Sacrifice

Dust my feathers I'm shaking on the floor But I want to fly Hoping that it will get better The television teases paradise Words taste bitter Frozen every time I see a pair of eyes Momma, can I sleep forever? Wake me when the birds light up the sky Dust my feathers I'm praying on my knees 'cause I want to fly Daddy, can you change the weather? Show me when the raindrops turn to life Get up, get up, get up, feather Be free Now I'm flying, and with these broken wings, take me higher Be free --- Стряхни пыль с моего оперения, Я в лихорадке лежу на полу, Но я хочу полететь, Надеясь, что мне станет лучше. А по ТВ показывают рай Слова горьки на вкус, Постоянно замерзшая, я вижу пару глаз. Мамочка, можно мне уснуть навеки? Разбуди меня, когда птицы оживят собою небо Стряхни пыль с моего оперения, Я молюсь на коленях, Потому что хочу полететь. Папочка, можешь ли ты изменить погоду? Покажи мне, как капли дождя возрождаются к жизни Поднимайся, перышко, Будь свободно И вот я летаю, и на этих переломанных крыльях, вознеси меня выше Будь свободно... (Meg Myers - Feather)

В саду было спокойно и тихо, казалось, время застыло и больше не движется, а мир вокруг перестал бешено нестись вокруг своей оси. Даже птицы пели слишком подавленно для такого ясного летнего дня, словно не желали тревожить девушку, мирно читающую в гамаке, скрытом от солнца и зноя тенью яблоневых веток. Но их старания петь тише были напрасны, потому что Бен и Тейт именно это сейчас и делали – тревожили её. И чем дольше в воздухе висела эта странная тишина, тем сильнее чувствовалось напряжение, исходящее от Вайолет. Вайолет… Снова и снова одно это единственное слово - её имя - крутилось в голове юноши, Тейт даже не думал и не переживал о том, что она до сих пор так ничего и не ответила. Он с любопытством ребенка, увидевшего что-то впервые в жизни, смотрел на неё, скользя взглядом по волосам, рукам, платью, спускаясь ниже, к его подолу, пользуясь моментом, пока на девушку вообще можно было смотреть, так как никогда не знаешь, что случится в следующий миг. – Вай, это не вежливо, можешь хотя бы поздороваться? – устало проговорил Бен, поднявшись на ноги и поставив руки по бокам. – Привет, – послышался довольно бодрый, но всё же тихий ответ. Тейт поймал себя на мысли, что ему было мало одного лишь слова, он хотел бы услышать что-то ещё, чтобы понять и расслышать её голос, оценить его звучание. И вдруг парень отвел взгляд от девушки, переведя его на траву под ногами, на которой валялись упавшие с деревьев яблоки. Что сейчас с ним происходило, он и сам не мог понять до конца. Единственное, что Тейт прекрасно понимал, так это то, что никогда и ни на кого так не пялился, и теперь он пытался вдолбить себе в голову, что не стоит начинать подобную тенденцию. Засунув руки в карманы, Тейт набрал в легкие воздуха и как можно более спокойным тоном выдавил то, что давно должен был сказать. – Здравствуй, Вайолет, – попробовав на вкус её имя, юноша сглотнул. Неплохо. Девушка никак не отреагировала, она только слегка повернула голову в сторону её гостей, но почти всё её лицо так и оставалось скрытым от Лэнгдона за блестящими прямыми волосами. Но в следующий миг руки и плечи её напряглись ещё сильнее, так как у мистера Хармона внезапно и пронзительно зазвонил телефон. Отключив звук, мужчина сжал губы, переводя взгляд с дочери на Тейта, явно порываясь уйти. – Что ж, Тейт... – проговорил он нетерпеливо и слишком уж бодро. – Я отойду не надолго, нужно позвонить по работе… Кхм, может, пообщаетесь пока? – не совсем уверенно взглянул он на свою дочь. – Вайолет, будь добра, не веди себя как ребенок, – сказал Бен тихо, с напором выделив два последних слова. Тейт подумал о том, что с его стороны не совсем правильно отчитывать взрослую дочь в присутствии постореннего, но это было не его дело. – Вернусь через несколько минут, и пойдем ко мне в кабинет, всё обсудим, да? Тейт кивнул, отмечая про себя, что, похоже, Хармон уже почти на сто процентов уверен, что парень согласится работать на него. Или, точнее было бы сказать, на его дочь? Развернувшись, Бен похлопал Лэнгдона по плечу и исчез за кустарниками. Проводив взглядом хозяина особняка, парень повернулся обратно к девушке, пытаясь представить, что он может сказать дочери Хармона наедине, о чём следует спросить, как вообще себя вести, чтобы не задеть её ненароком. Она казалась такой хрупкой и напряженной, что впервые в жизни Тейт Лэнгдон не понимал до конца, с какой стороны подойти к созданию женского пола. Чаще всего они на мягких лапках подкрадывались сами, оставляя дело за малым... Но теперь всё было иначе. Он - не змей искуситель, собирающийся подсунуть яблоко маленькой грешнице. Она - не жаждущая иллюзорной любви и романтики девчонка, сидящая за соседней партой на биологии. Парень прекрасно осознавал политику своего поведения и отношения к Хармон младшей, ведь по сути он будет ее подчиненным, а она - хозяйкой, дочерью босса, и это накладывало определенные запреты, к которым нужно привыкнуть. И перестать так пялиться! Но это осознание ничуть не облегчало его задачу в налаживании контакта с ней. Решив доверить дело судьбе, парень медленно двинулся в сторону гамака. Ветер снова раздул мягкие светло-русые волосы, каскадом свисающие по обеим сторонам личика, наполовину скрытого за темными очками. Сев поудобнее, Вайолет заметила движение в свою сторону и сильнее сжала книгу своими тонкими пальцами, словно пыталась использовать широкую обложку как щит от возможного нападения. Это заставило сердце Лэнгдона в миг сжаться: он ведь не собирался обидеть её! И чем больше он рассматривал её, тем более беззащитной девушка казалась, тем более с травмированной ногой и с этим странным голеностопным гипсом-ортезом, который лишал её возможности убежать, если бы она того захотела. Но Тейт всё-таки подошел ближе, и волнение росло с каждым его шагом. Причем росло оно у обоих. Присев на траву рядом с гамаком, так, чтобы Вайолет чувствовала себя комфортно, прячась за книгой, юноша стал рассматривать обложку с дивной птицей. – Я тоже люблю