История о Лили Эванс

20 ноября 1975

      Лили торопливо шла по коридору, направляясь в гостиную своего факультета, чтобы хоть немного отдохнуть. День был слишком тяжёлым, и девушка мечтала лишь о том, чтобы поскорее добраться до кровати. Сегодня сил не было даже на домашку. Дойдя до поворота, гриффиндорка услышала голос старосты школы Марго Мейсон, семикурсницы с Рейвенкло:       — Лили! Лили Эванс! — русоволосая девушка быстрыми шагами приближалась к ней и, споткнувшись о собственную ногу, чуть было не уронила огромную кипу каких-то бумаг, которую держала в руках. К счастью, в последний момент Лили успела её подхватить. — Спасибо! А Римус не с тобой? Очень жаль…       — Наверное, он с остальными Мародёрами в гостиной, я как раз иду туда, — пожала плечами Эванс. Лили познакомилась с Марго ещё в прошлом году, когда старшекурсница помогла ей выполнить просьбу профессора МакГонагалл. И теперь, когда Лили сама стала старостой, она находилась в подчинении у Мейсон. Рейвенкловка, по мнению Лили, была довольно приятной особой и обладала всеми необходимыми качествами, чтобы занимать пост старосты школы, хотя порой была несколько неуклюжей и рассеянной. В её голове было слишком много мыслей одновременно и поддерживать диалог на одну тему на протяжении длительного времени для Марго было непосильной задачей. В остальном девушка была крайне ответственной, всегда доводила до конца все начинания и исправно исполняла свои обязанности.       — Ладно, тогда передай ему, что завтра собрание старост в кабинете Трансфигурации. Присутствие обязательно, — она погрозила пальцем. — Встречаемся ровно в восемь. Прошу не опаздывать.       — Хорошо, а почему там, а не в кабинете директора, как обычно? — спросила Лили, глядя на гигантскую стопку в руках собеседницы. Зная Марго достаточно хорошо, гриффиндорка не была уверена в том, что бумаги достигнут места назначения в сохранности. — Может быть, тебе помочь?       — Нет, спасибо, лучше найди Люпина, — она благодарно улыбнулась. — Просто это внеплановое собрание. У меня для вас важное объявление. Так что надеюсь на тебя! — Марго попрощалась и направилась в противоположном направлении, по пути прикрикнув на первокурсника, пробежавшего мимо так близко, что чуть не сбил её с ног.       На самом деле Лили понятия не имела, где можно найти Римуса: она не видела его со вчерашнего дня. Люпин часто пропадал на пару дней время от времени, так что это не было чем-то удивительным. Лили никогда не задавала парню вопросов, предпочитая не лезть в чужие дела. Ей было совершенно не важно, чем объясняется его отсутствие, ведь она в любом случае не смогла бы на это повлиять или как-то помочь другу. Начать поиски в любом случае следовало с гостиной. Если повезёт, то Римус уже вернулся и проводит время в компании своих друзей.       — Здравствуй, дорогая Эванс! Может, сходим куда-нибудь завтра после уроков? — Джеймс обворожительно улыбнулся и по привычке взлохматил волосы. Как Лили и предполагала, Мародёры оказались в гостиной, но, к сожалению, не в полном составе. Как назло, из четырёх всадников Гриффиндора на диване у камина не доставало именно Люпина.       — К счастью, у меня уже есть планы на завтрашний вечер, так что вынуждена отказаться, — Лили мило улыбнулась и, скрестив руки на груди, огляделась.       — Правильно говорить «к сожалению», — уточнил Питер. Красноречивый взгляд одноклассницы ясно говорил о том, что девушка сказала именно то, что хотела сказать.       — Не уж-то сама староста соизволила поощрить нас своим присутствием! — стоявший рядом с диваном Сириус шутливо поклонился.       — Не паясничай, Блэк, — Лили тяжело вздохнула. Ей хотелось как можно быстрее покончить с нежелательной беседой и отправиться в свою комнату. — Лучше скажите мне, где Римус?       — А зачем он тебе? — полюбопытствовал Джеймс. — Может, я тебе чем помогу?       — Пожалуй, ты действительно сможешь мне помочь, если скажешь, где я могу найти Римуса, — Лили безумно устала за день, и терпение её было на исходе. Вообще-то она была крайне неконфликтным человеком, но, судя по всему, Джеймс Поттер делал всё возможное, чтобы вывести её из себя. В гостиной давно привыкли к их постоянным перебранкам, лишь первокурсники по-прежнему негодующе смотрели на эту странную парочку и часто не понимали причину ссоры.       — Его нет в школе, — ответил Поттер, переглянувшись с друзьями. — Вчера он получил письмо, его мама заболела. Он поехал к ней, но завтра должен вернуться.       — Хорошо, я поняла, спасибо, — Лили кивнула и взглянула на часы над камином. «21:38». В принципе, можно было лечь спать уже сейчас. Она вновь посмотрела на одноклассников. Ей показалось, что парни выглядели куда более напряжёнными, чем до начала разговора. Особенно хорошо это было заметно по состоянию Питера, который тревожно отводил взгляд, то и дело поглядывая на Джеймса и Сириуса. — Тогда передайте ему, пожалуйста, что я буду ждать его в гостиной в половине восьмого…       — Вот только не говори, что ты хочешь пригласить Лунатика на свидание! — Блэк изобразил странную гримасу, напоминающую нечто среднее между любопытством и паникой.       — Мерлин, за что мне это? Да, именно так, ты абсолютно прав. Я зову его на свидание, — Лили была готова сказать что угодно, лишь бы поскорее закончить разговор. — Главное, не забудьте передать ему мои слова, иначе Марго меня прибьёт.       — Так как насчёт свидания со мной? — с ухмылкой спросил Поттер. Римус часто рассказывал друзьям о собраниях старост, поэтому упоминание старосты школы его немного успокоило.       — Pas dans cette vie, — девушка развернулась и направилась к своей спальне, предчувствуя, что в этот раз последнее слово останется за ней.       — Mais pourquoi? — Джеймс никак не ожидал, что отказы Эванс перейдут не то что на другой уровень, а даже на другой язык. И всё же к подобному повороту событий по счастливой случайности он оказался готов.       — Parce que tu es le butor et le cerf narcissique! — Лили, явно не ожидавшая ответа, растерялась и, покраснев до кончиков ушей, скрылась на лестнице. Мародёры услышали лишь хлопок от удара дверью.       — Ну, хоть про оленя она не ошиблась, — рассмеялся Бродяга, лениво опустившись на диван. — Эх, Сохатый, не умеешь ты общаться с девушками!       — Это ещё почему? — Джеймс был возмущён столь оскорбительным замечанием: он не меньше Блэка пользовался популярностью у противоположного пола. Просто в последнее время он уделял девушкам не так много внимания, как его друг.       — Сам ты посуди, за полтора года Эванс ни разу не согласилась пойти с тобой на свидание, — Бродяга изобразил профессора, разжёвывающего сложную лекцию нерадивому ученику. — Пора бы тебе уже признать поражение.       — Ну уж нет, это дело принципа, — Джеймс отвёл взгляд: он был совсем не уверен, что дело исключительно в этом.       — О Мерлин! — взмолился Блэк, вскинув руки к потолку. Постоянные разговоры об Эванс действовали ему на нервы. Он уже тысячу раз пожалел, что вообще заключил это дурацкое пари. Кто бы мог подумать, что Лунатик окажется прав? — Да забудь ты о ней хоть на время! Найди себе кого-нибудь на вечер, развейся! Ладно, чёрт с тобой, я сам всё сделаю!       Джеймс проводил друга полным любопытства взглядом. Конечно, он и впрямь уделял рыжеволосой старосте слишком много внимания, но разве не в этом был весь смысл? И всё же Сириус оказался прав: ему стоило хотя бы время от времени заводить себе подружку, чтобы отвлечься. С этим у Джеймса никогда проблем не возникало, достаточно было выбрать понравившуюся девицу и сказать ей несколько комплиментов, чтобы она тут же бросилась в его объятья. И почему только с Эванс такое ни разу не сработало? И что вообще задумал Бродяга?       — Ох! — Блэк едва ли не бросился под ноги проходящих мимо семикурсниц. Конечно, он ни за что бы не упал на ровном месте, так что это было не более чем представлением.       — О боже! Сириус, ты в порядке? — испуганно воскликнула одна из них.       — Прошу прощения, не смог устоять на ногах при виде такой неземной красоты, — Сириус был настроен вполне серьёзно: он всегда включал своё обаяние, когда планировал срочно найти себе подружку. — Позвольте мне загладить вину, пригласив вас на утренний променад в эту субботу! Если, конечно, у вас нет более увлекательных планов, мы с моим рогатым другом были бы счастливы сопроводить таких прелестных дам в Хогсмид.       — Это так мило, с удовольствием! — согласилась девушка, позволив Блэку поцеловать её руку. Она явно была польщена внезапным вниманием довольно популярного парня к своей персоне и мило улыбнулась, кокетливо заправив за ухо светлую прядь.       — Получается, моим спутником станешь ты! — вторая семикурсница присела на диван рядом с Джеймсом. Она закинула ногу на ногу и слегка наклонила корпус вперёд, по-видимому пытаясь произвести на парня впечатление.       — Получается так, — согласился Поттер и вежливо улыбнулся, машинально взъерошив волосы. Внезапно весь интерес к происходящему иссяк. Пока Блэк увлечённо беседовал со своей, судя по всему, новой пассией, Джеймс погрузился в раздумья, никак не связанные с предстоящим свиданием.       С этого года он вполне заслуженно был назначен капитаном сборной Гриффиндора по квиддичу, однако ему по-прежнему предстояло ещё очень много работы. Ему оказалось непросто привыкнуть к новой роли и теперь каждую свободную минуту он думал лишь о том, как реорганизовать тренировки команды, чтобы они стали наиболее эффективны. Получив капитанский значок, он принялся вносить коррективы в привычный распорядок и уже успел пополнить состав команды, и всё же этого было недостаточно. Конечно, Гриффиндор получил кубок в соревновании между факультетами, но Джеймсу хотелось большего: он собирался сохранить его во что бы то ни стало. Каждый раз, когда он думал об этом, перед глазами всплывала вечная ухмылка Эммы Ванити — капитана сборной Слизерина, с которой весь прошлый год Гидеон ругался из-за расписания резервирования поля для квиддича.       — И что это было? — поинтересовался Джеймс, как только обе девушки скрылись за портретом, а Блэк опустился на своё привычное место.       — Если ты ещё не понял, я только что организовал для нас свидания с этими очаровательными девушками. И, кстати, не стоит благодарности!       Позже Джеймс узнал, что из себя представляет спутница Блэка — Линда Эшер, на которую, признаться, он даже не удосужился посмотреть. Линда была светловолосой, с короткой стрижкой и карими глазами. У неё была стройная фигура с пышным бюстом и длинными ногами — всё, что нужно, чтобы привлечь внимание Бродяги. Будучи полукровкой из самой обычной семьи, Линда не могла похвастаться ни высоким статусом, ни выдающимися заслугами предков. Она была довольно прилежной, хоть и несколько легкомысленной волшебницей, что нисколько не портило её в глазах Блэка. Напротив, его привлекала открытость и сговорчивость девушки, которые дополняли её привлекательную внешность.       А вот её подруга — Кортни Тай — происходила из состоятельной семьи чистокровных волшебников. Отец девушки занимал не последнюю должность в Министерстве магии, что не могло не отразиться на воспитании единственной дочери. Кортни была очень высокого о себе мнения и всегда получала то, чего хотелось. Впрочем, репутация у девушки была соответствующая: некоторые студенты считали её эгоистичной, иные же даже предполагали, что ей следовало бы учиться на Слизерине. У Кортни были чёрные волосы чуть ниже плеч, приятные черты лица, тонкие губы и совсем невыразительные серые глаза. И хотя она была довольно низкого роста, фигура у неё и впрямь была привлекательной.       И всё же Джеймс остался к ней совершенно равнодушен. В отличие от Блэка, он совершенно не был воодушевлён предстоящей встречей. Впервые в жизни он отнёсся к задумке лучшего друга с подобным скептицизмом. Что-то ему подсказывало, что, несмотря на слова Бродяги, ничем хорошим для него это свидание не обернётся.

