Все слишком сложно

Уже июнь. Студенты без конца сдают сессии. Стресс, бессонница, паника. У них практически нет времени на отдых, но для этой парочки никакие экзамены не были препятствием для осуществления своих планов. — Ммм, Тэхён-а, — Чимин кусает губы, подставляя под жаркие и быстрые поцелуи Кима шею, и рвано выдыхает, когда Тэ прижимает его к стенке уборной комнаты. Они вместе уже полгода, и ни одного из них не колышет, что оба являются парнями и трахаются чуть ли не каждый день. Будь то туалет университета или пустующая аудитория, в которую в любой момент может кто-то зайти и застать парней за непристойным делом. Что поделать? У парней шалят гормоны в их-то возрасте, и ничего с этим не поделаешь. Тэхён срывает с уст Чимина громкий стон, когда надавливает пальцами на простату. — Не так громко, Чимин-и, нас могут услышать, — возбуждающе шепчет Ким на ушко парню, продолжая двигать в нем пальцами и растягивать узкое колечко мышц. Пак виснет на шее у Тэ, глухо выстанывая имя Кима и теряясь в ощущениях. Тэхён ухмыляется, ощущая над своим парнем превосходство. По его длинным и ловким пальцам стекает смазка, которые Ким вскоре вынимает и утягивает Чимина в кабинку, куда садится на толчок. Чимин опускается на колени, расстегивает зубами ширинку и, приспустив штаны Тэ, вытаскивает возбужденный орган. Ким скалится и усаживает Пака на свой член. Чимин скулит, насаживаясь как можно глубже, пока Тэхён блуждал рукой у него под футболкой, проводя пальцами по впалому животику и крепкой груди. — Тэхён...прекрати. — Тебе не нравятся мои поглаживания? — слащаво спрашивает Ким, лаская соски и наблюдая за реакцией парня. Чимин кусает нижнюю губу, сдерживая рвущийся наружу стон. Парень слишком чувствительный, но когда Тэхён проводит языком по ключицам и шее, Чимин становится одной сплошной эрогенной зоной, так как Ким знает обо всех местах, от одного лишь прикосновения к которым Пак сходит с ума. Из уборной они выходят спустя десять минут. Парни успели пропустить последние пары, но это их особо не волновало. Конспекты они всегда сумеют переписать у других. Ребята жили в одном общежитии, в одной комнате, и соседи у них были, довольно шумными. Их бесконечные крики заглушают страстные и самые громкие стоны Чимина и Тэхёна, так что бояться особо нечего. Чимин отправился в ванную первым, пока Тэ рубился в приставку. Паку было мало сегодняшнего секса, да и не особо комфортно было трахаться в туалете, подавляя собственные стоны. К тому же он любил грубый секс и когда Тэхён брал на себя инициативу. Когда Чимин вышел из ванной в совершенно обнаженном виде и обнял Тэ со спины, Ким лишь фыркнул, продолжая играть. — Тэхён-а, — Пак опаляет его шею горячим дыханием. — Не хочешь продолжить? — Минни, я слишком устал, давай потом, — отмахнулся Тэ. Чимин нахмурил брови, но возражать не стал, решив, что подождать до ночи сможет. Парень быстро натянул на себя шорты. — Тэ, сними футболку, — прошептал Чимин. — Зачем? — потупил взгляд Ким. — Хочу сделать тебе массаж. Парень стягивает предмет одежды, и тут же его плеч касаются тёплые ладони Пака, которые медленно начинают скользить по поверхности кожи. Тэхён расслабляется, наслаждаясь приятными ощущениями. Затем до кожи дотрагиваются горячие и влажные губы, оставляющие после себя невесомые следы. Тэ сдержанно выдыхает, все еще не отрываясь от игры, и чувствует, как чиминов язык обжигает