птиц, – сказал он вдруг немного хриплым голосом. Неплохое начало. Вполне себе нейтральное. – Почему? – послышался вопрос после небольшой паузы, и Тейт встрепенулся, не ожидая, что ответная реплика всё-таки последует. – Не знаю… – ответил молодой человек несколько растеряно, так как не был готов к её вопросу. Но слова сами пришли на ум. – Наверное, потому что они могут улететь, когда жизнь превращается в хаос... Парень удивился сам себе. Никому он ещё не высказывал эти свои мысли, это было странно, непривычно, даже как-то не правильно, но он вдруг почувствовал, что его слушают. Не просто слышат, а именно слушают. Девушка немного опустила книгу, так что ему, наконец, стало видно её лицо, и из-за её темных очков Тейт не мог точно определить, куда она смотрит. Но зато сам он смотрел прямо ей в лицо, пытаясь найти какое-то отклонение, о котором говорил Бен, но ничего необычного он так и не заметил. Разве только то, что левый уголок губ был немного опущен вниз, но это только делало её особенной, не больше. – И что же ещё ты любишь? – Девушка говорила тихо и немного невнятно, но это не мешало понимать её, только придавало её речи какую-то долю небрежности, что почему-то тоже ничуть не беспокоило Тейта. Он уже начинал беспокоиться: вдруг Бен сказал неправду и так проверяет его?... - Ну, если, помимо интересных книг, у тебя есть пластинки Нирваны, то я сдаю себя в рабство твоему отцу, - юноша издал смешок, с облегчением наблюдая, как уголок губ Вайолет медленно пополз вверх. Она тут же снова загородилась книгой, но Лэнгдон слышал её тихий, еле различимый смех. – Аккуратнее, – сказала она вдруг совершенно серьезно, будто не было никакой улыбки. – Не думаю, что ты захочешь остаться здесь... – Почему ты так думаешь? – нахмурился парень. – Просто... – тихо усмехнулась девушка, и вся серьёзность испарилась так же быстро, как появилась. – Какой альбом тебе нужен? – Так у тебя есть Нирвана? Серьезно? - Тейт не верил ушам, понимая, что его шутка превратилась в реальный факт. - Не знал, что девчонки слушают такое. - Оставь свои стереотипы, здесь они тебе только помешают, - тихо проговорила Вай и снова взглянула поверх книги, как-то пристально, даже оценивающе смотря на парня, что он мог почувствовать, даже несмотря на скрывающие её глаза очки. - Говоришь в будущем времени? Значит, согласна на то, чтобы я работал у вас? - молодой человек растянул губы в улыбке и заметил, что Вай приоткрыла рот, явно не ожидая, что Тейт спросит её об этом. Он знал, чувствовал подсознательно, что она разглядывает его ямочки на щеках. Казалось теперь, спустя какие-то пару минут общения с ней, он мог ощущать, куда именно падает её взгляд, аккуратно прикасаясь к его телу в самых разных местах. И одно из этих мест было особенно чувствительным. Тейт поймал себя на мысли, что хочет не только прикосновений взглядом. Тут же сжав кулаки и взяв себя в руки, парень выжидающе посмотрел на Вайолет. Она отвернулась, смотря куда-то в сторону особняка. – Меня здесь не спрашивают. Ставят перед фактом. Но если хочешь знать мое мнение, то мне не нужен ни водитель, ни помощь. Справлялась сама, и дальше смогу, – девушка захлопнула книгу, отложила в сторону и, приподняв ногу с ортезом, попыталась спустить её с гамака. Глаза Лэнгдона невольно остановились на подоле платья Вайолет, который немного приподнялся, приоткрывая завесу к потайным местам, где, возможно, еще не было даже постороннего взгляда, не говоря уже о руках. Тейт неожиданно для себя пожелал, чтобы именно его руки были первыми... Но тут же снова отвернулся, пытаясь взяться за ум, напоминая себе, что она дочь его потенциального босса, и думать о ней в этом свете неприемлемо. Да и вообще, он видел её впервые! Он собирался заработать и уехать как можно дальше от родного города! Нельзя привязываться к кому- или чему-либо! И плевать на то, что эта девушка совершенно не была похожа ни на одну из всех его знакомых... Хармон все еще не могла спустить ногу на землю, так как зацепилась ремешком ортеза за сетку и теперь пыталась выпутаться. Тейт ухмыльнулся и встал на ноги, с интересом наблюдая за попытками Вайолет не упасть. – Значит, тебе не нужна помощь? – издав смешок, молодой человек сложил руки на груди. Девушка не обращала на него внимания. – О да... Это я вижу. – Черт, – тихо ругнулась дочь Бена и, ступив здоровой ногой на траву, нервно дернула следом вторую. Лэнгдон только и успел подхватить её под руки в самый последний момент, иначе, она уже упала бы, что, как показалось парню, в её состоянии вызвало бы не самый лучший исход. Вцепившись в руки Тейта, чувствуя, как напряглись его бицепсы, Вайолет не смогла удержать очки, и они соскользнули с её переносицы, оказавшись прямо между парнем и девушкой в том месте, где её грудь прижалась к его телу. Вихрь эмоций пронесся в душе молодого человека, такой теплой она была, так соблазнительно и почти по-детски пахла: без лишней химии или парфюма, только легкие ноты душистых трав на её волосах. И вот теперь на юношу уставились испуганные светло-карие глаза, которые Вайолет так старательно прятала за очками. Девушка не мигала, лицо было каменным, ничего не выражающим. Было видно, что она снова хочет поскорее спрятаться, но Тейт искренне не понимал, почему. Да, он успел заметить, что левая половина её лица отличается от правой: уголок губ, который он заметил и ранее, и нижнее веко были немного опущены вниз, по сравнению с другой половиной лица. Однако, её красота была для парня очевидной, манящей, неожиданной, и её ничем нельзя было испортить. В мыслях Лэнгдона тут же загорелся красный сигнал СТОП. Всё происходящее его если не пугало, то настораживало. Он и раньше чувствовал что-то, если девушки прижимались к нему, но это было чем-то совершенно непохожим на прежние ощущения. Парень совершенно не хотел поверить в то, что девушка, с которой он знаком несколько минут, так заинтересовала его. Глупости, это просто долгое отсутствие женского внимания, наслаждаться которым последние пару месяцев не позволяла вечная работа и дела по планированию побега от прошлой