special.

      Вчера мне так повезло — сам себе поверить не могу. Было уже очень темно. Было такое ощущение, будто с каждой секундой становится все темнее и темнее, хотя, казалось бы, куда уже — итак все черным черно. Но, вероятно, я так устал и хотел спать, что у меня начались галлюцинации и мой разум начал генерировать новые оттенки серого и черного. Мне даже было больно смотреть в эту черноту леса. Машины проезжали убийственно редко и когда на горизонте появлялся хоть какой-то источник света, я сразу просыпался и прыгал со всех сил, пытаясь привлечь внимание к себе. Но, хех, есть одна загвоздка. Я, как всегда, был одет очень заметно: черная футболка, заткнутая в черные джинсы, черная кепка и черные… Нет, серые, но это только из-за пыли, в которую я раз триста вступал на обочинах дорог, кеды. Благо кожа у меня была не черная. Хотя я чувствую, к концу этого «путешествия» меня может ожидать что-то подобное, а может и что-то хуже. В общем, суть в том, что я в данный момент — просто маленький черный комок, смешанный с пылью. Меня никто и никогда не заметит в такой темноте. К тому же, когда машины подъезжали ближе, свет от их фар ослеплял мои усталые, затертые кулаками, глаза и я сразу сворачивался калачиком, закрывая лицо руками. Короче говоря, мне очень не везло. В этот момент я уже сдался. Я просто сел на отбойник и медленно засыпал, опиравшись головой о портфель, лежавший у меня на коленях. Не самое удобное положение, скажу я вам. Стоп, с кем я разговариваю? Черт, не важно. В общем, я уже видел десятый сон (кстати, снилось мне что-то очень странное и страшное… Во сне я выходил на дорогу и меня переезжали машины, потом, во сне, я просыпался и все повторялось. И да, я все-таки умудрился заснуть.), как вдруг чувствую, что кто-то меня трясет за плечо. Я сначала не хотел просыпаться, но потом меня резко ударила боль во всех возможных местах, все тело затекло и мне пришлось проснуться. Я поднял голову, зло шипя и кряхтя от боли в затекшей шее, снял кепку и почесал макушку. Еле разлепив глаза, снова потирая их кулаками, я увидел перед собой расплывающуюся фигуру какого-то мужчины. — Эй, парень! Проснулся? Давай вставай, ты попутку ловишь?       До меня все-таки дошло, что голос мужской, а за осознанием пришло и сфокусированное зрение. Передо мной стоял пухленький, но не слишком, мужчина. Лицо у него было квадратное, но из-за лишнего веса немного округлялось на подбородке. Нос у него был картошкой, но не большой. Маленькая такая, аккуратненькая картошечка. Расстояние между бровями и глазами у него было очень маленькое и казалось, что брови вот-вот упадут ему на глаза. У него были густые черные усы и парочкой седых волосинок, которые закрывали его губы почти полностью. Это выглядело забавно, когда он разговаривал… Одет он был в обычные джинсы, которые были ему на размера два больше, да и не только в ширину. Они были закатаны довольно высоко. Ну, это не удивительно, так как мужичок не отличался большим ростом. Так же на нем была обычная белая майка, а поверх нее зеленая клетчатая рубашка, рукава которой были закатаны по локти. Но все эти детали его внешности, я, конечно, не мог заметить своим мутным, покрытым пеленой сна, зрением. Это все я заметил только сейчас. В общем, этот мужичок разбудил меня и предложил подвезти меня. Я, ничего не понимающий спросонья, в ту же секунду согласился. Это первый человек, согласившийся !добровольно! подвезти меня. И, в общем, когда я залез в его… машину (не знаю, что это точно, но это была огромная грузовая машина), я сразу увалился спать. Потому и не смог вчера это все написать. Честно, сейчас оглядываясь на эту ситуацию, я удивляюсь своей тупости. Хотя, если честно, тут нечему удивляться. Я не думал тогда о том, что этот мужчина, возможно какой-нибудь серийный убийца-маньяк-террорист-вор-насильник-наркоман-сутенер. Хотя, он даже не выглядел так. Но все равно, мало ли что может случиться.

