Повторение (рабочее)

      Мерлин и Моргана! Как же плохо!       Болело, дергало, ныло все. Такое ощущение, что его долго били… или пытали Круциатусом.       Еще пребывая в вязком полузабытьи, Северус испугался: если он заболеет, что будет с Гарри? От окатившей волны ужаса сами собой раскрылись глаза — и Северус вздрогнул — у него раскрылись глаза — его глаза, он видит! Он, именно он, видит! Своими глазами! Он… вернулся? Задергался, пытаясь приподняться, но чугунное тело — тело взрослого мужчины — не послушалось.       И тут же краем глаза заметил шевеление. Дверь незнакомой комнаты, хотя он чувствовал, что это Хогвартс, приоткрылась, и быстрым шагом к кровати подошел Альбус Дамблдор.       — Альбус, — голос выходил из груди с хрипом, каждый выдох сопровождался усилием, будто он проталкивал воздух через каменные стены. — Ритуал… успешен?       Дамблдор наклонился, задумчиво погладил левой рукой по его плечу:       — Полагаю, мой мальчик, что да…       Несколько глотков из поднесенного к губам поильника позволили говорить отчетливее.       — Гарри пришел в себя?       — Конечно, он в сознании.       Северусу померещилась какая-то неправильность в ответе. Сердце сжалось:       — Он… нормален?       Брови Альбуса чуть дрогнули, но ответил он все также безмятежно:       — Разумеется, мальчик мой! С Гарри Поттером все хорошо. Не волнуйся, мы поговорим об этом позже. Тебе нужен уход.       Директор щелкнул пальцами, и у кровати возник хогвартский эльф. Выслушал наставления тщательно заботиться о больном и, как свойственно его племени, тут же проявил устрашающий энтузиазм. А Северус с облегчением позволил себе погрузиться в забытье.       Разговор по душам с директором произошел спустя неделю. На второй день Северус с трудом начал приподниматься и недолго сидеть. Ему ожидаемо спаивали укрепляющие зелья. Но и релаксанты. Почему релаксанты? Единственное объяснение — по каким-то причинам его погружали в стазис. Зачем?       Северус, под беспрерывное верещание эльфа, заставлял себя по стеночке добираться до ванной и обратно. На большие подвиги он пока был не способен. Судя по всему, комната была недалеко от больничного крыла, но никто к нему не заходил… Не то чтобы он кого ожидал.       Мордред! Что уж там — ждал конечно.       А еще - нестыковки. Ощущение неправильности нарастало. Скажем, собственный внешний вид в зеркале ванной: он, Северус Снейп, выглядел по-другому, моложе, чем помнил. Исчезли кое-какие шрамы на руках. Что это все значит? В голову все упорнее лезли страхи. Тем более, что мальчишку он до сих пор не видел. Директор не появлялся. Гарри поделился с ним жизненной силой? Нет? Тогда что?       Почему ни разу не зашла Поппи?       На седьмой день Северус Снейп готов был штурмовать дверь, чтобы получить ответы. Будто почуяв, что терпение пациента кончилось, великий волшебник и директор Хогвартса Альбус Персиваль Дамблдор пожаловал сам.       Точнее, сначала появилась парочка эльфов, которые установили столик, два кресла, расставили чашки и бесконечные молочники, сахарницы и вазочки к чаю, не забыв устрашающее разнообразие сладостей. Затем вошел Альбус.       Магия у Северуса все еще была слаба и нестабильна, да и палочки под рукой не было, что само по себе навевало плохие ассоциации. Но если он что про Альбуса и знал, так это то, что ломиться в открытую против великого светлого волшебника неразумно. Пришлось вытерпеть ласково-журчащее приветствие, и они приступили к чаепитию. Снейп осторожно отхлебывал чай — невербально и без палочки проверить наличие не запланированных английским рецептом добавок сложно. Да и учитывая ситуацию — бесполезно.       И тут Альбус потянулся за печеньем. Снейп застыл — у директора вместо правой руки блеснуло серебро. Сначала Северус решил, что видит артефакт — перчатку, но…       Он со стуком поставил чашку и выдохнул:       — Альбус, что это? — и не отдавая себе отчета, опять вырвалось болезненное, главное, что все время не давало покоя: — Что с Гарри? Отвечайте же!       Задребезжал столик, чашки, словно в припадке, заскакали по его поверхности, покрывало с кровати закрутилось и вздыбилось вертикально в попытке улететь. Альбус демонстративно вскинул ладони, не торопясь, с достоинством вытащил левой рукой палочку и торжественно проговорил:       — Я, Альбус Дамблдор, подтверждаю, что Гарри Поттер жив и здоров.       Звякнув напоследок особенно жалобно, затихла посуда, покрывало рухнуло комком на кровать. Магический выброс (честное слово, как у малолетки) не состоялся.       — Доверяешь ли ты мне, Северус?       Снейп промедлил.       — Даже так. Хорошо, — со вздохом покачал головой Альбус, — Я могу поклясться, что не намерен причинить тебе зло, если и ты не злоумышляешь против Гарри Поттера. Более того, судя по всему, мы союзники… Я понимаю, звучит странно, учитывая твое… — и тут Дамблдор указал серебряной рукой на предплечье Снейпа.       