Конец демократии

      Пол прыгнул сенатору Хаксу в лицо, в глаза отдало, и Хакс, чувствуя, как нос вошел непосредственно в мозг, повалился на бок. Сверху на него легли. Хакс поднес ушибленную руку к лицу. Разглядел сквозь пелену бегущие ноги, постарался расслышать что-нибудь, кроме воя перепуганного болью организма.       Ноги бежали - одни в одну сторону, другие в другую, третьи замерли у стены. Хакс большим пальцем выскреб из глаз слезы, толкнулся локтями, спихнул с себя ношу и, держась за нос, поднялся. Муть из глаз исчезла только частично: в коридоре висел дым.       - Сенатор!       Секретарь бежал к нему и уже протягивал платок. Хакс взял, приложил под ноздрями и, держась за переносицу, огляделся.       Бен Соло успел подняться и теперь стоял посреди коридора, как он это отлично умел: торчал, как радиомачта над замаскированной под холм военной базой.       - Сенатор, вы целы? - спросил Денха Марленг, глядя то на Хакса, то на его личного джедая. Бен Соло тоже стал глядеть на секретаря, и большой рот у него становился все злее и злее. Непонятно, почему: Денха Марленг не имел к джедаю практически никакого касательства, а когда имел, был безукоризненно профессионален, как и обычно: оформил карточку питания, чему Бен Соло никак не мог нарадоваться, нашел апартаменты...       - Все в порядке, - сказал Хакс. Народу понемногу становилось больше, кого-то уводили под руку, а вокруг Хакса и джедая с прибившимся к ним секретарем образовалось свободное пространство, словно стрелявший мог пальнуть снова, и никто не хотел оказаться рядом с целью.       Не пальнет, подумал Хакс, подошел к окну во всю стену, провел пальцем по оплавившемуся пластику. Потом обернулся, проследил глазами, отошел к противоположной стене (как раз между дверями секретариата и приемной), присел, приложил ладонь около застывших металлических слез. Стена была еще ощутимо теплая.       Хакс поднял голову, гундосо сказал секретарю:       - Заснимите. - Похлопал кончиками пальцев по стене, потом указал на окно.       - Я спас вашу жизнь, - провозгласил Бен Соло.       Хакс, держась за стену, поднялся. Отнял платок от носа, развернул и снова сложил, красным внутрь. Приложил снова и сказал:       - Благодарю. От вашего спасения урона больше, чем было бы от бездействия.       Бен Соло показал обеими руками на отверстие в окне, обрисовал в воздухе дугу и указал на пострадавшую стену. Потом снова - на окно, повернувшись всем телом, словно танцевал.       - Вас бы распилило пополам! Если бы не я.       Разнесет всю физиономию, подумал Хакс, посмотрел на платок, снова прижал. Опасливо - от каждого касания становились слабее ноги - пощупал переносицу.       Сказал:       - Вы пробовали обходиться с подопечными менее напористо? Так и убить можно. Сделаете всю работу за снайпера.       - Вы мой первый, - сказал Бен Соло. - Я тренируюсь на вас.       Сенатор Хакс хмыкнул в платок, повернулся к набежавшей службе безопасности, подтвердил, что он жив, а это - он показал притащившемуся, наконец, медику с чемоданчиком - несчастливая случайность.       - Счастливая, - сказал забрак в штатском, который пришел со службой безопасности, но не носил ее нашивок. - Вы очень удачно споткнулись.       Стоявший за спиной Бен Соло запыхтел над ухом с утроенной силой.       Хакс временно отмахался от медика, протиснулся сквозь охрану к окну, взглянул туда же, куда они: судя по траектории луча - вверх. Судя по тому, как прошило термоустойчивый пластик - не так далеко. Крыша или верхние окна здания напротив. Забрак уже что-то говорил в коммуникатор, поглядывая на небоскреб. Верхняя площадка была облеплена спидерами, и конечно, нужный успел уже отчалить и скрыться в транспортном рое Сенатского района.       