***

      Встретившись в гостиной в половину восьмого, Лили и Римус отправились на собрание. Сопровождающая пару тишина казалась какой-то противоестественной. Никогда прежде между ними не было такого неловкого молчания. Римус прибывал в странном напряжении, и это было хорошо заметно: несколько раз он как будто порывался что-то сказать, но тут же замолкал. Лили же попросту не знала, с чего начать разговор. Она опасалась сказать что-то не то и не имела ни малейшего представления о том, насколько уместно было бы спросить у Люпина о том, всё ли с ним в порядке.       Внезапно позади них раздался оглушающий грохот. Лили обернулась, прикрыв уши руками. Мимо пронёсся Пивз, размахивая двумя обломками железных труб. Девушка едва успела наклониться, чудом избежав удара по голове. Римус раздражённо посмотрел вслед полтергейсту, не рискуя привлекать внимание призрака комментариями по поводу его поведения. Все знали, что любимое занятие Пивза — донимать своими проделками школьного завхоза Аргуса Филча.       За четыре с лишним года обучения девушка привыкла к тому, что замок был наполнен не только живыми обитателями, но и многочисленными призраками. Даже в гостиной Гриффиндора был свой призрак! Студенты звали его Почти Безголовый Ник, однако он предпочитал обращение «сэр Николас де Мимси». Лили познакомилась с ним на церемонии распределения. Он, как и призраки других трёх факультетов, радостно приветствовал первокурсников. Духи свободно расхаживали по всему замку, общаясь не только друг с другом, но и со студентами и преподавателями. Каково же было удивление юной волшебницы, когда на первом занятии Историей магии призрак профессора Бинса явился прямо из классной доски.       — Кажется, очень скоро Филч снова будет в плохом настроении, — задумчиво произнесла Лили, как только звон металла поутих.       — Как будто у него бывает хорошее настроение… — не задумываясь, выпалил Римус. Переглянувшись, гриффиндорцы рассмеялись. Люпин был прав: завхоз всегда был всем недоволен. Конечно же, за исключением тех редких случаев, когда ему всё же удавалось поймать провинившихся детей и доложить об их проступках декану факультета. — Ты не знаешь, зачем Марго нас позвала?       — Увы, — девушка отрицательно покачала головой. — Она очень торопилась и толком ничего не объяснила, только попросила не опаздывать.       Преодолев несколько коридоров и лестниц, они добрались до кабинета Трансфигурации, где в ожидании начала собрания расположились несколько старост Слизерина, Гриффиндора и Хаффлпаффа.       Вскоре подошли старосты Рейвенкло: семикурсники Марго Мейсон и Коул Томпсон, с которым Лили ещё не успела познакомиться лично. Из шестикурсников на собрание пришла только Корнелия Дженкинс, но это было вполне ожидаемо. Лили слышала, что её напарник, имени которого она не помнила, оказался в лазарете после неудачной тренировки по квиддичу. Кажется, Поттер возмущался насчёт того, что капитан их команды настоящий кретин, раз допустил нечто подобное. Новыми старостами в этом году были назначены Майк Рейдон и Фредерика Макензи. С Фредерикой Лили довелось познакомиться ещё на распределении: будущие первокурсницы плыли к замку в одной лодке, хотя с тех самых пор они ни разу не разговаривали дольше пяти минут. О Рейдоне Лили не знала ровным счётом ничего, хотя и здоровалась с ним при встрече в коридорах или на совместных занятиях, этим их знакомство и ограничивалось.       Старосты Хаффлпаффа также были знакомы гриффиндорке лишь понаслышке. О Мойре Митчел, пятикурснице, она могла судить как о достаточно легкомысленной особе, встречавшейся с Блэком в прошлом году. Не стоило даже сомневаться, что их отношения не продлились бы долго. Впрочем, ни одни отношения Блэка не продлились дольше одного сезона. Зато её напарник, Крис МакФилэн, вызывал у Лили более приятные эмоции: они подружились на совместных занятиях по Травологии три года назад, но не слишком-то близко общались. Крис всегда отличался хорошим отношением к окружающим и часто помогал младшекурсникам со своего факультета. Шестикурсники Линда Лоуренс и Арнольд Холливелл, насколько была осведомлена гриффиндорка, состояли в отношениях и очень подходили друг другу: Линда была несколько нерешительной и постоянно нуждалась в одобрении со стороны, в то время как её парень без труда мог взять на себя ответственность и принять решение за них обоих. А вот о семикурсниках Хэльге Тейр и Дюке Ритчи Лили совсем ничего не знала.       