Героем не рождаются

Первое место, которое Гарри решил посетить, был, как не странно, магазин мадам Малкин. Ему не терпелось посетить его по двум причинам: с теми деньгами, что у него имелись на руках, он наконец-то мог позволить себе не только школьные мантии, но и повседневную одежду из хороших материалов. Почему-то никому в голову не пришло, глядя на щуплого мальчишку, одетого в одёжку снятую с какого-то оборванца, что тут попахивает дерьмом. Герой разве должен выглядеть именно так? Вторая причина была более личной: ему хотелось увидеть Хорька, который всё ещё выпячивал грудь колесом, дабы казаться важным и чересчур напыщенным, подражая своему отцу. Это слабость, Гарри знал, но её он должен был себе позволить. Мадам Малкин всё так же с улыбкой встретила его, поправляя свою лилово-розовую мантию. — Едешь в Хогвартс, милый? — никогда не замечалось за ней особого отношения к нему, пускай он и спас всю магическую Британию, и это то, что особо ценилось Гарри. — У меня можно найти всё необходимое из одежды. А если покопаться, то и сверху этого, — подмигнув, женщина быстро переместилась в сторону скамеечки, вогрузив её ровнёхонько перед зеркалом, после чего вновь повернулась к герою. — Да-да, мне нужен полный комплект для первокурсников, — закивав головой, Гарри шустро переместился к ней поближе. — И сверх этого: повседневные рубашки, штаны, джемпера. Как не прискорбно, но и носки с трусами, — на секунду замолчав, дал женщине переварить информацию, после чего продолжил. — Возможно, что дополнительная зимняя мантия, только уж желательно, парадная. И если вы мне скажете, что обувь тоже возможно заказать через вас, то моему счастью не будет предела, — выдав, мальчик забрался на скамейку, позволив опытным рукам начать своё волшебство, порхая над ним. — Если ты выдержишь такого количества примерок, то выйдешь отсюда с новым гардеробом где-то через час, — довольно сообщив, мадам Малкин сверяла какие-то параметры со своей книжкой, что по волшебству, летала за ней по пятам. Дальше время потекло как-то особо тягуче, заставив Гарри с прискорбным видом принять действительность. Он, как и любой другой мужчина, ненавидел проводить в магазинах долгое время. Если это не магазин по квиддич. Ему пришлось раздеться до трусов, стоя в примерочной и принимать потоки одежды, которые казались нескончаемыми. Стоять практически голым, светя отнюдь не новыми трусами и носками, которые вопили о помощи, удовольствие то ещё. Особенно, когда колокольчик у входной двери сообщает о новом посетителе. — Милый, ты тоже в Хогвартс? — мадам Малкин источает не просто любовь — она обволакивает с ног до головы, заставляя забывать, что ты хотел всего лишь требуемое количество одежды. — Мне нужен комплект для первокурсников, — этот голос не перепутать ни с чем. Гарри выглянул из-за шторы примерочной кабинки, дабы удостовериться, что это не слуховой глюк. Всякое бывает, знаете ли. Маленький Драко стоял к нему спиной, медленно оглядывая помещение. Даже по спине можно было сказать, что он уже поджимает губы, стараясь выглядеть сухо и величественно. Ему почему-то в голову не приходило, что выглядел при этом глупо и напыщенно. — Привет, — первое впечатление сразу же можно относить как неудачнейшим. Впрочем, Гарри не привыкать. В прошлом он тоже не блистал: ни словом, ни действием. Взгляд Малфоя прошёлся по растрёпанной шевелюре героя, спустился к лицу, изогнув бровь при виде очков-блюдец, и запнулся на тонких ключицах, выступающих так, словно мальчишка перед ним подвергался пыткам ежедневно. — Привет, — голос набирал уверенность и уже знакомый снобизм даже подал повод для улыбки. Ну, конечно же, трусы ему не понравились. — Ты тоже в Хогвартс? И Гарри откровенно захотел подойти к нему, дабы дать по лбу. Не фигурально. Отнюдь не фигурально. Но вместо этого, он нацепил на себя самое невозмутимое выражение лица, выбравшись из кабины наружу. Ему стесняться нечего — трусы даже не его, что уж говорить о ботинках, которые сейчас смотрелись абсурдно. — Ты не поверишь — туда, — кивнув головой для установки подтверждения, Гарри скрещивает руки на груди. — Жду вот, когда из меня перестанут делать живую куклу для примерки и можно отправляться