У Северуса пропал дар речи. Что это значит? «Судя по всему, они союзники» — и это после того, как он на коленях плакал и цеплялся за край мантии Альбуса, выпрашивая защиту для Лили? И стал смертником-шпионом в стане Волдеморта. И безропотно, рискуя жизнью, добывал информацию. А затем, после смерти… после ее смерти… уже Дамблдор уговаривал Северуса принести обет защищать мальчишку. И совершенно деморализованный Снейп дал себя уговорить.       Где он? Кто этот человек? Это же не Альбус? Точнее, не его версия Альбуса?       Часа три спустя Северус Снейп сидел скрючившись и обхватив голову, не зная, чего ему больше хочется: убить или сказать «спасибо» сочувственно глядевшему на него Дамблдору. И как это было всегда, в любом мире, этот великий и предположительно добрый волшебник видел его насквозь:       — Ну-ну, ну-ну, — пробормотал он, похлопывая по плечу Северуса своей жуткой серебряной конечностью. Он вообще удивительно свободно обращался с магической заменой руки — и то сказать, девять лет.       Выслушав путаные и краткие объяснения Снейпа, Дамблдор какое-то время задумчиво высматривал что-то неведомое, а затем стал излагать события этой реальности, беспрерывно прерываемый восклицаниями и комментариями совершенно деморализованного Северуса.       Первое отличие, о которое они с ходу споткнулись, — пророчество подслушал Наземникус. Каким образом оно достигло ушей Волдеморта, точно не известно, но, учитывая личность Флетчера, легко вообразить, что случайно — ибо тот, по его же признанию, в первый же день рассказал о радостной вести «в деле борьбы с темной стороной» минимум трем участникам Ордена Феникса. Более успешно оповестить магическую Британию можно было бы, только поместив объявление в "Ежедневном Пророке".       Дальше канва событий все больше расходилась: так, Снейп не приходил к Дамблдору с предупреждением о том, кто именно - Избранный. Почему? Может, не знал? Или в этой реальности Волдеморт не объявил Пожирателям, кто будет его противником? К слову, Орден прятал обоих младенцев — Невилла и Гарри.       Просил ли Снейп за Лили у Волдеморта? Неизвестно…       Жуткие события 31 октября не очень изменились, все то же: исчезновение Темного Лорда, смерть Джеймса и Лили, предатель Сириус, убивший Петтигрю и загремевший в Азкабан. Сына Лили отправили к Дурслям.       …И все-таки Дамблдор — волшебник со стальной волей. Вот как бы отреагировал сам Снейп, если бы, проснувшись поздним вечером после чудовищных событий - развоплощения Волдеморта, смертей соратников по ордену Феникса, после того, как своими руками передал Хагриду маленького сироту, чтобы подкинуть тетке-магле, после обнаружения предателя в ордене Феникса, - обнаружить, что вместо правой руки — серебряный протез? И удивительно, но ты не помнишь, как и почему он появился?       Шок? Ужас? Нет-нет, ты спокойно излагаешь взволнованной Минерве пафосно-невразумительное: главное в жизни - это желейные червяки, и не надо так волноваться. Жизнь для высокоорганизованного ума — всего лишь приключение. Правая рука — вообще мелочь, не стоящая упоминания.       …А тем же вечером хогвартские эльфы на зачарованной табличке принесут тебе еженедельный отчет и, просматривая его, ты с веселым изумлением обнаружишь, что вместо пяти пунктов в нем шесть, и последний звучит — Северус Снейп. Тут же отправившись в малый ритуальный зал Хогвартса, действительно обнаруживаешь там бывшего ученика, а ныне пособника Волдеморта и, по совместительству, очень привязанного к Лили Поттер, нет, Лили Эванс, мага. Сильного мага Северуса Снейпа в магическом ритуальном стазисе.       По словам Дамблдора, он, поразмыслив, пришел к выводу, что появление серебряной руки и спящий в ритуальном круге как-то связаны. И то, что он ничего не помнит, очевидно, тоже последствия ритуала.       А когда через несколько месяцев в Хогвартс наведаются бравые авроры и потребуют оказать содействие в поимке, а еще лучше сразу указать местоположение пособника Волдеморта, подлого упиванца-слизеринца Северуса Снейпа, то в ответ услышат долгую, странную и совершенно непонятную речь. О том, что магия велика, Англия прекрасна, добро победит, а Северус Снейп — что Северус Снейп? Милый талантливый мальчик — отличный зельевар! Почему вы решили искать его тут? Ах, его нет дома. Лунные тропы и дневные всегда ведут вдаль. А добро скрывается в тени… Короче, ничего вразумительного авроры из беседы не вынесли.       И когда происходит очередной суд над Упивающимися, то Дамблдор объявляет, что Снейп - шпион Светлой стороны. Нет слов. Непонятно.       Северусу чудилось, да что уж там, он был совершенно уверен, что от него утаивают значимые обстоятельства. Благодушно-доверчивая история истекала сиропом. А сам директор олицетворял кроткую покорность магическим знакам. Северус был уверен, что, проведя там, в прошлом, ритуал (а Альбус, похоже, знал или предполагал о таком исходе), директор каким-то образом ухитрился передать сам себе послание…

