Предательство под видом дружбы

Было еще раннее утро, и Утер (за исключением его личного слуги и пары стражников) находился в Главном Зале один. Он разбирал какие-то документы, когда услышал, как двери открылись. Поначалу он был разозлен тем, что ему не назвали имя гостя, но затем догадался, что скорее всего это был его сын. Только знать могла входить в любые помещения замка тогда, когда хотела. Утер удивленно оторвал взгляд от бумаг и увидел перед собой своего сына. Артур вошел в Зал достаточно быстро, и что-то в его взгляде и походке сильно изменилось за ту пару дней, что его не было в Камелоте. Утер решил, что сын уже забыл все, что произошло с ним несколько дней назад, и улыбнулся ему. - А, Артур! - тепло поприветствовал король принца. Артур остановился и сухо кивнул отцу. Он взглянул в серые глаза Короля и испугался того, что может произойти через несколько минут. Он чувствовал, как слегка дрожали его руки, а все тело покрывалось липким от страха потом. Его волнение пыталось заставить смелость и решительность испариться, но принц через несколько мгновений сумел взять себя в руки. - Отец, я должен поговорить с тобой, - безэмоционально произнес принц. Утер напрягся, ибо ему совсем не понравился тон, которым была сказана эта фраза. - Что-то не так? Ты сказал, что вернешься с охоты через три дня, но прошло всего лишь... - но Утер не договорил. Теперь он не отрываясь смотрел за спину Артура, где Гаюс поддерживал за руку ослабевшего Мерлина. Утер ахнул так громко и быстро, что чуть не закашлялся от недостатка кислорода. В мгновение его лицо пронзила ярость, недоверие, удивление... - Отец, я могу все объяснить... - Что это за сумасшествие? Как этот волшебник выжил? - вскричал Король, покраснев от гнева. Артур поднял руку, призывая отца к спокойствию. Не теряй хладнокровие. - Отец, я призываю тебя выслушать меня. Утер перевел затуманенный ненавистью взгляд на своего сына и указал на него дрожащим пальцем. - Это ты сделал? Ты помог им сбежать? Это все было лишь представлением? - Нет, дай же мне объяснить... - Нет! Этот предатель должен был сдохнуть в огне! - прокричал Утер, его голос становился все свирепее и яростнее. Король тяжело дышал, а во всем помещении можно было практически физически ощущать парящие в воздухе ненависть и разочарование. У Мерлина закружилась голова, тошнота волнами накатывала на юного мага. Гаюс сильнее сжал его руку. - Отец, ты должен понять кое-что, потому что я... Утер почти задыхался от бурлящей в нем ненависти, и он снова прервал Артура криком: - Бросить это грязное существо в темницу, сейчас же!! - НЕТ! - так громко и сильно возопил Артур, что стражники как вкопанные остановились на своих местах. Принцу пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть для того, чтобы вернуть спокойствие. Он до сих пор верил, что отец выслушает и поймет своего сына. Утер медленно перевел невидящий взор на Артура. - Что за чертовщину ты творишь? - прошипел Король. - Я делаю то, что является правильным, - ответил Артур и поднял голову. - Правильным? Правильным! Ты сошел с ума, Артур? Этот волшебник предал нас обоих, он занимался магией прямо у нас под носом! - Утер шагнул ближе, и Мерлин едва ли мог слышать, о чем говорил Король - в его ушах слишком громко отдавался стук его собственного испуганного сердца. - Нет, я не сошел с ума. Я знаю лучше тебя, отец. Он защищал меня и Камелот, с помощью своей магии он спасал мою жизнь бессчетное количество раз! - Он сказал тебе это перед тем, как околдовать тебя? Да как он посмел использовать свою грязную магию на моем сыне?! Теперь уже Артур потерял остатки своего терпения. - Он не использовал магию на мне! Он защищал Камелот! Он все сделал правильно, и за это его чуть не убили! Мерлин сдавленно охнул. Артур теряющий контроль над своим терпением? Очень плохо. Понимал ли принц, что ситуация уже давно вышла из под контроля? Артур, я искренне надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. - Защищал Камелот! - передразнил принца Утер, как будто это была самая нелепая ложь в его жизни. Его ярость полностью захватила контроль над его разумом. - Он будет немедленно заключен под стражу, а затем тут же казнен! - приказал Утер, указывая на Мерлина. Артур подошел ближе к своему отцу. - Значит, тебе придется сделать то же самое и со мной. Мертвая тишина. Мерлин непроизвольно задержал дыхание. Очень, очень медленно Утер повернулся к своему сыну с расширенными от удивления глазами. Ему нечего было ответить. Все его тело сотрясала легкая, пугающая присутствующих дрожь. Казалось, что он готов разлететься на маленькие ненавидящие всех и вся кусочки в любую секунду. - Он останется в Камелоте в качестве моего слуги, - тихо подытожил Артур. Утер отшатнулся. Зловещая тишина вновь повисла в Главном Зале, и слова Артура эхом отразились от его каменных стен. Король медленно наклонился к своему сыну, и с пугающе низким голосом переспросил: - Прошу прощения? Никуда не желающий исчезать ком отчаяния и страха встал у Артура в горле. За всю свою жизнь он ни разу не видел своего отца настолько злым. Никогда. Ни из-за чего. Сомнение невесомой тенью пробежало по сознанию принца, заставив того вздрогнуть. Нет. Ты - человек своего слова. Артур повторил еще раз, на этот раз выделяя каждое слово. - Он останется в Камелоте и будет снова работать в качестве моего слуги. Утер лишь открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная из воды. Но спустя несколько мгновений его лицо исказила гримаса отвращения, и он закричал: - Это возмутительно! Никогда колдун не будет находиться при королевском дворе! У Артура оставался последний козырь в рукаве. - Что же, отец, почему тогда ты мне не разрешаешь делать то, что ты делаешь сейчас? Принц наслаждался реакцией своего отца на вышесказанное, но Утер выглядел так, будто ему только что залепили звонкую пощечину. - О чем ты говоришь? - Не притворяйся, что не понимаешь. Конечно, я говорю о Гаюсе! Он - волшебник, и ты знаешь об этом. Мерлин почувствовал, как его наставник рядом с ним резко напрягся. Волшебник нетерпеливо смахнул жгучие слезы с лица. О Боже. Это не надо было говорить Утеру. Никогда и не при каких обстоятельствах. Утер выглядел более чем ошеломленным, а Артур с отвращением продолжал: - Ты пытал и жестоко убивал тех, кто обладал магией, когда в это же время под своим крылышком ты бережно опекал чародея. Утер был шокирован словами своего сына и не мог произнести ни слова. Артур понимал, что это, возможно, его единственный шанс, и не собирался упускать его. - Отец, Гаюс не сделал ничего плохого. Он твой ближайший друг и советник, и он служил тебе более преданно, чем кто-либо в этом королевстве. Если когда-то давно ты решился сделать исключение - пусть даже единственное в своей жизни - почему ты не позволишь мне сделать то же самое? С самого начала Артур понимал, что говорить отцу про добрые намерения магии будет, как минимум, неразумно. Очевидно, что это был бой не на равных; бой, который Артур проиграл еще до того, как он начался. Но это? Это могло сработать. Артур понизил голос и теперь говорил спокойно и достаточно тихо. - Мерлин мой верный слуга и друг. Он так много раз спасал мою жизнь и благополучие Камелота, что я сбился со счета. Он использовал магию только для добрых дел. Когда ты раскрыл его секрет, даже тогда он использовал свой дар, чтобы спасти город и нас с тобой, помнишь? Он - исключение из твоих правил. Отец, пожалуйста... Утер смотрел то на своего сына, то на Гаюса, то на Мерлина. Последний был белый как лист бумаги и, очевидно, в любой момент мог потерять сознание. Маг не смел взглянуть Утеру в глаза. Надежда затеплилась в душе Артура, и он продолжил: - Если ты сделаешь ради него исключение, то обещаю - я никогда больше ничего от тебя не попрошу. О нет. Я теряю сознание. У нас ничего не получится. Чтобы не упасть, Мерлину пришлось облокотиться о плечо лекаря. Эмоции вихрем отображались на лице Короля. Недоверие, удивление, ненависть... И что-то еще, трудное для понимания. Какое-то время в Зале стояла звенящая тишина. Все происходило как будто в замедленной съемке, а все присутствующие непроизвольно задержали дыхание, ожидая вынесения решения. Ожидание, ожидание... Артур почувствовал, как отчаяние вновь закрадывается в его душу. Принц умоляющим взглядом смотрел на своего отца... Но внезапно лицо Утера пронзила ненависть. - Нет! Я не позволю этой гнили играть с сознанием моего сына! В темницу его, сейчас же! - скомандовал Утер и сделал жест рукой, указывая страже на юного мага. Стражники начали подходить к Мерлину и Гаюсу. - НЕТ! - прокричал Артур, но приказ Короля имел больший авторитет, чем отчаянный крик Принца. Стража приближалась все ближе и ближе. И тогда Артур сделал единственную вещь, которую мог выполнить в данный момент: он достал из ножен свой меч и встал в боевую стойку, готовясь дать отпор каждому, кто посмеет притронуться к Мерлину. Стражники испуганно посмотрели на принца и остановились. Они выглядели напуганными, сомневающимися, подозревающими Артура в измене... Но все они знали, что Артур был одним из лучших бойцов на мечах во всем королевстве. Они понимали, что если начнут выполнять приказ Короля, то вполне могут погибнуть. У них не будет и единого шанса выстоять против разъяренного Пендрагона-младшего. - Чего же вы ждете, арестуйте его! - прокричал Утер. Стражники выглядели пристыженными и смущенными, но никто из них так и не двинулся со своего места, будто бы острый взгляд Артура приковал их к своим местам. Мерлин чувствовал, что ярость Короля уже переливалась через край, и в любую секунду мог произойти взрыв. - Прекрасно! Я убью его сам! - взревел Утер, часто и мелко дыша. Прежде чем кто-либо успел среагировать, Утер выхватил из ножен меч и побежал по направлению к Мерлину. - Прости меня, Артур, - подумал Мерлин и закрыл глаза, ожидая смертельного удара. - НЕТ!!! - прокричал кто-то и внезапно маг почувствовал, как этот кто-то встал перед ним. Он услышал, как меч разрывает чью-то плоть, но, очевидно, она не была его собственной. Но до того, как он успел сообразить кто же загородил его от меча Утера, его сознание превратилось в залитый ярким белым светом и невыносимой болью мир, и он почувствовал, как его собственная горячая кровь через рану на груди стремительно начала покидать его тело. Он успел услышать чей-то сдавленный крик, прежде чем мир перед ним погрузился в темноту.