.Эволюция деградации.

Сегодня среда. Не знаю, зачем мне это знание, но оно нужно. Печёнкой чувствую, что надо. Среда. День как день, ничего нового. Было. Пока я не пошёл в магазин (чёрт, словно и не кончилась цивилизация!) в конце улицы другого района - выживать-то надо. Вообще удивляюсь, что где-то что-то осталось. Но факт. Возможно, слишком много людей переквалифицировались из живых в... мёртвых (потребность в продуктах отпала) - язык не поворачивается сказать, ведь выглядят как нормальные. Необычные, но нормальные люди. Ос вон даже галстуки носит, неважно с чем, главное галстук. Может, память о прошлом, как отголосок былого? Возможно. Тоже неважно. Он гордится этими чёртовыми цветными удавками, что по двадцать штук болтаются на шее за раз. Может, живые по большей части покинули города, спасаясь от эпидемии, хотя, она теперь повсюду. А может, ещё чего. Опять же - неважно. Важно, что, заходя в Walmart, я могу прошерстить бесконечные полки нереально огромного магазина, как и складское помещение, что в три раза больше самого гипера, на предмет провизии. Конечно, молоко, хлеб, сыр и другое не в доступе, стухло давно - испарилось тленом, но консервы ещё долго будут существовать с доступным сроком годности (XXI-й век, нанотехнологии, усовершенствование продуктов), не говоря о сухих сыпучих припасах. Где-то на улицах встречаются машины, в кузове которых под брезентом хаки стоят-пылятся коробки с сухпайками, что когда-то были привезены в помощь населению в момент острой нужды. Съедобно, долговечно, продумано, но за ними очень далеко идти. Пока не припекло, буду обходиться тем, что есть. К тому же, сухпайки - сбалансированная синтетика. Вообще-то у меня много коробок с французскими и итальянскими, горных и усиленных, дополнительным рационом отсвечивает в шкафу. Но это на чёрный день, ведь рано или поздно он настанет. Как-то со временем я заметил, что Ос не покидает пределов нашего района, подумав, сделал выводы, что он опасается себе подобных, значит, у зомби и своя иерархия есть с делениями на территории влияния. Охренеть! И спросил бы "куда катится мир?", да только он уже докатился. Я наблюдал за парнем несколько раз, устраивая слежку (зомбик даже не чухнул - его наивность... обескураживает): ходит себе по кромке тротуара, озирается пытливо, смотрит пристально, вздыхает без кислорода, но черту, видимую лишь ему, не преступает. И от этого понимания желудок грозится вытряхнуться на асфальт. Какого хера происходит у выживших под носом? Идти сегодня лень, но надо. Ос за спиной, как тихий страж, идёт неслышно, дышит не дыша (мне так проще думать), вообще ни звука, как чёртовы Шауни в центре леса. Но мне нравится осознавать, что зомбик рядом, он, как тонкая грань поддержки. Так привык к этому существу, что явственно понимаю - я в нём уверен. С выжившими - не так. И это не кажется странным. Полки длинные, раскурочены, но есть, что закинуть в рюкзак. Я здесь давно не первый, все друг за другом ходим, но по молчаливому соглашению берём лишь столько, сколько нужно, хоть в этом мы - люди - едины. Это, как с хижиной в лесу: она всегда открыта, в ней есть соль, спички и другое, то, что нужно путнику, но, беря что-то чужое, помни, что после тебя придут и другие страждущие отдыха - уважай чужую собственность и бескорыстность. Здесь так же. Беру банки с томатами в каком-то там соку и персиковый джем (я сладкоежка и ничто это не изменит). Перестук когтей продирает спину дрожью - нет. Только