Хакс отлип от окна, сказал медику: сейчас-сейчас, снова проследил глазами траекторию. Вспомнил, где шел, встал там, посмотрел в окно. Стало вдруг холодно, словно окатило водой со льдом, и он, зачем-то придерживая живот под мантией, отошел с траектории.       К секретарю уже пристали, Хакс сказал: нам нужно будет отправить сообщение домой, позвольте собрать материал. Его не поняли через платок, и он повторил.       Потер живот, сказал себе: такого типа бластеры - на один выстрел, потом нужно менять аккумулятор, а у стрелка не было на это времени, если он не хотел попасться. А протащить в охраняемое здание два бластера такого размера, да даже один... Он выдохнул и заключил: нечего. Все позади. Выпрямил спину и еще секунду глядел в окно, расправив плечи, и только после этого поддался на настойчивое «пройдемте же» медика.       Бен Соло ходил кругами, совался в стерильную зону, отступал, когда медик на него рявкал, бродил от шкафа с лекарствами до стойки подзарядки дроидов, забывался и снова шагал к креслу ближе, чем положено. Сенатор Хакс сидел в кресле и послушно запрокидывал голову, когда надо было запрокинуть, и опускал, когда сказано было опустить. Рот открывать было не велено, и он молчал и старался не слушать. Поэтому Бен Соло в один момент (когда зонд втиснулся Хаксу до самых лобных долей) начал рассказывать не ему, а медику. Про то, как Сила предупредила об опасности, и он послушался ее, и про то, что слушаться Силу нужно не всегда, потому что для нее не существует времени и пространства, и она может говорить о будущем или о прошлом, об опасности через двадцать лет и за тысячу парсеков отсюда. Это нужно различать, не все джедаи умеют, даже магистры, а у Бена Соло получилось. Потом он спохватился и вышел, Хакс достал коммуникатор, скосил на него глаза, вывел данные со шпионского чипа, поглядел, с кем связывается джедай за дверью. С советом ордена, конечно же. Мило. Запоздало. Они наверняка уже все знают.       - У вас тремор, - сказал медик. Хакс сунул коммуникатор в чехол и стиснул руки на подлокотниках. Осторожно помотал головой. Медик негромко сказал: как знаете, взял его за подбородок, повернул голову и принялся что-то выглядывать в глазу через линзы.       Все позади, повторил про себя сенатор Хакс, расслабил пальцы на подлокотниках.       Живот все еще холодило, руки дрожали. Хакс сцепил их за спиной и сказал подпиравшему косяк Бену Соло:       - Пойдемте обедать.       Джедай отлип от стены, оглянулся вдоль коридора, туда, где наверняка еще тянуло химическим дымом, и спросил:       - Серьезно?       - Мы шли обедать, - напомнил Хакс, - когда нас прервали.       Живот жаловался явно от голода, и руки дрожали из-за низкого сахара в крови, не нужно было выдумывать других причин, а нужно было устранить очевидные.       - Я могу принести вам поесть, - сказал Бен Соло, но за Хаксом все-таки пошел, пристроился за спиной. - Вы посидите у себя, отдохнете...       - Я не собираюсь прятаться, - сказал Хакс. - Попытка устрашения не удалась.       - Попытка убийства.       - Она, как вы видите, не удалась тем более, - сказал Хакс, расцепил руки, растер следы от ногтей и снова сжал за спиной. - Чего бы ни хотели добиться наши противники, нельзя им потакать ни в чем.       - Как хотите, - сказал Бен Соло. Они вышли к окну, Хакс вглядывался в окно, стараясь держать джедая между собою и видом Сенатского района. Выдохнул, только когда кончилось окно и началась стена.       - Больно? - спросил Бен Соло невнятно.       Хакс потрогал край пластыря на скуле, ответил:       - Теперь - нет. - Подумал и добавил: - Вы сработали неловко, но быстро. В экстренных ситуациях это важнее всего.       