Как ни странно, слизеринские старосты были знакомы ей даже лучше, чем старосты других факультетов. Хотя, если подумать, в этом не было ничего удивительного: держи друзей близко, а врагов ещё ближе! Шестикурсница Оливия Флинт обладала поистине несносным характером. Настолько заносчивой особы Лили прежде встречать не доводилось. Девушка безмерно гордилась своим истинно чистокровным происхождением, открыто презирала маглорождённых студентов и не скрывала своих убеждений даже в присутствии преподавателей. Томас Раймонд также не отличался особым дружелюбием по отношению к грязнокровкам, хоть и не демонстрировал этого так явно, как его однокурсница. Семикурсники Пейдж Блэйн и Габриэль Хэндерсон были из тех немногих студентов Слизерина, о которых Лили могла высказаться хоть сколько-то в положительном ключе. В отличие от большинства обитателей подземелий, они не пытались доказать своё превосходство, но это объяснялось исключительно тем, что им обоим попросту не было дела до других обитателей замка. По окончании школы Пейдж предстояло погрузиться в работу в Министерстве магии, так что всё своё свободное время девушка проводила в библиотеке. Габриэль, вероятно, также должен был со временем занять высокий пост в Министерстве и явно чувствовал значительное превосходство перед своими сокурсниками. Несмотря на это, Лили своими глазами видела, как он останавливал нападки слизеринцев на маглорождённых студентов, хотя сомневалась, что он хоть раз списывал баллы со своих одногруппников. Пятикурсница Аделаида Адами с самого начала обучения была крайне скрытной. Лили видела эту девушку так редко, что порой забывала о её существовании. Однако самой неприятной фигурой, среди прочих, Лили находила Эйвери-младшего. Она нисколько не сомневалась, что в ближайшем будущем он примкнёт Пожирателям Смерти. За все пять лет совместного обучения Лили не заметила в нём решительно ни единой положительной черты. Он открыто выражал не только презрение, но и самую настоящую ненависть по отношению к маглам и маглорождённым студентам. Лили представить себе не могла, как только профессор Слизнорт мог назначить его старостой, но не сомневалась, что теперь более частые нападения на грязнокровок со стороны Слизерина станут лишь вопросом времени.       Помимо Лили и Римуса, гриффиндорскими старостами являлись семикурсники Сара Гордон и Лео Беннет, а также Мелли Джонсон и Бэн Джонсон с шестого курса. Сара была вполне миловидной особой и исправно исполняла свои обязанности, хоть и не отличалась особой заинтересованностью к работе старосты. В отличие от Лео, который в этом году стал вторым старостой школы. Он был в хороших отношениях не только с Лили, но и почти с каждым студентом своего факультета. Крайне приветливый и дружелюбный парень постоянно помогал обитателям гриффиндорской башни, которые то и дело обращались к нему с различными просьбами. На самом деле, Лили была ему безумно благодарна: он всегда с радостью отвечал на все её многочисленные вопросы и дал ей множество полезных советов по поводу того, как лучше исполнять те или иные обязанности старосты факультета. Возможно, Лили даже была самую малость в него влюблена, хотя ни за что на свете ему бы в этом не призналась. Мелли и Бэн были двойняшками, хотя ничуть не проходили друг на друга ни внешностью, ни характерами. Тем не менее, Лили редко видела их врозь: с самого первого дня своего пребывания в замке эти двое были неразлучны, поэтому круг их, конечно же, общих друзей не был столь обширен, но их это ничуть не смущало.       — Ну что ж, вижу, что все на месте. Очень рада, что вы отозвались на моё приглашение. Знаю, что это было несколько неожиданно, и некоторым из вас пришлось отменить планы на вечер, и очень благодарна вам за отзывчивость! Предлагаю начать, — сказала Мейсон, присаживаясь за стол профессора МакГонагалл, охотно согласившейся предоставить кабинет для внепланового собрания. — Полагаю, вам не терпится узнать, зачем я вас собрала. Поверьте, дело крайне важное и не терпит отлагательств, иначе я не стала бы вас тревожить. Кое-кто из вас знает, что мой отец работает в Больнице Святого Мунго. На днях он сообщил мне, что в их лаборатории была спроектирована сыворотка против обсыпного лишая. Однако, лекарство экспериментальное и есть… Хм… Скажем так, некоторые трудности с финансированием.       