за дальнейшими покупками. — Мой папа сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — эта манера растягивать слова сейчас не бесила как ранее. Может Гарри просто соскучился по белобрысому мальчишке? — А потом потащу их посмотреть гоночные мётлы. Мне определённо нужна одна из них. Глупо не позволять первокурсникам иметь свою собственную. Может кто-то и не может подобную купить, но почему другие должны из-за этого страдать. Да, Хорёк даже маленьким был уже Хорьком. — Даже не знаю: посочувствовать тебе или позлорадствовать, — лицо блондина вытянулось. — Мне же, до сегодняшнего дня, так же не светило получить одну из чудеснейших мётел, так что ты мог быть моим самым закадычным врагом, — буднично сообщая, Гарри с благодарностью принимает тёмно-серые брюки и изумрудную рубашку, выбранную мадам Малкин. — Но ты не будешь, — обернувшись на миг, скорчил рожицу, чтобы сразу спрятаться за шторкой. Память, услужливая сука, решила предоставить ему воспоминания об уставшем, на грани срыва Малфое. И это было настолько реалистично, что Гарри пришлось мотнуть головой в сторону, дабы отогнав этот липкий кадр из прошлого, заставляющий вновь испытать сжатое горло от душащей ответственности. Никто не может испытать подобное по определению — ему как герою, достаётся всё самое дерьмовое. — А где твои родители, — голос Хорька заставил выплыть из тумана прошлого, обратив внимание, что мелкий грызун находится гораздо ближе, чем был до этого. — Там, — коротко ответив, Гарри высунул голову, чтобы столкнуться с Драко нос к носу. Непонимающий взгляд мальчика скользнул по лицу, оставшись в недоумении. И если бы Гарри не тыкнул пальцем в свой лоб, подчёркивая свой шрам самым красноречивым движением, то точно принял бы своего будущего однокурсника за дурака. — Все там будем, знаю, — и исчезает обратно за шторой, пытливо уставившись на свою новую одёжку. Именно в этом, Гарри собирается выйти из магазина. Однако. — Так ты Гарри Поттер?! — возглас слышится с явным недоверием, отчего герой опять высовывает обратно голову, дабы повторно постучать указательным пальцем по лбу. Своему, разумеется. — Нет, я Невилл Долгопупс, — закатывание глаз, это так… по Малфоевски. Но Гарри не упускает возможность, опять скрываясь от блондина. В этот раз успешно, так как он успевает полностью одеться. — И ты не помнишь их? — фырканье героя слышно за милю. — Их можно не помнить, но всё равно они остаются с тобой до самой смерти, — распахнув штору, одетый во всё новое, Гарри сухо сообщает известный лишь ему факт. Хорька проймёт гораздо позже. Мадам Малкин подскакивает как раз вовремя, сообщая что-то о сумке, которую расширили с помощью заклинания. Ах, да — гардероб же нужно было куда-то сложить. Так что поблагодарив её не только словами благодарности, но и выложив кругленькую сумму, замечая настороженный взгляд маленького Малфоя, герой довольно выдохнул. Полдела сделано, потому что палочка — это второе испытание нервов. — Я Драко Малфой, сын Люциуса Малфой. Приятно познакомиться с тобой, Гарри Поттер. Звучал мальчишка убедительно ровно настолько, насколько он сам того желал. И если бы Гарри был в худшем расположении духа, то точно повторил свой прошлый опыт общения с этим мелким зубатым зверьком. Но вместо этого, он с интересом наблюдает за тем, как блондин подобрался, задирая подбородок выше некуда, словно пытаясь казаться выше. — Вот же, слизеринская задница, — хмыкнув себе под нос, мальчишка приблизился к Драко, протянув тому первому руку. Секунда заминки и его прошлый враг протягивает ладонь, скрепив их знакомство рукопожатием. — Ты слышал уже о факультетах? — интерес пробивается за сцеживающим информацию голосом. — Я хочу на Слизерин, угадал, — подозрение тоже не далеко, ставя Малфоя в положение двойственное: и хочется узнать чего-нибудь ещё, и страшно до усрачки. — Я точно не хочу на Гриффиндор, — ни капли не соврав, Гарри даже представить себе не может, что с ним произойдёт, если его вновь туда отправят. Заавадит каждого. Рыжий будет первый. — Но тут надо поговорить с Распределяющей шляпой: она хоть на вид и стара, но договориться всегда можно, — завершая разговор, поудобнее перехватывает сумку, которую вешает себе на