На все свои причины

***

— Зачем вам все это? Я обращаюсь к священнослужителю с мрачным и довольно уставшим голосом. Я проиграла в этой войне. Я ничего не понимаю. Священник, стоя передо мной во всей своей профессиональной рясе, но с бронежилетом поверх всего этого, только коротко улыбается. Широкое лицо мужчины становится довольным и каким-то умиротворенным. Он был уверен своей победе. — Мне нужно кресло директора школы. Я искренне не понимаю мотива. — Зачем? — Потому что много лет назад отец Рейны и муж твоей тети, Константин, должен был выдвинуть мою кандидатуру перед королевой. Я тогда должен был стать директором школы, а не Рейна. Я просто хмуро взираю на этого мужчину, все еще не понимая мотива. — Но школа имеет наследственный … Мужчина сразу прерывает меня грубым «бла бала бла». В этот момент я замечаю на его лице признаки эгоизма и равнодушия. — Константин должен был выдвинуть мою кандидатуру перед королевой, чтобы она внесла правки в закон. — Но вас не утвердили? — Александра Коулман имела слишком большое влияние на этих двоих. И ее позиция, что церковь не должна быть во главе власти лоббировалась ею тогда очень остро. Если бы не она, все бы получилось. Школа была бы моя. Я начинаю постепенно складывать пазл, пока мужчина все это мне объясняет. Наш священник здесь со времен Константина, он единственный, кто здесь так долго и застал все перемены лично. Никто и подумать не мог, что наш священник и есть предатель. Его часовня служила убежищем для Майка и всех их соратников, я поняла это, как минимум, по туннелю. Вот как Кахейл проникал в школу. Уверена, что и выбраться за пределы леса ему тоже как-то помогала часовня со своими подвалами. — Сейчас вы хотите отомстить? Мужчина ровным голосом отвечает: — Я хочу взять свое на всех уровнях. Верну себе место директора школы, и заняв влиятельный пост начну лоббировать нужные мне интересы в правлении. Национальная власть давно уже прогнила в своей морали. Миром правят деньги. Деньги и связи. Я хотела уже было поспорить с ним, как где-то в углу раздался тихий голос нашего пастора: — Бог вам судья, Артур… вам не скрыться от его возмездия …вы еще поплатитесь за свои грехи. Священнослужитель разворачивается в сторону пастора и, сделав к нему пару шагов, плюет ему в лицо, после эгоистично подняв подбородок. — Я сам себе Бог, Донован. Это ты ничтожный раб, обреченный всю жизнь воспевать то, во что верят те, у кого нет денег. Пастор поднимает голову. — Вы гнилой человек. Вам обязательно кто-нибудь помешает. Пастор платиться за свои слова. Священник манерным движением руки призывает охрану поиздеваться над несчастным пастором. Избитого мужчину оставляют в покое только когда я уже начинаю неистово орать, даже сквозь руку Кахйела, закрывшего мне рот. — Отпустите его! Лицо священника сразу обращается ко мне со всей свое ледяным эгоизмом. Тучный мужчина делает несколько шагов в мою сторону и, встав передо мной, надменно театрально проходит ладонью по всей своей длинной бороде. — Ты, Аннабет Чейз, очень похожа на женщин своего рода. В тебе нет ничего, что привлекало бы внимание, помимо какого-то врожденного эгоизма и самомнения. Я почти едко выплевываю: — Вы, похоже, путаете меня с собой. Кахейл уже намеревается ударить меня, но священник, взмахнув рукой, останавливает его. — Такие как ты никогда не поведут за собой народ. Этого достаточно, чтобы вспомнила о Дрю. Так вот кто так интересовался ею! Вот кому она была нужна! — Это вы хотели, чтобы Дрю вышла в свет вместо меня. Чтобы Александра привела в общество ее, а не меня. Священник кивает. — Ты умная девочка. Я все равно пробую разобраться: — Но почему Дрю? — Потому что она лидер. Харизматичный лидер. А люди верят всему, что такие как она, проповедуют. После чего мужчина снова заглядывает мне