История о Лили Эванс

1 сентября 1971

      Наконец поезд остановился. Юные волшебники неспешно вышли из вагонов. Толпа студентов, которую Лили видела на вокзале, казалось, стала ещё больше. Старшие ребята в чёрных мантиях неторопливо разбредались в разные стороны. Всем им уже были знакомы здешние места. Лишь горстка растерянных первокурсников стояла в сторонке, отстранившись от непрерывно движущейся живой массы.       Эванс наблюдала за водоворотом студентов, перемещающихся по платформе, словно в танце. Она не могла толком рассмотреть ни одного человека: стоило ей сосредоточиться на ком-то, как он тут же, словно по волшебству, исчезал из поля зрения. Не успела девочка опомниться, платформа практически опустела. Лили вдруг осознала, что Северуса рядом нет, да и Марлин куда-то пропала. Вокруг неё стояли совершенно незнакомые дети, такие же потерянные и испуганные, как и она.       Оглядевшись по сторонам в поисках хоть кого-нибудь знакомого, Лили заметила огромного косматого человека с чёрной копной непослушных волос. По сравнению с ней, он был чуть ли не в несколько раз выше и намного крупнее. Петунья часто повторяла, что нельзя разговаривать с незнакомыми людьми, однако этот незнакомец больше походил на великана, к тому же он был взрослым, а значит, знал, что им делать и куда идти. Её ничуть не пугал устрашающий вид мужчины, в отличие от сестры, она не придавала внешности собеседника такого огромного значения. Сгорая от нетерпения, девочка направилась к незнакомцу. Кто знает, возможно, именно этот человек станет следующей главой в её волшебной истории?       — Здравствуйте, — Лили приветливо улыбнулась. Ей пришлось задрать голову вверх, чтобы увидеть бородатое лицо собеседника. — Я Лили Эванс. А вас как зовут?       — Можешь звать меня Хагрид, я здешний лесничий, — великан добродушно улыбнулся в ответ.       — А вы случайно не знаете, как нам попасть в Хогвартс?       — Случайно знаю, — рассмеялся Хагрид, окинув взглядом новоприбывших учеников, в недоумении толпившихся на перроне в своих новеньких школьных мантиях. — Первокурсники, все сюда!       Лесничий проводил детей до озера и усадил в волшебные лодки, плывущие самостоятельно прямиком к школе. Это был огромный готический замок с маленькими окошечками на башенках, кажущимися отсюда крошечными, гигантскими витражными стёклами и высокими колоннами, украшенными статуями и фресками. Лили в жизни не видела ничего подобного, ничего настолько масштабного и изумительного. Конечно, она много раз представляла, как может выглядеть волшебная школа, мысленно собирая образ, сотканный из кусочков рассказов Северуса. По вечерам она пыталась предугадать все чувства и эмоции, которые обязательно испытает, когда впервые её увидит. Однако сейчас, когда Лили наконец-то оказалась здесь, так близко к своей мечте, она испытывала безграничное удивление и восхищение, не сравнимое с тем, что она рисовала в своей голове.       Как только девочка сошла с лодки, плывшей одной из последних, Хагрид повёл первокурсников к массивным деревянным дверям, возле которых стояла уже знакомая Лили профессор МакГонагалл, одетая практически также, как и во время их первой встречи.       — Добро пожаловать в Хогвартс, — поблагодарив Хагрида, женщина поприветствовала юных волшебников. — Перед началом банкета по случаю начала учебного года, вас разделят на факультеты. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин. Прошу вас, отнеситесь к отбору со всей серьёзностью. Факультет всё равно что вторая семья на время вашего пребывания в стенах замка. Вам предстоит вместе учиться, есть и спать, и, конечно же, проводить свободное время в комнате, специально отведенной для вашего факультета. Пока вы будете учиться в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему факультету призовые очки, а за каждое нарушение распорядка очки будут вычитаться. В конце года факультет, набравший больше очков, побеждает в соревновании между факультетами — это огромная честь. Надеюсь, вы станете достойными представителями домов великих основателей, — профессор оглядела растерянно смотрящих на неё новичков. — А теперь прошу за мной.       