не грызуны. Крысы очень опасны. Из-за угла вылетает грызун - большой, толстый, с умными глазами - и замирает перед нами, блестя... серьгой в ухе? Кажется, я подавился вдохом, соображая, как эту тварь прибить. Ос тут же фыркает мне в затылок и выступает чуть вперёд, лихорадочно облизываясь. Он же голоден. К чёрту самосохранение. Ос. Не думая, хватаю крысу, зомбику нужно подкрепиться, и... - То-о-о-они! - крик, похожий на визг. Вздрагиваю, сжимаю крысу в руке, неосознанно, от испуга, адреналин лупит кармином по глазам, животина изворачивается, трясётся, натужно пищит. Из-за другого угла на перекрёстке полок-рядов вылетает взъерошенный пацан, лампочка над ним гаснет, и за парнем выступает грозный мужчина с глазами ночь. Второго не видно, лишь абрис, но и этого хватает, чтобы мечтать покончить жизнь суицидом. - Оу, - выдыхаю в шоке. Сердце от испуга, кажется, что проламывает грудь. Впервые встречаю столь активных живых. - Пос-ставь мыш-шку на мес-сто, - шипит парень. Забываю, как дышать, говорить, моргать, бздеть - изваяние. Ос рычит губами и глоткой, на которой остро гуляет кадык - принял позу бойца. Мужик с чёрными глазами тоже отвечает басом - но громко, сильно, в голос. Не рык, а скрежет голосовых. Волосы шевелятся везде. - Шуга, успокойся, - вкрадчивый голос из темноты рычащего. - Мышку. Поставил. На пол! - приказал Шуга, сжимая в ярости кулаки. С разных сторон высыпало ещё с три десятка мохнатых ублюдков. Блять. Как можно осторожнее опустил "мышку" на линолеум и уставился на двоих перед нами. А в голове бит мысли: только бы не бросились, только бы не укусили, только бы крысы держались подальше. - Тони, иди сюда, - ласково позвал Шуга, корча умилённое лицо. Я в шоке. Повторно. - Глу-ум, он в порядке, - и столько любви, столько восхищения в голосе паренька, что мне стало неуютно, словно подсматриваю за чем-то слишком личным. - Да, - грозный ответ. Не сводя с нас жёсткого взгляда. - Эй, это вообще-то был обед... - попытался возмутиться я. - Похуй, Тони часть нашей семьи, - сказал, как отрезал, Шуга, вновь пронзая меня кинжалами глаз. Чё-то холодно стало. - О, - я реально не нашёлся с ответом. - А это что, зомби? - вскрикнул как-то странно Шуга, то ли радостно, то ли в задумчиво, рассматривая нашу композицию "два идиота в дрогнувшей позе". - Угу, - просто кивнул я, абсолютно не понимая, что тут происходит. - И вы с ним... - парень как-то странно замахал руками, пока крыса Тони забирался на него по штанине вверх, по футболке до плеча. И не страшно, что кусанёт? - Дружим? - почему-то спросил я, сам не зная, кто мы друг другу, от волнения изламывая слово. Как-то с Осом мы не обсуждали столь личные моменты, просто приняли всё так, как есть. - Точно, дружите, - кивнул Шуга, задорно хлопнув в ладоши. - Пф, - фыркнул Ос одними губами, закатывая глаза к потолку, и... спрятался мне за спину, ткнувшись носом мне меж лопаток. Полоснуло теплом и чем-то неидентифицируемым, чем-то, что охватило, заставляя вздрогнуть и тут же расслабиться, желая таять в чужих-"своих" руках. - Ос, ты чего? - не понял я. Хотелось повернуться, тянуло заглянуть в его глаза, свербело услышать то, что беспокоит - помочь. Но зомбик лишь сжал меня руками сильнее - не позволяя крутиться, оплетая талию конечностями, прижался, притёрся и задышал. Задышал? Полагаю, это мышечная память. Выдохи горячие, рваные - защекотали загривок. Так и тянуло прикрыть глаза, растворяясь в моменте. - Ни-хрена-себе, - поражённо-слитно