Театр

Тёма мирно спал рядом с измученной пытками Еленой. Девушка была в безопасности, она находилась рядом с ним, а он уж точно не допустит чего-то дурного, что может причинить ей вред. А ведь еще бы совсем чуть-чуть и потеряли бы они Ленку, не успели бы обезвредить этих уродов-клоунов, а ведь самое противное и мерзкое, что этих полудурков признают невменяемыми и отравят на лечение в психушку, а по возвращении оттуда она вновь начнут издеваться над невинными девушками, которые просто-напросто хотят жить. Колосов почувствовал, что Брусникина зашевелилась, и, открыв глаза, посмотрел на нее. Она, не раскрывая век, стонала и поворачивала голову то в одну, то в другую сторону. Артем подскочил на месте. «Что с ней?» — пронеслось в голове сонного парня, и он, быстро придя в чувства, начал тормошить девушку. Дотронувшись до ее тела, Колосов ужаснулся, она вся просто горела. Лена открыла глаза и посмотрела на испуганного мужчину. Ее тело ломило и жгло что-то внутри, хотя её сильно знобило. Она ничего не понимала, только что все закончилось, и тут опять какая-то ерунда началась. И не похоже это на обыкновенную простуду. Простуда такой не бывает. — Тёма… Воды принеси… — глухим голосом протянула Брусникина. Парень подскочил на месте. Хоть голос Лены и был еле слышен, он почему-то заставил Артема вздрогнуть. Тот, ничего не понимая, помчался выполнять просьбу Елены. Стоило ему только подумать, что это, какие бы то не было, последствия встречи с Клоуном и его «дружком», как в голову лезли самые ненужные в тот момент мысли, мало ли что осталось «за кадром», ведь они могли ее чем-то напоить, уколоть, да черт знает что могли с ней сделать!

***

Когда жар и озноб не покинули девушку, Колосов почти насильно повез ее в больницу. На ней лица не было, бледная как мел, она не возражала против решительных действий хладнокровно действовавшего Артёма. Был бы с ней только Владимир Павлович, она бы не факт, что дозвалась его, а если и так, то вряд ли он действовал бы столь уверенно и слаженно, как делал Артем. Артем сидел на лавочке и ожидал, пока врач сообщит ему о состоянии Лены, так недавно вызволенной из плена клоунов. Только недавно он почувствовал, что она в безопасности, как вновь происходит что-то, что заставляет стыть кровь в жилах. Тёма не мог понять, что могло произойти, что Ленке так мгновенно стало плохо. Прошло каких-то несколько часов, и в их дверь вновь постучалась беда. Вышел врач и подошел к подскочившему тут же парню. Мужчина в белом халате остановился напротив Тёмы и посмотрел на испуганные глаза молодого человека. Он с подозрением обвел глазами Колосова и с неким предостережением начал с ним разговор. — С девушкой все более-менее в норме. Вы мне скажите, как в ее организме оказался яд? Что за мазохизм? — с напором спрашивал врач. — Почему у девушки все тело в ранах? Молодой человек, мне милицию вызвать? Тёма начинал понимать что к чему. Нож, раны, яд — клоуны. Это эти подонки сделали так, чтобы Лена помучилась дольше, но зачем им это, если она бы все равно умерла? Как можно быть такими уродами, они точно чокнутые! Таких надо изолировать от нормальных людей. Лечение в психушке не выход. Они, "полностью исцелившись", вновь выйдут на свободу и продолжат убивать, продолжат совершать свои злоключения. — Это не мазохизм. Брусникина Елена Владимировна — следователь ОВД "Щукино", была похищена сегодня, там и были получены ранения, видимо, с ядом... — почесал затылок Колосов. Он понимал, что выглядит это все настолько странно, что если бы он сам не спас Лену, не попал бы в такую ситуацию, то никогда бы не поверил, что какие-то сумасшедшие клоуны могут так издеваться над людьми. — М-да... — недоверчиво протянул доктор. — Благодарите Бога, что ребенка спасли. Срок маленький, повезло девушке. Артем застыл на месте. Лена, ребенок, его ребенок... По-другому быть не могло. Ленка беременна, беременна от него. Их тогдашняя связь переросла в нечто большее, чем физическое влечение. Теперь Тёма станет отцом, а Елена — матерью. Это было неожиданно для парня, который, несмотря на то, что не собирался заводить детей, был рад, что вскоре появится маленький человек, который будет носить его фамилию и отчество. Артемович или Артемовна. Будет малыш, похожий на него и на Лену, их малыш. — Беременна... Можно к ней? — Тёме хотелось скорее увидеть Брусникину, обрадовать ее, но будет ли она рада его ребенку. Но тогда ведь, после театра, она не притворялась, она и вправду хотела, чтоб все между ними произошло. — Нет, ей нужно отдохнуть, приходите завтра, — все с тем же недоверием произнес врач и оставил Колосова. Тот, расплывшись в улыбке, поспешил покинуть больничный коридор. Нужно успокоить переживавшего Владимира Павловича. По мнению Артема, если бы Брусникин узнал о том, что Лена ждет ребенка от Тёмы, то он бы уж точно спустил его с лестницы.