Бен Соло приосанился и выдумывал ответ до самого десерта. Хакс сел так, чтобы джедай был между ним и входом, ковырял вилкой неаппетитные остатки неаппетитного обеда и уже забыл о своих словах, когда ученик самого Люка Скайуокера признался:       - Я не хотел, чтобы получилось так резко. В следующий раз буду осторожнее.       Хакс поднял на него глаза, внутри глазниц словно что-то натянулось и отдало в нос, и он опустил взгляд, сказал:       - Рассчитываю на это.       Бен Соло серьезно кивнул и заглотил свое желе, а потом еще спросил Хакса, будет ли он доедать.       Денха Марленг уточнил, нужно ли отменять сегодняшние встречи, добавил вполголоса: записи готовы, ждут вас на вашем терминале. Хакс представил, как приказывает распустить всех просителей, и целый вечер смотрит записи, пока не заболят глаза, и думает, пока не заболит голова, кто же это посмел. Сказал:       - Впускайте по записи, без нее - доложите.       Общественное выше личного. Это всегда должно быть первым принципом для человека при должности.       Бен Соло сунулся было за ним в кабинет, но сенатор Хакс сказал ему поскучать в приемной. Добавил шепотом: приглядитесь к тем, кто ко мне заходит, мне нужно будет ваше суждение. Джедай тут же занял ближайшее к двери кресло, вытянул ноги и впился глазами в даму напротив. Хакс ушел к себе, подумал, что это никогда не перестанет работать: спроси у человека его мнения, и он, преисполнившись важности, весь твой. Сел, подобрав мантию, потряс руками, а когда не удалось унять вздрагивающие пальцы, сжал кулаки под столом. Тронул кнопку, сказал секретарю запускать первого и снова стиснул, хотя держать руки под столом - дурной тон и не располагает к доверию.       Оконный пластик в коридоре благополучно заменили, панель со стены сняли и вставили временную, фильтры вернули воздуху чистоту, и первый посетитель даже не знал точно, что случилось, только слышал, что то ли что-то уронили, то ли что-то взорвалось само по себе. Хакс поглядывал на свое отражение в полированной столешнице, мечтал, как сдерет криво наклеенный на лоб обезболивающий пластырь и приклеит ровно, и соглашался: до чего безрукие пошли дроиды, грохнул элемент питания, он и разорвался. Хорошо, что не было жертв.       Жертв нет, все позади, устрашение не удалось и не удастся.       Выпроводив первого посетителя, Хакс вскочил, набрал на панели у окна код и, пока с шипением моторов опускались бронированные ставни, стоял в дальнем углу и смотрел на прыгающие пальцы.       Содрал пластырь, бросил в корзину под столом, подвинул кобуру так, чтобы можно было выхватить бластер сидя, и то и дело тискал его рукоять, когда второй посетитель просил посодействовать с оформлением разрешения на торговлю на Хосниан Прайм. Вторая рука лежала на столе. Пальцы были неподвижны, проектор пускал по ставням экзотических рыб. Хакс считал секунды на вдохе и выдохе, вежливо улыбался, хотя лоб и нос начинало резать, как плазменным резаком.       И запись он посмотрит не сегодня, а завтра. Никто и ничто не будет иметь над ним власти большей, чем имеет над собою он сам. Никакие обстоятельства.       - Плохо выглядите, - сказал Бен Соло, чуть не зажав в дверях последнего просителя. Хакс откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и позволил руке соскользнуть с кобуры. Сказал:       - Вашими стараниями.       - А где?.. - спросил Бен Соло. Хакс приоткрыл глаз. Джедай вертел рукой у себя перед лбом и носом.       - Незачем создавать у посторонних людей неверное впечатление, - сказал Хакс, выпрямился в кресле, подтащил себя к столу. - Кстати, не вздумайте болтать.       - Да, мне уже сказали.       Кто это ему сказал, успел возмутиться Хакс, прежде чем подумать: совет, кто же еще. У Бена Соло свое начальство.       