в лицо своим стеклянным и бездушны взглядом. — Но и она опустилась до твоего уровня. Я больше в ней не заинтересован. Она подвела меня. Сукин сын! Да чтоб он сдох! — Зачем этот спектакль? Давайте просто грохнем их всех тут и свалим? Майкл начинает нервничать, но священник не терпящим возражения тоном заявляет, что всему свое время. — Я дал тебе возможность увидеться с ней первым. Теперь ты не мешай мне, получить от нее свое. Я хмурюсь под раздраженный выдох Майкла. — Что вы хотите от меня? Священник спокойно отвечает, что ему нужно сотруднечество. — Уверен, что ты можешь дать мне то, что я давно ищу. Это очень выручит меня в нынешней ситуации. Я вопросительно хмурюсь, чувствую как начинают неметь большие пальцы ног. Холод пронизывал меня и снаружи и изнутри. Чувство отчаяния становилось невыносимым. — В школе есть тайная комната, в которой бывшие одноклассницы Рейны когда-то спрятали очень важную для меня вещь. И ты должна найти ее для меня. Что? О чем он? — Я не понимаю о чем вы. — О нет, милая, ты понимаешь. Мужчина подходит ко мне ближе и берет в свои руки мой подбородок, заставляя смотреть ему в лицо, не опуская глаз. То что я пытаюсь вырваться нервирует больше охрану и Майкла, чем священника. — Ты со своими безмозглыми подругами должна была найти эту комнату. Я делаю вид, что все равно не понимаю и пытаюсь отнекиваться. Но священник решает вопрос одним действием. Он просит одного из охранников направить пистолет на Мистера Браннера. — Нет! Рейчел, закричавшей одновременно со мной, прилетает от охранника. Ей тоже заклеивают рот как рыдающей Хлое, попутно грубо хватая ее за рыжие волосы, чтобы причинить боль. — Не надо! Священник лишь иронично поднимает бровь. — Здесь я диктую правила игры, дорогуша. И раз ты отказываешься сотрудничать, я начинаю поочередно убивать тех, кто оказался здесь по случайной воле. Так или иначе, смерть каждого из них ляжет грузом на твою душу. Охранник уже почти готов спустить курок, поэтому мне приходится подчиниться. Я падаю на пол, оперившись ладонями о землю под собой, и, не сдержав накативших слез, просто глухо киваю. — Хорошо…я все скажу, только не трогайте никого… Браннер с бранью обращается по мою душу, требуя, чтобы я ничего не говорила. Увы, характера во мне меньше, чем страха и паники. — Аннабет, не надо… Твоя мать все сделала для того, чтобы это никогда не нашли… Доминик, медленно приходивший в себя, тоже пытается оградить меня от ошибки, но его обрубает на полуслове. — Ты все еще жив только потому, что тебе крупно повезло, ты был мне нужен. А сейчас я не убиваю тебя только потому, что хочу сначала показать тебе тело твоего мертвого сына, который поплатился за ваши грехи в одиночестве. Голос священника ледяной и режет как острый нож, обостряя напряжение и тревогу. Доминик пытается найти в себе силы, чтобы подняться, но охранники быстро возвращают его в лежачее положение. — Не трогайте его… он не виноват… Священник только иронично качает головой. — Мальчик поплатится жизнью за то, что предал меня. И ты должен извлечь из этого урок. Я смутно стараюсь вспомнить все наши разговоры с Рейной про ее брата. Она ни разу не говорила, что у него есть ребенок. Тем более сын! — Мои люди сейчас наглядно демонстрируют твоему сыну, что грозит за предательство. Уверен, он уже почти не дышит. Доминик издает глухой рык и просто каким-то чудом срывается с земли, поднявшись на ноги просто за секунды. В отчаянном жесте он бросается на опешившего мужчину, отчего один из охранников сразу встает перед священником, а остальные два блокируют Доминика и снова валят его на землю. Я не могу смотреть на мучения мужчины, и под крики мистера Браннера только снова опускаю глаза в землю, почти вцепившись в нее своими ногтями. Священник в своей изощренной манере всех