North Rose

Эллария Сенд. Давно Красный Змей не вспоминал о любовнице. Горячая и изворотливая, хитрая и соблазнительная, она была идеальной парой для такого, как он. Даже спустя долгие годы их совместной жизни огонек страсти не угасал ни на минуту. У них родились дочери, Песчаные змейки, которыми мужчина гордился. Однако даже с рождением детей Мартелл чувствовал себя юношей, который только-только пригубил вино в позолоченном кубке и познал женщину. Многие думали, что причиной их долгих отношений являлось отсутствие брака. Возможно, так оно и было. Но Змею некогда об этом думать, ибо жизнь слишком коротка для столь тягостных мыслей. Однако мысли об этой женщине стали отходить на второй план. С приходом осени, Мартелла стала мучить ужасающая тяжесть на душе, что было очень странным для вечно беззаботного Оберина. И все это, конечно, не связано с появлением парочки седых волос, думал он. Старость и уныние — вот настоящие страхи мужчины. Сейчас он просто не знает, что делать. Раньше у него была цель. И этой целью была месть, кровавая месть за семью. Противник убит, честь близких людей оправдана, а вот душа Змея не может найти покоя. Принц явно задержался в Королевской Гавани. Но что же он может поделать? Не тайна, что Оберин — заядлый путешественник, любящий все новое и невиданное. И эта пора года — одна из этих вещей. Привыкший к жаркому лету, дождливая погода и холодный ветер, который подтверждал приближение зимы, вызвали печаль у Дорнийца. Однако, побродив по саду, он пришёл к выводу, что осень — прекрасная пора. Эта яркая опавшая листва притягивала взгляд, а лёгкий дождь - это то, что нужно во время тяжелых раздумий. О дне поединка Горы и Принца ничего не напоминало, кроме лёгкого покалывания в ноге при изнурительной и долгой ходьбе. Но это стало веской причиной для задержки у Ланнистеров. И вот, бродя возле кустов роз, которые недавно радовали своим благоуханием, Оберин думал о своей любовнице. И не о её прекрасном теле, о её умениях, хотя и это проскакивало в голове, а об их чувствах друг к другу. Быть может, Принц и дальше размышлял бы об этом, но вдруг копна белобрысых волос бросилась в чёрные глаза. — Королева-регент, — зло улыбнулся он. Никогда прежде он не встречал таких женщин. Красива, умна, но очень, очень коварна. Она напоминала безжалостного убийцу в шкуре невинной красотки. — Принц Оберин, как Ваше здоровье? — слова, словно яд, выливались из уст Серсеи, которая была недовольна победой Мартелла. — Не жалуюсь, — хмыкнул он, не понимая, как же в юном возрасте он мечтал взять в жены такую стерву. — Я буду молиться за Вас, — смехотворная ложь, ведь все знают, что Богов просто нет, ибо как можно объяснить все эти ужасные события прошедших лет? — Вы сражались очень храбро, — хитро, вот подходящее слово. — Благодарю Вас, миледи, — натянутая улыбка, которая была наполнена ненавистью. — Гора тоже неплохо владеет боевым искусством, — нужный результат был получен, ведь ему удалось стереть эту лживую и неприятную улыбку. — Точнее, владел, — Оберин явно не владел ораторским искусством, в отличие от брата, Мартелл просто не мог сдержать свои правдивые эмоции. — Ваша дама была очень рада за Вас, — будто не слыша издёвок принца, Серсея продолжала разговор. — Но не пора ли Вам взять в жены знатную даму? Мой Отец даже готов предложить несколько принцесс и знатных девушек, — мужчина остановился. Никому не позволялось затрагивать эту тему. Кулаки сжались, а гнев овладел им. — Всему своё время, — они дошли до парадного входа. — Однако ваше время не вечно, — колкая фраза вырвалась из её уст, Серсея довольно улыбнулась, напоследок сказав: — Хорошего дня. Развернувшись, Оберин снова ощутил былую ненависть к этому месту. Королевская Гавань с виду так прекрасна, богата и величественна. Но на самом деле это гниющее место, в домах которых процветают ложь, ненависть, предательство, голод и болезни. Дорн был другим. Там солнце светило ярче, фрукты сочнее, люди были добрее. Помимо всего этого, Мартелл ощущал и одиночество. Эллария уехала, родные люди находились в Солнечном Копье, а он застрял здесь. Никто не может понять его, но так ли это? Мужчина вспомнил одну юную особу, которая, так же, как и он, торчит здесь помимо своей воли, одинокая и брошенная всеми. Санса Старк — девушка, волосы которой напоминают опавшие листья, а от её учтивости становится тошно.