жизни. Тейт готов был вздохнуть с облегчением, найдя себе оправдание в том, что он позволил себе такие мысли в отношении дочки почти состоявшегося босса. Но что-то внутри него твердило парню о том, что это невозможно: не думать о ней так, как он думал, просто невозможно. Этот стук сердца в груди был выше его контроля и сил, выше его понимания. Такое вообще может быть? Неужели такие ощущения даны человеку, и он действительно может их испытать? Тейт не мог поверить в то, что творилось с его телом и разумом, пока он смотрел в глаза, которые казались ему самыми необычными и притягательными из всех, что он когда-либо видел. В глубине души он хотел бы, чтобы эти глаза не отрывались от его, темных, как самый крепкий кофе, но он понимал, что лучше с самого начала не поддаваться этим чувствам, пока дело не стало хуже и не зашло слишком далеко. Будто читая его мысли, Вайолет взяла очки и торопливо надела их, поскорее отпрянув от Тейта. В какой-то степени это было для него облегчением. – Зачем ты прячешься? – с мягкой улыбкой спросил юноша, стараясь быть как можно более дружелюбным, чтобы не спугнуть её своим вопросом. Он будет на неё работать, значит она не должна опасаться его, это только создаст лишние проблемы. И лучше сразу показать Вайолет, что он вполне нормальный и адекватный юноша. Да, он всегда умел притворяться нормальным. Просто это умение не всегда было ему нужно. А вот сейчас кажется вполне полезным. Хармон младшая не успела ответить, она напряженно замерла и резко повернула голову в сторону дома, так как на садовой тропинке послышались чьи-то шаги. – Надеюсь, вы успели подружиться? – раздался бодрый голос Бена, он уже подошел к стоящим в смущении парню и девушке, пока оба пытались скрыть учащенное дыхание. – Да, оказывается, музыкальный вкус Вайолет тесно соприкасается с моим, – посмотрев на дочь Хармона, Тейт не мог не заметить, как двусмысленность последних слов, указывающая на их недавние объятия, сказалась на ней: Вай сложила руки на груди и, смущенно поджав губы, невольно отступила назад, перенеся вес тела на здоровую ногу. Лэнгдон с радостью отметил, что девушка всё же может передвигаться самостоятельно, значит, нога заживала, а ортез крепко фиксировал поврежденный сустав, что позволяло на неё наступать. Отлично, ему не придется возиться с костылями или инвалидной коляской. По крайней мере этим фактом Тейт пытался оправдать свою радость по поводу того, что Вайолет может ходить сама. Ему нужно было как-то сдержать порывы своей души, которая почему-то была странно возбуждена. – Прекрасно, значит, вы найдете общий язык, не так ли, Вайолет? – обратившись к дочери, Бен выделил её имя и смерил её пристальным взглядом, давая знать, что не намерен принимать отказ от найма водителя. – Делай, как хочешь, – мрачно ответила его дочь. Она вдруг взглянула на парня и обратилась к нему. – Не думаю, что тебе это интересно, – сказала она еле слышно, думая, что нет смысла давать ответ на вопрос Лэнгдона, и двинулась к тропинке настолько быстро, насколько это позволял её «балласт» на голени. Бен и Тейт в молчании проводили Вай взглядом, а затем Хармон вздохнул, повернувшись к молодому человеку. – Ну, что скажешь? – Ей тяжело… Наверное, я в какой-то степени понимаю её… Но я не могу понять, что с ней. – А ты разве не заметил? – мужчина указал на свои губы, имитируя то, как опущен один уголок у его дочери. – Я... Заметил, но это не так уж страшно, правда? – услышав в своем голосе надежду, юноша снова не мог не поразиться тому, какие чувства вызвала в нём Вайолет. Сочувствовал ли он раньше кому-то, кроме своей сестры, с которой мать обращалась как с животным? Вряд ли… – Это не смертельно, – ответил мужчина, а затем взглянул на парня. – Значит, она не рассказала тебе... – протянул Бен. Юноша отрицательно покачал головой. – Это называется паралич Белла или парез лицевого нерва. Названий много, смысл один. У неё частично парализована левая половина лица, уже несколько месяцев, – переведя взгляд на гамак, одиноко висящий меж деревьев, Бен задумчиво потер подбородок. – Но я так понимаю, она показалась тебе? Думаю, ты способен вызвать у неё доверие. – Вряд ли. У неё всего лишь слетели очки. Да, я видел её лицо, но она знает, что я могу быть не в курсе того, что это такое. – Тейт пожал плечами. – И, сказать честно, я не сразу заметил, что что-то не так. Юноше хотелось задать так много вопросов, что он не знал, с чего начать. Но Бен сам подсказал ему, как найти ответы. – Она дала тебе пищу для размышления. Воспользуйся этим мудро, чтобы наладить с ней контакт. Если ты проявишь простое любопытство, она уже не раскроется. Вай не из тех, кто любит выложить всё о себе любому желающему. Еле заметно кивая, Лэнгдон всё для себя решил. Пища для размышления? Хорошо... – Это правильный подход. Я тоже не люблю раскрываться людям, когда они того не заслуживают. Зачем зря растрачивать себя? – Ты говоришь, как моя дочь, – усмехнулся Хармон. – И всё-таки, насчет работы. Мне позвонил знакомый, которого я просил узнать о тебе поподробнее. Информация уже у меня на почте, хотя я не думаю, что что-то из того, что мне прислали, изменит моё мнение. Я вижу, что ты неплохой парень, и надеюсь, ты согласен. Внутренний голос Тейта, не обращая внимания на его попытки оставаться каменным и ледяным, уже кричал десятки согласий. Парень поймал себя на мысли, что действительно хотел бы помочь девушке, узнать о ней больше, понять, правильны ли его догадки о том, что они похожи в той или иной степени, ведь некоторые интересы и взгляды у них уже совпали. Он представлял, как тяжело Вайолет в её горе: потерять мать, которая к тому же должна была родить - такое сложно представить. Но Лэнгдон верил, что её можно было вытянуть на свет, заставить её перестать прятаться за очками, радоваться тому, что у неё есть, забыв невзгоды… Столько благородных порывов оставляли в душе парня больше беспокойства и подозрения, чем радости. Слишком новые, слишком непривычные чувства, словно инородное тело проникло в сердце, заставляя его трепетать, метаться из стороны в сторону, в