Любовь всё меняет...

      Прошло уже пару дней, с того момента как мы с Шоном сидим у изгоев взаперти. За это время нам давали пить раза 4, про еду я вообще думать боюсь. Сидя тут, мы с моим другом по камере очень сдружились, стали с плачеными. Разговаривая, на время нам становилось легче, но реальность нас возвращала. Нам уже казалось, что о нас забыли и даже не искали. От этих мыслей становилось очень тяжело. Я очень часто думала об Эрике, поглаживая живот. Сейчас я была рада, что под сердцем ношу его ребенка. Засыпая, я представляла как Эрик обнимает и целует меня. Надеюсь, что он уже прочитал мое письмо и знает о нашем ребенке. Лишь позитивные мысли спасали меня, не давая пасть духом, хотя моему товарищу куда тяжелее просто сидеть.  — Надо было убивать их, как Эрик, тогда может быть я бы вырвался. А сейчас я вообще бесполезный человек. Зачем жалеть того, кто тебя ни когда не пожалеет. — Его тон был зол, взгляд свиреп. Он ходил из стороны в сторону, маяча перед глазами. Я старалась в дебаты с ним не вступать. Он был в отчаянии. Смотря на него, мне хотелось вырвать решетчатую дверь и убежать. Я должна мыслить трезво и более позитивно, чем он. Это было трудно из-за отсутствия пищи. Слабость все чаще одолевала и клонило в сон. Тошнота возросла, но из-за отсутствия еды тошнить было не чем. Где-то ближе к вечеру мы услышали, как кто-то приближается к нашей камере, но это был не один человек, их было больше. Изгои стояли вооруженные.  — Подъем, бесстрашные! — Это звучало с иронией, они направили на нас оружие. Нам пришлось подчинится, сейчас мы для них очень легкая добыча, которая даже не в силах сопротивляться. Нас вывели из камеры, на улице темнело, ощутимо было прохладно. Безфракционников было человек 20 — 30. Все они были вооружены и по видимому, оружие они забрали, которые было на базе.  — Слушайте меня! — Тот мужчина, у которого Эрик убил сына с нами был груб и смотрел на нас в упор. — Мы заключили сделку за вас с бесстрашными. Ведите себя тихо, а то будет плохо. На сколько я знаю, — он обращался к Шону. — Ты его друг и напарник. Он волнуется за тебя. Но не так сильно, как за неё. — Он кивнул в мою сторону. — А вот ты для него особый фрукт, как и для нас. За тебя он готов умереть. Это нам на руку. Он забрал у меня моего сына, а я хочу отомстить ему. — Он смотрел на меня, подойдя ко мне вплотную. У него ужасный был запах из рта. Он чем-то напоминал мне гнома, но выше и без бороды. — Ты пойдешь со мной, а ты с ним — Шона под прицел взял высокий мужчина средних лет. Меня он взял кисть, сдавливая сильнее, чем следовало. Идти до бесстрашия вот так было трудно как физически, так и морально. Сейчас сказывалось отсутствие еды. мы шли в сторону базы, на которую напали, украдкой посматривая друг на друга. Шон шел неохотно, ему было не привычно, когда им управляет изгой. Все мы шли молча, слышно было только шуршание штанин и топот наших ног. пройдя еще чуть-чуть мы услышали разговоры. Это были бесстрашные. Мы приблизились к толпе. Наших было не меньше пятидесяти человек. Во главе стоял Макс и Эрик. Как только они увидели нас, все обернулись в нашу сторону, затихли. Я сразу заметила, как Эрик смотрит на меня. В его глазах была и боль, и радость, и злоба. Злился видимо он не на меня, а на того. кто вел меня. Как только я начала смотреть на него, моя тревога уходила. Мне достаточно лишь посмотреть на него, как я чувствовала себя защищенной. Он слегка заулыбался, смотря на меня в упор. Мужчина, который вел меня, взял меня за шею и приставил с правого бока пистолет. Теперь мне стало страшно.  — Ну вот, они живы, как мы и обещали.  — Отпустите их. — Макс говорил громко, тоном лидера, приказывая изгоем.  — Нет, мы договорились, что вы их увидите, о стальном мы поговорим сейчас. — Я не отводила взгляда от Эрика. Сил сопротивляться у нас не было.  — А ну отпусти их, сраный изгой. — Эрик был в гневе. Он смотрел на того, кто стоял сзади меня. — Надо было сразу прикончить тебя.  — Погоди, Эрик. Я же обещал, что отомщу тебе. — Он говорил с иронией. — Ты убил моего сына. Он был единственным человеком, которого я любил. Очень любил. Будь ты проклят Эрик. Раздался выстрел. С лево от нас упал Шон. Ему прострелили голову. Из моих глаз потекли слезы. Они убили его, просто так. Он ведь жалел их. Ни разу не убив их. А они не щадя его, застрелили. Я смотрела на Эрика и понимала, что ради него я готова сейчас на все. Я поняла, что люблю его. Так долго я скрывала свою любовь к нему. Мне достаточно сейчас того, что он смотрит на меня.  — Мы пришли с вами поговорить, а не убивать друг друга. — Макс стоял спокойно, хотя мне казалось, что он начал переживать. — Ваш лидер нам пообещал сохранность наших людей.  — А вы нам обещали этого? Вы убивали наших на протяжении пару лет. Это вы считаете справедливо??? Среди них были и молодые, которым еще жить и жить!!! — Мужчина державший меня под прицелом орал в мое правое ухо.  — Дик! — Макс обращался к нему. Теперь за то я знаю, как его зовут.  — Что? Среди таких был и мой сын!!! Эрик убил и мою жену, пол года назад.  — Мне плевать на тебя и твою жалкую семью. Отпусти её. Иначе я продолжу убивать вас уже без разбора. — Эрик орал, он был в гневе, смотря сначала на меня, потом на Дика.  — Мне тоже плевать на тебя и на твою фракцию, Эрик. Оглушающий выстрел… Боль.Ужасная боль… Все тело начало гореть, ноги подкашивались, дышать нечем… Мой правый бок… Моя правая рука потянулась к ребрам.Горячая кровь быстро пропитывала мою футболку и текла дальше. Дик по прежнему держал меня за шею.  — Теперь страдай, Эрик!!! Гляди, как она будет умирать!!! На твоих глазах!!! В её легком дыра!!! Ей осталось не долго, но знаешь, чем я отличаюсь от тебя??? Я дам тебе шанс попрощаться!!! — Он толкнул меня вперед. Мое тело горело как костер. Боль была невыносима. С моих глаза текли слезы. Почувствовав, как меня обнял Эрик, я расслабилась. Мы упали на землю. Он положил мою голову к себе на руки. От каждых движений мне было еще больнее. Дышать становилось все труднее. Увидев его пере собой, я заулыбалась.  — Ты тут… — говорила я не громко, скорее тихо.  — Да я тут. Все будет хорошо. — Он поцеловал меня. От его поцелуя мне стало легче, он по прежнему был мягок. Он плакал. Впервые за столько времени я видела его слезы.  — Ты прочитал? Скажи, ты увидел письмо? — Я говорила медленно и тихо. Мне было больно. Дышать было трудно.  — Да, я прочитал. Моя малышка. Я так рад! Я очень хочу быть отцом нашего ребенка. Спасибо тебе, что ты есть, только держись, прошу тебя. — Он гладил мое лицо.  — Да, я рада! Я хочу сказать тебе очень важную вещь. Выслушай меня. — Боль… Она становилась сильнее, кислорода не хватало… — Ты единственный человек, которого я когда-то полюбила и люблю до сих пор. Я люблю тебя, Эрик! Знай это. Мне плевать, что ты убивал, для меня ты всегда будешь лучшим!!! — Слезу текли у нас обоих. Его губы тряслись, целуя меня.  — Я тоже тебя люблю, Алисия! Прошу держись, скоро придет помощь.  — Я не боюсь. Бесстрашный ни когда ни чего не боится. — Постепенно боль начала утихать. Я чувствовала любимые руки Эрика. Я увидела отца. Он шел ко мне, улыбаясь. Я видела себя на руках у Эрика. Он плакал, прижимая меня к себе, точнее мое тело.  — Я люблю тебя, Эрик! — Я больше не чувствовала боль. Тут было свежо и много воздуха. Я шла на встречу к отцу. Как давно я не видела его. Но он был не один. Отец держал на руках младенца.  — Это твой сын. Он не успел родится, но он теперь с тобой тут… Я ушла обернувшись, видя как во круг Эрика суетятся бесстрашные.        Я стоял и смотрел в темное окно. Голова была пустой. Я держал в руках её письмо. С моих глаз снова потекли слезы. Боль. Все что я чувствовал сейчас — это боль. «Ты будешь отцом». Снова и снова я прочитывал это строку. Я так люблю эту девушку. Буду всегда любить. Я так легко её потерял. От моих раздумий меня отвлек стук в дверь. Неохотно открыв её, я увидел очень нежеланного гостя, особенно сейчас.  — Фор! Что тебе?  — Эрик, я зайду? — Он бесцеремонно зашел в мою квартиру. Вот именно сейчас его я и не хочу видеть и уж тем более слышать. — Я соболезную тебе твоей потере. Алисия была прекрасно девушкой. Я просто хочу тебе сказать, что она когда-то сказал мне.  — Какого хрена она вообще с тобой обо мне говорила.  — Прошу, просто выслушай меня. даже когда она узнала, что ты убиваешь, она сказала мне следующие слова: «Мне плевать какие руки у Эрика, Мои чувства не пропадут к нему. Я слишком сильно в нем нуждаюсь.» — Мне хотелось убить его, но сейчас, слушая то, что говорит он о неё, было еще больнее, я решил дослушать. — Почему я запомнил её слова? Потому что я ни когда не слышал, что бы так говорили и ни когда не видел, что бы так любили. Она любила тебя, Эрик. Держись. Он ушел, закрыв за собой дверь. Я смотрел на стол, где стояла её кружка, которую сам подарил. Сейчас будет собрание фракции на которой мне надо быть. Желание идти отсутствовало, но мой статус командира обязывал меня.