История о Лили Эванс

17 апреля 1973

      С самого утра Римус места себе не находил, то и дело поглядывая на часы, точно приближающийся вечер значил для него гораздо больше, чем он был готов показать. Как обычно, он предупредил своих соседей, что ему придётся на пару дней вернуться в Лондон к больной матери, но в этот раз что-то явно было не так. Обычно Сириус тут же закидывал его вопросами о самочувствии несчастной родительницы и просил передать ей «большой привет», а Джеймс и Питер желали ей скорейшего выздоровления, однако сегодня они ничего ему не ответили, лишь как-то странно переглянулись между собой. Ни разу за два прошедших года он не видел своих одноклассников настолько тихими. В голове тут же промелькнули самые страшные опасения. Римус едва досидел до конца занятий и теперь прятался в комнате в ожидании ужина, после которого ему предстояло покинуть замок. Он понятия не имел, куда пропали его соседи, и, по правде говоря, не горел желанием их видеть, и уж тем более с ними разговаривать.       Громкие голоса в коридоре заставили его поморщиться. Хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы избежать разговора, от одной мысли о котором на лбу выступали мелкие капельки пота. Дверная ручка повернулась, и в комнату буквально ввалились задыхающиеся от смеха Джеймс и Сириус. Питер вошёл следом. Он казался несколько встревоженным, что никак не увязывалось в голове с настроением Поттера и Блэка.       — О, Рем, вот ты где! А мы тебя по всему замку разыскивали! — весело воскликнул Джеймс, закинув руку на плечо друга. — Что-то ты подозрительно тихий сегодня! Весь день молчишь, как будто на тебя «Силенцио» наложили…       — Вот-вот! Даже не похвалил мою причёску, а я целых полчаса убил на то, чтобы волосы лежали идеально! Неужто плохо получилось? — Блэк приблизился к нему с другой стороны, точно пытаясь отрезать любой путь к отступлению. — Джим, как ты считаешь?       — Да нет, отлично получилось! Так ведь, Пит?       — Ага, очень хорошо! — Питер встал перед Римусом и уставился на Блэка, точно ожидал от него какой-то реакции на свой комплимент.       — Ну вот, получается, проблема не во мне, — усмехнулся Сириус, — нет, конечно, я и не думал, что она может быть во мне. Дайте-ка подумать, быть может, проблема в том, что сегодня у нас полнолуние?       — Не думаю, что полнолуние может повлиять на твою причёску, — нахмурился Римус, сделав шаг назад, планируя избежать дальнейшего разговора, однако позади него находилась кровать. Отступать было попросту некуда. Упоминание полнолуния Сириусом выбило его из колеи. Он много раз представлял себе этот разговор, но то, что происходило теперь, никак не укладывалось в голове. Он понятия не имел, чего стоит ожидать, но понимал, что вряд ли сможет защититься в случае необходимости. Джеймс и Сириус были куда сильнее, чем он, да и Питер был, очевидно, на их стороне.       — Ты прав, на причёску оно не влияет. Я в любую фазу луны идеален, в отличие от некоторых.       — Не понимаю, что ты имеешь в виду, — отрицать что-либо было ужасно глупо, но что ему оставалось? Римус опустил глаза, понимая, что в данной ситуации спасти его может, разве что, чудо.       — Да брось, Рем, мы же не слепые! Ну, по крайней мере большая наша часть, — Сириус подмигнул лучшему другу. — Не в обиду, Джим!       — Ой, да пошёл ты, — рассмеялся Поттер, поправив съехавшие на кончик носа очки. — Тут, знаешь ли, не нужно обладать идеальным зрением, чтобы заметить закономерность!       — Наш очкарик прав! Римус, ты случайно ничего не хочешь нам рассказать?       — Каждое полнолуние ты пропадаешь под предлогом «больных родственников», а потом возвращаешься, как выжатый лимон, — осторожно произнёс Питер, точно опасался, что скажет что-то не то.       — Точно-точно, Пит верно говорит! Я вот уверен, что у тебя даже родственников столько нет, сколько «они болеют», — Сириус изобразил пальцами кавычки и плюхнулся на соседнюю кровать.       — Интересно, о чём это говорит?       — Хорошо, да, вы абсолютно правы. Я оборотень, — Римус поднял руки в защитном жесте, точно опасался, что его могут ударить. Его слова звучали отрывисто, как будто он хотел побыстрее со всем покончить. — И что теперь?       — Ну, через полчаса у нас ужин, — Блэк посмотрел на циферблат будильника. — А потом я уже не знаю, куда ты там пропадаешь. Кстати, реально, а куда тебя прячут на время полнолуния? Как это вообще происходит?       — Больно, наверное, — поморщился Джеймс. — Ну, выглядишь ты реально плохо после полнолуния, так что, вероятно, приятного мало…       — Погодите, почему вы…       — Что? Не накинулись на тебя с кулаками? — усмехнулся Блэк, изобразив, что замахивается в его сторону. — Не знаю, как Джим, но я предпочитаю драться со змеями, а не со своими друзьями.       — С чего ты вообще решил, что мы будем тебя бить?       — Но я ведь оборотень…       — И что? А у Сириуса вон вся семья на Слизерине училась, но я ему ещё ни разу по лицу за это не заехал, — Поттер взъерошил волосы.       — И на том спасибо, — Блэк заправил тёмную прядь за ухо. — Ты ж не виноват в том, кто ты есть. Как и я не виноват в том, что у меня отвратительная семейка.       — Но что со мной будет, когда все узнают, кто я? — Люпин уже был готов идти собирать чемоданы. Он знал, чем грозит раскрытие его тайны.       — И каким же, по-твоему, образом все должны об этом узнать? — удивился Джеймс.       — Мы не собираемся никому рассказывать, — успокоил его Питер. — Мы же друзья!       — Как ты вообще мог подумать, что мы на такое способны? — оскорбился Блэк. — Разве мы хоть раз давали повод в себе усомниться?       — Если Блэк ведёт себя как клоун, это ещё не значит, что мы не умеем быть серьёзными!       — Сам ты клоун!       Внезапно Римус рассмеялся. Он хохотал так, что в глазах заблестели слёзы. Конечно, за два неполных года он успел неплохо узнать своих соседей и, вероятно, даже считал их друзьями. Несомненно, он понимал, что вечно скрывать правду не получится, ведь его поведение действительно вызывало вопросы. И всё же Римус надеялся, что у него будет достаточно времени, чтобы придумать правдоподобное объяснение. Однако все его опасения были напрасны: гриффиндорцы отнеслись к его проблеме не просто спокойно, а с их обыкновенной непосредственностью и чувством юмора. С ранних лет родители убеждали его в том, что никто не захочет общаться с таким, как он. Он сам считал себя чудовищем. Так почему же совершенно чужие люди, пару лет назад даже не знавшие о его существовании, разгадав его страшную тайну, общаются с ним так, будто он такой же нормальный, как и они?       — Ой, Сириус, а ты расскажешь Римусу про твою великолепную идею? — Питер осторожно дотронулся до мантии Блэка в попытке привлечь его внимание.       — О, а ведь и вправду! Молодец, Пит, я совсем забыл об этом, — Сириус благосклонно потрепал мальчишку по голове. — Короче, Рем, тут такое дело…       — Мы подумали, что это, наверное, невероятно скучно: сидеть всю ночь одному, — перебил его Джеймс. Он был явно взбудоражен и сгорал от нетерпения.       — В общем, мы решили, что хотим стать анимагами! — заключил Блэк и, заметив озадаченный взгляд Люпина, тут же принялся объяснять. — Джим в книжке прочитал, что оборотни не трогают животных. И не надо на меня так смотреть, мы не совсем тупые и книги тоже читать умеем!       Джеймс всем своим видом показывал, насколько ему этот план нравится: он был абсолютно уверен в его гениальности. Настолько решительным и уверенным в себе он не был даже в начале года, когда ему удалось пройти отбор в сборную Гриффиндора по квиддичу.       — Я, конечно, рад, что вы хоть что-то прочитали, — поджал губы Римус, стараясь скрыть улыбку. — Наверняка вам для этого даже пришлось сходить в библиотеку, а я вовсе не был уверен, что вы вообще знаете о её существовании.       — Эй!       — И всё же я не думаю, что это хорошая идея, — Римус нахмурился. Ему было приятно, что друзья настолько заморочились, но он не мог позволить им так собой рисковать. — Я, кажется, знаю, какую книгу читал Джеймс, и если мне не изменяет память, то это очень опасно. К тому же анимагом можно стать лишь будучи совершеннолетним, а мы всего лишь второкурсники.       — Джим, кажется, Рем подумал, что мы интересуемся его мнением, — серые глаза Блэка сверкнули в лучах заходящего солнца, когда мальчик повернулся к окну. — Дело в том, что мы уже всё решили, так что просто расслабься и получай удовольствие!

Май 1974

      К концу учебного года занятия превращались в самую настоящую пытку: профессора без умолку твердили о предстоящих экзаменах, как будто от них зависела вся жизнь и без того несчастных студентов. Вместо долгих прогулок под палящим солнцем и походов в Хогсмид за сливочным пивом им предстояло все выходные корпеть над учебниками в попытках наверстать упущенное за год халтуры и закончить скопившуюся за неделю домашку. Римус приложил немало усилий, чтобы вдолбить в головы своих товарищей, что подготовка к экзаменам действительно того стоит. Впрочем, результат превзошёл все ожидания: и Джеймс, и Сириус действительно взялись за учёбу, пусть и не без жалоб на тяготы судьбы со стороны Блэка.       Римус всегда поражался тому, как легко его друзьям даётся учёба, учитывая, что за три прошедших года они ни разу даже не сделали вид, будто им это интересно. Он был более чем уверен, что, приложи они хоть каплю усилий, смогли бы без проблем стать лучшими студентами на курсе, как он сам или Лили Эванс, с которой Римус по-прежнему поддерживал хорошие отношения.       — Итак, господа Мародёры, позвольте поинтересоваться, есть ли у вас какие-нибудь планы на ближайшее время? — Сириус замахнулся и бросил в озеро плоский камешек, который, несколько раз подпрыгнув, скрылся в толще воды.       — Неужто у вас, мистер Блэк, имеется деловое предложение? — рука Джеймса тут же взметнулась к непослушной копне. Он так часто взлохмачивал волосы, что одно только это движение вполне могло служить опознавательным знаком. — Уверен, вы просто жаждете поделиться им с нами!       — О, ваша интуиция, как всегда, на высоте, мистер Поттер! Я и впрямь сгораю от нетерпения обсудить с вами нашу общую с мистером Люпином идею. Поверьте, она приведёт вас в настоящий восторг, можете даже не сомневаться. Даже мой гениальный мозг не смог бы придумать нечто настолько бесподобное.       — И что это за идея?       — Рад, что вы спросили, мистер Петтигрю! Позвольте предоставить слово нашему молчаливому другу, — Сириус со всем присущим ему артистизмом указал на Римуса. — Прошу вас, мистер Люпин, поведайте нам, с чего всё началось.       — Недавно я перечитывал «Историю Хогвартса» и понял, что в книге есть несколько неточностей. До этого я как-то не обращал на это внимания, но в этот раз я поймал себя на мысли, что что-то явно не сходится. Судя по всему, в замке есть несколько потайных ходов. Как тот, что ведёт от Гремучей ивы до Визжащей хижины. Конечно, этот проход появился совсем недавно, так что о нём нет никаких упоминаний, но зато есть другие.       — Когда Рем рассказал об этом, я понял, чего нам не хватает!       — Свободного времени?       — Здравомыслия?       — Девушек?       — Последнего нет только у тебя, Пит, — покачал головой Сириус. — А за здравомыслие у нас Римус ответственный, так что нам это ни к чему. А вот свободы нам и впрямь не хватает. Только проблема не в отсутствии времени, а в том, что наше передвижение по замку ограничено. Лично я считаю, что Мародёры просто обязаны оставить свой след для будущих поколений! Вам так не кажется?       — Мне кажется, что мы и так знатно наследили в подземельях, Змеи до следующего Рождества будут отмываться, — усмехнулся Джеймс.       — А мы до Рождества будем отрабатывать наказание в Зале славы, — вздохнул Питер.       — Иногда приходится чем-то жертвовать ради хорошего дела! — ободрил его Блэк, задорно подмигнув. — Так вот, ближе к делу! Как мы все прекрасно знаем, наш замок не так-то прост, как кажется. Многое скрыто от глаз непросвещённых, и мы просто обязаны разгадать все его тайны!       — Предлагаешь узнать исследовать каждый угол, чтобы найти все потайные ходы? — Джеймс удивлённо поднял брови.       — Именно! Однако и это ещё не всё!       — А что ещё?       — Мы создадим свою карту замка. И, поверьте, это будет великая карта! Карта Мародёров! — Сириус был поглощён этой идеей и ничуть не сомневался, что Джеймсу эта задумка придётся по вкусу.       — Карта? Зачем нам какая-то карта? — уточнил Питер, явно не понимая, к чему клонит Блэк.       — Именно от тебя, Пит, я и ждал этого вопроса! Рем вам сейчас всё объяснит! Он такое в своих книжках откопал, вы офигеете!

***

      — Погодите, я правильно понял, что на карте можно будет увидеть передвижения всех, кто находится в Хогвартсе? — уточнил Питер, пытаясь собрать объяснения Римуса и Сириуса воедино.       — Ага, круто, правда? Ладно, Рем, беру свои слова назад, не такие уж и бесполезные книженции ты читаешь, — Блэк навалился на Римуса, заключая его в объятья.       — Отстань от меня, — Римус скорчил недовольную гримасу, слегка оттолкнув парня в сторону, и вновь углубился в чтение.       — Только представьте, насколько проще станет ориентироваться в замке! Мы больше никогда не попадёмся Филчу и его блохастой кошке!       — Конечно, если нас Пивз не спалит, — уточнил Джеймс, вновь напомнив Блэку о том, как сильно полтергейст обожает вмешиваться в чужие планы. — Клянусь, в следующий раз я превращу его в табуретку и сброшу с Астрономической башни!       — Да ладно тебе, куда проще с ним договориться, чем пытаться с ним бороться, — предположил Римус.       — Ну да, с ним договоришься… — вздохнул Питер, которому не далее как вчера сильно досталось от мерзкого призрака. — Он же постоянно всё портит!       — Да ладно вам причитать, лучше подумайте о хорошем! Например о том, что с помощью карты можно будет беспрепятственно проложить путь в спальни девчонок, — Сириус рассмеялся, заметив, как от смущения на лице Питера выступили бордовые пятна.       — О Мерлин, какие же у тебя посредственные мысли, Сириус, я даже разочарован, — Джеймс театрально закатил глаза.       — Ой, не делай вид, что тебя это не интересует! — Сириус с ехидной ухмылкой посмотрел на друга, как если бы точно знал, о чём он думает. — Я бы не стал возражать, если бы такое сказал Рем, ну, или Пит в конце концов. Но ты-то, друг мой, не строй из себя недотрогу, в жизни не поверю!       — Ничего я из себя не строю, просто мне вот не нужны какие-то там карты, чтобы заполучить девчонку, — слова Джеймса прозвучали как вызов. — Если захочу, то любая станет моей, делов-то.       — Уж прямо-таки любая? — Блэк скептически поднял вверх бровь и огляделся в поисках подходящей для эксперимента подопытной.       — Абсолютно, — Поттер был более чем уверен в своих силах. — Взять хотя бы… — он также огляделся. — Ну, вон ту третьекурсницу с Хаффлпаффа.       — Брось, это слишком просто, — возразил Люпин, не отрываясь от книги. — Ты явно ей симпатичен. Она постоянно на тебя смотрит, теребит прядь волос и улыбается минут десять без остановки, удивительно даже, как у неё до сих пор скулы не свело. В общем тут и без того очевидно, что она не прочь сходить с тобой в Хогсмид.       — О-о-о, а Римус-то у нас специалист по отношениям! — с ехидной улыбкой произнёс Сириус и огляделся. — Слышь, Рем, откуда такие познания? Я лично тебя ни разу с девушкой не видел. Или ты от нас её прячешь?       — Никого я не прячу, Блэк. И хватит ко мне липнуть! — Римус отодвинул от себя голову Блэка, который то и дело норовил заглянуть в его книгу. — Иди вон к той рейвенкловке приставай, она с тебя уже полчаса глаз не спускает!       — Всё-то ты знаешь, — фыркнул Сириус, однако взглянул в сторону девушки, о которой сообщил ему друг. — Ой, не, к ней я точно приставать не стану, не в моём вкусе, — глаза Блэка недобро блеснули: кажется, он заметил самую что ни на есть подходящую цель для Поттера. — О, кстати, Джим, а как насчёт нашей любимой заучки Эванс? Сможешь покорить её сердце или это выше твоих сил?       — Пф, тоже мне задачка, раз плюнуть! Смотрите и учитесь, господа!       Лили стянула резинку, распустив стянутые в тугой хвост рыжие пряди. Она возвращалась в замок после чаепития с Хагридом, к которому она заглядывала время от времени. Ей нравилось слушать его рассказы про диковинных магических зверюшек, к которым великан питал особую страсть. Обычно она проводила в его хижине не более получаса, после чего направлялась в библиотеку и приступала к выполнению домашнего задания. Однако сегодня Хагрид рассказывал ей о драконах, и, как оказалось, эти существа нравились ему куда больше всех остальных, из-за чего разговор значительно затянулся. Теперь же ей больше всего хотелось поскорее добраться до комнаты и наконец-таки разобраться с трёхстраничным эссе по Трансфигурации, дописать которое она не могла вот уже третий день кряду.       — Эй, Эванс! — Лили вздрогнула от неожиданности. Этот голос она и впрямь могла бы узнать из тысячи. Поттер возник перед ней из ниоткуда и преградил путь, остановившись прямо посреди тропинки. — Как дела?       — Эм, нормально, — поведение Джеймса не внушало доверия. Едва ли он обращал на неё внимание прежде. Иногда Лили даже казалось, что Поттер и Блэк замечают её существование исключительно, когда рядом с ней оказывается Северус. Она уже со счёта сбилась, сколько раз ей приходилось вступаться за своего друга детства перед нахальными одноклассниками. — Тебе что-то нужно?       — Всегда ты такая серьёзная, Эванс? Я же просто подошёл поздороваться, а ты сразу подвох ищешь, — он взъерошил и без того растрёпанные волосы. — Разве можно так относиться к своим одногруппникам?       — То, что мы учимся на одном факультете, не делает нас друзьями, Поттер, — отрезала Лили, надеясь, что это побудит парня перейти ближе к сути. Она ни за что бы не поверила, что он обратился к ней просто так. Это было совсем на него не похоже. От Блэка и Поттера стоило ожидать чего угодно. Лили прекрасно знала, что они из себя представляют, и не слишком-то одобряла то, что Марлин МакКиннон предпочитала компанию этих нарушителей спокойствия вечерам в библиотеке с ней и Алисой.       — Как грубо, — Джеймс нахмурился. Он явно не ожидал подобного сопротивления с её стороны. Обычно девчонки из кожи вон лезли, чтобы просто с ним поболтать. С этой Эванс явно было что-то не так. — Я тут подумал, что мы с тобой не с того начали, — он ослепительно улыбнулся и вновь взъерошил волосы. — Не желаешь сходить со мной в Хогсмид, скажем, в эту субботу?       — Хм, дай-ка подумать, — Лили растянула губы в подобии улыбки и на секунду умолкла в попытке вернуть самообладание. Предложение Джеймса вывело девушку из себя. О чём он только думал? — Знаешь, нет, совсем не желаю, но спасибо за приглашение.       Лили смерила его взглядом. С чего он вообще решил, что ей захочется проводить с ним время после того, как он неоднократно на её глазах издевался над Снейпом? Джеймс смотрел на неё так, словно совсем не понял его ответа. Он казался искренне удивлённым и несколько растерянным. Лили заметила устремлённые на них взгляды прогуливающихся у озера студентов и тут же смутилась. Ей совершенно не хотелось привлекать к себе внимание, а Джеймс Поттер только этим и занимался. Там, где появлялись Мародёры, начинался сущий бедлам. Даже сейчас Лили слышала гул шёпота за спиной, и ей это, определённо, не нравилось. Не дождавшись какой-либо реакции от парня, Лили обошла его стороной и, не оборачиваясь, направилась к замку. Только сейчас Джеймс точно очнулся от оглушающего заклятья и посмотрел ей вслед: рыжие волосы Лили пылали огнём в лучах яркого солнца.       — Ну ты даёшь, Джим! Ни разу в жизни не видел подобного «успеха»! — Блэк вытер поступившие от смеха слёзы. Ещё немного, и он начал бы кататься по земле в самой настоящей истерике. — Ты это видел, Рем? Как тебе подобный мастер-класс от нашего лохматого друга? Полагаю, Пит действует по той же стратегии, что и ты, Джим! От него девчонки тоже постоянно убегают!       — Ну всё, Сириус, хватит, — Римус попытался успокоить разгорячившегося друга, пока тот не ляпнул ещё что-нибудь обидное и не довёл Петтигрю до слёз.       — Это ещё не конец, она обязательно будет моей, — рассеянно произнёс Джеймс. Он не слышал и половины насмешек Блэка. В голове крутился единственный вопрос: «почему она отказала?». Лили Эванс, сама того не подозревая, умудрилась задеть его самолюбие. Пазл никак не складывался, как бы Джеймс не переставлял в голове детали: он неплохо учился, принёс не одну победу сборной факультета по квиддичу и считал себя вполне привлекательным. Чего же ей не хватило? Поведение Эванс противоречило здравому смыслу, едва ли он смог бы с этим смириться.       — Слушай, может быть, выберешь кого-нибудь другого? — предложил Римус. Ему не хотелось доставлять Лили лишние хлопоты, а вовлечение её в глупый спор Блэка и Поттера ничем другим, определённо, обернуться не могло. — Мне кажется, Лили это просто не интересно…       — А что ей интересно? Возиться с Нюниусом и сопли ему подтирать? — вспыхнул Блэк, задетый попыткой Люпина испортить его новое развлечение. — Тогда да, Джим, лучше найди что-нибудь попроще, Нюниуса тебе явно не переплюнуть.       — Ерунда, он просто не может ей нравится, — отмахнулся Джеймс. — Я сделаю так, что она о нём даже не вспомнит.       — О, а вот это уже звучит серьёзно, — в серых глазах Сириуса мелькнул озорной огонёк, а губы искривились в усмешке. — Всерьёз думаешь, у тебя получится?       — Ага, Эванс просто пытается набить себе цену. Думает, небось, что если будет ломаться, то я начну за ней бегать. Хочет немного потешить своё эго. Что ж, мне не сложно, я могу ей немного подыграть.       — А давай поспорим? Скажем, на десять галеонов, — сумма была внушительной, однако это нисколько не смутило участников спора.       — Ребят, давайте на этот раз без глупостей. Вот вам зачем это нужно? — Римус предпринял ещё одну попытку вразумить своих друзей.       — А давай! Спорим! — Джеймс пожал протянутую Сириусом руку. — Пит, разбей нас!       — А как понять, кто выиграет? — уточнил Питер, поглядывая то на одного оппонента, то на другого. — Ну, то есть, в чём смысл спора?       — Если Джеймс сможет уломать Эванс стать его девушкой, победа за ним. Если же нет, то приз мой! — уточнил правила Сириус. — Так уж и быть, сделаю тебе поблажку, не буду ставить ограничение по времени, так даже интереснее!       Несмотря на увещевания Римуса, Питер всё же разбил рукопожатие, тем самым положив начало пари. Джеймс был более чем уверен в своей победе, и усмешки Сириуса его особо не тревожили. Хотя в одном Блэк действительно был прав, если бы не Снейп, завоевать расположение Лили было бы куда проще. Он до сих пор не мог осознать, почему кто-то вроде Эванс водится с кем-то вроде Снейпа. Этот факт просто в голове не укладывался.       — О, стоило только помянуть змеюку, а она уже тут, — неожиданно произнёс Блэк, в радостном предвкушении потирая ладони. — Смотрите, кто идёт! Эй, Нюниус! Где же твоя подружка Эванс? Неужто наконец-то поняла, какая ты скользкая тварь, и бросила тебя?       Гриффиндорцы и слизеринцы враждовали не первое столетие, так что подобные словесные перепалки едва ли удивили бы хоть кого-нибудь. Со времён Салазара Слизерина его последователи считали себя лучше других лишь потому, что их кровь была «чистой». Этот вопрос на протяжении многих веков вызывал разногласие между обитателями замка, однако противостояние между Поттером, Блэком и Снейпом выходило за рамки межфакультетской вражды. Их отношения не заладились с самой первой встречи в Хогвартс-экспрессе и с каждым днём становились лишь хуже. Северус то и дело норовил бросить едкий комментарий в их адрес, чем лишь подпитывал неприязнь гриффиндорцев, которые, в свою очередь, также не упускали возможности насолить заклятому врагу.       — Не твоё собачье дело, Блэк, — огрызнулся Снейп, с презрением глядя на окруживших его подростков. Он редко задирался первым, не желая встревать в конфликт против превосходящих числом противников, и всё же выражение его лица зачастую выступало причиной ссоры.       — Как грубо, — Сириус обиженно надул губы. — Неужто в подземельях не учат хорошим манерам? Странно, профессор Слизнорт кажется таким галантным волшебником, а подопечные у него только и умеют, что хамить и огрызаться.       — Вероятно, у них там в подземельях совсем всё плохо, смотри, какой он чумазый, — Джеймс указал пальцем на слизеринца. — Что, Нюниус, в Чёрном озере не хватает воды, чтобы ты наконец-то вымыл свои сальные патлы?       — Как думаешь, Джим, может быть, стоит сделать доброе дело и помочь нашему змеиному другу вымыть голову? — Блэк вопросительно посмотрел на Джеймса.       — Ох, ты совершенно прав, Эванс же постоянно твердит, что нам стоит быть чуточку добрее по отношению к окружающим! Вот она будет довольна! — Джеймс направил палочку на Снейпа и произнёс заученное несколько лет назад заклятье. — Агуаменти!       Снейпа тут же окатил поток ледяной воды. Со времён первого курса Поттер заметно продвинулся в колдовстве и теперь мог накладывать чары, не прилагая особых усилий. Конечно, колдовать в коридорах замка было запрещено, но все студенты так или иначе прибегали к магии, к тому же про Чёрное озеро в правилах не было сказано ни слова. Джеймс и Сириус отбили друг другу пять и дружно рассмеялись под овации Питера. Римус по-прежнему читал книгу, совершенно не обращая внимание на «невинное развлечение» своих друзей. Он никогда не принимал участие в нападках на Снейпа, но и вмешаться в конфликт ни разу не попытался. Мокрый с ног до головы Снейп ушёл, рассыпая оскорбления и проклятья в адрес обидчиков. Едва ли он смог бы тягаться против троих, а то и четверых гриффиндорцев. Блэк подмигнул какой-то второкурснице, которая перешёптывалась с подругой, обсуждая увиденное, и был явно доволен произведённым эффектом.       — Если мы не поторопимся, то точно опоздаем на ужин, — Римус захлопнул книгу и убрал её в сумку, после чего посмотрел на друзей. Он не был в восторге от их поведения, но не испытывал особых угрызений совести, ведь за три пришедших года успел узнать, что из себя представляют слизеринцы.