поисках обыденного покоя, в поисках льда, который всегда сковывал желудочки и предсердия, вены и артерии. Но теперь всё это приобрело общее название: «сердце». И оно перестало быть абстрактным понятием. Вот же оно – бьётся, существует, просит о чем-то, чего никогда раньше не просило… – Мистер Хармон, нам ещё стоит кое-что обсудить, – сказал Тейт, понимая, что некоторые моменты прошлого могут не понравиться Бену, и мужчина понимающе кивнул, позвав юношу за собой. Молодой человек пошел по уже знакомой каменной дорожке. Ветер развевал на земле оторвавшиеся лепестки цветов, а птицы вспорхнули с веток, испугавшись грохота хлопнувшей двери где-то на верхнем этаже особняка. Сегодня вновь прольются слезы, о которых никто не узнает, так же, как и не узнает причин, вызвавших их… *** – О, не думал, что ты сменил так много школ. Переезды? Или проблемы с поведением? – Бен сидел за своим столом перед экраном ноутбука и просматривал информацию о Лэнгдоне, присланную тем самым его таинственным знакомым, который имел доступ к подобным документам. Как удобно и просто... – Да, вижу, привлечение к исправительным работам за драку... – задумчиво проговорил мужчина. – Это проблема? – Тейт помрачнел, когда Бен решил подробнее узнать о прошлом своего нового сотрудника. Он отчаянно пытался оставить всё это за спиной, но его снова тычут в это носом, как нашкодившего котенка. В общем, парень не был в восторге от перечисления своих "подвигов". – Я же говорю, что верю, что ты хороший парень, а раз умеешь драться, значит, моя дочь с тобой в безопасности, – сказал вдруг Бен, делая свои выводы из того, что узнал о Тейте. Последний вскинул брови в удивлении, но говорить ничего не стал, хотя в голове тут же возник вопрос - уж не телохранителем ли его хотят сделать, прикрывая эту должность скромным названием "водитель"? Юноша ждал, что ещё скажет Хармон. – Что произошло? Тебя задирали? Или ты первый начал? – Я не сторонник беспричинного мордобоя. Просто... Возникало недопонимание. – Что же ты сделал, раз тебя привлекли? – Окунул одного из них башкой в унитаз, – честно ответил молодой человек, чувствуя, что этому мужчине можно говорить правду насчет того случая. – Он чуть не задохнулся тогда, – пожав плечами, Тейт сжал губы, как бы говоря: "ну а что я должен был сделать?". – Другого избил… Но он заслужил это, поверьте мне. – Ого, – Бен нахмурился и заинтересованно перегнулся через журнальный столик. - Скажи, ты чувствовал удовлетворение оттого, что сделал это? – Вы что, решили провести сеанс? – ухмыльнулся юноша, закинув одну ногу на другую, сидя в кресле напротив мистера Хармона, и начал теребить нитки на своих рваных джинсах, прищуренным взглядом смотря на мужчину. – Профессиональная привычка. Но мне действительно хотелось бы знать, о чём ты думал в тот момент. Неплохо знать своих сотрудников поближе, правда? Тейт вздохнул, отводя взгляд в сторону. – Я думал о том, что этому ублюдку не следует оскорблять мою сестру и унижать её достоинство. Для меня это были веские основания дать ему по морде, – тихим хриплым голосом ответил Лэнгдон, взглянув на Бена исподлобья. – Думаете, я псих? – Вовсе нет, – сказал мужчина, качая головой. – Я понимаю твои чувства. – Бен провел пальцем по корпусу ноутбука, стряхивая невидимую пылинку. – У тебя есть сестра. Ты уехал путешествовать. Ты не жалеешь, что оставил её?... – Мистер Хармон, – перебил Лэнгдон. – Сестра была единственным светлым лучом в том болоте, что меня окружало. Но в моей жизни нужно было что-то менять. Она сильная и сможет существовать там, но не я. – Парень с тонким душевным устройством? Твоя мама проявляла душащую любовь, поэтому ты уехал? Вероятно, она возлагала на тебя большие надежды? – Я стараюсь об этом не думать, – ответил Тейт. – Если хотите знать, то ничего особенного в моей семье нет, отец сбежал, когда мне было шесть, мать не дала мне ничего, кроме имени. Ничего хорошего. Её любовь была не душащей, а разрушающей. – Поэтому ты так замкнут? Думаю, ты боишься открываться людям из-за своего отца, из-за того, что он ушел? – А я думаю, это потому, что вокруг слишком много тех, кого просто мучает любопытство. Я не желаю тешить их, предоставляя возможность добавить в свою коллекцию сплетен новую историю о бедном мальчике Тейте, которую они будут болтать направо и налево, чтобы выглядеть всезнающими. Молодой человек взглянул на Бена пристальным взглядом, надеясь, что он понял намёк о том, что обсуждать свои детские травмы из-за отца, матери или кого бы там ни было ещё, он не намерен. – Интересная мысль, – Хармон слабо улыбнулся. – Но хорошо, мы и правда не на сеансе психоанализа, не будем обсуждать проблемы взаимоотношений подростков с окружающим миром, тем более, ты уже далеко не подросток. – Теперь ваша очередь, – сказал юноша, не оставляя в покое свои рваные джинсы. – Что за проблема – найти водителя для дочери? Она болеет уже столько времени, а вы только сейчас решили заручиться помощью извозчика? – Хм, снова недоверие, – улыбнулся Бен. – Молодец, нельзя терять бдительность, но и излишние подозрения тоже не приведут ни к чему хорошему, согласен? – взгляд мужчины стал серьезным, напряженным, он непрерывно смотрел на парня, будто пытался предвидеть новые вопросы, которые могут возникнуть в его голове. Тейт замешкался и снова пожал плечами, не понимая такой резкой смены настроения Хармона. Тот расслабился и откинулся на спинку кресла, снова улыбнувшись. – Я уже говорил, Вайолет тяжело, и переживать сложные времена она привыкла либо в одиночку, либо рядом с очень близкими людьми. Вай не отличается вежливостью. Персонал не сходился с ней характерами, многие просто уходили. Осталась только Мойра и Ларри, наш садовник. – Вы говорите мне всё это и верите, что я не уйду, как другие? – Да. Верю. Во-первых, тебе некуда, – усмехнулся мужчина, вызывая у Лэнгдона ответную, но всё-таки слабую усмешку. – Ладно, шутки в сторону... Мне просто кажется, вы поладите. – Я вовсе не против работать на вас... Я понимаю, вам нужно как можно скорее найти кого-то для дочери, но вы знаете меня от силы несколько