плечи и шею, проводит линию позвоночника. — Тэ, я хочу тебя, — шепотом тянет Пак, обнимая любимого за талию и, дабы подлить масла в огонь, кусает того в загривок. — Чимин, — вздыхает Ким, оторвавшись наконец от игры. — Я понимаю, что тебе невтерпеж, но боюсь, что прямо сейчас не смогу удовлетворить тебя. — Почему? — Чим надувает губки. — Я недостаточно тебя возбудил? — Не в этом дело, — качнул головой Тэ. — Секс с тобой жаркий, но, если честно утомительный, так что позволь мне отдохнуть хотя бы денёк. — Но это ты предложил потрахаться в туалете. Мне сложно было сдерживаться, поэтому я и неудовлетворен, — пробубнил недовольно Пак, отстраняясь от Тэхёна, а потом ловит себя на мысли и тихо спрашивает. — Или это я недостаточно удовлетворяю и надоел? Тэхён удивленно поднимает брови. — Как ты мог об этом подумать, Минни? — Потому что ты раньше никогда мне не отказывал, — произнес Чим. — Так почему сейчас отказываешься от секса? Я тебе больше не нужен? — Минни, детка, дело не в сексе... - начал было Ким, но Пак его перебил. — Тогда в чем? Честно, мне всегда казалось, что я нужен тебе только для этого. — Это неправда, Чимин. Я люблю тебя. — Так докажи это, — слезы навернулись сами собой, но Пак сам не понимает, почему так реагирует, и просто уходит в ванную умыться. Тэхён непонимающе смотрит ему вслед и протяжно вздыхает. Через несколько минут Чимин возвращается и уверенно говорит. — Как хочешь, я подожду, но столько, сколько мне надо. А ведь не в бровь, а прямо в глаз. И прозвучали эти слова обидно и колко, что у Тэхёна вообще отпало желание потрахаться на неделю.

***

Прошло уже две недели. И эти четырнадцать дней у Тэхёна не было секса. Чимин наотрез отказывался, и как Ким не просил, как не умолял, тот был непреклонен. Тэ казалось, что ещё неделя, и он сойдёт с ума. Он злится на все подряд без причины и без повода. И в один день дошло до такого, что парень сорвался на Чимине, и последний весь в слезах убежал. У Кима недотрах, у Пака тоже, но ни один из них не собирается об этом говорить или даже намекнуть. В университете они практически не разговаривают друг с другом, на танцах и в студии тоже, что не скрылось от глаз других мемберов группы. Ким Сокджин, играющий роль мамки и один из тех, кто знает об их, совсем недружеских отношениях, пытается хоть как-то подбодрить раскисшего Чимина, который совсем опустил голову. — Вы оба неправы, — говорит он мягко. — Ты слишком зациклился на сексе... — Он назвал меня шлюхой, — всхлипнул Пак. — Я всегда знал, что являюсь для него личной проституткой, он меня не любит. — Не говори так, — Джин кладет руку на плечо Чимину. — Я слишком давно вас знаю, чтобы отличить любовь от равнодушия. Тэхён очень любит тебя, просто вы слишком много трахаетесь, что теперь жить без этого не можете. Ты обидел его своими словами, из-за чего он сорвался. Чим вздыхает. — Он просил меня подождать. Знаешь, как мне было хреново, когда я, возбужденный и неудовлетворенный, еле сдерживался? — Чимин, не будь эгоистом. Повторюсь, ты слишком зациклился на сексе. Подумаешь, один раз не получил достаточно удовольствия. Но из-за этого не надо мучить и себя, и Тэхёна. Разве ты не боишься, что он не выдержит и не трахнет кого-нибудь в подворотне? Пак промолчал, шмыгнув носом. — Наверное, ты прав. Думаю, мне стоит извиниться. Но разве уже не поздно? — Лучше поздно чем никогда, — улыбнулся Джин.