А у Хакса свое.       - Оставьте меня еще на минуту.       - Какой я телохранитель, если постоянно отдельно от...       - Тела? - хмыкнул Хакс.       - Да, - сказал Бен Соло.       - Принесите мне аптечку, - попросил Хакс, - будьте так добры.       Бен Соло заявил, что он рыцарь-джедай, а не слуга, и спросил, где аптечка.       - В медпункте, - сказал Хакс, - скажите, что для меня, вам соберут все необходимое.       Джедай два раза передернул плечами, убедился, что Хакс понял его недовольство, и ушел. Хакс заметил время и вынул из ящика стола пункт связи с отдельным каналом. Вызвал на дисплей на столе запись, которую наснимал секретарь, и несколько плохо и не с того угла снятых видео с камер в коридоре, и стал дожидаться ответа из дома.       Когда дом ожидаемо ответил в духе «Это ничего не меняет, держитесь прежней линии, на вас возложены надежды» и отключился, Хакс успел еще встать из-за стола, поискать на полках энциклопедию вооружений, не найти и спросить у секретаря, кому там еще назначено. Оказалось - никому, и Бена Соло с аптечкой сенатор Хакс встретил снаружи.       - Вы куда? - спросил джедай, поглядывая зачем-то на секретаря. Денха Марленг из-за своего стола возвращал взгляды. Хакс решил, что он здесь лишний, запахнул мантию и, сутулясь, чтобы снизить площадь поражения, быстро пошагал вдоль целых уже окон, мимо новой панели, где не должно уже пахнуть гарью, но все равно пахло, вперед, туда, где окон нет, в гараж. Сегодня он возьмет закрытый спидер, это не помешает держаться прежней линии.       Дом тоже можно понять, подумал он. Система в отчаянном положении, в одиночку против Первого Порядка нам не выстоять, а пока Республика раскачивается... мертвый же сенатор, убитый прямо на Хосниан Прайм, в цитадели порядка, мира и демократических ценностей - это весомо. Это аргумент. Следующему сенатору будет легко доказать, что теперь не будет безопасно никому, пока Первый Порядок стоит.       Завидно, подумал Хакс, сказал пилоту: в квартиры, пожалуйста, и сполз на сидении. Кому-то на блюде поднесут то, что он вырывает зубами, и пока безуспешно. Сенатор Хакс вздохнул, сложил руки на груди и сполз еще ниже. Вздрогнул, когда коснулись лица.       Вспомнил, что джедай теперь не спрашивает «куда едем», а просто влезает рядом, сказал с недовольством:       - Не здесь же, в самом деле.       - Вы спите с секретарем.       Водитель обернулся, Хакс посоветовал ему смотреть на дорогу. Бен Соло сопел, заглушая двигатели.       - Во-первых, - сказал Хакс, - я уже говорил и не думал, что вынужден буду повторяться: держитесь подальше от моих мыслей. Во-вторых, - он отпихнул руку с пластырем, - какое ваше дело.       - Во-первых, - сказал Бен Соло, кривляясь, - нужны мне ваши мысли. Я подсмотрел его.       - Это невежливо.       Бен Соло закрыл аптечку и сказал серьезно:       - Нужно было убедиться в вашей безопасности, раз уж это моя работа. Кстати, в приемной никто не желал вам смерти.       - Отрадно это знать, - сказал Хакс, взялся за переносицу. Так было легче, словно помогало лицу держать структуру, когда спидер нырял вверх-вниз и в стороны.       На площадку жилого здания Бен Соло вышел первый и даже протянул руку. Хакс не взял: одной придерживал бластер, другой - мантию. Попытался забрать у джедая аптечку, тот не отдал, повернулся спиной, как в игре с мячом.       - Вы не прислуга, - сказал Хакс негромко.       - Да уж ладно, - сказал Бен Соло и пошел было отмахивать шаги, как обычно, но потом придержал ход, дождался.       