плечо. — Иди в Слизерин, — Драко произнёс как само собой разумеющееся, глядя на восьмое чудо света. — Чтоб весь мир схватился за сердце? Победитель Волдеморта — слизеринец? — и он засмеялся, глядя на то, как Малфой поморщился при имени умершего. — Мне больше по душе Когтевран, но вот буду ли я ему по душе — это вопрос. Герой уже думал над тем, куда его может затолкать Шляпа, что явно не станет прислушиваться к сбрендившему мальчишке: лучшим вариантом были Вороны, но и там были свои подводные камни. Прошлый опыт явно станет отличным подспорьем в том, чтобы являться одним из лучших учеников школы, но это не было нужно самому Поттеру. Если есть возможность обойти всеобщее внимание, то почему бы не воспользоваться. — Зато никто не решится лезть в душу, — блондин ответил спустя минуту, явно найдя для себя повод что-то решить на досуге. Но слова эти были довольно весомы, так как именно этого Гарри желал избежать. — Драко, ты всё ещё здесь, — дверь закрылась за спиной высокого статного блондина, который смотрел на своего отпрыска с присущей строгостью. Забаловать? Нет, не слышал о таком. — Молодой человек? — в сторону Гарри практически не смотрели. Досадно. — Лорд Малфой, приятно познакомиться. Гарри Поттер, сэр, — наклон головы в сторону, чтоб смотреть на мужчину, пускай и снизу вверх, но прищурив свои глаза. И ничто не укрылось от него, даже мелькнувшее удивление.  — Драко, ты заводишь полезные знакомства как погляжу. Хороший ход, — никакого тут одобрения и не было видно — один расчёт. — Приятно познакомиться, Гарри Поттер. Где же ваш опекун? Всё же небезопасно герою ходить одному, — презрительная усмешка всё так же покоилась на лице, заставляя гневить не только внутренне выросшего Поттера, но и маленькую копию, которая мысленно ломала палец за пальцем этого белобрысого павлина. — Вы о себе, лорд Малфой? — побольше уверенности в голосе и немного досады. — Или вам не сообщили, что по документам, вы должны были взять меня на воспитание, даже не смотря на свой статус? — бровь изгибается. Яд должен был капать с маленьких белых клыков, но его не наблюдалось. — Но отвечу на ваш вопрос: я один. Маглам, выросшим меня, нет места в этом мире, — добавлять, что им нет места и в их мире, Гарри не стал. Не поймут и примут за усопшего Лорда. Ну их к кизлам. Взгляд Люциуса отвечал нормам: он пытался вычислить, насколько прав этот мальчишка, ведь о том, что Малфои должны были оформить опеку над мальчиком, который выжил, знал лишь Абрахас Малфой, но почему-то тот скороспешно умер. Оповестить своего сына о возможном довеске как-то не представилось случая, и поэтому, представитель знатного рода кривил губы, обозначая свою позицию в услышанном. — Вы выросли у маглов? Прискорбно слышать, — ни хера там не прискорбно. — Куда же смотрит наш великий волшебник, — последнее звучало не как вопрос, скорее тайное удовлетворение. Ещё бы, этот павлин рад небось, что ему не надо было принимать в семью такую ношу как Поттер. Но то, что дома мужчина досконально проверит заявленное, Гарри не сомневался. — Как заметил весь Высший свет — не туда, куда надо, — пожав плечами, мальчишка аккуратно поправил чёлку, спадающую на глаза. После получения палочки, ему определённо надо вспомнить заклинания по наведению красоты: Джинни в своё время талдычила в него эти знания, откровенно говоря, что с подобным отношением к внешности нужно восседать в Азкабане, а не являться спасителем магической Британии. Поморщившись от воспоминаний, Гарри не сразу заметил задумчивый взгляд мужчины, который что-то для себя решал. Драко же, стоял рядом с ними, пытаясь понять, что вообще происходит. Ему явно было любопытно: не каждый день узнаёшь, что ты может рос бы вместе с самим Поттером. — Вы правы, мистер Поттер. Что ж, не стану вас задерживать. Драко, мы идём, — бросив на мальчишку прощальный взгляд, Люциус первый вышел из магазина, оставив ребят один на один. — Значит увидимся в Хогвартсе? — нетерпеливо протараторил Драко, искоса поглядывая на дверь — там его ждал отец, но уходить от нового знакомого желания не было никакого. — В поезде свидимся. Если не заважничаешь, — поддевая белобрысого, Гарри наспех попрощался с мадам Малкин, выходя первым