***

Тэхён сидел у барной стойки уже достаточно пьяный, чтобы жаловаться бармену на недотрах. — И он...ик...сказал, что будет...ик, трахаться со мной...только когда он захочет! — промямлил заплетающимся языком Тэ, осушив ещё один стакан с виски. Молодой бармен протирал стаканы, со спокойным лицом выслушивая жалобный бубнеж Кима. Уже не первый раз ему приходится выслушивать нетрезвые жалобы. Обычно дело заходит о деньгах или изменившей жене, а тут — речь о разразившемся скандале из-за какого-то нежелания заняться сексом. — А в итоге...ик...я не выдержал и сорвался! Мне так стыдно, если...ик...честно. Но и ЧимЧим тоже виноват, лишил меня секса... Рядом с Тэхёном присел макнэ, который тут же уловил суть проблемы у Тэ. — Две недели? Твой парень — просто изверг, — мило улыбаясь, говорит он, наблюдая за тем, как Ким залпом выпивает ещё один стакан. — Тебе какое...ик...дело? — тянет Тэхён, кладя голову на стол и пристально смотря на парня. — Сам небось такой же, как и я. — Не будем об этом, — ещё шире заулыбался Чонгук, подливая и себе в стакан немного алкоголя. — Ты очень красивый, хён. — А ты слишком наглый, — бросает Ким и пытается встать, но путается в ногах и падает прямо в руки улыбающегося во все свои тридцать два белоснежных зуба Чона. — Отпусти, мне нужно домой...ик...к моему Чимину. — Хён, ты на ногах то и не держишься, давай помогу дойти. — Я сам, — упрямствует Тэ, пытаясь вырваться из захвата, но силы ещё после первой стопки покинули его. Тэхён легко и быстро пьянеет, даже от самого слабоалкогольного напитка. Поэтому Чимин и не таскает парня по барам, дабы не набрать лишних проблем на свою очешуенную задницу. Чонгук усаживает Кима к себе на спину, отдаёт деньги, и они выходят из душного места на свежий воздух. — Я мог и сам заплатить, — бурчит Тэхён недовольно. — Ты не в том состоянии, чтобы сделать хоть что-то, — невинно улыбнулся Чонгук. — Сколько ты заплатил? Верну сразу же, как только доберемся до комнаты. Не хочу быть тебе обязан. — Как скажешь, хён. Ребята зашли в общежитие, где отправились на третий этаж в триста вторую комнату — Надеюсь, Чимин ещё не вернулся, — сказал Ким, когда перешёл порог и чуть не навернулся, запнувшись о собственную ногу. — Так, сколько с меня? А когда улыбающийся Чонгук назвал цену, то Тэ застонал, понимая, что вернуть деньги в ближайшую неделю или даже месяц не сможет. — Больше никогда не буду пить. — Хён, тебе не обязательно возвращать долг деньгами, — Чонгук вдавливает Тэ в кровать за плечи и располагает свое колено между ног парня. — Можешь отплатить своим телом. После этих слов в голове Кима что-то стукнуло, и Тэ, кажется, протрезвел. Он попытался оттолкнуть Чона и даже выкрикнул пару ласковых прежде, чем его рот заткнули поцелуем, а руки закрепили тугим ремнем. Холодная рука быстро забралась под футболку, отчего Тэ судорожно вздохнул и стиснул зубы. — Зачем ты это делаешь? — шипит он. — Прости, хён, мне нужно куда-то деть свою злость, — отвечает Чонгук, срывая с тела Кима футболку и больно кусая косточку ключицы. — Чонгук! Ты совсем офигел?! — Тэ, — Чонгук стягивает с сопротивляющегося парня джинсы. — Пойми, я хочу помочь нам обоим. Ты же говорил, что страдаешь недотрахом? — и коснулся пальцем узкого колечка мышц, массируя. Тэхён застонал, ощущая, как горячий палец проходит внутрь, и выдохнул, пытаясь расслабиться. Неприятные ощущения сковывали движения и напрягали мышцы. Чонгук сейчас был слишком силен, и попытки отстраниться были безуспешными. — Стой! Я..ах! — Тэхён сжался, ощущая как стенки ануса растягивают уже два пальца. — Больно, остановись. — Не могу, хён, — Чонгук касается чувствительной точки, заставляя Тэхёна выгибаться, подобно кошке, и стонать, а затем, вытащив пальцы, входит резко сам, да так, что у Кима выступили слезы на глазах, а стенки начали сжимать сильно член Чонгука. Чон двигается быстро, срывая с губ парня удивленные и болезненные стоны. Как вдруг им приходится остановиться и замолкнуть, когда на пороге появляется Чимин. — Тэхён, я... — парень хотел было извиниться, но, увидев их, роняет сумку на пол. На глазах наворачиваются слезы, а в груди становится в сто раз больнее, чем при пулевом ранении. Крупные соленые капельки быстро стекают по щекам, в глазах непонимание и грусть. — Не буду вам мешать. — Чимин быстро разворачивается на пятках и, стирая рукавом кофты с лица слезы, поспешно уходит, совершенно не обращая внимания на крики Кима, что он все не так понял. — Чимин, Чимин! — Тэхён выбирается из захвата, натягивая на себя джинсы, и выбегает в коридор, но след Пака уже простыл.