затыкает и заставляет слушать его. Я прерываю какую-то брань со словами, что собственно нужно именно от меня. Он разворачивается голову ко мне, поправив свою рясу. — Мне нужна шкатулка. В ней химический реактив и формула. Мужчина вопросительно осматривает мое лицо и, склонив голову, издевательски спрашивает: — Ты либо сама знаешь где это находится. Либо знаешь кого-то, кто знает о местонахождении тайника. Я молчу и ему приходится напомнить о своем условии, выставив пистолет теперь в сторону Рейчел. — Так что, Аннабет Чейз, что ты знаешь? — Я знаю где находится эта шкатулка. Мужчина нетерпеливо топает ногой. — Она в сейфе у Рейны. Майкл фыркает, а священник недовольно поджимает губы, снова выставив пистолет в сторону Рейчел. — Нет! — Тогда говори правду! — Я и говорю! — я истошно взвыв, снова обращаю лицо к священнику. У меня только одна попытка и я должна попробовать обмануть его. Я не могу рисковать Рейчел, и я ненавижу себя сейчас за то, что подставляю ее. — Мы нашли это в одном из тайных коридоров! Случайно наткнулись и от незнания что это отнесли это Рейне! Туда же где она хранит шкатулку, которую я нашла у себя дома, с каким-то безделушками и старыми фото от моей мамы! — Врешь! — Да клянусь! Я не знаю как пройти к тайнику, но Дрю точно запомнила дорогу! А я точно помню пароль от сейфа Рейны! Священник смотрит на мое лицо несколько долгих секунд игнорируя комментарии от охраны. Я стараюсь призвать в эти секунды все свои театральные навыки и просто молюсь богу, чтобы урод мне поверил! Я легко могу убедить в том, что тайный коридор лежит через кабинет Рейны или Блорка, а значит, у меня будет шанс оказаться замеченной в школе людьми Рейны. Появится шанс спастись и вытащить всех отсюда! Мне нужно заставить его мне поверить! Отправить его туда, где его точно могут перехватить! — Я открывала эту тетрадь, там много химических формул … слишком контрастные соединения и участвуют какие-то формулы из биологии… — я вспоминаю слова Пайпер и Джейсона и сейчас стараюсь оперировать именно ими. — Я не стала вникать, потому что это сложно и я в этом не понимаю. Тем более, что тетрадь очень толстая и вся исписана формулами. Я вижу, что священник зацепился за мои слова, поэтому дожимаю его: — Пробирка там лежала прозрачная и совсем маленькая, как пробник от духов. Священник молчит еще пару долгих секунд после чего снова высокомерно поднимает свой подбородок. — Ты правильно описала содержимое. Значит, ты точно видела это. Приняв просто ну невозможно жалостливый вид драматично выдыхаю: — Теперь вы убьете меня? Кахейл радостно шипит мне в ухо, что да. Сам священник грубо обрубает парня на его словах. — Вы будет здесь пока все не закончится. Ты нужна мне живой, потому что у меня есть еще вопросы относительно твоей матери. Доминик тоже должен умереть после того, как я покажу ему труп его сына. А с остальными разберемся по ходу. Мужчина отступает назад со словами, что я очень пожалею о своих словах, если они окажутся ложью. — Я убью при тебе всех, кто тебе дорог. Я не пожалею на это ни времени, ни сил. Ты увидишь смерть каждого из своих друзей. Священник жестким взглядом всматривается мне в лицо, после чего кивает своему подопечному. — Я разрешаю тебе взять с нее свое. Но запомни, она нужна мне живой. — И кивает в сторону охранников возле нас. — Следите за мальчишкой, чтобы не перегнул. Кахейл вдруг решает поинтересоваться как священник собирается пройти к кабинету Рейны. — Начнете обстрел прямо сейчас? У часовни уже много людей Рейны, будет сложно пройти по туннелю незамеченными. Священник, фыркнув, только махнул рукой. — План остается прежним. Кахейл, хмурясь, кивает в сторону лестницы. — Уверены, что огонь не дойдет до нас? Огонь? Я сразу разворачиваю голову к священнику. — Нет, эта часть под землей