В тот же момент двери распахнулись, открывая первокурсникам дорогу в мир магии. Лили была в неописуемом восторге. Этот зал по праву назывался Большим! Всё же Северус не обманул — потолок в точности копировал звёздное небо, которое Лили несколько минут назад видела над головой, и всё же, несмотря на это, благодаря множеству свечей под каменными сводами очень светло. Чувствовалась торжественная атмосфера. Все первокурсники с таким же восторгом рассматривали старинный замок. Даже чистокровные волшебники, пытающиеся казаться возвышенными аристократическими натурами, волновались и трепетали в предвкушении важнейшего сообщения в их школьной жизни.       Распределение началось!       — Гриффиндор, Слизерин, Слизерин, Хаффлпафф, Рейвенкло, Хаффлпафф, Гриффиндор, Хаффлпафф, Слизерин, Рейвенкло… — раздавались возгласы Распределяющей шляпы, лишь только она касалась головы очередного ребёнка. Помещение вновь и вновь погружалось в тишину, но лишь на минуту, которую тратил первокурсник, чтобы подняться к шляпе и пройти распределение, после чего зал снова взрывался овациями.       — Эванс, Лили! — произнесла профессор МакГонагалл.       С каждой минутой волнение в зале нарастало. Медленными шагами Лили поднялась по ступенькам, не отрывая глаз от пола, будто боялась оступиться и упасть. Она почувствовала, как трясутся колени, когда садилась на стул, на котором уже успел посидеть не один первокурсник до неё. Никогда прежде Лили не чувствовала себя настолько некомфортно: в эту секунду взгляды всех присутствующих были направлены на неё. Впрочем, это было совершенно неудивительно: каждый студент, сидящий за столом своего факультета, затаил дыхание, ожидая вердикт Распределяющей шляпы. Всем хотелось, чтобы новичок был распределён именно на их факультет.       — Так, так, так, посмотрим, что тут у нас, — раздался скрипучий голос в голове Лили, как только профессор МакГонагалл коснулась Шляпой рыжих волос. — Как интересно… Вижу, ты умна и не боишься трудностей, в Рейвенкло оценили бы твой интеллект и стремление к совершенству, однако ты отважна и не страшишься встать на защиту того, кто слабее. У тебя доброе сердце. Ты обладаешь силой воли и чувством справедливости. Ум и рассудительность идут бок о бок с авантюризмом, а друзья для тебя имеют высшую цену…       — Гриффиндор! — провозгласила Шляпа спустя несколько мгновений, которые показались девочке вечностью.       Всё произошло так быстро и неожиданно, что Лили не успела даже подумать об обещании, когда-то данном другу. Разум был затуманен, а от переизбытка эмоций кружилась голова. Стол львиного факультета в очередной раз взорвался оглушающими аплодисментами. Крики и свист с быстротой молнии наполнили зал. Эванс села за стол красно-золотого факультета под дружное улюлюканье и поздравления. С головой окунувшись в этот бурлящий поток, Лили не могла думать ни о чём другом. И, конечно же, она не заметила пристального взгляда Северуса, стоявшего в толпе первокурсников в ожидании своей очереди. Окружённая новыми знакомыми, девочка даже не посмотрела в его сторону, словно позабыв о существовании лучшего друга. Снейп сверлил её взглядом, наблюдая за тем, как она разговаривает с какими-то рыжеволосыми близнецами-старшекурсниками. Он заметил рядом с Лили одного из тех несносных мальчишек, с которыми им не посчастливилось оказаться в одном купе, однако девочка проигнорировала его реплику, когда он обратился к ней, что Северус посчитал хорошим знаком. Излишнее дружелюбие зеленоглазой волшебницы могло сыграть злую шутку со Снейпом.       Лили никогда не видела столько блюд сразу. Тарелки наполнялись сами собой, и девочка сочла это просто невероятным. Внезапно прямо из стены вышел человек, вернее, вылетел, и это был не совсем человек… Эванс не сразу осознала, что видит самого настоящего призрака, и даже не одного! Духи парили в воздухе, переговариваясь между собой, и тут же опускались к столам факультетов, то и дело обращаясь к сидевшим за столами студентам, для которых подобное было чем-то само собой разумеющимся. Лили очень боялась показаться смешной и глупой, однако никто из её новых знакомых ни разу не подшутил над ней из-за её реакции. Некоторые старшекурсники за столом оказались маглорождёнными и прекрасно понимали замешательство девочки, другие же, хоть и были чистокровными волшебниками, даже не думали смеяться или подшучивать над новичками. Вероятно, Северус был прав, в Хогвартсе чистота крови и впрямь ни на что не влияла.       