***

Все произошло слишком быстро. Чимин, всхлипывая и минуя коридор, бежит со всех ног к Сокджину — единственному, кто мог сейчас ему помочь. Больно и обидно. Господи, какой же я дурак! Знал же, нет, чувствовал, что будет больно. Сокджин читал книгу, как вдруг услышал стук в дверь. Парень открыл дверь и тут же испугался, увидев слезы на щеках своего донсэна. — Чимин, что случилось? Почему ты плачешь? — Ким затаскивает Пака в комнату, поспешно закрывая за ним дверь. Чимин не сдерживается, плача уже навзрыд и прижимаясь к Джину, утыкаясь носом ему в плечо. Ким не задаёт лишних вопросов, которые сейчас были бы совсем не к месту, и позволяет Чимину прореветься, намочить слезами рубашку, которую только вчера постирал. Чимин не стесняется плакать при хёне. Не это сейчас для него важно. Да и Джин всегда был понимающим и готовым помочь, поэтому он пришёл к нему, прекрасно зная, что тот все поймёт и не будет давить. От одной лишь мысли о том, что Чимин увидел всего несколько минутами ранее, становилось все тяжелее и невыносимее. Паку казалось, что и воздух стал для него слишком тяжёлым, становилось трудно стоять на ногах. А ведь парень так надеялся, что этого не произойдёт. Но опоздал. Не успел. Не смог. Сокджин гладит Чимина по голове, успокаивает, прижимает его к себе, давая понять, что находится на его стороне и никуда не спешит. И Пак ужасно благодарен ему. Выплеснув накопившиеся эмоции, становится в разы легче. Чимин отстраняется спустя пять минут, и когда Сокджин удостоверился, что Пак успокоился, спрашивает о случившемся. Чимин рассказывает с дрожью в голосе, иногда путаясь в словах и заикаясь. Джин понимал, что младшему сейчас очень нелегко, и подбадривал как мог, нежно и осторожно, стараясь не задеть слабые места Пака. Чимин всегда был нерешительным и мягким. У него высокий голос и повышенная чувствительность. И большинство решений он принимал только благодаря Киму. Пак так и не смог бы признаться Тэхёну в своих чувствах, если бы Джин не был для него опорой. Чимин слишком слабый и невинный, но положиться на него можно. Он прекрасно танцует, искусно владеет своим телом, которое до недавнего времени разделял с Тэхёном, хорошо поёт. Так он ощущает себя увереннее, и поначалу не скажешь, что он — довольно ранимая натура. — Хён... — Все в порядке, не думай об этом. Просто надейся на лучшее, — здесь Джин ощутил себя полностью бесполезным, так как ничего больше не мог придумать.