часов, у вас определенно ещё есть какие-то сомнения. Я просто хочу, чтобы во мне не сомневались. Ответьте честно, вам не страшно доверять мне такую ответственную работу? Я ведь не профессионал, я даже не знаю города. – Я видел, как ты водишь, Тейт. И не думаю, что ты будешь делать какие-то глупости, ты ведь знаешь, что я хорошо заплачу, да и твоя машина в ремонте у моих знакомых. Юноша снова внимательно посмотрел на Бена. Это что, было что-то типа предупреждения? Твоя машина у нас, значит, веди себя хорошо? Лэнгдон решил не цепляться к этим словам, но бдительность его оставалась в режиме "on". – А насчет местности... – продолжил Хармон. – Ты быстро освоишься. Знаешь, снова бегать повсюду и искать кого-то на твоё место, у меня больше нет сил. Ты – просто находка, Тейт. Ты очень сильно выручишь нашу семью, если согласишься. Бен выжидающе, с надеждой во взгляде посмотрел на молодого человека. Вдохнув побольше воздуха, Тейт кивнул, соглашаясь, так как больше уже не видел другого выхода, этим самым прокладывая свой путь в ту новую жизнь, о которой так грезил. Только был один нюанс. Новая жизнь не всегда получается такой, какой ты придумал её в своей голове… – Отлично! Я искренне рад! – с долей облегчения улыбнулся мистер Хармон. – Тогда давай обсудим ещё кое-что важное. У меня возник вопрос по поводу того, где ты будешь жить. – Я хотел найти какую-нибудь комнату в городе или что-то типа этого, – ответил Лэнгдон. – Да, это было бы неплохо, но я подумал, что ты можешь понадобиться в любой момент, и... – мужчина вздохнул, – Наверное, мне нужно было выделить тебе комнату в нашем домике для персонала, так что, попрошу Мойру переехать в дом, а ты будешь соседствовать с Ларри. Тейт вскинул брови, садясь ровно, забывая о нитках на своих рваных джинсах. Неужели он будет жить на территории особняка? – Если это создает неудобства, то не стоит... – Нет, это решено. Твоя помощь может понадобиться внезапно, так что лучше, если ты будешь под рукой. Я мог бы поселить тебя в доме, но… думаю, будет лучше, если ты остановишься в комнате Мойры, вряд ли она будет против переехать к нам с Вай, – заверил Тейта мужчина, а затем сложил руки в замок и внимательно посмотрел на юношу. – Хочу быть откровенным, Тейт. У парней твоего возраста есть свои потребности… Ты же понимаешь, что я имею в виду? Тейт конечно понимал, и постарался сделать вид, что это вовсе не проблема, и мистеру Хармону не стоит переживать о неприкосновенности своей дочери. Сделать вид, потому что этот вопрос уж слишком взволновал парня, и он боялся этим вызвать у Бена недоверие или подозрение. Ему это вовсе не было нужно. – Мистер Хармон, я всё прекрасно понимаю, – выдавил он из себя, делая серьёзное и ответственное лицо, стараясь не думать о том, как пялился сегодня на подол платья, которое еле приоткрывало вид на стройные ножки дочери Бена. – Вот и отлично. Надеюсь, с этим не возникнет проблем? – вопрос был риторическим, Лэнгдон лишь промолчал, сжимая зубы. – Я позову Мойру, она тебе всё покажет, а ты поможешь ей перенести вещи. Вечером снова зайди ко мне, я дам инструкции на завтрашний день. – Окей, – юноша поднялся с дивана, следуя за своим боссом в коридор. *** Тропинка к домику для персонала, как его деликатно назвал Бен, не используя слово "прислуга", была такой же, что и тропа к гамаку Вайолет, только вела в противоположную сторону от парадного выхода из дома. Казалось, территория особняка бесконечна, но это был визуальный эффект из-за множества кустов, деревьев и виляющих тропинок, посыпанных щебенкой и гравием, ответвленных от главной мощеной дорожки. Мойра грациозно и с достоинством шла впереди, чтобы показать Тейту его комнату, которая ещё несколько минут назад принадлежала ей. Эта женщина одним видом своим заставляла себя уважать, было в ней что-то благородное. Парень не мог определить точный возраст, но она выглядела очень даже не плохо, сколько бы ей ни было лет. – Мисс О’Хара, – обратился к ней юноша (он узнал её фамилию от Бена), пытаясь угадать её характер и понять, приятная ли она женщина или очередная старая карга, ведь внешность, как он давно убедился, никак не влияет на внутренние качества, и даже самый приятный на вид человек может быть настоящей тварью внутри. – Надеюсь, вы не злитесь, что вам приходится переезжать? – Вовсе нет, – со слабой улыбкой ответила она, взглянув на молодого человека, и Тейт отметил для себя, что она вовсе и не похожа на старую каргу. – Мне понятны причины, по которым мистер Хармон предпринял такой шаг. – Мне тоже, – мрачно пробормотал Лэнгдон, не слишком радуясь тому, что сегодня все намекают ему на то, что он должен попридержать своего дружка в штанах. Конечно, никто не говорил об этом напрямую, но Тейт не идиот и прекрасно чуял все эти эвфемизмы типа "у парней твоего возраста есть свои потребности" или "причины, по которым мистер Хармон не желает, чтобы молодой человек жил под одной крышей с его драгоценной дочкой-девственницей". Всё это вежливые и завуалированные формы простого и понятного запрета: "не лезь под юбку к дочери Бена". Лэнгдон старался не обращать на это внимания, ведь, по сути, их беспокойство вполне обоснованно, гормоны и флюиды играют свою роль. Но в таком случае, нечего было нанимать такого, как он, чтобы потом трястись за то, что он однажды случайно заглянет в спальню к хозяйской дочке. Тейту не нужно было лишних проблем, он всё ещё верил, что вскоре сможет вернуться к осуществлению своего первоначального плана, и поэтому он и сам понимал, что стоит держаться подальше от созерцания необычного и манящего очарования Вайолет Хармон, которое до сих пор заставляло его сердце биться так обеспокоенно. Но одно дело понимать, и совсем другое - выполнять... Да, Бен правильно сделал, что не поселил Тейта в доме. Если дочь хозяина вызвала в нём столько эмоций в первый же день, то бороться с тем, что будет дальше, придется изо всех сил. А бороться почему-то очень не хотелось... Представив себе, как он будет подавлять порыв в очередной раз с интересом взглянуть на неё, Тейт с тяжелым сердцем осознал, что