После ужина старосты провели первокурсников в гостиную. Лили немного побаивалась их после всего, что рассказала пятикурсница Патриция Рейкпик, сидевшая рядом с близнецами Фабианом и Гидеоном Пруэттами, рассказывающими Эванс и другим первокурсникам о профессорском составе. Лили сразу отметила для себя, что со старостами лучше не спорить: ей очень уж не хотелось рисковать баллами факультета, заработать которые, как ей казалось, было гораздо труднее, чем их потерять.       В общую комнату Лили влюбилась с первого взгляда. У неё не было ни малейшего сомнения в том, что это место в скором времени станет для неё настоящим домом: атмосфера уюта в мгновение ока избавляла от тревожных мыслей, красно-бордовые и золотые цвета согревали одним своим видом, создавая домашнюю атмосферу. А от одного только взгляда на камин и стоящие возле него мягкие кресла и диваны у Лили перехватило дыхание. Гостиная была переполнена студентами с разных курсов: гриффиндорцы были чрезвычайно любезны и приветливы по отношению к новичкам. Они наперебой расспрашивали первокурсников о том, всё ли им нравится и как они находят свою новую обитель. Лили не успевала запоминать новые лица и имена, однако улыбка не сходила с её лица. Она заметила, как Фабиан, или же Гидеон — она не была уверена, что хоть когда-нибудь научится их отличать, — что-то рассказывает Джеймсу и Сириусу, а Патриция даёт Марлин советы, какие занятия можно прогулять, а какие не стоит. Лили была безумно рада, что они с Марлин попали на один факультет, хотя не могла сказать того же о мальчишках из поезда, которые так грубо поступили по отношению к Северусу. Впрочем, в гостиной было и без того оживлённо: старшие ребята, разбившись на компании, болтали между собой. Некоторые из них сидели возле камина и обсуждали последние новости магического мира, другие же стояли чуть поодаль и делились впечатлениями от летних каникул.       Лишь оказавшись в комнате, она наконец-то познакомилась со своими соседками, одной из которых, к счастью, стала Марлин. Девочки сдружились за время поездки, и, несмотря на недолгое знакомство, Марлин вполне могла претендовать на место лучшей подруги Лили. Не сговариваясь, они приняли решение держаться вместе. Почти все старшекурсники, которых они сегодня повстречали, передвигались по замку парами или небольшими группами, так что их решение было небезосновательным.       Ещё одной её соседкой стала Мэри Макдональд, которую, откровенно говоря, до этого момента Лили совсем не замечала. Мэри была похожа на фарфоровую куклу с волосами цвета светлого блонда, небесно-голубыми глазами и мягкими чертами лица. Она держалась в стороне во время ужина и сразу направилась в комнату, вместо того, чтобы остаться в гостиной с однокурсниками. Даже теперь она чертила что-то в альбоме для рисования, сидя на своей кровати. Она отвечала на вопросы и вела себя довольно дружелюбно, хоть и казалась несколько настороженной. Лили сразу отметила про себя, насколько же её поведение отличается от поведения Марлин: в отличие от чрезвычайно общительной и активной МакКиннон, которая, казалось, не умолкала ни на минуту, Макдональд не так быстро сходилась с людьми.       Четвёртой обитательницей комнаты была Алиса Стоун. Она была на полголовы ниже своих соседок, однако это нисколько не умаляло её решительного настроя завязать с ними самые дружеские отношения. У неё были тёмно-каштановые волосы и большие карие глаза. Алиса сразу показалась Лили невероятно милой. Она сразу же бросилась расспрашивать их с Марлин о том, откуда они приехали и были ли в их семьях волшебники, а также выяснять их предпочтения и привычки соседок, чтобы определиться с правилами для комфортного совместного проживания.       Лили вздохнула с облегчением, когда поняла, насколько ей повезло. Перед самым отъездом мама сказала ей, что от того, сможет ли она подружиться со своими соседками, будет зависеть то, как пройдут её школьные годы. Это имело смысл. В конце концов им предстояло провести под одной крышей целых семь лет, и для одиннадцатилетней девочки этот срок казался ужасно долгим! Она принялась распаковывать чемодан, уже лежавший возле одной из кроватей. Ей понравилось раскладывать вещи на собственной полке в шкафу и наводить порядок на прикроватной тумбочке. Старосты показали первокурсникам, где висит расписание, и объявили, что проводят их к нужному кабинету после завтрака. Пожалуй, первый учебный день Лили ждала даже больше, чем саму поездку в Хогвартс. Ей не терпелось приступить к изучению самой настоящей магии! Она пообещала себе приложить все усилия, чтобы стать самой настоящей волшебницей, и была вполне уверена в собственных силах.