***

— Может ты расскажешь мне, что у тебя произошло? — Тэ решил отвлечься от плохих мыслей о Чимине и посмотрел осуждающе на Чонгука, который был почему-то подавленным. — Хён, я правда не хотел. Я испортил твои отношения с Чимином, — на слова макнэ Ким лишь фыркнул, понимая, что теперь отношения с Паком наладить будет очень трудно, так как был уверен, что Чимин его даже слушать не захочет. — Если ты хочешь загладить вину, то просто расскажи, зачем надо было срываться на мне. Задница у Тэ жутко болела, и повторить что-то подобное он совсем не хотел, ни под каким предлогом, и даже сочувствовал Чимину, ведь понял, каково это быть пассивом в их отношениях. Все-таки ему больше нравится роль, где не нужно подставлять свою задницу и терпеть ужасающую боль, а ощущать превосходство, некоторую власть и силу. — Я поссорился с Хосок-хёном, — через минуту ответил Чон. — Он...в общем, я застукал его с каким-то парнем в раздевалке, который то и дело, что называл его «своим котенком», обнимал и лез целоваться. Я очень заревновал и ударил его. Но Хосок-хен бросился к нему на помощь и накричал на меня, хотя я просто показал тому идиоту, что хён принадлежит мне. В итоге, все пошло по пи*де, и, жутко разозлившись, мне пришлось уйти. — Как-то все неправильно получилось, — вздохнул Тэ, поморщившись от боли. — Знаю. Просто я люблю Хоупа и не хочу никому его отдавать. — А он хоть испытывает к тебе что-нибудь? Чон не смог ответить на вопрос, так как сам не знал. Мысли перепутались и образовали тугой узел. — Ясно, но срываться надо было не на мне, а на самом Хосоке. — Но я не мог по другому, хён. Сделай я это с ним, он не то чтобы отвергнул меня, но и вообще бы игнорировал, — Чонгук получил смачный подзатыльник. — Ты просто эгоист, — отвечает спокойно Тэхён. — Из-за тебя я рискую потерять Чимина, дорогого мне человека, которого люблю всей душой и всем сердцем. Так что помочь ничем не смогу, но запомни на будущее: с Хосок-хёном нужно быть прямолинейным. Этот тупица сам не догадается, если не скажешь ему все в лицо. — Но... — Никаких «но», выкручивайся сам, — Тэхён накинул на тело толстовку, которую ещё пару дней назад одолжил Чимин. Она до сих пор пахла им, и Тэ невольно улыбнулся, вспоминая все тёплые моменты, проведенные с Паком наедине, но тут же посерьезнел, понимая, что таких моментов скорее всего больше не будет. Чимин, похоже мне снова придётся добиваться тебя.

***

Как Тэхён и ожидал, Чимин избегает его. Прошло, наверное, около недели, и Чимин ходит чернее тучи. Похвастаться веселым настроением Чонгук тоже не мог, так как чувствовал себя виноватым, но подойти и рассказать всю правду хёну ему не позволял Тэ. «Ты уже достаточно насолил нам обоим, не делай все еще хуже», — такие слова он услышал от Кима, которые крепко засели в голове и стали чем-то вроде клейма. Чон следил за Хосоком который, как ни в чем не бывало, веселился, попадая под ритм музыки и совершая какие-то замудренные телодвижения, шокируя окружающих своей неугомонностью. Чимин молча сидел в углу и без интереса пялился в телефон. Даже когда Тэхён подошел к нему, он проигнорировал его, продолжая листать ленту новостей. — Чимин. Пак продолжает игнорировать Тэ, но последний замечает, как он поджимает губы. — Нам надо поговорить, — продолжает Тэ, как вдруг его прерывает голос директора, оповестивший о том, что отдых закончен. — Нам не о чем говорить, — наконец Чимин смотрит ему в глаза, в которых отражается боль, и проходит мимо Тэ, стиснувшего зубы и сжавшего ладони в кулаки. Бедный Чимин, я понимаю тебя, но ты обязан выслушать меня... — Тэхён, чего ты там копаешься? Все только тебя ждут, — окликнул парня Намджун, лидер группы. Тэ поспешно вернулся к ребятам, хотя в душе остался осадок, неприятный и болезненный. Музыка заиграла, и