Аптечку не отдал даже у дверей, сам себя пригласил, сам вошел, сам подвинул мантию Хакса, которую тот бросил на стол, прежде чем устроиться в кресле, сел прямо на экран, поставил ноги по сторонам от бедер сенатора и сказал не шевелиться, сейчас он все сделает. Вручил аптечку, открыл и принялся копаться.       Хакс, одной рукой придерживая аптечку у живота, словно прекрасная селянка корзину фруктов на фото в туристической брошюрке, достал коммуникатор, убедился, что периметр в его отсутствие не нарушался. Бросил коммуникатор на стол рядом с задницей Бена Соло и прикрыл глаза.       - После первого боя меня трясло, - сказал джедай. На слух он казался старше, словно украл чужой голос. - Не учебная схватка, а вот настоящий. Со стрельбой и со всем таким.       - Это нормально, - сказал Хакс, приоткрыл глаза. К лицу приближался пластырь. Хакс снова зажмурился, приготовился. Бен Соло, вопреки ожиданиям, сделал не хуже дроида, кончики пальцев погрели скулу через материю, и моментально стало легче.       - Нам говорили, что бояться нельзя, - сказал Бен Соло. С шорохом отлипла защитная пленка, и полоска пластыря легла на другую скулу. - Особенно за себя. Потом ругали всех, у кого на следующий день дрожал меч. Это видно, когда руки дрожат, меч очень выдает.       Он засопел. Хакс подглядел сквозь ресницы. Край пластыря никак не хотел отлипать от пленки, Бен Соло подергивал ногами от усердия, задевая бедра сенатора, и ковырял ее ногтем.       - Стрелковое оружие выдает еще больше, - сказал Хакс. - Мишень сразу все показывает.       - Ну да, - сказал Бен Соло, наконец-то оторвал пленку, взял Хакса за подбородок и долго примеривал пластырь ко лбу. Налепил, пригладил пальцем края. - Вот так, хорошая штука, все быстро пройдет. Вколоть обезболивающее?       - Я, пожалуй, обойдусь тем, что мы уже использовали.       Бен Соло толкнул себя дальше по столу, лег на спину, подобрал ноги, кувырнулся с края стола назад, смахнув за собою мантию, подхватил ее у самого пола и встал, как стоял несколько дней назад, когда мастер-джедай презентовал его как «очень способного мальчика».       Сенатор Хакс поставил аптечку на стол, закрыл, отодвинул к краю. Потрогал пластырь. Боль рассасывалась, и моментально стало легче жить.       Может быть, у него и будет последователь, но не раньше, чем Хакс исполнит свою миссию, и жизнь и смерть его не будут разменной монетой, поводом к тем или иным заявлениям и пищей для нужных выводов. Если он сам этого не пожелает. На благо родины, конечно же. Он здесь за этим.       Пальцы около аптечки вздрагивали. Он посмотрел на них с ненавистью. Поднял взгляд на Бена Соло.       - Бывает, - сказал тот. - Никому не хочется, чтоб его пристрелили. Всем страшно.       - И даже вам? - спросил Хакс, стараясь поменьше открывать рот.       - Было страшно, - сказал Бен Соло и встал красиво, отставив ногу. - Теперь - нет, я поборол страх и не даю ему над собою власти. Страх ведет на Темную Сторону.       Хакс протянул руку. Бен Соло долго соображал, потом протянул ему мантию. Хакс набросил ее на плечи, просунув между собою и спинкой кресла, вдел руки в рукава, натянул их на ладони и вызвал на экран меню библиотеки.       Бен Соло привычно устроился в углу. Он притащил откуда-то подушку, и сидел теперь со всем удобством, скрестив ноги и барабаня пальцами по сапогу.       - Если хотите, можете быть свободны, - сказал сенатор Хакс. Постучал пальцем по рамке экрана, встал и, кутаясь в мантию, подошел к полкам. Бен Соло наблюдал снизу вверх, и только потом, словно спохватившись, ответил:       - Теперь я буду за вами присматривать круглосуточно и без отлучек. Раз пошли такие танцы.       Хакс усмехнулся на сторону. Потом еще раз, шире - на пробу. В глаза глухо отдалось, но и только. Он потрогал переносицу, снял с полки планшет, вернулся на место. В рабочем кабинете доступ к республиканским базам данных. Но там окна, пусть даже со ставнями. Здесь окон нет, и на сегодня это плюс.       