2 сентября 1971

      Лили до сих пор не могла поверить, что ей придётся изучать такие предметы, как Трансфигурация или Полёты на метле. Это казалось ей чем-то поистине невероятным. Весь вечер они с Марлин расспрашивали своих чистокровных подруг о том, как себя стоит вести и что нужно делать, однако ни Алиса, ни Мэри так и не смогли дать им хоть сколько-то вразумительный совет. Обе девочки совершенно не понимали, почему соседок так удивляют совершенно простые вещи. Конечно, в школе было множество маглорождённых волшебников, поэтому Лили не чувствовала себя слишком странно и неловко. Она заранее договорилась с Марлин о том, что на занятиях они будут сидеть вместе, поэтому Алиса условилась о том же с Мэри.        Проснулась Лили задолго до будильника и, несмотря на то, что легли они с девчонками довольно поздно, чувствовала себя вполне бодрой и даже отдохнувшей. Она быстро умылась, оделась в новенькую форму и посмотрела в зеркало. На мантии теперь красовалась красно-жёлтая эмблема факультета, прикрепить которую ей вчера помогла Патриция. До завтрака оставалось чуть больше часа. Лили решила дать соседкам шанс отоспаться перед началом занятий и, прихватив первый попавшийся учебник, вышла из комнаты. Лили собиралась немного почитать, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, к чему стоит быть готовой. Она спускалась по лестнице, уткнувшись в книгу, как иногда поступала Петунья, когда была очень увлечена чтением. На удивление, идти с книгой в руках оказалось даже легче, чем могло показаться со стороны.       Ей казалось, что ещё довольно рано, и Лили не рассчитывала наткнуться на кого-то из своих новых одногруппников, однако гостиная была отнюдь не пуста. Сперва она заметила старосту, кажется, с седьмого курса, который показывал им расписание. Лили не помнила его имени, зато прекрасно помнила выражение его лица, когда он строго-настрого наказывал первокурсникам не нарушать правила и не бродить по коридорам после отбоя. Не то чтобы Лили собиралась нарушать правила, но суровый взгляд и строгий голос старшекурсника оставили неизгладимое впечатление. За письменным столом в углу комнаты сидели две девушки и тихо о чём-то разговаривали. На диване возле камина расположилась парочка. Темноволосая девушка сидела едва ли не на коленях у одного из братьев Пруэтт, и Лили постеснялась его отвлекать. На одном из диванчиков, расположенных у окна, сидел мальчик, который, как и Лили, только вчера поступил на Гриффиндор. Его русые волосы были слегка растрёпаны, а на лице Лили заметила несколько довольно крупных шрамов. Он читал учебник Трансфигурации и совершенно не обращал внимания на людей вокруг.       — Доброе утро, — Лили остановилась у окна и приветливо улыбнулась.       — Здравствуй, — мальчик устремил свои серо-голубые глаза на неё. Почему-то он выглядел очень уставшим. И чего ради он встал в такую рань, если совсем не выспался?       — Сказать по правде, я совсем не ожидала увидеть здесь кого-то так рано, — девочка присела рядом, не дожидаясь приглашения. — А тут вот уже сколько народу!       — Ну, не знаю, я вот всю ночь не мог глаз сомкнуть, — признался юный волшебник и вновь вернулся к изучению книги. — Думал почитать, чтобы отвлечься, но мои соседи ещё спят. Решил, что лучше посидеть тут, чем читать в темноте.       — О, мои соседки тоже ещё не проснулись, и я тоже решила, что хочу немного почитать, — Лили положила учебник Зельеварения на колени. — А ещё, кажется, вчера мы так и не успели познакомиться. Меня зовут Лили Эванс, а тебя?       — Римус Люпин, очень приятно, — мальчик выглядел так, словно присутствие Лили причиняет ему физическую боль. Лили внимательно на него посмотрела: было в нём что-то такое, что ей сразу же приглянулось. Почему-то ей захотелось познакомиться с ним поближе. Обычно она не приставала к людям, если замечала, что ей не рады, но в этот раз решила пойти напролом. Уж очень ей хотелось завести как можно больше друзей на факультете.       — Знаешь, у меня почему-то такое чувство, что мы с тобой поладим, — неожиданно произнесла Лили. Она продолжала сверлить мальчика взглядом своих изумрудных глаз, будто надеялась его загипнотизировать.       — Почему ты так думаешь? — поинтересовался Римус, впервые оторвав взгляд от страницы учебника. Итак, ей удалось его заинтересовать, полдела сделано, осталось только закрепить результат.       — Ну, как минимум потому, что нам обоим пришла в голову одна и та же мысль, а это уже что-то значит, — она пожала плечами. — В любом случае, я бы хотела с тобой дружить!       — Почему? — Римус недоверчиво посмотрел ей прямо в глаза.       — А разве для этого нужна причина?       — Не знаю, никогда не думал об этом… — Римус соврал бы, если бы сказал, что не счёл собеседницу несколько странной. Никогда прежде никто не предлагал ему дружбу настолько бесцеремонным образом. Впрочем, никто и никогда не предлагал ему дружбу до этого дня, так что он не был уверен в том, как ему следует поступить, однако обижать собеседницу ему не хотелось. В конце концов, им предстояло учиться вместе целых семь лет, было бы глупо портить взаимоотношения с первого же дня.       — Значит, с этого момента мы друзья! — заключила Лили, искренне улыбнувшись.       — Хорошо, если ты так этого хочешь, значит, будем дружить, — он закрыл книгу и слегка развернулся по направлению к собеседнице. — Ты ведь не из семьи волшебников?       — Так заметно? — Лили отложила учебник в сторону и расправила юбку. Неужели все, с кем она познакомится, будут задавать ей один и тот же вопрос?       — Ты куда более общительная, чем принято в магическом мире. Не думаю, что это плохо, просто непривычно.       — А ты, получается, из семьи волшебников?       — Я полукровка, — Римус покачал головой. — Мой папа волшебник, а мама — нет. Но папа многому меня научил, поэтому я не особо беспокоюсь о занятиях.       — Ого, это так здорово! Я бы тоже хотела знать всё заранее, — вздохнула Лили. — Ты просто не представляешь, как мы с Марлин, моей соседкой, переживаем! Это всё так странно, но так интересно! Мне до сих пор трудно поверить, что я действительно тут!       — Да уж, мне тоже, — Римус сдавленно улыбнулся, однако Лили не стала ничего уточнять, точно почувствовав, что в этой ситуации куда лучше будет промолчать.       Разговорить Римуса оказалось куда проще, чем она изначально предполагала. Конечно, он был довольно замкнутым и не спешил делиться с ней информацией о себе, однако после знакомства с Мэри, Лили подобное поведение ничуть не удивляло. Зато она многое рассказала о себе, и это, кажется, произвело на мальчика хорошее впечатление. Римус внимательно её слушал и изредка тоже что-нибудь рассказывал. Она оказалась не такой уж и странной, как он поначалу подумал, и общаться с ней было приятно. Римус и подумать не мог, что в компании этой рыжеволосой особы будет чувствовать себя настолько комфортно. Время пролетело незаметно, и опомнились они, лишь заметив, что народу в гостиной стало значительно больше.       — Ого, уже почти восемь, что ли? Офигеть, мне казалось, мы и двадцати минут не проговорили, — Лили нахмурилась, бросив взгляд на часы, висевшие над пробковой доской для объявлений. — Наверное, стоит проверить, встали ли мои соседки, а то, боюсь, они такими темпами пропустят завтрак. Рада была с тобой познакомиться, Римус! Увидимся в Большом зале! — улыбнувшись, Лили скрылась на лестнице, ведущей в женские спальни.       Лили и впрямь не ошиблась, предположив, что соседки всё ещё спят. И всё же это было удивительно, ведь она отчётливо помнила, как вчера перед сном каждая из них завела будильник на половину восьмого. Свой будильник Лили выключила перед тем, как выйти из комнаты, а вот остальные три должны были сработать ещё двадцать пять минут назад. Однако, подруги по-прежнему мирно спали, спрятавшись от ярких солнечных лучей за плотными пологами кроватей.       — Доброе утро, девочки! — громко крикнула она, надеясь, что это произведёт должный эффект. — А ну-ка вставайте, а то так всю жизнь проспите! Марлин, подъём!       