обеспечиваем вам безопасность. Будет сильно дымить, подниметесь вверх по туннелю, куда-то же он ведет. Прежде чем я открою рот, пастор почти истерично обращается к священнику моими же словами: — Вы что хотите поджечь часовню?! Священник с ледяным равнодушием кивает. — И не только ее. Священник начинает подниматься вместе со своими двумя охранниками по лестнице, оставляя нас в беспокойстве и куче вопросов. Истерика нарастает и все становится страшнее по ощущениям. Я же попутно молюсь богу, чтобы Пайпер и Джейсон уже к этому времени разгадали содержимое бутылочки. Сдается мне там что-то опасное, то, что священник хочет использовать как оружие. И если это попадет ему в руки, боюсь, у нас больше нет шансов.  — Ну, наконец-то, нам никто не мешает. Кахейл грубо дергает меня на себя, впившись мне в лицо обезумевшим диким взглядом. — Сейчас поплатишься зато, что во всем мне мешала! Охранники переходят от лестницы и встают возле входа в углубление, подвал точно протягивался куда-то вперед, и честно говоря, я уже начинала догадываться куда. Я выжидаю несколько минут, надеясь, что священник уже почти покинул часовню. Терплю издевательства Кайхйла и только когда мы начинаем чувствовать дым и я в какой-то момент оказываюсь лицом к Майклу и охранникам, решеюсь на отчаянный шаг. У меня была всего одна попытка и я помнила про это с момента встречи парней. Просто ждала удобного случая. Кахейл отходит от меня, когда я снова падаю на землю, и этого достаточно что бы я поднялась на ноги и достала из-под кофты пистолет. Мне не требуется время на обдумывание действий, я уже все решила. У меня нет времени переживать. — Сука! Я выстреливаю сначала в правую ногу Майкла, а когда вижу, что тот тянется за своим пистолетом, сразу выстреливаю ему в плечо. Он стоял недалеко от меня, поэтому мне не требуется времени, чтобы прицеливаться. Я итак попадаю куда нужно. Кахейл падает на землю, истошно завыв, а я направляю пистолет к своему виску. Охрана, уже выставившая на меня пистолеты, когда я достала свой, кричит, чтобы я убрала оружие. Но я только плотнее приставляю его к виску. — Уберите оружие, или будете отвечать перед своим босом за то, что провалили дело которое вам поручили. Я почти уверена в том, что сейчас смогу выловить момент, чтобы выстрелить и в них. — Аннабет! Пастор, Бранер и Доминик начинают что-то кричать, поэтому охранники отвлекаются на них. И именно в эти доли секунды, когда я решаю, что смогу выстрелить в них, и не получить пулю сама, происходит чудо и кто-то несколько раз выстреливает им в спины, отчего те сразу падают на землю. Замертво. После этого в подвал из углубления вбегает два наемника, но я не стреляю в них, я ищу в них спасение. И я его получаю. Следом за ними выбегает коллега Рейны, которого я видела в часовне. Что происходит…? — Аннабет! Перси и Дрю вбегают следом за ним, одновременно выкрикивая мое имя. Я просто оседаю на пол, позволяю одному из наемников забрать из моих рук оружие. — Ты просто сошла с ума! Наставить на себя пистолет! Перси едва не заикается, а Дрю просто ототкнув его от меня дает мне пощечину. — Приходи себя! Не впадай в истерику! Еще не время! Как ни странно, я моментально выхожу из коматозного состояния и, бросившись на шею Перси, бегло сообщаю кто на самом деле оказался предателем. Коллега Рейны спокойно кивает, помогая Доминику подняться. — Мы уже в курсе. Наши люди сейчас разбираются с этим. Я только сомнительно поднимаю брови. — Чейз, Рейна в курсе. Дрю угадала с предателем. Я непонимающе поворачиваюсь к Дрю, уже отбежавшей к Рейчел и Хлое. — Но как? — Нет времени объясняться, Чейз. Надо выбираться отсюда. Я подбегаю к ней и помогаю развязать девочек, пока остальные помогают пастору, Доминику и Браннеру. Суматошно всех высвобождаем и, уже начиная кашлять