группа, стоя напротив зеркала, синхронно задвигалась. Тэхён стоял впереди и благодаря отражению смотрел на Чимина, который старательно делал вид, что не замечает его взгляда. Они двигались слишком быстро, выполняя сложные движения, попадая под ритм музыки. Резко что-то пошло не так. Чимин приземляется на пол пятой точкой и вскрикивает, хватаясь за ногу. — Чимин! — Сокджин бросается к парню и дотрагивается до его колена, отчего Чимин начинает шипеть. — Тебя надо осмотреть. — Хён, все в порядке, — Пак пытается встать, но у него не выходит, и получает новую порцию боли. — Тебя надо срочно отвезти больницу, — продолжил Сокджин. — Я отвезу его, — выступил Тэхён вперед. От его взгляда не ускользает, как Пак стискивает зубы и старается не смотреть в его сторону. — Нет, со мной все нормально, — однако Тэхён, несмотря на сопротивление Пака, поднимает его на руки. — Почему меня не может отвезти Джин? — Потому что я так решил, — спокойно отвечает Ким, бросая прощальный взгляд в сторону Сокджина, который лишь кивнул, поддерживая. Они выходят на улицу и садятся в микроавтобус, где их уже ждал водитель. Чимин и Тэхён молчат, и напряженная атмосфера усиливается с каждой секундой. Тэхён смотрит на Пака, в то время как последний упрямо пялится в окно, не желая встречаться с ним взглядом. Ни один не нарушает воцарившуюся тишину, пока автобус не останавливается у входа, и водитель не извещает о приезде. Тэхён снова берет Чимина на руки, правда Пак не сопротивляется и продолжает туманно смотреть куда-то в сторону. Сейчас он не намерен пытаться хоть как-то наладить контакт с Тэ. Они входят в здание, куда их направляют в нужный кабинет. Паку делают перевязку, и они возвращаются в автобус. Тэхён просит водителя отвезти их в общежитие, на что Чимин абсолютно против. — Вылезай из машины, — Ким барабанит по стеклу, пока Чимин сидел, отвернувшись и сложив руки на груди. Водитель удивленно наблюдал за ними со стороны, хлопая глазами. Тэхён, понимая, что достучаться до Пака не получится, открывает дверь, хватает парня за руку и насильно вытаскивает из машины. Чимин сопротивляется, крепко схватившись за спинку сидения и громко протестует. Однако Киму удаётся вытащить парня и затащить его в общежитие. — Отпусти, Тэхён! — кричит Чимин, еле поспевая за парнем, который крепко держал его руку и шёл вперед. В ноге отдаётся болью, и Чимин вскрикивает и практически встречается лицом с полом, но вместо удара лишь чувствует, как подхватывают его тело сильные руки и притягивают к себе. — Ты в порядке? — Чимин не отвечает, хоть и краснеет, и отталкивает Тэ от себя. — Я сам, — пробурчал Чимин недовольно, но все-таки оперся на предложенную руку помощи. Парни кое-как, но дошли до комнаты. Тэхён усаживает Чимина на кровать и закрывает дверь. Пак вздрагивает, когда слышит, как поворачивается в скважине ключ, который вскоре пропадает в кармане штанов Кима. Тэхён садится напротив него и тихо, но уверенно произносит. — Нам надо поговорить. Чимин усмехается, но улыбка тут же пропадает с его лица, а глаза отрешенно прожигают дырку в полу. — Я же сказал, что нам не о чем говорить, — шепчет он прерывисто, с грустью в голосе, отчего у Тэхёна внутри все сжалось, а к горлу поступил ком. Парень знал, что будет нелегко вернуть доверие Пака, и сглотнул, внутренне волнуясь и внешне оставаясь спокойным. — Чимин, пожалуйста, выслушай меня. — Нет. Тэхён, не надо оправдываться, мне больно, — Чимин прячет покрасневшие глаза за волосами. — Ты разве не понимаешь, что все кончено? — Вот поэтому я и хочу, чтобы ты выслушал меня, — сказал Ким, кладя руки на плечи парня и соприкасаясь с ним лбами. — Хотя бы в последний раз. Чимин немного медлит в нерешительности, но все-таки кивает, и Тэхён про себя улыбается. Значит ещё не всё потеряно, есть шанс вернуть все на прежние места. — В общем, то, что ты увидел...