самое "веселье" для него только начинается. – Ну, что ж, за работу? – послышался веселый мужской голос, когда Тейт в компании горничной вошел в одноэтажный деревянный домик, окруженный по бокам черно-бордовыми пушистыми шток-розами. – Привет, Тейт, я Ларри Харви, занимаюсь здесь облагораживанием территории. Остроносый, низкий и худенький мужчина встал с мягкого дивана песочного цвета, который располагался посреди небольшой комнаты-гостиной. Садовник улыбнулся, стряхивая с колен крошки от арахиса, который он только что ел. – Здравствуйте, мистер… – Просто Ларри, – протянув руку для знакомства, садовник улыбнулся ещё шире, в уголках его глаз появились гусиные лапки, отчего взгляд показался еще добрее. Тейт тоже выдавил улыбку, гадая, насколько быстро в этом доме распространяется информация, раз его имя уже известно этому персонажу. – Показывайте, что нужно перенести, – попросил молодой человек, желая скорее разделаться со всеми делами и провалиться в сон. *** Справились с мини-переездом довольно быстро, Тейт со вздохом присел на деревянном крыльце своего нового «дома», переводя дух. Он уже сходил к машине Бена, чтобы вытащить оттуда свои вещи, и теперь спортивная сумка парня лежала внутри, рядом с диваном, на котором снова расположился Ларри, включив какое-то шоу на телевизоре, стоящем у стены на тумбе справа от входа в домик. Лэнгдон мог бы сразу отнести всё в свою новую комнату, но он знал, что ему ещё надо было зайти к Бену, а стоит Тейту оказаться в комнате, он не выдержит и упадет на кровать. Тем более, учитывая то, что Мойра любезно постелила ему свежее белье. Это было сейчас пределом мечтаний: крепкий сон и тишина. Тейт надеялся, что тишина ему всё же будет обеспечена. Потому что у него дома её не было никогда… Проведя ладонями по лицу, чтобы хоть немного взбодриться, парень устало поднялся на ноги и двинулся к особняку. *** Когда Лэнгдон вошел внутрь, поднимаясь на второй этаж в кабинет Хармона по массивной деревянной лестнице, стены вдоль которой были отделаны деревянными панелями, он вдруг услышал голос своего босса. Раздраженный и с трудом сдерживающий злость, Бен кому-то что-то объяснял. Прислушавшись, Тейт остановился на половине пути, схватившись за толстые блестящие перила, покрытые лаком. В ответ на реплику мужчины послышался женский голос, который по громкости лишь немного уступал голосу Хармона. И это был её голос. – Зачем это было нужно? – с надрывом спросила Вайолет, было ясно, что девушка расстроена, если даже не рассержена. – Затем, что я не могу нянчиться с тобой! – Я и не просила! – Но ведешь себя исключительно так, что не оставляешь мне выбора! – строго ответил Бен, и Тейт почему-то представил, как он грозно возвышается над дочерью и машет указательным пальцем перед её носом. – У тебя был и всё ещё есть выбор! Послушать меня! И если бы не… – Довольно! Слишком громко. Лэнгдон сильнее сжал пальцы на перилах и нахмурился, чувствуя жжение в груди от воспоминаний о своих собственных семейных скандалах. Ему стало искренне жаль Вайолет, так, как всегда было жаль сестру, у которой был синдром Дауна, но мать никогда не учитывала этого при наказаниях и взбучках, которых, если быть честным, девочка не заслуживала. И вот теперь он снова является свидетелем подобных сцен. Не важно, кто был прав в этом конфликте, Бен не должен был так кричать на свою больную дочь. – Зачем ты оставил его здесь? – Вайолет произнесла это слишком жестким и мрачным тоном, отчего парень тут же широко распахнул глаза, понимая вдруг, что речь идёт о нём самом. «Какого черта?» – всплыло в его голове. Он никак не мог ожидать, что девушка, оказывается, против того, чтобы он жил на территории особняка. Да, он помнил, как она говорила о том, что ей не нужна помощь, и что Тейт не захочет здесь остаться, но он не мог и подумать, что всё настолько серьёзно. И, судя по её интонации, она была крайне недовольна тем фактом, что молодой человек будет жить по соседству... Но что произошло, что заставило её так сразу невзлюбить его? Тейт не мог поверить тому, что слышал, все его попытки быть дружелюбным и милым тут же показались глупыми и фальшивыми. – Я уже сказал, Вай, – уже спокойнее, усталым голосом ответил отец дочери, видно, поняв, что повышение тона не даст результата в разговоре с этой упрямицей. – Перестань накручивать! Просто перешагни через себя и свои предрассудки хоть раз в жизни ради нашего общего блага! Доверься ему, парень поможет тебе в бесчисленных походах по больницам. – Да почему ты никак не можешь понять? – в отчаянии произнесла девушка. – Мне нужен был ты, твоя поддержка! А не какой-то тип с улицы, которого ты даже толком не знаешь! Что, если он и есть… – Послушай! – Бен перебил Вайолет, явно теряя терпение. – Нам обоим тяжело. Но я пытаюсь обеспечивать семью, а не откладывать все дела и встречи, чтобы ходить с тобой по врачам! И если ты хорошенько подумаешь, то поймешь, что этих походов легко можно было избежать! – То есть, это моя вина? – выдохнула Вай, словно не верила тому, что слышит. – Вайолет… – Обеспечивать семью! Мать моя женщина, какая семья, где? – послышался нервный смех. – Её нет! Посмотри вокруг, господин мозгоправ, ты всё просрал! – Следи за языком, иначе я… Тейт не выдержал, он больше не мог слушать эти пререкания, тем более что разговор никак не перетекал в мирное русло, страсти только накалялись, и парень почему-то боялся, что не сможет сдержать себя, если станет свидетелем ещё и рукоприкладства, и точно сделает с Беном что-то плохое, если тот поднимает руку на Вайолет. Лэнгдон конечно понимал, что этот мужчина вряд ли опустится до такого, но от греха подальше он громко застучал кедами по лестнице, поднимаясь до самого конца, и тут же позвал Хармона как можно более спокойным и громким голосом, словно не слышал всего этого скандала. Бен ничего больше не сказал своей дочери, только стремительно вышел из дальней комнаты, шагая по темному коридору с такими же деревянными панелями, как и на лестнице, навстречу молодому человеку. Тут же послышался резкий и неприятный звук хлопающей двери. Тейт