выдохнул Шуга. Вздрогнул, чужой голос сломал момент. "Морай, он страшный", - пальцами изъяснился Ос, так и не отлипая от меня. Зомбик мог не глядя изъясняться. - Кто страшный? - не понял я, спрашивая Оса себе в плечо. - Шуга? - думаю, я имею право называть парня по имени. Ос замотал головой, сильно тыкаясь носом в седьмой позвонок. Чертовски приятно. И само осознание того, что столь сильное существо ищет защиты у столь слабого меня. - Твой... Ээээ... Ос? - уточнил парень, я кивнул. - Боится Глума, - утвердил парень, воркуя с крысой. Фу! Как он может? - Глума? - переспросил я, видя, как Шуга кивает себе за спину, давая Тони что-то съедобное. - Он... умеет нагонять жуть, - кивнул Шуга. - Глум, хватит, ты их пугаешь, - капризно заявил мальчишка. Фырк тёмного в ответ. - А они напугали Тони, - отозвался Глум замогильным тоном. "Мы не хотели пугать. Я голодный", - показал Ос, признавая в Глуме более сильную сущность. Я озвучил слова зомбика остальным. - Наших не жрать, - рыкнул Шуга, которого обступили крысы. Они пищали, роились, прыгали друг другу на закорки, шипя и вздёргивая хвосты. Вкрай паническая картина. В обморок бы не хлопнуться. У меня чуть ли не фобия этих хвостатых. Особенно агрессивных особей, что гуляют стадом. - А вы... - начал я. - Мы тоже не простые выжившие, - небрежно бросил Шуга, манерно морщась. - Удачи в... во взаимопонимании, - пожелал мальчишка, кивая на Оса, и юркнул за стеллаж. Глум стрельнул в нас глазами, отчего у меня чуть ноги не подогнулись - страх укусил клыками за бочину, струясь отравой в мозг (ясно теперь, что не так и почему Ос психанул), рыкнул и с крысиным выводком скрылся вслед за мальчишкой. Ручной, что ли? - Эм... стой, - крикнул я вдогонку, но в ответ тишина. - Ты что-нибудь понимаешь, Ос? Дрожь стучала моими же зубами друг о друга, было тошно, плохо, голова как в тумане. Да, что за чёрт тут происходит? "Про них, Морай, ходят легенды. Говорят, что мужчина с душой ночи может испугать до смерти. Говорят, что есть другой мужчина, он может управлять крысами. Говорят, что есть те, кто были живыми, они... однажды перестали ими быть, но и не стали мёртвыми, а стали... кем-то иным..." - медленно, оглядываясь по сторонам, поведал мне Ос. Охренеть! - Ого, да у вас тут и притчи есть? - усмехнулся я, глядя на зомбика, чувствуя, что меня отпускает. Хм... Видимо, легенды - правда. На себе испытал, и, думается мне, что Глум ещё не напрягался. Это какой же у мужика потенциал? Это как же он такой весь невероятный подчиняется мальчишке? Шуга-то живой, я видел, как отчаянно билась венка на его шее, пока он кричал на меня. "Не шути с тем, чего не знаешь", - многозначительно заметил Ос и показал на губы. - Голоден? - тут же переключил я внимание на столь важный фактор. Не хочу стать закуской. Зомбик кивнул. И вот как, КАК, мать вашу, он не дышит, не чувствует запахов, но слышит? Чем, блин?! Аааа, этот безумный мир. - Я бы хотел встретиться с ними ещё раз, - задумчиво протянул я, утаскивая Оса вперёд, ища провиант для обоих. Интересно, что они из себя представляют? Ну, по-настоящему. "Говорят, они живут у градирни. Но один ты туда не пойдёшь", - Ос скосил глаза в пол, закусив губу. - Защищаешь? - подколол я, откровенно веселясь. А у самого внутри что-то ёкнуло. Ос умеет быть и таким? "Нет, Мор, там еды много", - убил моё настроение зомбик. Но отчего-то казалось, что он лукавил. Ни крыс, ни мышей мы больше не встречали. Поймать птицу я не могу, не