все было совсем не так, как ты подумал... — Тэхён, — Чимин перебивает сразу и качает головой. — С того момента меня мучил вопрос. Ты правда меня любишь? Я хотел тогда извиниться за свои слова. Мне не следовало обижаться, из-за того, что ты отказал от секса. И все было бы хорошо, но...ты хоть понимаешь, какую боль мне причинил? Знаешь, что я чувствовал, когда увидел, как ты еб*шься с Чонгуком?! — Пак всхлипнул и поджал губы. — Минни... — Почему ты отказывался трахаться со мной, но спокойно полез в постель к другому?! Решил, что оставив меня неудовлетворенным, вдоволь натрахаешься с кем-то другим? Скажи мне! — с лица Чимина быстро стекали слезы. Сейчас ему тяжело что либо осознавать и вообще думать. Ведь его сердце все еще стучит бешено, когда Чимин находится рядом с тем, кого до сих пор любит. — Я хотел извиниться, — Тэхёну хочется подойти к Паку и прижать к себе крепко-крепко, но сейчас не то время, чтобы это делать. — Меня грызла совесть с того самого момента, когда мы поссорились. Но возможности не представлялось, так как мы отдолялись друг от друга. Я правда не хотел тебя обидеть, и тот секс с Чонгуком — сплошное недоразумение. — Недоразумение? — глаза Чимина слабо блеснули. — Да, я был «в дрова», и Чонгук отнес меня в общежитие. А дальше все пошло резко и неожиданно, я не мог сопротивляться и вообще что либо осознавать. А потом пришел ты и... — тяжёлый вздох. — Я боялся, что ты учудишь что-нибудь. Чонгук признался мне во всем. Ему нужно было сорваться на ком-то, и я первый попался ему под руку. Он правда не хотел, чтобы все так обернулось и чувствует себя виноватым. Чимин, я люблю тебя и никогда не предам. Ты для меня словно солнце, греющее в дождливый день. Без тебя я чувствую себя никем и не вижу смысла жить дальше. Пожалуйста, прости меня. Чимин молчит, но быстро встаёт и набрасывается на Тэ, обнимая того за шею и плача уже не от досады, а от счастья. Ким поначалу пугается, когда вдруг парень совершает резкие движения и падает с ним на кровать, роняя слезы. — Все хорошо, Тэ. Ты тоже прости меня, ведь не скажи я тогда тебе плохого, ничего бы не произошло, — Чимин всхлипывает громко и по-детски и требовательно целует Тэхёна в губы. Тэхён и сам готов плакать, в уголках его покрасневших глаз уже скопились слезы, но парень поспешно стёр их рукавом, обнимая Чимина за талию. Пак нежится в его объятиях не в силах остановиться плакать, Ким переворачивает его на спину и оказывается сверху, и получает нежные, полные любви и преданности поцелуи в уголки губ, пухленькие щечки и лобик. Тэхён целует осторожно, будто боясь спугнуть, плавно переходит на изгиб шеи, чуть покусывая нежную кожу. — Люблю тебя, не могу без тебя, — словно в бреду бормочет Тэ и оголяет плечо Пака, тут же набрасываясь на него, будто на самый лакомый кусочек. Чимин глухо выдыхает. Тэ слишком сильно укусил его, останется след, который точно превратится в синяк. Перед глазами все покрылось пятнами, голова закружилась от уже забытых ощущений. Чимин постепенно начинает ловить кайф от чувствительных прикосновений, позволяя Киму оставлять много засосов на своей коже. — Тэхён-а, — Пак прерывисто дышит, ответно целует и зарывается пальцами в мягкие волосы. Две футболки вскоре полетели на пол, а с кровати послышались шумные вздохи, постепенно превращаются в грудные стоны. Тэхён свободно блуждает по телу Чимина, щекоча волосами кожу. Чимин изгибается и жутко краснеет. Стыд и невинность овладели им быстро, так как у него давно не было секса. К тому же их первый секс был совсем не таким, как сейчас, страстным, полным любви и нежности. Пак никогда так сильно не возбуждался от каких-то поцелуев и легких и невесомых прикосновений. Он тонул в