Он вернулся на место и углубился в чтение. Он все помнил верно: характеристики, тактические рекомендации, внешний вид. В сложенном виде - чемодан, и для аккумуляторов - еще один чемодан. В разложенном...       - Вы правы, - сказал он. Бен Соло оторвался от созерцания сложно переплетенных рук, моргнул. - Это - танцы.       - М?       - Знаете, что могло произвести такой эффект? - Он вызвал на экран запись секретаря, включил голопроектор, и над столом возникло окно и оплавленная дыра в нем. - Помимо корабельных орудий.       Бен Соло пожал плечами.       - Высокоэнергетическая тактическая винтовка дальнего радиуса, - сказал Хакс, послал на проектор картинку. - Оружие такого класса не купишь просто так, его не дают в руки кому попало. Это такая вот дура, - Хакс показал взмахом рук, - когда ты ее собираешь на позиции, нужно шурупами привинтить опоры к поверхности.       - Чтобы не унесло отдачей?       - Чтобы держать ее только за приклад и не касаться корпуса, потому что он расплавит тебе руки. - Хакс показал, будто целится, прищурился, поиграл пальцем у воображаемого спускового крючка. - И для стабильности. Она не выстрелит, если колебания ствола будут выше положенного. Ее не держат на весу. Компьютер наводит ее на цель отдельно от снайпера, и если тот целится в молоко, замучает просьбами подтвердить. Из нее невозможно промахнуться, если хочешь убить.       - Они не приняли в расчет, что вас охраняет рыцарь-джедай, - сказал Бен Соло, перебрался из своего угла на кресло напротив и разглядывал теперь вращающуюся модель винтовки.- Кто бы ни были ваши недоброжелатели, они переоценили себя.       - Личности, которые используют вот это, - Хакс указал на голограмму, - не допускают таких ошибок. Вы не успели бы ничего сделать, когда выстрел уже состоялся, никто не быстрее скорости света, даже джедай.       - Для Силы нет времени, Сила вне времени, она быстрее света и мысли, - сказал Бен Соло и сложил руки на груди.       Сенатор Хакс продолжал:       - ...если же вы начали свои экзерсисы до того, как стрелок нажал на спуск, компьютер успел бы перенастроиться. Да и специалист с должной тренировкой успел бы без его помощи.       - То есть? - спросил Бен Соло, глядя совсем уже из-под бровей.       - Я предполагаю, что мой недруг хотел промахнуться.       - Чтобы что? - буркнул Бен Соло, вскочил и заходил по кабинету от двери до полок и обратно. - Какой смысл пытаться вас убить, но не убить?       Хакс взялся за край стола, сжал, пока не побелели ногти. Отпустил, посмотрел, как они снова розовеют. Сказал:       - Выяснить это - дело будущего. Пока же будем придерживаться рабочей версии.       - Что я вас спас от верной смерти.       Хакс слегка кивнул. Чтобы люди были верны и работали с энтузиазмом, нужно иногда кидать им косточки.       Бен Соло вернулся в угол, поджал ноги и глядел в потолок. Спросил:       - Запугать?       - Возможно, - ответил Хакс. - Но, во-первых, давайте пока забудем об этой версии, в самом деле, во-вторых, в любом случае это будет хорошо выглядеть на заседании Сената.       - Что?       - Стрельба, конечно же. Все еще не успокоились по поводу сенатора Куоне, а тут такой удачный инцидент.       - Каким боком он удачный?       - Он дает мне еще один аргумент.       Бен Соло склонил голову к плечу и глядел теперь в верхний угол кабинета, где из-под плинтуса высовывался распылитель влаги и ароматов. Медленно перевел взгляд на сенатора и сказал:       - А вам все в жилу, оказывается.       Хакс хотел поблагодарить за комплимент, но потом раздумал: интонации у джедая были не те.