умею. Ос тоже. Так и дошли до перекрёстка Сент-Эл и Криви-плэйс в молчании. Каждый размышлял о своём и думы были тяжкими. Только Ос дёргался, осматривался, скоблил себя ногтями по ладоням и предплечьям, тормошил галстуки. Сглатывал, часто-часто дышал, широко открыв рот, и обнимал себя конечностями, словно ища тепла. - Что с тобой? - не выдержал я его мытарств. "Есть. Опасно. Тебе. Я", - отрывисто показал зомби мне и свинтил в неизвестном направлении. О, как! Это он так типа за меня беспокоится, что ли? Реально переживает? Мол, раз голоден, то надо слинять и бросить меня посреди улицы, чтобы не пожрать мою тушку самому, а оставить на пир другим? Мило, блять! "Шуга. Глум. Градирни." Лучше не лезть к ним. Вздохнул, дошёл до дома по стеночке, прячась в тени домов, почти не дыша, не шаркая ногами по асфальту, и заперся у себя в квартире. Впервые не захотел есть джем, все мысли занимал Ос. Несколько дней зомбика не было, отчего я волновался, сам себя не понимая. Переживал (да что ему будет). Проверял, мучился, откровенно сходил с ума, потому что хотелось... А чего мне хотелось? Я и сам не знал, но понимал, что Ос стал частью моего нового мира. Он был нужен мне... не зачем, а просто так, как люди нуждаются в социуме. О том, что я лгал даже сам себе, я думать не хотел, потому что это было как-то... перебор. Н-но, вещь ведь не перестанет быть той, какой является на самом деле, даже если ей дать другое имя, иной статус, новое значение. Так? Так. И всё равно самообман лучше. Я не готов принять себя... таким! Сука, не жизнь, а сплошные многоточия. Как эпично-то! Сегодня снова среда. Я просто зациклен на этом дне. Не знаю почему. И всё же. Выхожу на улицу без тени надежды. Но Ос там, на асфальте, сидит, глаз с меня не сводит. А я замер, а я стою, стою и теряюсь. Господибожемой. Стоило только Осу встать, как я кинулся к нему, повис идиотом на шее и забормотал в ухо: - Не смей со мной так больше поступать. Никогда. Никогда... - с крика на шёпот за пол секунды, давясь эмоциями, с силой жмуря глаза. "Охотился", - просто ответил он, отстраняя мою тушку от себя. - Что? - не понял я. "Мор, можно... в... гости?" - пряча глаза, смущаясь (я так думаю, что смущаясь), изламывая пальцы, показывал мне текст сообщения Ос. - В гости? - кажется, я опешил. "Я не наброшусь!" - тут же уверил меня зомбик и показал клетку. А в ней мыши. Много мышей. Очень много живых мышей, что пищали, грызли прутья и смотрели на меня своими пуговицами. Так, он в гости или на ПМЖ с таким-то количеством провианта? - М-можно, - заторможенно ответил я, не отводя глаз от клетки. И вот, что странно: крысы - переносчики заразы, а мыши нет. Хотя они почти идентичны. "Класс", - быстрый ответ, и Ос деловито направился к моему дому. - Я вообще-то голоден, - крикнул в спину наглому зомбяку. В меня полетела сумка. Поймав её и открыв, я лишь усмехнулся, консервы. Он запомнил, что я беру. Хах. Очаровательно. Дома было... непривычно. Здесь моё убежище, мой уголок, моя крепость, моё... Всё моё. И Ос здесь. Он тоже мой? Наверное, раз мы зациклились друг на друге. Ос всё рассматривал, трогал, заглядывал в шкафы, а я привыкал к мысли, что он здесь "погостить". Спустя две недели Ос всё ещё гостил у меня. И я не чувствовал тревоги, отторжения, страха или чего-то ещё. Потому что... Не знаю, это и правда странно, пустить в дом того, кого все стремятся убить, кто стремится убить тебя, если голоден. Но Ос не бывает голоден, он за этим следит. А