***

      На следующий день, когда я проснулся, мы ехали мимо… Мимо каких-то полей, конечно же, твою мать. В общем, как потом оказалось, этого мужичка зовут Чхве Соджин. И он довольно милый мужчина. Совсем не тянет на маньяка. — Ну что, наконец проснулся? — Ох… — У меня болело все тело. Не так сильно, конечно, как когда я спал на отбойнике, но все еще немного ныла шея и спина. Но у мистера Чхве были довольно удобные сидения… — Как спалось? — Никогда так сладко не спал… — Ну, раз ты уже окончательно проснулся, думаю, нам стоит познакомиться. Я — Чхве Соджин. Но, как посмотрю, я намного старше тебя, так что можешь называть меня мистер Чхве. А ты? — О, очень приятно, — я снова потер глаза кулаками. — я Пак Миндже. — Ты, скорее всего хочешь есть. У меня есть пару бутербродов, посмотри в бардачке. — Не стоит, мистер Чхве. У меня есть своя еда. — У тебя с собой один маленький рюкзак. Ты хочешь сказать, у тебя там может много всего уместиться? Не раздражай меня и не отказывайся от помощи, потом будешь ходить голодный. Я сейчас остановлюсь, и мы попьем чаю. Как раз заправка недалеко.       НЕУЖЕЛИ. ЗАПРАВКА? Я не могу поверить… Сколько, интересно, километров мы проехали? Мистер Чхве был прав, еды у меня было не много. К тому же в рюкзаке была еще и сменная одежда, дневник, сломанные наушники, моя кепка… В общем, куча ненужных вещей. И, наверное, моей еды мне хватило бы еще на дня два-три. Заправка — это спасение. Смогу прикупить хоть чего-то поесть. И, возможно, переодеться, потому что одеться во все черное — это очень опрометчивое решение. Так жарко… Думаю, если продолжу, то так и до солнечного удара недалеко. — Ну так, как ты оказался на обочине шоссе? — Ну, что-то вроде путешествия автостопом… — Ох, серьезно? Ха-ха-ха! Эх, молодежь, вот вам заняться нечем. — Ну, есть такое. — А куда и откуда путь держишь? — В Воуллаж из Лебестина. А вы — дальнобойщик, верно? Куда едите? — Да, все верно, Дже. У меня командировка в Фидберт.       Через некоторое время на горизонте начала виднеться заправка. Я видел, как воздух "плавился" на горизонте и асфальт дорог отблескивал, будто он был мокрый. Мне совсем не хотелось выходить из машины мистера Чхве. В ней играла приглушенная музыка на каком-то старом радио, висели пахучие ‘’вонючки’’ с фигурками голубых полупрозрачных дельфинчиков, и кондиционер, дующий мне прямо в лицо. Да и вообще, атмосфера у этого салона была такая уютная и как-то странно родная. Было ощущение, будто снова еду с семьей к бабушке на машине. Пока вы ехали, я высовывал руку из окна и сопротивлялся порывам ветра, пытающимся сбить ее. Хоть немного и отчасти, но я почувствовал, будто могу летать. Я до сих пор мечтаю об этом.       Вот мы уже подъехали к заправке. Я вел себя по-ребячески, когда мистер Чхве заворачивал, и он заливался ярким смехом от этого. — Ой, пожалуйста, осторожнее, мистер Чхве! МЫ НАКЛОНЯЕМСЯ!!! — Ха-ха-ха! Парень, ты что, впервые ездишь на такой машине? Такой забавный! — Ну что вы! Не смейтесь… Стоп, а она вообще влезет на заправку???