изобразил удивление. Хотя изображать было не сложно, он и правда был изумлен и встревожен происходящим у него практически на глазах. – Ох уж эти женщины, – мужчина усмехнулся, качая головой, но Тейт понимал, что улыбка на его лице натянутая, фальшивая, так как после такого разговора с дочерью вряд ли можно было пребывать в хорошем расположении духа. Показав рукой в сторону своего кабинета, Хармон провел туда юношу. – Ну, что с инструкциями? – совершенно обыденно спросил Лэнгдон, пытаясь избавить себя от неловкости и неприятного осадка из-за услышанного разговора. Осознание того, что ему здесь не рады, было слишком резким. Ему была не рада та, с кем он изо дня в день должен будет проводить приличное количество времени, сопровождая в посещении врачей и больниц. С этим срочно нужно было что-то делать. Обычно девушки тянулись к нему, привлекаемые незримой опасностью, что таилась за приятной внешностью, и каждая, лелея свою мечту о том, что она особенная и заставит плохого мальчика пасть перед ней на колени и позволить вить из него веревки, попадались, как мошки в паутину. Правда, ни одной ещё не удалось приручить зверя внутри него... С Вайолет в этом отношении всё было по-другому. Эту девушку никак нельзя было сравнить с предыдущими, хотя бы потому, что по отношению к Тейту у неё был совсем другой статус, и она должна оставаться неприкосновенной во всех смыслах, во всех областях. Но ещё более неуютной ситуацию делало то, что она не желала, чтобы парень оставался здесь. Это можно было понять, учитывая то, что у Хармон младшей были проблемы со здоровьем, и ей было вовсе не до нового персонала и уж тем более не до парней. Но Тейт, снова прокручивая в голове их первую и пока единственную встречу, не мог не признать то, что он ясно увидел, как что-то промелькнуло между ними в тот мимолетный отрезок времени, когда они были наедине, в тот миг, когда он подхватил её, как раненую пташку, падающую с высоты, готовую разбиться о землю. Нескольких минут рядом с ней парню было достаточно, чтобы ощутить то, чего он никогда не ощущал, и, несмотря на все запреты, которые сыпались со всех сторон, юноша в конце концов должен был оставаться честным с собой. Больше не было смысла притворяться, будто это лишь иллюзия. Он изо всех сил пытался отогнать от себя мысли о своем тяготении к этой девушке, всё ещё надеясь найти простые объяснения этим чувствам, но получалось не очень. Как бы он не хотел признавать это, но Вайолет чем-то зацепила его. Более того, он почему-то позволял себе думать, что и сам не оставил девушку равнодушной. И теперь он узнаёт, что она против его нахождения здесь. Вопрос о том, в чем причина такого отношения, лишь подстегивал его интерес, подливал горючего в очаг с любопытством и азартом. Тейт прекрасно понимал, что ему уже ясно намекнули на вопрос о его потребностях, но юноша оставлял в душе надежду на то, что это вспыхнувшее очарование девушкой и весь интерес вскоре пропадет, так же, как пропадал всегда. А пока он мысленно потирал руки, желая во что бы то ни стало добиться расположения упрямой и мрачной Вайолет (уж не эти ли качества так притягивали Тейта?) и вместе с тем разрушить стереотипы каждого обитателя этого дома. Он не уйдет, как это делали другие. И теперь это уже было делом принципа. Таков он, Тейт Лэнгдон. – Итак, вот расписание, адрес каждого пункта, куда нужно съездить. Если Вай нужно будет куда-то ещё, звонишь мне и предупреждаешь. Как добраться в тот или иной район посмотришь в навигаторе, – нажав на клавишу ноутбука, Бен ждал, когда принтер распечатает расписание. Перед тем, как дать лист юноше, Хармон замер, внимательно смотря на своего нового служащего. – Не своди глаз с моей дочери, Тейт. Молодой человек еле заметно сглотнул, кивая в ответ. «Это будет не так уж сложно». – Прочти всё сейчас и скажи, всё ли понятно. Тейт пробежался глазами по пунктам, радуясь тому, что их не так много, как он мог ожидать, и сказал мужчине, что ему всё предельно ясно. Хармон явно обрадовался и, посмотрев на часы, положил руку на живот. – Наконец-то ужин, я умираю с голоду! Ты как? – Встав с кресла, Бен потянулся. Тейт пожал плечами, не зная, принято ли в этом доме служащим принимать пищу вместе с хозяевами. – Пошли, – уже сделав шаг, мужчина спохватился. – Чуть не забыл, – отодвинув ящик письменного стола, он вытащил оттуда что-то и кинул парню. Тот поймал небольшой предмет в прямоугольном пластмассовом корпусе и, взглянув на эмблему Шевроле, удивленно вскинул брови. – Да, она в гараже под домом, после ужина покажу, что к чему, договорились? – двинувшись к двери, Бен пропустил вперед Тейта. – Странный вы человек, – сказал юноша, спускаясь по лестнице рядом с боссом. – Почему? – Вы меня совсем не знаете, а доверяете и дочь, и машину… – Мы это уже обсудили, – ответил Хармон, пожав плечами. – Любой новый работник всегда является неизведанным, но если не дать ему шанс проявить себя с той или иной стороны, никогда не узнаешь, хорош он в своем деле или нет. Не забывай, теперь у меня есть достаточно информации, чтобы тебе доверять. У тебя не было серьёзных проблем с законом, не считая школьных разборок, но покажи мне того, у кого их нет, и я скажу, что этот человек мертв. Только у покойников нет проблем, – улыбка разрезала губы Бена, он зашел на кухню, с наслаждением вдыхая запах приготовленного Мойрой ужина. – Хорошо сказано… – тихо промямлил парень и зашел следом. «Правда, есть информация, которую не достанет ни один хороший знакомый, будь он хоть агентом ФБР… Например, что таится в голове у человека, который всю жизнь учился сдерживать свою внутреннюю тьму». *** Вайолет не пришла на ужин. Вот и вся история сегодняшнего вечера. На самом деле, Тейт усердно пытался отвлечься от мысли о том, что девушка так и не спустилась к столу. Он старательно отгонял от себя её образ, который упрямо стоял перед глазами. Ещё усерднее он старался не думать о том, что она не пришла на ужин вместе со всеми именно из-за него. Нужно было заставить себя не зацикливаться на этом, в конце концов, он лишь водитель, а не друг и не член