блаженных ласках, жмурился от удовольствия и издавал стоны, ласкающие чувствительный слух Тэхёна, а в темных глазах мелькали азартные огоньки. Вообще Чимин любил грубость, но сейчас ему больше нравятся нежности Кима, заставляющие пробежать по его телу миллионы вольт. Они избавились от всей одежды, оставаясь в чем мать родила. Чимин неловко смущается и прячет лицо за подушкой. Тэхён улыбается уголками губ, сжимает в руке хрупкое запястье парня и нежно целует тыльную сторону ладони. — Минни, мой котёнок, моё солнышко, будь только моим, — тянет Тэхён, целуя подушечки дрожащих пальцев, проходя языком между ними, касаясь кончиком носа центра ладошки. Пак приоткрывает рот и шумно выдыхает, прикрывая ладонью глаза. Ким вбирает в рот каждый пальчик, облизывает, посасывает, заставляет Чимина охнуть и вздрогнуть. — С-стой! — просит Пак, но Тэхён упрямо проводит языком по венам от кисти до плеча, мягко целуя косточку ключицы и спускаясь к груди. Чимин не понимает, почему Тэхён так медлит, но при этом осознает, что ему ужасно нравится и чувствует себя мазохистом. В заднице все сжалось от нетерпения, но парень готов подождать ещё немного ради Кима. Тэ играет кончиком языка с его сосками, гладит по бедру и чувствует, как стояк Чимина упирается ему в живот. Парень опускает взгляд вниз, присвистывает и смотрит на смутившегося под собой Пака. — Что? У меня секса три недели не было, — выдаёт жарко Чимин, приподнимаясь на локтях и чмокнув Кима в шею. — И вообще, я еле сдерживаюсь. — Правда? — Тэ ухмыльнулся и специально уперся коленом Паку в промежность, отчего Чимин удивленно вздохнул и стиснул зубы, издав сдавленный стон. Ким и сам как бы не лучше. У самого колом встало от одних только стонов. Парень опускается вниз, берет возбужденный член Чимина и сразу же вбирает в рот, не забывая двигать языком и рукой. Пак откидывает голову назад и возбужденно стонет. Тэхён играл с головкой, вбирал до основания, издавая пошлые хлюпающие звуки. А потом оторвавшись, кладет одну ногу Чимина к себе на плечо, и выдавив на пальцы смазку, приставляет ко входу палец. Чимин жмурится и кусает губы, наслаждаясь ощущениями. Затем пальцев стало два, и они двигались быстро вперед и назад, растягивая узкое колечко мышц, и вырывая из горла Пака высокие стоны. Тэхён слышит, как участилось дыхание Чимина, как тот ловит кайф, когда пальцы надавливают на простату, и громко стонет, сжимая в руках простынь. В голове Кима зазвучала сирена, оповещающая о том, что терпеть больше нет необходимости. И Тэ, перевернув Чимина на живот, входит сам, быстро и грубо, и заставляет парня взять на октаву выше. Стенки трутся о возбужденный орган, а у Пака перед глазами звёзды и планеты. — Т-тэ, аах!.. — Попроси меня, Минни. Скажи, чего ты хочешь. — Я..ммм! — Чимин выгибается и стонет. — Скажи, — Тэхён посасывает мочку уха и шепчет возбужденно. — Будь смелее. — В-возьми меня, ах, Тэхён-а! Возьми в-всего! — воскликнул сквозь стоны Чимин, и Тэ одобрительно кивнув начинает двигаться, совершая глубокие толчки, отчего у Пака вскружило голову, и он кончает, марая и себя, и простынь. Тэхён втрахивает его в матрас, двигается ритмично, иногда ускоряя темп. От переизбытка эмоций Чимину кажется, что сейчас он потеряет сознание. Тэхён вдалбливается в узкое и поддатливое тело, а потом резко останавливается и с рыком кончает прямо в Чимина. Парень, находящийся под ним, тяжело дышит и обессиленно утыкается носом в подушку. Ким спустя несколько секунд повторяет его действия и целует Чимина в лоб. — Как же я люблю тебя, Минни. — Я тоже люблю тебя, Тэхён-а, — улыбается Чимин и тут же засыпает, прижимаясь к груди Тэхёна. Ким довольно ухмыляется и понимает, что вот-вот отрубится, так как Чимин выжал из него все соки, и закрывает глаза, обнимая Чимина за талию.