я нет. А я не боюсь. А я всё больше увязаю в синеглазом чудовище и не хочу отпускать от себя этого стервеца. Ос же стал неотъемлемой частью меня, как и я частью его, я думаю. Он помогал по дому, полюбил протирать пыль. Зомби, который моет полы, - это что-то новенькое. Ха. Мой персональный кошмар пошёл за книгой (я хотел почитать), запнулся о ковёр (неуклюжая скотина) и, зацепившись за дверцу шкафа, растянулся на полу. Шкаф покачнулся, во мне всё оборвалось, бросился наперерез, понимая, что не успеваю. Впервые испугался так, что затопило, захлестнуло и померкло перед глазами. Упал на парня, накрыв собой, едва удерживая вес своего тела на дрожащих конечностях, чувствуя острую боль в хребтине, книги с полок повалились на меня, больно ударяясь о плоть, вспышками тяжёлого-острого взрывая рецепторы. Шкаф с грохотом упал вбок, не задев нас. А я лежал на ошарашенном парне, перевернув того лицом к себе, и орал, испуганно орал на одной ноте. Резко оборвался. - Ос? Ос? ОС? Ты в порядке? Ты не пострадал? Ос, блять, ты как? - причитал и частил я, не меняя от страха позы. А он лежал, блять, не дышал (никогда не привыкну) и смотрел стеклянными синими на меня, в меня, как душу вынимал. Замер. Чёрт. - Ос? - почти вой, осматривая, шаря глазами по парню. Я до сих пор не привыкну к его теперь естественным процессам организма. Кровь застыла или как-то проистекает внутри, вяло, но движется? Регенерация - сейчас напрочь забыл об этом слове. Кажется, что я чуть не потерял нечто слишком ценное для себя. А он молчит. А я боюсь всё больше. Глаза уже на мокром месте - не потому что... не знаю, это стресс, нервы, вырывается изнутри слезами. Господи. Адреналин - жмёт по венам откатом и трясёт, как же меня трясёт. - Ос? - визг на грани крика. Ненужный вдох, как дань прошлому. Рывок. Целует. Сминает мои губы своими, сжимает в объятиях, прикрывает томно глаза и скользит в мой рот своим языком. Сука. Но придушу гадину позже. Падаю на него полноценно, всем телом, хватаюсь руками за волосы, вплетаю, глажу руками тело, отвечаю, отвечаю, отвечаю. Запальчиво и сильно, напираю, целую так, словно это первый и последний раз в моей жизни. Вкуса нет, привкусов никаких - он чист, как слеза, без запахов и ароматов, лишь тонкие нотки чего-то моего от его одежды. От этого кроет, мне нравится, глупо и необычно, но мне нравится. Хочу ещё. Ещё! Руками на бёдра, закидываю его ноги себе на талию, толкаюсь пахом в пах и стону, ожидая ответного стона. Но нет, но тишина, и лишь дышу заполошено. А он нет. И это странно, это, блять, так странно, но всё равно хорошо. Глажу, сдираю вещи, с меня, с него, к чёрту - боль в спине и жёсткий пол. Всё к чёрту - он мой. Мой. МОЙ. Не отдам, не отпущу, буду рядом. И пусть нас проклинают. Мы обнажены, лежим, ласкаемся, целуемся, откровенно сходим с ума. Или это только я? Какая разница, если он тоже горит и сгорает. Не понимаю, тёплый он или холодный - мне нереально жарко. Мне страшно. Я... Я не думаю, просто беру то, чего давно хотел, но боялся озвучить даже мысленно - самому себе. Готовлю парня скрупулёзно, вылизываю шею, проникаю пальцами, облизанными своими же губами, внутрь. Не шипит, не морщится, не ойкает, не зажимается. Тварь! Как мне понять-то? Но всё равно действую, потому что он сам меня тянет на себя, потому что сам раскрывается, подставляется, разводит шире ноги и гнётся в спине. В глазах нет поволоки, но они блестят, они так чудовищно сильно блестят, что я задыхаюсь, просто