагнор последовали за ним в прихожую. – Только обещай, что хорошо подумаешь, прежде чем что-то делать? – попросила девушка. – Обещаю, – пробурчал Магнус и, обняв друзей по очереди, вышел за порог.

***

– Магнус, ты уверен? – спросил мужчину Рафаэль, когда тот занёс ручку над стопкой документов. Танцор замер и взглянул в глаза своего менеджера. – Ты решился спросить только сейчас? Не думаешь, что уже поздно? Сидящие за столом представители Американского театра балета, куда Магнуса пригласили ещё в прошлом году, переглянулись. – Пока ты не поставил подпись, всё ещё возможно, – сказал Сантьяго. – Ты звучишь, как персонаж Лиама Нисона, – закатил глаза Магнус. – «Пока не идут титры, всегда есть шанс»*, – процитировал он, плохо изобразив британский акцент. Рафаэль лишь поражённо вскинул руки и уселся на свой стул. Год назад этому танцору предложение не было нужно, а когда они колесили по Европе, он вдруг решил, что хочет осесть в Нью-Йорке, и заставил своего менеджера добиться этого контракта. Магнус выводил ручкой свою витиеватую подпись в документах, а потом их взял в руки Рафаэль и прошёлся по всем пунктам, проверяя, правильно ли всё сделал его подопечный. – Уверен? – спросил он ещё раз. Магнус энергично кивнул. Это решение он принял давно.

***

– Глядите-ка, кто вернул книги на два дня позднее, – скучающим тоном продекламировала Тесса, когда Магнус зашёл в библиотеку к ним в отделение. – Ты знаешь, что у нас за это полагается штраф? – поинтересовалась она, сложив руки перед собой на стойке. – Какие два дня? – возмутился танцор. – Завтра будет ровно неделя, как я их взял, у меня целые сутки в запасе. – У нас поменялись условия, – сказала девушка. – Теперь ты должен нам сто баксов, по пятьдесят за просроченный день. – Чего?! – Давай-давай, – Тесса поманила ладонью. – Иначе выпишу тебе запрет на посещение нашей библиотеки. – Тесса, прекрати, – раздался знакомый до мурашек по спине голос позади Магнуса. – Она шутит, не обращай внимания, – обратился Алек уже к Магнусу и прошёл за стойку. – Привет, Александр, – пробормотал Бейн и скользнул взглядом по его телу. – Как дела? – Неплохо, твои? – спросил тот, перебирая стопку газет на столе и не отнимая от них взгляда. – Хорошо. – Как книги? Зашли? – Да, – Магнус сглотнул, и сухость в горле заставила его раскашляться. Алек поднял голову и отошёл к тумбе, на котором стоял графин с водой и стаканы. – Держи, – протянул он ему один из них, наполненный до краёв. – Вода платная, – пробурчала Тесса. Алек посмотрел на неё осуждающе и повернулся к Магнусу. – Не слушай её. Танцор закивал и вернул стакан парню. На миг их пальцы соприкоснулись. – Так ты собираешься брать что-то ещё? – серые глаза девушки были способны испепелить Магнуса в секунду. – Хотелось бы. – И, естественно, тебе нужен совет, как в прошлый раз? – ехидно спросила она. – Боже, – Алек закатил глаза и вышел из-за стойки, – идём, Магнус, пока она не обглодала твои кости, – он легко подтолкнул его, прикоснувшись ладонью к пояснице, и кинул через плечо подруге: – Мегера! – Я ей не нравлюсь, – сказал Магнус, когда они отошли от регистрационной стойки и завернули за стеллажи. – У неё сложный характер, не принимай на свой счёт, – беззаботно отмахнулся Алек. – Это, знаешь ли, не помогает, – танцор нервно улыбнулся. – Я чувствую свою вину. Парень остановился и посмотрел Бейну в глаза. – Ты зацикливаешься на несуществующей проблеме, – он сжал его плечо и склонил голову, чтобы их глаза были на одном уровне. – Наверное, – промямлил Магнус, пытаясь сконцентрироваться на словах Алека, а не на его губах или глазах. Лайтвуд улыбнулся одним уголком губ и пошёл дальше. – Я хотел поблагодарить тебя, – сказал за его спиной Магнус. – За тот пятничный вечер. – Всегда пожалуйста, – пробормотал парень беспечно, но только через некоторое время. – Ты будешь завтра на вечере поэзии? Алек остановился и повернулся к стеллажу, шаря пальцами по корешкам и делая вид, что ищет что-то, но Магнус видел, что он смотрит на него боковым зрением. – Пока не знаю, – отозвался он. – А тебе бы хотелось? – Да, – ответил танцор немедля. – Очень. Алек повернулся к нему лицом и сложил руки на груди. – Почему? – Что «почему»? – Почему ты хочешь, чтобы я был там? – пояснил парень. – Мне нравится, как ты читаешь стихотворения, – сказал Магнус. – Мне нравится... проводить с тобой время, – добавил он еле слышно. Алек горько усмехнулся и отвёл взгляд. – Хорошо, – сказал он. – Я буду. Магнус не смог сдержать счастливую улыбку и тоже отвёл взгляд, чтобы не казаться Лайтвуду идиотом. В свете люстры блеснула золотистая полоса на корешке книги, находившейся почти возле головы Алека, и он потянулся к ней. Как только пальцы коснулись переплёта, Алек повернулся к нему и перехватил его ладонь, и их лица оказались так близко друг к другу, что Магнус смог рассмотреть голубую радужку и едва заметный синий ободок, делающий глаза ещё более выразительными. Он замер с вытянутой вверх рукой, а Алек скользнул пальцами по тонкой ладони, огладив костяшки и запястье, и своими нереально длинными пальцами вытащил книгу. – Держи, – прошептал он, протянув её Магнусу, и отошёл на шаг. Магнус кивнул, неспособный что-либо ответить, так как слова словно прилипли к языку, и принял книгу в руки. – Идём, я оформлю её, – сказал Алек и направился в сторону стойки. Магнус послушно поплёлся за ним, мыслями оставшийся в том моменте, когда ладонь Алека гладила его ладонь, и пришёл в себя только дома, когда обнаружил, что взятая им книга вообще не поэзия, а сборник мифов славянских народов.