Мальчики и девочки

— Он ведь не совсем человек, вдруг эта капсула что-нибудь напутает и вылечит его, не знаю, как-то не так? — Но ведь и homo sapiens физиологически отличаются от алтеанцев, на которых такие капсулы рассчитаны изначально, — начинает Пидж, но, видя выражение лица Лэнса, смягчается. — Не переживай, Коран же говорил, что капсулы лечат любое живое существо, которое в них помещают, потому что активируют процессы регенерации, заживляют повреждённую ткань, стимулируют жизненные силы организма. Лэнс трясёт головой. — Пидж, прости, мне что-то хреново, я как выключился и тебя совсем не слушал. — Всё будет хорошо, Лэнс, — говорит Пидж. — Это ты услышал? — А я ведь с ним поругался, — говорит Лэнс Ханку, который, словно ничего не случилось, режет какой-то неземной овощ в салат. — Перед самым полётом, потому что… ай, так глупо вышло, совсем пустяковый повод! И я как подумаю, что последним нашим разговором, который он запомнит, будет ссора… — Но вы же всегда с ним ругаетесь, — говорит Ханк спокойно, — а потом миритесь. Или нет. Или это ваше обычное состояние. — Нет, — горячо возражает Лэнс, — наше обычное… Обычно они ругаются. А потом мирятся. Или нет, просто забывают про ссоры. Но сейчас, сейчас… Ханку не понять. — А когда он выйдет, — говорит Ханк, — я хочу приготовить что-нибудь такое, что он любит. Какое у него любимое блюдо, Лэнс? — А я откуда знаю? — огрызается Лэнс, и его прошибает. — Чёрт, я ведь даже этого не знаю… Да шут его разберёт, он же ел всегда как робот — просто чтобы силы были идти и спасать мир. Какой же я был всё-таки мудак, не знал о нём таких вещей! — Ещё узнаешь, — отзывается Ханк так легкомысленно, что Лэнсу хочется схватить его и хорошенько потрясти. — И когда он придёт в себя, будь с ним нежнее. Возьми всё на себя. — А я что, слишком грубо себя веду? — взрывается Лэнс, а потом до него доходит. — Ханк, фу! Тебе когда-нибудь говорили, что надо быть потактичнее?! — Постоянно, — немного удивлённо говорит Ханк, не отрываясь от готовки. — А что? — Вы же понимаете, что сейчас, когда Широ нет, Кит очень важен? Чёрный признал только его, понимаете, и заменить его некем? И если его не вылечить как следует, то всё, миссии конец? Коран и Аллура переглядываются. — Знаешь, какие у тебя были повреждения после того взрыва, когда галра захватили Замок? — спрашивает Аллура. Лэнс пожимает плечами: было очень больно и мерзко, и тошнило, и в голове звенело, и периодически он вырубался — это всё, что он помнит. — Разрыв внутренних органов и кровотечения, которые только усугубил Широ, когда нёс тебя на плече. И как ты себя сейчас чувствуешь? Лэнс невольно трёт живот. — Вроде нормально, — неуверенно говорит он, хотя до поры и не задумывался о том, насколько хорошо его подлечили. — У Кита примерно такие же по тяжести травмы, так что верь мне, он поправится. Лэнс через её лечо беспокойно смотрит на капсулу, за стеклообразной крышкой которой виднеется спокойное лицо Кита. — Нет, вы не понимаете, у него кровь изо рта шла, он вдохнуть не мог, там всё серьёзнее! — У него сломаны рёбра и повреждены лёгкие, — говорит Коран так, словно рассуждает о погоде. — И это пустячная травма для медкапсулы. Лэнс обхватывает себя руками. — Это галра, — говорит он задумчиво. — Я вот вспоминаю, что мог бы сразу в него выстрелить, как только увидел, а не стоял бы как дурак и не смотрел, как он бьёт Кита. Чёрт, какой же я никчёмный… — Уверена, ты стоял и смотрел потому, что решил — так правильнее в тот момент… — начинает Аллура, но Лэнса это только раздражает. Он досадливо машет головой, чувствуя, как что-то касается щеки, и смахивает с кожи тёплую каплю. Ещё чего не хватало — расплакаться при посторонних! Но Аллура вдруг поднимает руки — и обнимает его. Не как красивая девушка парня, но как мама. — Как думаешь, что бы сказал Кит, если бы увидел тебя в таком состоянии? — спрашивает она. — Сказал бы: Хватит истерить, идиот, просто дождись меня, — бурчит Лэнс ей в плечо. Коран улыбается в усы. — По-моему, очень мудрый совет, — говорит он. — Вы только не рассказывайте ему, как я тут… пока он там, — бормочет Лэнс, а Аллура так и стоит, обнимая его, а потом отпускает и отходит в сторону, давая дорогу к капсуле. Лэнсу теперь кажется, что и губы Кита вздрагивают в привычной усмешке.