***

— Тёма, что с Леночкой? — открыв дверь Артему, просто накинулся на парня генерал. Он ждал ответа на свой главный вопрос. Колосов выглядел, как ему думалось, слишком радостным для сложившейся ситуации, если даже с Леной все хорошо, это же не повод блестеть, как начищенный самовар. — Эти гады ее ножом с ядом порезали, подонки, закопаю! — оскалился Артем. — Если бы она ребенка потеряла, задушил бы! Парень сам не понял, как выдал причину поднявшегося настроения. Генерал раз за разом прокручивал в голове слова мужчины и не мог осознать, не мог поверить, что Артем ничего не путает, что он не оговорился. — Какого ребенка... — искоса глянул на все еще стоявшего в дверях парня Владимир Павлович. — Владимир Павлович, Лена беременна... — почесав затылок, выпалил Артем радостную новость, ожидая реакции отца девушки, носящей его ребенка. — Как беременна? Кто отец? — мужчина вытаращил глаза на Тёму, будто забыв, за что он готов был убить стоящего перед ним коллегу дочери. — Тёма, ты? Колосов кивнул, давая положительный ответ. Да, он отец его внука, именно он и никто другой. Да, и он не собирается отказываться от ребенка. Это его ребенок, его кровь. Артем никогда не избегал возможности охмурить очередную девушку, но это была встреча на одну ночь, может, немного больше, но постелью все и ограничивалось, а сейчас девушка, Лена, ждет от него ребенка. Лена Брусникина, которая еще неделю назад была лишь неприступной начальницей, сейчас беременна от него! Это же просто невероятно. Если бы тогда Тёме сказали, что все будет так, он бы рассмеялся. Даже и сейчас верилось с трудом, что Лена, его начальница, вскоре подарит ему первенца. — Артем, ты меня прости, но если ты Леночку оставишь... — угрожающе произнес генерал, который вскоре станет дедом. — Владимир Павлович! — эти слова были, конечно, обоснованы, но абсолютно беспочвенны. Мысль о ребенке окрылила парня, а слова генерала обрезали эти крылья. — Артем! — пресек будущего, как он надеялся, зятя Брусникин. — Ты... — из глаз генерала медленно текли слезы, он был, конечно же, рад, что его дочь скоро подарит ему долгожданного внука, о котором он так долго мечтал, а в последнее время и вовсе отчаялся успеть застать детей единственной дочери. А тут один вечер изменил все. Абсолютно всё. — Тёма! Мужчина обнял Колосова. До него наконец дошло, по-настоящему дошло, что Артем — отец его внука, а возможно, и не одного. Дай Бог, все сложится, и ребята создадут настоящую семью, а Лена подарит отцу еще ни одного внука. Брусникин прижал Артема к себе, он понимал, что теперь Тёма точно не бросит его девочку, не поступит с ней, как с вещью. Теперь все его опасения казались ему беспочвенными. Артем не козел, он не бросит беременную девушку. В этом генерал был уверен.