Лили одёрнула полог и взглянула на подругу, уткнувшуюся носом в простыню. Она лежала, раскинув руки и ноги, как морская звезда, и мирно посапывала. Кровать её выглядела так, словно по ней прошёлся мини-торнадо: одеяло валялось на полу, подушка покоилась на тумбочке, а простынь была скомкана так, что лишь чудом оставалась на прежнем месте. Лили была уверена, что вчера вечером кровать Марлин выглядела вполне прилично. Едва ли она могла пропустить какую-то грандиозную вечеринку у себя под боком, однако иного объяснения подобному виду спального места у неё не было.       — Давай, Марлин, поднимайся! — Лили ткнула подругу в плечо, но та даже не пошевелилась.       И всё же какой-никакой успех имелся: вместо Марлин проснулась Алиса. Она собственноручно приоткрыла полог своей кровати, направив сонный взгляд на Лили, ставшую причиной пробуждения.       — Лили? Ты чего раскричалась? — Алиса зевнула, прикрыв рот ладонью, и потянулась. — Сколько времени?       — Без пяти восемь, — Эванс вновь потрясла Марлин за плечо, на этот раз сильнее, однако толку от этого всё ещё не было.       — Сколько? — на этот раз голос раздался из-за полога Мэри. Девочка тут же вскочила на ноги и схватила будильник с прикроватной тумбочки. — Вот блин! Почему он не сработал?       — Без понятия, я сидела в гостиной, но поняла, что вас до сих пор нет, и пошла проверить, встали ли вы, а тут это, — Лили взяла будильник Марлин и вновь завела его, поставив у самого уха подруги. — Боже, это какой-то кошмар, она спит как убитая!       На этот раз попытка вырвать Марлин из царства Морфея оказалась более успешной. Девочка вздрогнула от внезапного звука и, откинув от себя источник шума, уселась на кровати.       — Почему так громко? Что происходит? Пожар?       — Хуже! — Мэри, уже успевшая умыться, вышла из ванной комнаты. — Мы проспали!       — Не может быть, — Марлин покачала головой и посмотрела на Алису, которая с большим трудом оторвала себя от кровати и теперь направлялась в ванную.       — К сожалению, очень даже может, — поджала губы Лили, — завтрак уже начался.       — Чего? — Марлин резво вскочила с кровати и принялась натягивать на себя школьную форму. — Ну нет, завтрак мы пропустить никак не можем!       — Если бы я знала, что тебя так мотивирует еда, сразу бы начала тебя будить с этой фразы, — рассмеялась Лили.       Римус решил последовать примеру Лили, так как нисколько не сомневался в том, что, его проговорившие половину ночи соседи, до сих пор не проснулись. Конечно, он мог бы проигнорировать этот факт и просто-напросто спуститься на завтрак, но подобные действия с его стороны могли привести к конфликту, который был ему совершенно не нужен. Вернувшись в комнату, он, как и Лили, обнаружил своих соседей, развалившихся на кроватях и даже не удосужившихся задёрнуть пологи своих кроватей. Судя по всему, ни солнечные лучи, ни непрекращающийся звон будильника их вовсе не тревожили. Покачав головой, он выключил будильник Джеймса, после чего распахнул окно, впуская в комнату свежий воздух. С кровати Блэка раздалось недовольное бормотание. Римус заметил, как Сириус натянул одеяло на голову, и тяжело вздохнул.       В отличие от Сириуса и Джеймса, воплощавших в себе понятие «гиперактивность», четвёртый сосед Римуса — Питер Петтигрю — казался совершенно невзрачным. Римус никогда не считал себя очень активным и общительным, однако в сравнении с Питером вполне мог сойти за такого. Питер был слишком уж скромным, неторопливым и тихим. Даже внешне со своими светлыми, мышино-коричневыми волосами и пугливыми водянистыми глазками он совершенно не выделялся из толпы. По правде сказать, соседи по комнате сперва даже не обратили на него внимания: невысокий сутулый мальчишка в мешковатом свитере под мантией и потерянным взглядом не мог привлечь к себе внимание однокурсников, даже стоя прямо перед ними.       — Ребята, вставайте, — впервые в жизни слова Римуса прозвучали настолько твёрдо. Он и подумать не мог, что умеет так разговаривать. Неужто на него так сильно повлияла рыжеволосая одногруппница? Подружившись с Лили, Римус почему-то почувствовал себя увереннее.       — Отстань, — раздалось почти что одновременно с кроватей Сириуса и Джеймса.       — Доброе утро, Римус, — тихо произнёс Питер. Мальчик потёр глаза и, потянувшись, медленно вылез из-под одеяла.       — Доброе, Питер. Одевайся и помоги мне, пожалуйста, разбудить Джеймса и Сириуса. У нас осталось не так много времени до начала занятий.       — Ещё пять минут, — промычал Поттер в подушку.       — Через пять минут начнётся завтрак. Конечно, вы можете на него не идти, если не хотите, но, по крайней мере, позвольте мне убедиться, что вы встали с кроватей, иначе наш факультет потеряет баллы в первый же день, — Римус закинул учебник Трансфигурации в сумку.       Джеймс нащупал на прикроватной тумбочке очки и, наконец-то разглядев циферблат часов, соизволил подняться. В кровати оставался только Блэк, разбудить которого, казалось, не смог бы даже звук набата. И всё же, учитывая события прошлого вечера, Римуса такой исход вовсе не удивил: в честь начала учебного года старшекурсники устроили в гостиной самую настоящую вечеринку. Джеймс и Сириус узнали об этом совершенно случайно от близнецов Пруэтт, с которыми быстро нашли общий язык, и, несомненно, решили, что не могут пропустить такое событие. Конечно, совершить задуманное им не удалось, так как старосты выпроводили всех первокурсников из гостиной ближе к комендантскому часу и тщательно следили за тем, чтобы новички оставались в своих комнатах, и всё же это открытие произвело на мальчишек такое сильное впечатление, что уснуть они смогли лишь перед самым рассветом.       — О, я знаю беспроигрышный вариант! Отойдите в сторону. Агуаменти! — Джеймс направил волшебную палочку на Блэка: тоненькая струйка чистейшей, ледяной воды полилась прямо в лицо мальчику. — Давно хотел на ком-нибудь это попробовать! — заметив удивлённые взгляды Римуса и Питера, он поспешил пояснить. — Меня так отец будил, когда я отказывался вставать. Это заклинание изучается только на старших курсах. Очень трудное. Я целый год убил на его изучение, чтобы ему отомстить. Правда, так и не смог проснуться раньше него…       — Чёрт! Твою ж налево! Что за… Поттер! А я-то думал, мы друзья! — воскликнул разъярённый Сириус, вытирая рукавом пижамы воду с лица.       — Конечно друзья, вот я и спасаю твою задницу от опоздания в первый же день! — усмехнулся Джеймс, взъерошив волосы свободной рукой. — Одевайся и пойдём. Если не встанешь сейчас, на завтрак вообще не успеем.       Перепрыгивая через несколько ступенек сразу, мальчишки вбежали в Большой зал. Столы факультетов были практически пустыми: большинство студентов уже закончили трапезу и разошлись по кабинетам, однако были и те, кто также, как и юные гриффиндорцы, не сумели справиться с ранним подъёмом. Римус сразу же заметил яркую макушку Лили в компании подруг, которые как раз вставали из-за стола. Лили что-то сказала трём девчонкам, имена двух из которых Люпин пока что не знал, и направилась к первокурснику в форме Слизерина, дожидавшемуся девочку у дверей. Римус ещё вчера заметил этого мальчишку и то, каким взглядом он смотрел за тем, как Лили направляется к столу Гриффиндора во время распределения. Римус вряд ли смог бы объяснить причину, однако было во взгляде мальчика нечто такое, что ему ужасно не понравилось.       — Я даже не думала, что тут есть сдвоенные занятия! Ты видел? Это так здорово! Мы можем сидеть вместе на Зельеварении! Я уже предупредила Марлин, она сказала, что не против сесть с кем-нибудь ещё, — Лили ткнула пальчиком в бумажку-расписание и улыбнулась другу.       — Да, давай, — только и успел сказать Северус, не сводя тёмных глаз с радостного личика подруги. У него накопилось множество вопросов, которые он должен был ей задать: ему безумно хотелось узнать, как Лили устроилась и всё ли у неё в порядке, хотелось обсудить с ней вчерашний вечер и рассказать про своих новых знакомых, вот только времени на разговоры совсем не осталось.       — Лили, пойдём быстрее! — Лили обернулась, услышав голос Алисы.       — У нас сейчас Трансфигурация! Патриция сказала, что на неё ни в коем случае нельзя опаздывать, — крикнула Марлин, размахивая листочком над головой.       — Иду! Ещё увидимся, Сев, — Лили быстро обняла друга на прощание. — И не забудь, что мы сидим вместе на Зельеварении! Девчонки, подождите меня!