из магазина. Звук колокольчика ознаменовал, что Драко последовал за ним. Кивок лорду Малфой, усмешка его младшему отпрыску, и герой неспешно отправился вдоль улочки, разглядывая вывески, которые пестрились от желания выделиться среди остальных. Ему совсем не требовалось больше бежать впереди паровоза, чтобы поспеть за Хагридом, равно как и заворачивать в магазины, далёкие от его представления о развлечении. Гермиона точно потянула бы в книжный, горько возвещая о тяжёлой жизни человека, который не жаждет познать написанное, а Рон залип бы перед витриной с мётлами, рассуждая какая из них лучше и почему. И никто из них ни разу не интересовался, чем, собственно, хочет занять сам Гарри, считая, что они знают его лучше, чем он сам. Странно то, что почему-то Гарри этого не замечал, считая их своими друзьями, которые шли за ним даже в пасть к мантикоре. Может сказалось одинокое детство, где ты общаешься с самим собой, лишь бы не чувствовать себя настолько одиноким, что хочется выть. Были мысли и о том, что белобородый старец, что не раз поил героя чаем, подливал туда нечто схожее с зельем Доверия, но доказать подобное после смерти Дамблдора стало практически невозможным. Те же гоблины могли провести полную проверку, сообщив свои результаты уже через день, но с ними на тот момент, были проблемы. Да-да, всё из-за того же дракона. Заглянув в «Флориш и Блоттс» за учебниками, пробежавшись по бестселлерам нынешнего времени; в прошлый раз о подобном мальчик даже не подумал — сейчас же, глядя на мирную обстановку в стране, Поттер решил сразу войти в курс дела, получив как можно больше знаний. Гермиона была бы не просто удивлена от этого порыва, она явно решила бы для себя соперничать с мальчиком, который хочет знать что-то большее чем она сама. Дальше была аптека, куда заходить хотелось меньше всего, но необходимый список ингредиентов тяжелил карман. Всё купленное складывалось в сумку, радуясь, что мадам Малкин подумала о такой мелочи. Хотя за ту сумму, что Гарри оставил у неё, это шло как приятный бонус. И уже подходя ближе к магазину мистера Олливандер, мальчик заметил то, что было не свойственно в прошлом: рыжеволосых отпрысков, которые под руководство своей матери, лавировали меж толпы, оглядываясь по сторонам. Реакция сотворила чудо, отчего Гарри через секунду завернул за угол лавки, чтобы оттуда было удобно разглядеть маршрут семейства Уизли. — Мама, мы все уже устали! — тонкий голосок, принадлежащий, единственное девочке в семье, звучал с явным недовольством, но что она могла сделать против такого тарана как Молли. — Потерпи, Джинни. Нам надо как следует оглядеться — не мог же он провалиться сквозь землю, — нервно отвечала женщина, приглаживая свои растрёпанные волосы. Вот этого Поттер никак не мог понять: ты представитель своего Рода, так какого чёрта надо выглядеть столь неаккуратно. На бедность, подобное не спишешь. Если есть волшебная палочка, если есть необходимый запас заклинаний, то почему бы не применять всё это на себе, а не выставлять себя старой клушей, которая вся в мыле. Убирается же она не с помощью рук, равно как и готовка протекает под мерное махание волшебной палочки. — Мама, мы можем разделиться и тем самым ускорить процесс, — никогда Гарри не любил Перси, который поправлял свой ворот, важно поглядывал на свою маму. — Перси просто хочет поскорее добраться до своей девушки, чтобы похвастаться чем-нибудь выросшим за это лето, — кто-то из близнецов откровенно издевался над братом, вызывая огонь на себя. — Джордж! Как ты смеешь подобное произносить! — ужаснулась Молли очень натурально, вызвав общее хихиканье средь её детей. — Я же не на всю улицу сообщаю о подобном. И да — я Фред. Пора бы научиться нас различать, — близнецы переглянулись, одновременно поменявшись местами. — Мама, а я смогу с ним познакомиться? — Рона разглядеть среди всей этой толпы было не так просто: он сливался от передоза рыжего оттенка. — И даже станешь его лучшим другом, — кивая головой младшему Уизли, женщина практически грудью расчищала себе дорогу вперёд, подходя в опасную близость к тому месту, где спрятался Гарри. Попытавшись отойти назад на пару шагов, герой уткнулся в подобие забора, который