от дыма, стараемся оперативно выдвигаться вперед. Перси замирает у тела стонавшего Майкла, как и я, но наемники толкают нас вперед вторя, что нет времени. Один из них присел у его тела и сказал, что у парня остались считанные секунды, он обречен. Нас толкают вперед и я снова начинаю чувствовать моральную тошноту. По сути, я убила человека. Ну как убила, его конечно можно спасти если сейчас тащить за собой, но по рации был дана четкая команда, оставить парня здесь. — Это же и ест тот самый третий туннель, который привязан к твоему? Дрю кивает, крепко схватив мяня руку. — Нужно уходить. Наемники по рации сообщают какие-то кодовые комбинации. — Мой сын…они его спрятали в каком-то туннеле…я должен найти его… Коллега Рейны старается вразумить Доминики и обещает ему найти его сына позже. Какими то общими усилиями все-таки выдвигаемся вперед, где я узнаю, что нас ждут тут еще два наемника. Они сразу берут шефство и мы двигаемся за ними. — Аннабет, идти сможешь? Коллега Рейны участливо осматривает меня на повреждения, но я клятвенно его заверяю, что пока я в состоянии двигаться. — Лучше помогите Мистеру Браннеру, мне кажется, ему совсем плохо. Учитель действительно еле двигается, но ему помогает мощный по комплекции наемник, отчего мистеру Браннеру несколько легче. — Доминик, наваливайся на меня, давай же. Коллега Рейны берет на себя Доминика, пока второй охранник берет Рейчел и Хлою. Мы суматошно проходим большую часть подьема, и оказываемся наверху, там где еще ночью стояли с намерением спуститься в этот спуск. Я же попав под расспросы коллеги Рейны почему-то на доверительном уровне все кратко ему объясняю, и про пробирку и про то, куда направила священнослужителя. Он сразу передает все по рации, после чего сквозь пару мужских голосов прорывается истерический голос Рейны. — Аннабет! Ты жива?! Аннабет?! Мне приходится утешить крестную парой слов, но вскоре нас прерывают, сказав, что мы забираем время. — Все живы. Перси крепко держит мою правую руку и помогает наемникам ориентироваться в пути. Дрю тоже старается не теряться, когда получает вопросы в свою сторону относительно туннеля. — Джонатан, где-то тут мой сын…отпусти меня, я не уйду без него… Доминик пытается вырваться и начинается некоторая истерика. Доминик в панике и я понимаю его чувства, я прорываюсь через толпу к нему и встаю рядом с ним, обратившись к так называемому Джонатону. — Я думаю, что он может быть во втором туннеле. Нам нужно разделиться. Мужчина качает головой. — Исключено! Я повышаю голос. — У нас нет выбора! Отсюда есть тайный вход, который прилегает к нему и мы можем выйти через него! Вы просто сообщите людям Блорка и Рейны, чтобы ждали нас в библиотеке! Мы должны посмотреть! Перси, пробравшись к нам, просто говорит короткое: — Пап, доверься ей. Я почти потрясенно моргаю, подумав, что ослышалась. Дрю, поймав, мой взгляд просто хмуро кивает. — Ладно, но делаем все как я скажу! Идете за охраной, без всякого героизма! Мужчина ждет от меня ответа и я быстро ему его даю. После этого мужчина просит одного из наемников увести по коридору пастора и мистера Браннера, а сам с оставшимися тремя своим людьми бежит за мной и Дрю. Мы быстро находим нужный отсек и я почти моментально нахожу имитацию под стену, открыв проход. Вперед пропускаю двух наемников, а после лезу сама. Остальные двигаются за мной и только когда мы оказываемся в туннеле Пайпер, я начинаю осматриваться. Бежим еще несколько метров, пока наемники не встают в позу, выставив оружие. — Стоять! Мы все немного наклоняемся, в ожидании перестрелки, но когда слышим хриплый голос Криса, наемники не успевают преградить мне путь, потому что я, буквально, толкаю их чтобы пролезть и побежать вперед. Остальные бегут за мной, громко ругаясь. Я же уже различаю впереди группу