***

      Я зашел в магазин, находящийся на заправке. Он был маленьким, чего и стоило ожидать от заправочного магазинчика, находящегося в полях, где даже сеть не ловит. Я обошел все стеллажи и понял, что ловить тут особо нечего. Я обречен… Все, что тут было это чипсы, крекеры, сухари, разные батончики, газировка, обычная вода и такого рода вещи. Ну, и жвачка, презервативы и сигареты. Эх, вот и снова мое невезение вернулось. Я уже подошел к кассе — взял кучу батончиков, несколько бутылок обычной негазированной воды и одну бутылку «Спрайта». Ну, и упаковку жвачки. Заплатив и сложив свои вещи в рюкзак я спросил у кассира, где находится туалет. — У нас нет туалета для посетителей, только для персонала. Что?! Что за заправка такая? С одной стороны, посреди поля, на заправке, просто обязан быть туалет. Но, в то же время, кто здесь вообще когда-нибудь бывает кроме персонала? У меня были смешанные чувства, но разочарования больше. — Может, я могу использовать туалет для персонала? Это же не страшно, я просто хочу переодеться. — Нет, извините, молодой человек. Не положено.       Тебе повезло, что я не из настойчивых, кассир…       В общем, я в ступоре. Кажется, придется идти в лес, чтобы переодеться. Я конечно мог бы остаться в том, в чем был, но лучи солнца с каждым днем жгут кожу все сильнее и сильнее, а одежда мне вообще не помогала. Если бы не моя стеснительность и комплексы, я бы вообще без верха ходил… В общем, я отошел за заправку. Там было небольшое скопление деревьев. Я зашел туда и решил начать с худшего. Я снял свои серые-от-пыли кеды и стал снимать джинсы. Стоять на всяких палках и прочем дерьме — не из приятных. Затем скинул с себя и майку. На смену этому черному, измазанному бедламу я достал из портфеля светло-голубые шорты, чуть выше колена, и белую футболку с тупым принтом пляжа с пальмой. Я ее всем сердцем не любил и ходил в ней только дома, поэтому было не жалко взять ее с собой. Может, ее разорвут какие-нибудь собаки и я наконец смогу с ней распрощаться? Переодевшись, я вышел из этих кустов и пошел к машине мистера Чхве. — Ты где болтаешься, малец? Я тебя обыскался в этом магазинчике уже. О, ты переоделся. — Да. Извините, мистер Чхве. На этой заправке есть только служебный туалет, но они не пустили меня, пришлось переодеваться в кустах. — А ты чего мне не сказал? Я бы разобрался. — Что вы, не стоит. — Какой-то ты стеснительный. Впервые встречаю такого парня. Но если есть какие-то проблемы, ты говори, не молчи. -Хорошо.       У него, кажется, есть связи во всех заправках, лежащих на пути его маршрутов.

***

      Уже довольно сильно темнело, а у мистера Чхве все еще столько же энергии, сколько было с утра. Не понимаю, как остается таким веселым с такой работой. Вероятно, ему очень скучно в командировках, так как ездит он один. А тут такое: ему по дороге подвернулся какой-то сумасшедший парень, сидящий на отбойнике посреди шоссе, находящемся в лесу, совсем один, уставший, грязный и спящий. И он без угрызений совести подобрал меня, как щенка с улицы. Я удивлен. Он, должно быть, очень хороший человек. На зеркальце, на котором висели дельфинчики и освежители воздуха для машины также была прикреплена фотография. На ней сам мистер Чхве и, как можно догадаться, его сын и жена. На фото они все счастливы: улыбаются, смеются и обнимаются. У его жены было круглое лицо и короткие черные волосы, отливающие синим, а сыну на вид было лет тринадцать. Но и сам мистер Чхве выглядел тут моложе лет на пять, так что фото не новое. — Это ваша семья? — А? — Фото на зеркальце. — Ах, да. Моя жена и сын. Хорошие, правда? — Да, ваша жена очень милая. Вы все такие счастливые на этом фото. — Я помню, мы сделали это фото, когда купили наш новый дом и въезжали в него. Это для нас было неимоверной радостью, так как до этого достаток у нашей семьи был чрезвычайно мал. А потом меня перевели на новую работу и первое, что я сделал — накопил денег и купил новый дом для своей семьи. Раньше мы ютились в очень маленькой съемной квартире в плохом районе. Сын был чертовски рад новому дому. Он долго мечтал о большом дворе, чтобы поставить туда батут и завести собаку. Он очень хотел собаку.       Говоря это, спектр его эмоций постепенно менялся. Говоря о покупке дома, он расплывался в широкой улыбке и его глаза также "улыбались". Но в последней части истории он как-то погрустнел, и улыбка сошла на нет, и он вовсе замолчал. — Что-то не так? Вы как-то приуныли. — Нет, ничего. Просто… Знаешь, я не люблю говорить об этом с незнакомцами. Но ты выглядишь как неплохой парень. Так что… — М? — В общем… Мой сын, он разбился в автокатастрофе два года назад. — Оу… — вот такого я точно не ожидал. Черт.       В воздухе повисла мертвая тишина, разбавляемая звуком воздуха, проносящегося мимо окон, и иногда стрекотанием сверчков. — Извини, не стоило заводить эту тему. — Нет, вам не за что извиняться. Вы меня простите, я же сам спросил. — Да, не важно. Ложись спать, уже ночь близится.       Я устроился поудобнее и отвернул голову в противоположную сторону от мистера Чхве. Было сложно видеть такого жизнерадостного и доброго человека таким опустошённым и грустным. — Я сожалею.