семьи, её плохое к нему отношение не должно его заботить. Но почему-то заботило... Когда все закончили прием пищи, Бен показал Тейту гараж и машину, объяснив все необходимые нюансы, а потом решил сам отнести ужин дочери и заранее пожелал всем спокойной ночи, так как хотел закрыться в кабинете и не выходить оттуда до утра. Мойра принялась мыть посуду, когда Ларри вышел из дома, чтобы прогуляться по саду перед сном. Тейт уже выслушал его рассказ о том, как полезно жить здесь, на свежем воздухе, и о том, как добр мистер Хармон, что построил отдельный уютный деревянный домик для прислуги, так как в каменном особняке всегда было слишком прохладно. Парню не нравилось слово "прислуга", он вообще ощущал себя человеком, оказывающим помощь, работником по найму, но никак не прислугой. Ларри же, в отличие от него, не возражал против этого звания. Допив кофе, который по его просьбе налила ему Мойра, Тейт поблагодарил её и встал из-за стола, желая пойти в комнату и наконец уснуть. Горничная повернула голову в его сторону и, заметив это, Лэнгдон остановился на полпути, не понимая, почему она так пристально смотрит на него. – Будь аккуратнее, мальчик, – сказала вдруг О'Хара тихо, в глазах её было что-то странное, чего Тейт не мог понять или прочитать, но предупреждение женщины явно не было лишено какого-то скрытого смысла. Взгляд Мойры резко перекинулся на выход с кухни, и парень тут же обернулся, но не обнаружил ничего за своей спиной. – Кофе перед сном – не самая полезная вещь, – голос горничной сразу стал обыденным, расслабленным, и повернувшись обратно, Лэнгдон обнаружил слабую улыбку на ее тонких губах, а от прежней тревоги и загадочности не осталось и следа. Нахмурив брови, юноша двинулся к выходу. – Спасибо за беспокойство. Но я пью кофе всегда и везде и пока жив-здоров, – усмехнулся Тейт напоследок и, пожелав спокойной ночи, вышел на улицу. – Пока, – грустно опустила взгляд женщина, окуная в воду чашку, из которой пил молодой человек. – Это только "пока"... *** Юноша наконец получил возможность спокойно в одиночестве осмотреть участок хотя бы по пути в домик. Вокруг все будто замерло, сумерки были мертвыми, безмолвными, все краски и великолепие особняка, которые поражали днем, теперь навевали дрожь ближе к ночи. Такая огромная территория лишь для отца и дочери - слишком. В таком огромном пространстве легко почувствовать себя одиноким. Так думал Тейт, ведь и сам он терялся здесь, но, возможно, это потому, что он ещё не освоился. Шагая по тропинке, парень думал о прошедшем дне, который теперь казался, если и не судьбоносным, то переломным, это точно. Все планы были разрушены и перевёрнуты вверх тормашками, линии жизни приобрели новые изгибы, и, как бы это не настораживало, иногда планы рушатся к лучшему. Это Тейт осознал, когда увидел девушку, напоминающую ему раненую птицу. Но любые раны можно залечить, не так ли?.. И да. Вайолет так и не пришла на ужин. Лэнгдон ждал, что она всё же спустится, или её отец пойдет за ней, чтобы помочь пройти по лестнице, но с другой стороны, так было даже лучше: Бен мог заметить, как парень смотрит на его дочь, с каким напряжением и вниманием рассматривает её, пытаясь понять свои и заодно её чувства. Постепенно Тейт научится скрывать этот странный интерес, но не сейчас. Идя по тропинке из серого камня, юноша продолжал ощущать этот порыв снова увидеть Вайолет перед сном, который не оставлял его с самого момента подслушанного скандала. Парень хотел верить, что не зря остался здесь. Ведь что-то подсказывало ему, что именно дочь Хармона оказала решающее влияние на его согласие. И ему нужно было убедиться, что девушка реальна, и не является лишь образом из снов, нужно было понять, действительно ли он был так очарован, или это лишь первое обманчивое впечатление, которое может исчезнуть в любой момент. И судьба предоставила юноше шанс убедиться, что это вряд ли исчезнет. Домик из светлого дерева уже был впереди, Тейт засунул руки в карманы, пиная мелкий камушек, попавшийся на пути. Боковым зрением он заметил движение в окнах особняка из красного кирпича, который в полутьме казался коричневым. Подняв заинтересованный взгляд, юноша застыл на месте. В угловом окне второго этажа стояла Вайолет. Лицо девушки теперь не было скрыто очками, но и рассмотреть его как следует Лэнгдон тоже не мог из-за разделяющего их расстояния. Она была бледна и неподвижна, а из-за темного времени суток синяки под глазами были выражены очень и очень ярко. Парень улыбнулся, и махнул рукой, желая во что бы то ни стало разубедить её в этой необоснованной предвзятости по отношению к нему. – Завтра ранний подъем, так что не сиди долго за книжками, – сказал Тейт так, чтобы его услышала она, но не услышал Бен, сидящий в своем кабинете, окна которого выходили на парадный вход. Девушка промолчала, обхватив себя руками за плечи, и молодому человеку показалось, что она стала еще мрачнее и грустнее. Улыбаясь, в надежде на то, что ему удастся немного приободрить Хармон младшую, Лэнгдон попятился назад, к своему домику, но девушка так ничего и не ответила и отступила в темноту своей комнаты, исчезая из его поля зрения. – Спокойной ночи, Вайолет, – сказал он уже тише, еще больше убеждаясь в правильности своих намерений остаться здесь. Лэнгдон не совсем понимал, что заставляло его так переживать за совершенно незнакомого ему человека, но он ведь хотел стать лучше, не так ли? Хрупкая израненная птица, которой казалась ему эта девушка, нуждалась в чьем-то понимании и заботе, и Тейт чувствовал, что, пробившись сквозь стену недоверия и недоброжелательности, он сможет дать ей это, помимо простого сопровождения в поездках. Юноша с первых минут общения увидел в ней родственную душу, он вполне был способен относиться к ней, как к другу, приняв все запреты, и помочь девушке чисто по-человечески, этим самым заглаживая все свои прошлые проступки. Он заставит её жить и радоваться, а не прятаться за темными очками и кованным забором, обвитым густым зеленым плющом. Тейт решил для себя, что она достойна этого. Но если бы всё было так просто...