людей. Их было четверо. Двое парней на ногах и двое у них на плечах. Посередине между мной и ими лежало два трупа. Наемники все-таки опережают меня и дают мне пройти к Крису и Лео только когда убедятся что нет опасности. Доминик в руках Криса сразу узнает Тайсона и для меня становится большим потрясением тот факт, что он и есть тот самый ребенок Доминика. Лео же держит на себе Роберта, и я понимаю, что Джастин и Октавин сбросили его как балласт. А может парень просто оказался им помогать, не знаю. — Как вы здесь оказались?! — Что произошло?! Вопросов очень много, как и тех, кому нужна срочная медицинская помощь. Я только понимаю, что Крис и Лео, следившие за Эллен (т.к. считали что она как-то связана с предателем) чудом оказались в библиотеке, когда в нее ворвались охранники таща под дулом пистолета впереди себя Тайсона и Роберта. Они вырубили Эллен и прошли по туннелю, Крис и Лео сразу побежали за ними. Лео понял, что это они прошли в туннель, т к сам нас там однажды застукал. Эллен только и успела, что отдать им свой пистолет, снова потеряв сознание. — Ну, я и выстрелил. Крис, весь измазанный кровью от избитого Тайсона, срывающимся голосом отвечает на наши вопросы, пока наемники помогают им перенять пострадавших. Я просто бросаюсь к Родригесу на шею, пока Перси крепко обнимает Лео. Все снова сумбурно и у нас мало времени, чтобы все объяснять. Доминик крепко держит Тайсона, разрешив только помочь ему нести сына, а не забирать его от него. Тайсон в какой-то момент приходит в себя и хрипит до боли драматичное: — Я в порядке, пап… Я не сдерживаю слез, Перси тоже. Он тянет руку к Тайсону, помогая Доминику нести парня. — Тайс, ты поправишься. Все будет хорошо. Голос Перси дрожащий. Мой — просто срывающийся. Я тоже ласково обращаюсь к Тайсону и его едва заметная искренняя и печальная полуулыбка просто раздирает наше эмоциональное состояние в клочья. Мы все бежим в сторону выхода и в библиотеке нас уже действительно ожидает охрана и ряд медицинских сотрудников. Из библиотеки сделали то-то вроде медицинского лагеря, здесь лежало много пострадавших охранников и учителей вокруг которых ходили медсестры. За дверями слышались звуки перестрелки, какой-то шум, много криков. Хлою и Рейчел охрана сразу передает медсестрам, обе девочки сопротивляются и рвутся ко мне. Перси почти взваливает меня на себя, зовя помощь. Он понял, что мне становится хуже, т.к последние минуты я почти не шла сама, тяжело дышала и стонала из-за треснувших ребер. — Доминик! Эллен с перевязаной головой выбегает откуда-то из-за угла и почти бросается на шею Доминику, громко зарыдав. Мужчина любовно принимает женщину в свои объятия, так как за минуту до этого уложил Тайсона на подобие кровати, дав медсестрам право начать свою работу. — Ты жив! Господи ты жив! Доминик крепко ее обнимает, после его женщина замечает Тайсона рядом. Она сразу впадает в истерику, упав перед Тайсоном. Медперсонал оперативно принимает на себя обезумевших Доминика и Эллен, осторожно и незаметно вколов последней успокоительное. Доминика же берет на себя … отец Перси. — Ты нужен нам с Рейной. Сможешь? Мужчина уверенно кивает, хотя сам едва стоит на ногах. Но я вижу решительный огонь в его взгляде, Доминик, определенно, восстал духом, узнав, что Тайсон еще жив и у него есть возможность его спасти и излечить. Да и встреча с любимой женщиной, как я поняла, придала ему бодрости духа. Сейчас он был готов действовать. Отец Перси вызывает через рацию еще людей. Я же чувствую, что мои ноги становится ватными, и только когда я оседаю в руках Перси и вовремя побежавшего ко мне Лео, я понимаю, что помимо Эллен успокоительное со снотворным вкололи и мне. Медсестра протягивает ко мне руки и парни передают меня ей, после чего я безмолвно проваливаюсь в темноту.