***

      …И все-таки прав был не такой уж сильный, но исключительно удачливый маг, сказав, что правда слишком ценная вещь, чтобы ей разбрасываться. На самом деле, едва увидев у себя серебряную руку, Альбус уже в принципе знал, что за ритуал он провел. Когда-то, давным-давно, они с Гриндевальдом часто его обсуждали. Можно ли отдать правую руку для достижения великой цели?       Ритуал жертвы накладывался на любой другой и с легкостью корректировал его. О! Они были молоды, и вопрос жертвенности волновал их наряду с величием магии, общим благом, чистотой крови, желаниями славы и призывами плоти.       Альбус не мог знать точно, что он загадал, но был уверен, что разберется. А уж найдя Северуса Снейпа в стазисе, он еще больше сузил вероятность направления магически заложенных изменений. Признаться, за эти девять лет чаще всего его посещала мысль, что скорее всего с помощью этого ритуала они со Снейпом развоплотили Темного Лорда, убившего Поттеров. Уж ему ли не знать, насколько фанатично мальчик был привязан к своей единственной любви.       Но в любом случае он подстраховался как мог — Северуса Снейпа заочно признали невиновным. И Дамблдор даже скорбно предлагал как-либо наградить его… Намекая, что его исчезновение связано с поручением по делу Света. До награждения, естественно, не дошло, но и обвинения были сняты.       Страшно представить, что же такое могло произойти, что он, Альбус, решился пожертвовать большей частью своей магии…       Ну что ж, теперь он знает "что": благодаря ряду грустных случайностей в той реальности, Избранный оказался не совсем нормален. Точнее, настолько ненормален, что это ставило под угрозу миссию борьбы с Волдемортом. Осталось разыграть карты так, чтобы принесенная им, Альбусом Дамблдором, великая жертва была не напрасна.