На следующий день

      Наконец-то Лили смогла разобраться с большей частью незавершенных ранее заданий и теперь могла позволить себе немного передохнуть, впереди были выходные, так что торопиться было некуда. Она уже давно планировала прогуляться возле Чёрного озера вместе со своим лучшим другом, и сегодняшний день подходил для этого как никогда лучше: за последние дни погода значительно улучшилась. Всю прошлую неделю непрерывно шёл дождь, но последние пару дней небо оставалось чистым, и солнце согревало холодную землю своими яркими лучами. На деревьях, радуя глаз, зеленели молоденькие листочки, а трава приветливо шелестела при каждом дуновении прохладного ветерка. В воздухе витал сладковатый весенний запах: жизнь вокруг пробуждалась после долгого зимнего сна.       — Поверить не могу, что Марлин умудрилась проспать все лекции профессора Бинса, и всё равно получила «Превосходно» за эссе! А ведь она только вчера узнала тему. Я постоянно ей говорю, что нельзя откладывать всё до последнего момента, но разве она послушает… — Лили возмущённо взмахнула рукой. Ей нравилось делиться с Северусом даже такими незамысловатыми историями, а он никогда не возражал против роли слушателя и зачастую разделял её точку зрения.       — Ты же сама говорила, что ей легко даётся история. Да и вообще не всё ли равно, когда она делает домашку, раз уж она её вообще делает? — Снейп не стал уточнять, что и сам проспал большую часть лекций по истории магии в этом семестре.       — Ну, наверное, ты прав, — улыбнулась Лили, поймав себя на мысли, что и впрямь не может придумать аргумент в свою пользу. — А у вас…       — Лили Эванс, это правда?! — пронзительный голос Сьюзен Берг прервал реплику девушки на полуслове. Рейвенкловка направлялась к ним уверенным шагом. Лили остановилась. За все три года они со Сьюзен почти не общались, и подобное обращение с её стороны гриффиндорке вовсе не понравилось.       — О чём ты? — уточнила Лили, как только собеседница подошла ближе. Больше всего на свете ей не хотелось привлекать к себе внимание, однако вот уже второй день подряд кто-то бесцеремонно нарушал её спокойствие совершенно непонятными выпадами в её сторону.       — Ты реально отказала Джеймсу? — в голубых глазах девушки читался нескрываемый интерес. Она поправила свои пшенично-русые волосы и вновь устремила взгляд на Эванс. Сьюзен была самопровозглашённой королевой красоты среди третьекурсниц, и связываться с ней Лили совершенно не хотелось.       — Что? Кому я отказала? — Лили была явно сбита с толку.       — Не прикидывайся идиоткой, — Кристалл Прэйс появилась буквально из ниоткуда, хотя её появление не было неожиданностью. Хаффлпаффка была лучшей подругой Сьюзен и постоянно ошивалась где-то поблизости. — Мы знаем, что вчера ты отказалась идти с Джеймсом в Хогсмид!       — Отстаньте от неё, — вступился за подругу Северус.       — Вот ещё! Тебя забыли спросить, Нюниус! — влияние Мародёров в школе оказалось сильнее, чем думала Лили. Она была ужасно зла на своих одногруппников из-за дурацкого прозвища, которым они наградили Снейпа.       — Лучше бы тебе заткнуться, кукла рамалёваная, а не то…       — Сев, хватит! — Лили дёрнула парня за рукав мантии. Парень и впрямь умолк, однако по-прежнему сверлил назойливых девчонок взглядом.       — Так что, Эванс, ничего не хочешь объяснять?       — Почему я должна вам что-то объяснять? Без понятия, что вы там и от кого услышали, но тут явно какая-то ошибка.       — Ошибка тут только в том, что Джеймс вообще обратил внимание на кого-то вроде тебя!       — О Мерлин, так вы имеете в виду Поттера что ли? — наконец-то картина прояснилась. Вчерашний разговор с парнем совершенно вылетел у неё из головы.       — Конечно! Мы тебе уже пять минут про Джеймса твердим! — Кристалл злобно сверкнула карими глазами, словно это было само собой разумеющимся. — Кого мы, по-твоему, ещё можем иметь в виду?       — Да мне почём знать? Как будто Поттер единственный Джеймс во всём замке, — фыркнула Лили. — И при чём он тут вообще?       — Ты совсем больная? — Сьюзен нахмурилась.       — Да она сумасшедшая. Посмотри на неё, Сью, кто в здравом уме предпочтёт Джеймсу слизеринского заморыша, — Кристалл с отвращением посмотрела на парня.       — Если вас никуда не приглашают из-за скверного характера, то это ещё не повод срывать злобу на нас, — Лили смерила девушек взглядом. — Какое вам вообще дело до того, кто и кого приглашает в Хогсмид? Кажется, вам впору радоваться тому, что я не претендую на вашего ненаглядного Джеймса, а не предъявлять мне за это претензии.       Лили схватила Северуса за руку и, не сказав больше ни слова, потянула его прочь. С какого перепугу эти двое пристали к ней из-за подобной ерунды? Откуда они вообще узнали, что Джеймс пригласил её на свидание? Конечно, она нисколько не сомневалась, что слухи по замку разносятся со скоростью света, однако не думала, что сама однажды станет предметом всеобщего обсуждения. Что-то тут явно было не так, не мог же Поттер просто так позвать её в Хогсмид. Очевидно, за всем стояла очередная проделка Мародёров, иначе это всё просто не имело никакого смысла.              — Поттер на самом деле звал тебя в Хогсмид? — неожиданно спросил Снейп, взглянув ей прямо в глаза.       — Да, — Лили вздохнула. — Я наткнулась на него, когда возвращалась от Хагрида. Ума не приложу, чего ему от меня надо.       — И ты правда ему отказала?       — Сев, ну ты-то куда? — Лили скрестила руки на груди, словно не верила, что он и впрямь задал ей подобный вопрос. — С чего, по-твоему, я должна была соглашаться? Я же прекрасно знаю, какой он на самом деле. Он мне даже не нравится, зачем мне с ним куда-то идти?       — Ну да, ты права, — с губ Северуса сорвался вздох облегчения. — Скажи мне, если он опять будет тебя доставать, ладно?       — Чтобы вы опять поругались? — она покачала головой. — Не беспокойся, я сама могу с ним разобраться. Он, вероятно, хотел надо мной как-нибудь подшутить, но меня не так-то просто обмануть, я все их с Блэком фокусы наизусть знаю.       Лили с трудом смогла отвлечься от этой ситуации, которая с каждым днём становилась всё более нелепой. И во что этот Поттер её только втянул? На самом деле, когда Мародёры не задирали Снейпа, не срывали занятия и не устраивали пакости, терпеть их было не так уж и сложно. Они могли немного поговорить или обсудить домашку, когда пересекались в гостиной, но в основном каждый из них занимался своими делами. Мародёры редко втягивали одногруппников в свои проделки, за исключением, разве что, Марлин, которая сама выказывала желание принять в них активное участие. И вот теперь Джеймс попытался против воли втянуть её в какую-то сомнительную авантюру, и это Лили совсем не нравилось.       — Эй, Эванс! — голос Поттера оторвал её от размышлений. — Как дела?       — Всё было прекрасно, пока я не увидела тебя, — Лили закатила глаза и, не останавливаясь, прошла мимо сидевших у камина Мародёров.       — О-о-о, — Гидеон усмехнулся и ткнул брата в бок, — ты посмотри только, кажется, наш знаменитый ловец попал в немилость.       — Не расстраивайся, Джеймс, иногда даже у опытного мага случаются осечки, — Фабиан подмигнул парню и перевёл взгляд на Лили, которая тут же залилась румянцем.       Лили всегда немного стеснялась близнецов Пруэтт, хоть и находила их довольно привлекательными и забавными. Они были на три года старше, но никогда не задавались, часто разговаривали с младшекурсниками и даже могли поделиться с ними конспектами, если их хорошо попросить. Несмотря на все опасения, Лили всё же научилась их различать. Гидеон постоянно подшучивал над Мародёрами и всячески поощрял их выходки. Он то и дело закатывал вечеринки без повода и устраивал в гостиной настоящий бедлам. Кроме того, он то и дело менял подружек и зачастую оказывался втянутым в очередной любовный скандал, о котором, несомненно, знала вся школа. Фабиан был гораздо спокойнее своего брата и нравился Лили куда больше. Впрочем, нравился он не только ей: иногда Лили казалось, что в близнецов Пруэтт влюблены чуть ли не все девчонки. По крайней мере, так было в прошлом году. Теперь же она всё чаще слышала из уст своих сверстниц имена «Джеймс» и «Сириус», когда речь заходила о симпатичных парнях.       Лили вбежала в комнату и лишь теперь смогла перевести дыхание. От взгляда Фабиана у неё то и дело подкашивались ноги. Он часто говорил ей комплименты и даже помогал с учёбой, когда у Лили возникали трудности или вопросы. Гидеон постоянно подшучивал над братом, упрекая его в излишней симпатии к младшекурснице, однако Фабиан не обращал на его высказывания никакого внимания, а вот Лили от подобного было не по себе. Однажды она всё же решилась спросить его, почему он предлагает помощь лишь ей, и он признался, что она чем-то напоминает ему их старшую сестру Молли.       — От кого спасаешься бегством, Лилс? — усмехнулась Марлин, заметив, раскрасневшееся лицо подруги. Они с Алисой играли в волшебные шахматы, которые родители подарили Стоун на Рождество. — Опять тебя Фабиан засмущал?       — Кажется, этот мир сошёл с ума! — всплеснула руками Лили, прежде чем упасть на кровать и уткнуться лицом в подушку. Рыжие пряди тут же рассыпались во все стороны, создавая огненный ореол вокруг её головы.       — Чего это? Как по мне, всё до безобразия нормально.       — Уж не связано ли это с твоим отказом Джеймсу? — уточнила Алиса, передвинув пешку.       — А ты-то откуда знаешь? — Лили подняла голову и удивлённо посмотрела на подругу. И дня не прошло, а слухи уже распространились.       — Мне Доркас сказала, а ей знакомая с Хаффлпаффа, с которой они на Травологии сидят.       — И как вообще так вышло, что Медоуз рассказала обо всём тебе, а не мне? — возмутилась Марлин, вмиг утратив всякий интерес к партии. — И что за отказ? Почему это я узнаю обо всём последняя? Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?       — Да нечего тут объяснять, — покачала головой Лили. Ей совершенно не хотелось говорить об этом.       — Джеймс Поттер вчера пригласил нашу Лилс в Хогсмид, а она ему отказала, — вероятно, Алису эта тема интересовала куда больше, чем саму участницу ситуации.       — Чего? Наш Джим? С чего бы вдруг? — Марлин скептически изогнула бровь, точно никак не могла поверить в подобный исход.       — А вот просто! Дора сказала, что он был очень настойчив, но Лили, словно неприступная крепость, даже бровью не повела. Кажется, ты назвала его идиотом и ушла?       — Не было такого! Мерлин, узнать бы, кто распускает все эти слухи, и голову бы ему оторвать!       — Ой, — Алиса прижала ладонь к губам, точно это могло вернуть слова назад. — А как было?       — Да просто. Он пригласил, я отказалась. Никто никого не оскорблял, хотя вообще-то, может быть, и стоило. Если он ещё хоть раз ко мне обратиться…       — Ещё раз? Ты думаешь, попытки повторятся? — поинтересовалась Марлин.       — Надеюсь, что нет, но только что в гостиной он повёл себя как настоящий придурок.       — Я опять пропустила всё интересное? — надулась Марлин. — А ну-ка рассказывай, а то придётся снова узнавать подробности от Доры.       — «Эй, Эванс, как дела?» — передразнила Поттера Лили.       — И что такого? С тобой уже поздороваться нельзя? — удивилась Алиса. Пока что она не видела в действиях одногруппника ничего предосудительного.       — Можно, конечно, вот только не обязательно кричать об этом на всю гостиную! Терпеть не могу, когда на меня все смотрят.       — Да ладно тебе, он просто прикалывается, — пожала плечами Марлин. Она много общалась с Мародёрами и проводила в их компании почти столько же времени, как и в компании своих соседок.       — Пусть прикалывается над кем-то другим! Я не хочу выслушивать претензии из-за того, что он выбрал меня своей жертвой.       — Какие ещё претензии? — об этом Алиса слышала впервые.       — Пару часов назад на меня налетели эти две фурии, Берг и Прэйс, и начали допытываться, почему Джеймс позвал на свидание именно меня. Как будто я могу знать, что творится в его лохматой голове!       — О-о-о, ну, раз в дело вступили эти двое, то всё очень серьёзно, — рассмеялась Марлин. Блэк точно помрёт от смеха, когда она ему об этом расскажет! — А если серьёзно, то чего ты отказалась-то? Джим классный, не зря же по нему девчонки сохнут.       — Очень смешно, Марлс, — Лили цокнула языком. — Надеюсь, что ты не серьёзно.       — Нет, ну а что? Я общаюсь с ним уже три года и пока не заметила в нём ничего дурного.       — Ты шутишь что ли? Да он же постоянно издевается над Северусом вместе со своим подпевалой Блэком!       — Ты же знаешь, что слизеринские змеёныши всегда первыми лезут в драку, — возразила Марлин, отработавшая не одно наказание за участие в стычках между факультетами.       — Нельзя судить о людях лишь по тому, на каком факультете они учатся, — Лили укоризненно покачала головой. Она знала о том, что Марлин терпеть не может всех слизеринцев без исключения. — Я не говорю, что они все хорошие люди, но вот Северус…       — Такой же, как и остальные! Вот увидишь, он ничем не лучше своих дружков!       — Думаю, Марлс права. Недавно я видела его в компании Эйвери, они так посмотрели на меня, что мурашки по коже пробежали, — Алиса обхватила себя руками.       — Вы же его совсем не знаете! Как вы можете говорить такое? Мы дружим не первый год, и он никогда не давал ни малейшего повода в себе усомниться!       — Это пока что, — фыркнула Марлин. — Сириус сказал, что на той неделе Розье угрожал маглорождённой первокурснице за то, что она случайно его толкнула.       — Этот Розье помешан на чистоте крови…       — Как и все змеи!       — Для Северуса это не имеет значения, — Лили запнулась. Она не была уверена в собственных словах. В последнее время в речи друга то и дело проскальзывали тревожные звоночки.       — Или он хочет, чтобы ты так думала, — отрезала Марлин и снова вернулась к шахматам, тем самым дав Лили понять, что разговор окончен.       Лили не хотела ссориться с подругами, но и терпеть подобные высказывания от них тоже не желала. Этот разговор задел её сильнее, чем она была готова признать. Она постоянно пыталась убедить саму себя в том, что всё в порядке, но в глубине души понимала, что, возможно, в словах девчонок действительно есть доля правды. Лили ужасно переживала, опасаясь того, что рано или поздно Северус станет настоящим слизеринцем. Он всё чаще проводил время в компании Эйвери, Мальсибера и Розье, и иногда ей казалось, что он и впрямь становится похож на них. Эта троица едва ли не боготворила старшекурсников со своего факультета, о которых в стенах замка ходили самые разные слухи. Она то и дело слышала, что большинство слизеринцев увлекаются Тёмными искусствами, и подобные слухи не могли возникнуть из ниоткуда. Ни для кого не было секретом, насколько студенты Слизерина презирают маглорождённых волшебников. Она неоднократно становилась свидетельницей перепалок между факультетами, начавшимися по вине обитателей подземелий. От их нападок страдали все без исключений, однако они умело заметали следы и нечасто попадались профессорам. Старшекурсники других факультетов брали на себя роль защитников и по возможности следили за порядком в стенах замка, однако таких было не слишком-то много: мало кто мог пойти против отпрысков влиятельных семей и остаться безнаказанным. Пожалуй, Лили знала лишь несколько человек, которым было глубоко наплевать на аристократические замашки слизеринцев. И в это число, несомненно, входили Мародёры. Как бы Лили не нравились их шутки и проделки, самоотверженность, с которой они давали змеям отпор, заслуживала уважения.