пресекал возможность смыться незаметно, и лёгкая паника захватила его — обнаружить себя, значит сразу же послать все планы к Мерлину. — Я тоже хочу стать его другом, — покрасневшая Джинни, аж подпрыгивала на месте, придвигаясь поближе к матери. — Ты не только об этом мечтаешь. — Крошка Джинни влюбилась. Близнецы рассмеялись одновременно, даже не постеснявшись грозно смотрящей на них Молли. — Перестаньте оба! Смотрите по сторонам. Не мог же он провалиться сквозь землю, — мгновенно отвлекаясь на дела насущные мать семейства ринулась в противоположную сторону от Гарри, позволяя тому выдохнуть. Рановато, герой. Близнецы неожиданно притормозили, взглянув в тот самый угол откуда только начал вылезать Гарри. Не испуг возник на лице юного спасителя — обречённость. И он никак не ожидал, что, ухмыльнувшись друг другу, два рыжих паренька отвернутся, начав голосить как угорелые. — Мы видели его! Видели! Он у той лавки, где сердца продают! — быстрым шагом удаляясь от узника своей популярности, Фред и Джордж утаскивали за собой всё семейство. Выдохнул Гарри уже в одиночестве. Осознание, что близнецы в этом времени ещё живы, пришло как-то неожиданно резко, обухом дав по голове. После смерти Фреда, Джордж исчез из поля зрения своей семьи, максимально пытаясь избежать встречи с ними. Громкие стенания Молли по погибшему сыну, который точь-в-точь как ещё один — только живой, — выводили из равновесия, заставляя сражаться с собственной магией, которая импульсивно вырывалась наружу, разрушая всё на своём пути. После разрушенной комнаты, что находилась на втором этаже «УУУ», парень перебрался было к Поттеру на площадь Гриммо, но Джинни и тут внесла свою лепту, открыв доступ всему семейству Уизли, включая Молли. Та прибыла незамедлительно, устроив настоящий скандал, в котором упоминались «неблагодарные особи». И лишь благодаря тому, что Поттер выставил мать семейства из своего дома, Джордж смог успокоиться, выпив не одну бутылку огневиски перед этим. Может из-за этого, глядя вслед близнецам, Гарри невольно скривился от возникшего дежавю: изменить прошлое казалось уже не таким плохим вариантом. Ему не хотелось в будущем вновь держать потерянного парня в запертой комнате, потому что тот порывался мстить, только мстить-то некому. Полностью выбравшись из-за угла, герой с осторожностью продвинулся к двери: если здесь семейка Уизли, то ничто не отменяет, что могли пустить Хагрида по следу. Внутри всё так же было пусто, притягивая внимание к одинокому тонконогому стулу. В прошлый раз, именно здесь Гарри восседал, примеряя себе то одну, то другую палочку. Магия плавно окутала его, заставив завороженно уставиться на полки, заставленные волшебными палочками. Почему раньше не было такого притока магии, которая переплеталась с нынешним местом, ластясь, словно ища одобрения. — Добрый день, — тихий голос отвлёк, заставив Гарри обратить внимание на появившегося мистера Олливандера, который своим бесцветным взглядом, прошёлся по фигуре мальчика. — Здравствуйте, — ему не требовалось долгого времени, чтобы безошибочно подойти к стулу, прямо встав перед сухоньким старичком. — О да. Да, да. У вас глаза вашей матери, — это утверждение в своё время звучало на каждом углу, став чем-то вроде запретным. — Как вчера помню её выбор: десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из… -…ивы, — Гарри завершил за ним. — Отец выбрал нечто иное: одиннадцать дюймов, тоже гибкая, но в разы мощнее, чем у Лили. Взгляд старика цепко уставился на мальчика, принимая его слова с заметным интересом. Приблизившись ближе, он посмел приподнять чёлку, дабы открыть взору шрам, что оставила ещё одна знакомая ему палочка. — Думаю, что об этой палочке ты знаешь так же хорошо, как и о палочке своих родителей. — Тринадцать с половиной дюймов. Тис. Перо феникса, отдавшего сразу два пера, — если мистер Олливандер и удивился, то весь вид его не выражал ничего подобное. — Мне нужна палочка, которая никак не будет связана с этой, — указав на свой шрам, где сухонькие пальцы всё ещё очерчивали изгиб, проговорил Гарри. — Что же, тогда вы должны понимать, что не волшебник выбирает палочку, а палочка выбирает себе волшебника, — отойдя на шаг, хозяин лавки