не понимаю, что творю. Вырываю пальцы из нутра и тут же толкаюсь, в него, в саму суть, позволяя себе войти сразу на всю длину. Обхватывает, утыкается носом в шею, держится, не терпит, но мне кажется, что испытывает боль. Отстраняюсь, смотрю на него, но нет, подаётся на меня, сам подаётся, дрожит, вздрагивает, трепещет, требует телом. И я следую зову. Двигаюсь, в него, жарко и слитно, громко стоная, смотря на Оса. Прикрывает глаза, подмахивает, улыбается своим оскалом, но я-то знаю, что это улыбка, и движется мне навстречу. Как же прекрасно. Голову мутит, ведёт, меня мотает, чуть ли не теряю сознание от давно забытых ощущений. Слишком давно никого не было, слишком давно я так никого не желал, слишком живо заклинился на Осе. Толчок, вскрик, сильнее, упруго, внутри мягко и узко, ещё, толчок, ещё и ещё. Дыхание на пределе. Сильнее, крик на грани. Изливаюсь в Оса, целуя его в губы, чувствуя, как так же сильно отвечает, как его передёргивает от... удовольствия? Как блаженно щурит глаза и гладит меня по волосам. Молчание, тишина, целый мир - один на двоих и больше ничего не надо. Ничего. И тут осознаю. Лёжа на нём. Просто тупо понимаю - я кончил в него. Может, следовало выйти? Хотя, Ос по ходу счастлив. А могут ли быть зомби счастливы? Что у них атрофировано, а что нет? Смотрю на синеглазку - рассматриваю, лежит, не дышит, глазами не моргает - аж страшно, не сдох ли окончательно. Как был - чистый, не влажный, не запыхавшийся - реально, блять, страшно. - Я кончил, - почему-то замечаю вслух очевидное, выходя из парня. Кивает. Улыбается-скалится, показывает большой палец. Пиздец, это типа я - молодец, что ли? - А ты? - спрашиваю у него. Кивает. - Не понял. Показывает на пальцах - "тоже". Смотрю ему в глаза - улыбается (вот сейчас его улыбка реально БЕСИТ!), смотрю на член - так и валяется на животе - мягкий. И ни капли семени. Твою мать. - Как? - только и выдохнул я, не понимая ровным счётом ничего. "Морально", - по буквам пальцами-пантомимой и снова скалится, зачем-то вздыхает. Морально? Отлично. И как теперь быть? "Мне понравилось. Правда. Просто я... другой, но это не значит, что я бесчувственный", - язык жестов, а мне бы голос послушать. - Хотелось бы... полноценного... контакта, - тихо сказал я зомбику, закусив губу. "Для меня это полноценно. Просто привыкни", - просит, а я понимаю, что... Да, привыкну. Не может быть иначе. Это его реальность, его свойства существования, его организм, отличный от моего. Так кто я такой, чтобы оспаривать то, в чём Ос понимает больше меня? Главное, что ему хорошо, что он... да, он счастлив. И я вижу это. Я вижу это в нём! Странная из нас вышла пара. Мне приходится рано вставать, будить его, кормить и укладывать вновь после бурной ночи. А то не комильфо проснуться оттого, что мой благоверный меня укусил. Часто думаю о том, а если укусит - что дальше? Мы будем вместе? Мы сможем? Как это вообще будет? Ответов нет и их страшно получить, зная, что однажды так оно и случится. А пока... Пока я своеобразно не одинок. По-своему счастлив. До странного живой. И самое необычное то, что да - мы ссоримся. И я его убиваю в пылу злости, запале, ярости - чертовски привычно. А он... Он вновь принимает свой вид и терпеливо ждёт новую мышку. Ни разу так мне и не ответив выпадом на выпад. И мне кажется... кажется, что это своего рода чувства. Глупо? Да. Но других объяснений у меня нет. Да и не надо. Зачем причины, если и так всё в меру сил реальности отлично.