~~~

Тонкие пальцы умело владели иглой, вырисовывая узоры на белоснежной ткани. Как же Сансе осточертело это занятие! Но что же ей остаётся? Страх, что Король Джоффри увидит её, начнёт насмехаться или, того хуже, прикажет избить, а может и изнасиловать, не покидал девушку ни на минуту. А когда-то она была влюблена в этого безумца. — Санса, давай прогуляемся, — Шая взяла госпожу за руку, что было неприемлемым для обычных служанок. Но Шая была для рыжеволосой подругой и спасителем. — Я не хочу, — пролепетала она, откладывая вышивку в сторону. На её ответ любовница Тириона лишь нахмурилась. В последние дни Старк стала увядать, как роза. И это замечала не только она, а ещё и люди, которые за спиной дочери Эддарда называли девушку Северной Розой. От неё ждали каких-то резких действий, заговоров, войн, но, черт возьми, Санса просто не могла совершить все это. Будучи скромной и боязливой, она забивалась в любой уголок Королевской Гавани. Вот, до чего довели её Ланнистеры. Бывшая волчица сейчас напоминала побитую шавку. Но и для несчастной Сансы нашлась приятная новость. Слух прошёлся по Королевской Гавани: Ланнистеры и Тиреллы укрепят свою дружбу брачным договором. Но кто же невеста и жених? Пьяные рыцари заявили, что это ужасный Тайвин Ланнистер и Маргери Тирелл, и некоторые восприняли это всерьёз, ведь никто не сомневался, что Лев мог увести у внука женщину. Служанки, которые чистили конюшню считали, что это Джейме и Юная Роза. Шептали, будто Ланнистера отстранили от службы, и он уедет вместе со своей красавицей женой в Утёс Кастерли, дабы хоть там спокойно доживать свои деньки без суеты и войн. Но третьи же были уверены — это определённо Серсея Ланнистер и Лорас Тирелл. И, к сожалению Королевы-регента, они были правы. Доказательством служил и Цареубийца, который за последние дни стал слишком рассеянным, задумчивым и поникшим. — Эта партия будет удачной для нас всех, — Тайвин Ланнистер обращался к дочери, которая пристально смотрела на сидящего перед ней человека, гадая, осталось ли в нем хоть капли человечности после смерти матери. — Для нас? Или же для тебя? — брызжа слюной, со сжатыми руками в кулаках, она ногтями впивалась в нежную кожу до крови. — Наша семья годами считается одной из самых успешных в Вестеросе. И это благодаря успешно заключённым бракам, — женщина уже хотела возразить, но прервала её вытянутая рука Тайвина, которая показывала, что он не настроен на разговор и упрашивать его бессильно. — Моя госпожа, Вы же не забыли, что Вас пригласили на свадьбу леди Ланнистер и оруженосца Ренли Баратеона? — поинтересовалась Шая, нежно расчесывая длинные и шелковистые волосы Сансы. — Да, — проговорила она, надолго впадая в тишину, но позже продолжив, — однако мой муж, Тирион, сейчас уехал в Утёс Кастерли, одной находиться там — добровольно стать посмешищем Джоффри, — от всех этих переговоров у нашей пташки заболела голова. — Не забывайте, что говорила наша королева: «Я убью любого жениха, которого подсунет мне мой отец», — Шая издевалась, забываясь, что даже у стен есть уши, — Но вам нечего сейчас забивать этим вашу прелестную голову, — усталая улыбка появилась на лице Старк. Подготовка к свадьбе уже была в самом разгаре при первых лучах солнца. Кухарки изготовляли блюда заморской кухни, конюхи запрягали лошадей, слуги накрывали столы, а портнихи приделывали последние детали свадебным нарядам. Санса проснулась с невероятной лёгкостью. Все её время пребывания в чертовой Королевской Гавани стало таким из-за Джоффри. Однако и Серсея приложила к этому руку. Сладко потянувшись, рыжеволосая позвала Шаю. — Приготовь мне самое красивое платье в цвете моего дома, — улыбнулась она, не думая о реакции Короля, — Я собираюсь активно участвовать в подготовке к торжеству. Множество портних и знатных дам находились в просторных покоях Серсеи. Все они кружились в непонятном танце, то поправляя её причёску, то пришивая какую-нибудь драгоценную жемчужину, то просто восклицая: «Пусть Семеро благословят Вас!» В голову приходили разные мысли. Но самым неприятным была воспоминание о предыдущей свадьбе. Глупая Ланнистер готовилась к торжеству самым подобающим образом. Но все обрушилось в тот момент, когда новоиспеченный правитель напился, и ноги его еле держали мужчину, а руки случайным образом оказывались близко к вырезу груди служанок. Хоть невеста и не подавала виду, но внутри неё бушевала ярость, что только дополняло ее величественный образ. На ней было платье цветов ее дома, которое в дальнейшем должна была накрыть мантия с вышитым гербом ненавистных Тиреллов. Надо быть очень смелой и отчаянной, чтобы надеть такое платье на собственную свадьбу, какое приказала сшить Серсея. Надо признать, на ней оно смотрелось великолепно. Вышитые золотыми нитями грозные львы на кровавых манжетах, бегущий край полностью открытой спины, напоминающий львиную гриву, золотые пряжки на плечах, собирающие тяжелую и дорогую ткань, переходящую в длинную юбку, обрамленную теми же золотыми узорами.Кто осмелится перечить такой королеве? Яростной, оскорбленной и сильной. Сверху Раздался стук, а затем комнату наполнил смех, который явно не предвещал ничего хорошего. Златоволосая напряглась, ведь все дамы, которых нужно было позвать, были здесь. А незванные гости — дурной знак. — Моя госпожа, — произнесла одна из служанок. — К нам присоединилась леди Санса из Винтерфелла. В голове пронеслись множество ругательств, а голову этой довольной девчушки хотелось насадить на пику, чтобы весь народ видел участь врагов Королевской Семьи. — Чудный день сегодня, — Санса присела в неглубоком реверансе. Ланнистер оглядела Маргери, Вильону и множество других знатных людей. — Это будет самый счастливый день в моей жизни, Санса, — ложь для Серсеи была привычной, а совесть давным давно молчала. — Я пришла поздравить Вас лично и вспомнила, как же вы волновались за мою свадьбу, контролируя все процессы, — Маргери захихикала, а остальные поддержали её. — Благодарю, — сквозь зубы произнесла она, понимая, что следующие часы будут просто кошмаром.