достал линейку с серебряными делениями, и около десяти минут вымерял что-то от начала локтя к запястью, перепроверял данные по ладони и заставил даже выставлять по одному пальцы, чтобы каждый записать в своей книжечке. Спустя полчаса, когда казалось, что Гарри будет готов согласиться на любую предложенную, старик вытащил наружу одну из коробок, которая, сама открывшись, продемонстрировала палочку. — Попробуйте эту. Перед Гарри была светлая палочка, которая была коротка и массивна, но от этого ни капли не проигрывала во внешнем виде. Взмахнув ею, ничего не чувствовалось — одна досада, которая легко скрывалась за усердным маханием. — Что же, раз вам не подходит ель и перо феникса, то попробуем другую, — убрав обратно палочку, достаёт следующую коробку. — Терновник и сердечная жила дракона, с особым трепетом протянул Гарри. Взмах. Второй. И вокруг происходит колебание, которое тут же с громким хлопком превращается в маленький вихрь, жаждущий всё прибрать к себе. Мистер Олливандер мгновенно махнул своей палочкой, заставив исчезнуть как вихрю, так и устроенному им беспорядку. — Своенравна для вас. Тогда может стоит попробовать остролист и перо феникса? — спрашивая сам себя, старичок протянул герою знакомую с одиннадцати лет палочку, которая принесла ему не только победу, но и поражение. — Нет, — твёрдо заявил Гарри, даже не взглянув на неё. Нагляделся в своё время — всё не знал, то ли сломать, то ли кому отдать. — Можно я сам попробую призвать? — вопрос был явно с подвохом, ведь если волшебник призвал себе палочку сам и она поддалась, то больше никому эта своевольница не станет служить. — Отчего же, отчего же. Я с радостью понаблюдаю, — убирая злосчастную палочку с пером феникса, которого явно общипали ранее, чем он успел противиться, старик отошёл от мальчика на расстояние. Задумавшись, как правильно будет позвать к себе то, чего сам же не знаешь, Гарри просто прислушался к своим ощущениям. Где-то ощущалось тепло, где-то холод, но горячие потоки вели себя куда вызывающе. Они тянули Поттера за собой, заставив шагнуть вперёд. Ещё одна попытка позвать к себе то, что уже выказывало неуважение, заканчивается, что коробочки начинают мелко дрожать. В следующий раз, герой не выдерживает и спускает всю магию, почувствовав, что в руку со свистом влетела гордячка. — О, интересно взглянуть, — мистер Олливандер поспешил разглядеть то, что явно было спрятано далеко в закромах. — Одиннадцать дюймов. Чёрный орешник и сердечная жила дракона. Мощная и наиболее верная. Такая может проявить характер даже пострашнее предыдущей. Наколдуйте, мистер Поттер. И Гарри взмахнул палочкой, даже не подумав, что беспалочковая магия более предпочтительна ему, а такая своевольница может знатно поднасрать. Как это ею не пользуются — перестать источать силу. Пускай молит о пощаде. Но вместо этого, герой отчётливо произнёс два главных в его жизни слова. — Экспекто патронум. Что-то ослепительно вспыхнуло, вырвав из огня оленя, который величественно прошагал до своего волшебника. Фыркнув в лицо ошалевшего Гарри, он обернулся к старику, который не смел сдвинуться с места, боясь то ли спугнуть, то ли привлечь к себе внимание. Ещё раз фыркнув, олень пропал, рассыпавшись на сотни тысяч мелких искорок. — Вы великий волшебник, — шёпот со стороны Олливандера означал одно — впечатлился по полной. Да даже Гарри не ожидал от себя, что выйдет так мощно. Всё-таки есть разница, когда держишь нужную именно тебе палочку. — Вы позволите взглянуть на неё? Всё ещё тёплая от сжатия в руке, палочка оказалась у хозяина лавки, который внимательно осмотрел её на наличие дефектов или же появившихся изменений. Ничего не обнаружив, с сожалением он возвращает её обратно Гарри, что незамедлительно сжимает её в руке, впитывая издаваемые ею волны магии. Расплатившись с хозяином, герой вышел из лавки с ощущением, что это только начало, и ни одна сволочь больше не подкопается, выставив его как барана на убой. Ему удалось успеть поправить ворот рубашки, чтобы замереть на месте, увидев то, чего, собственно, жаждал избежать. Молли, беседующая с полувеликаном, одновременно с ним поворачивает свою голову в его сторону. — Гарри! Пиздец. Это полный пиздец.