***

      Между тем, кое-как пережив первое потрясение, Северус Снейп ожидаемо поинтересовался, как Гарри? И Альбус с воодушевлением поведал, что Арабелла регулярно сообщает новости. По ее мнению - очень живой и подвижный мальчик. Несколько хулиганистый, ну так есть в кого — Джеймс Поттер, помнится, тоже был не тихоней. И за последние несколько месяцев Фигг ничего необычного не заметила.       От этих слов у Снейпа пропал дар речи: и это все, что может сказать добрый волшебник про жизнь героя магической Англии в доме любящих родственников? Но тут взор его случайно (а случайно ли?) упал на серебряную руку — Альбус как раз перебирал колокольчики в своей бороде - и гнев утих.

***

      Утром следующего дня Альбус принес Северусу тот самый, уже знакомый по прошлому-будущему гримуар и оставил для изучения. Он не волновался, что Северус Снейп вычитает в книге что-либо лишнее. Для этого следовало знать о возможностях другого ритуала. А так — велика магия! — что-то пошло не так, но ведь все к лучшему?       Значение Снейпа для борьбы против Волдеморта, как верного союзника, возрастало — скорее всего, Гарри будет искренне привязан к нему. А сам Снейп может служить идеальным цепным псом будущего героя.       Конечно, жалко, что Гарри Поттер не будет наивным мальчиком. Но, с другой стороны,  при всех талантах зельевара, боевого мага и менталиста, Снейп удивительно наивен во всем, что касается интриг. Так что Альбус был практически уверен, что у него получится направлять его и Гарри в нужную сторону. Жаль нет обетов, которые в той реальности он сумел навесить на зельевара. Мерлин, только представить — совершенно подконтрольный декан Слизерина, шпион Волдеморта — какие были козыри! Но уж что есть, то есть.

***

      Выждав сутки, чтобы успокоить и привести в порядок нервы, Северуса переселили в гостевые комнаты Хогвартса. По договоренности, они решили представить обстоятельства так, будто Снейп только возвратился из путешествия по делам Ордена… по секретным делам Ордена. А где конкретно он был — да хоть в Албании!       Северус повторно познакомился с преподавателями Хогвартса. И сполна почувствовал — этот мир другой. Он чужой в этом Хогвартсе. Как и во времена его учебы, зелья преподавал Слизнорт, он же декан. Он единственный благодушно приветствовал выпускника своего дома. Остальные с разной степенью настороженности приглядывались к мрачному магу.       Еще неделя, близилось Рождество; Северуса признали условно здоровым. И опять, как в той реальности,​ Альбус предложил Северусу место зельевара — дескать, Гораций давно хотел помощника, да и опыт есть. Опыт, конечно, того мира, но это не важно.       В первый момент Северус подумывал согласиться. Тот, другой, «до-ритуальный» Снейп непременно бы принял предложение… только, кажется, повторно прожитое детство одарило Снейпа рассудительностью. Зачем связывать себя? В конце концов, дом у него есть. Обеты — ура! ура! — отсутствуют. Руки-ноги-магия на месте… не надо торопиться. Северус поблагодарил Альбуса, пообещал, что подумает и обязательно обратится в случае чего за помощью, после чего отправился к себе домой.

***

      Милый дом. Родительская развалюха, неприглядная и запущенная — хвала Мерлину, хотя бы маглоотталкивающие чары работали.       Северус переночевал на жестком диване, откопал жалкую денежную заначку и отправился в Косой переулок. Многое может подождать, но без волшебной палочки он беззащитен. Придется наведаться к Олливандеру. Вот уж кто совершенно не менялся! Мастера, как обычно, интересовали только сами палочки, маги же воспринимались приложением к ним. Сейчас Северусу подобное невнимание было только на руку.       Сначала Олливандер предложил старое сочетание — черное дерево и коготь дракона. Северус на пробу взмахнул ей - и искры волной раскрасили темное пространство лавки. Палочка казалась приемлемой, но ощущения родства, как с прежней, не возникло. Что ж, он изменился. Олливандер с увлечением подсовывал ему другие варианты.       И вот выбор сделан. Северус не удивился тому, насколько обыденно он воспринимает новую палочку. Сколько было радости в детстве, а сейчас? Его проводник магии — вяз и грива тестрала? Отлично. Можно приступать к главному.