Тем не менее, эта разработка очень важна для целителей. Надеюсь, вы все понимаете, что они никак не могут упустить такую возможность? — Марго светилась от энтузиазма. Она планировала стать целителем и присоединиться к отцу сразу после окончания школы.       — А мы-то тут при чём? — уточнила Пейдж, явно недовольная тем, что её отвлекли от учёбы.       — Сейчас объясню! Понимаете, я тут подумала… Мне в голову пришла одна мысль, которую я сразу же обсудила с папой. Эта идея показалась нам достаточно рациональной, поэтому он тут же поспешил направить в Хогвартс официальный запрос при поддержке Министерства Магии. Конечно, это заняло некоторое время, ведь нужно было уладить некоторые формальности… Впрочем, сейчас это уже не важно. Главное, что мне удалось заручиться поддержкой профессора Дамблдора! Так что… Рада сообщить вам, что с этого момента мы с вами ответственны за организацию благотворительного спектакля! Нам предоставили прекрасную возможность оказать помощь всему магическому сообществу, занявшись сбором средств! — Мейсон предоставила копию официального письма из Министерства на всеобщее обозрение. Сомнений в том, что в ближайшее время на старост ляжет дополнительный груз ответственности, ни у кого не осталось.       — И как ты собралась это устроить? — глядя на лицо Оливии, можно было подумать, что её хотят заставить танцевать вальс с горным троллем. Если бы отвращение имело физическое воплощение, оно, по всей вероятности, выглядело бы именно так. Конечно, Флинт не могла оспорить ни указ директора, ни уж тем более распоряжение из Министерства Магии, но одного лишь взгляда хватило бы, чтобы понять, что девушка не испытывает восторга от задумки Мейсон.       — Я прикинула, что для участия в спектакле потребуется некоторое количество актёров и люди, которые займутся изготовлением декораций и костюмов. Кроме того, неплохо было бы выбрать сценариста и постановщика, ответственного за репетиции. Получается, от каждого факультета участвовать в спектакле должно не менее пяти-шести человек. Конечно, это минимум, если будет больше желающих, то милости просим! Привлекать к участию студентов младше пятого курса лично я смысла не вижу. Не хочется рисковать, да и, чувствую, им будет куда интереснее посмотреть спектакль, чем учить реплики.       — А если вообще никто не захочет участвовать? — уточнила Пейдж, делая пометку на куске пергамента. — Ты же не забыла, что нам надо готовиться к ЖАБА? Да у пятикурсников в этом году СОВ…       — Конечно, мы не забыли. Я тоже об этом подумал, когда мы обсуждали это с директором. Профессор Дамблдор посоветовался с деканами, и они пришли к решению, что в случае полного отказа от участия факультет получает штрафные баллы. Если не ошибаюсь, мы сошлись на сотне, — объяснил Лео. Лили удивлённо посмотрела на Беннета. Она совсем не ожидала, что он тоже занимался организацией мероприятия вместе с Марго. После слов Мейсон у Лили создалось впечатление, что она выступает единственным инициатором.       — Серьёзно?! Потерять целых сто очков из-за такой ерунды? — Эйвери выглядел крайне возмущённым. Он яростно ударил кулаком по столешнице, но под суровым взглядом Габриэля заметно притих. Вероятно, Хэндерсон обладал достаточным авторитетом, чтобы сбить с пятикурсника спесь одним лишь взглядом.       — Не хочешь терять баллы — участвуй в спектакле, — справедливо заметил Дюк.       — Или найди того, кто сделает это за тебя, — усмехнулся Бэн, за что тут же был вознаграждён подзатыльником от сестры.       — Что касается финансовой части, — продолжила Марго, как только комментарии стихли, — все остальные студенты, а также преподаватели будут приглашены на спектакль. Цену за билеты мы также обговорили — пять стиклей. Конечно, мы все понимаем, что бывают разные ситуации и не все могут позволить себе подобные траты… Поэтому присутствовать на спектакле не обязательно. Однако, так как это мероприятие затронет учебный процесс, то для студентов, не пожелавших посетить выступление, мистер Бинс любезно согласился провести две дополнительные лекции.       — Понятно, — тяжело вздохнул Крис. — То есть не обязательно, но добровольно-принудительно, так и запишем.       Не успели стихнуть одобрительные возгласы, согласные с тем, что лучше месяц не ходить в Хогсмид, чем потерять целых три часа на Истории магии, дверь кабинета отворилась.       — Извините, что прерываю, но профессор МакГонагалл просила меня передать, что ждет Лили у себя, — Марлин МакКиннон упёрлась одной рукой в дверной косяк и с интересом оглядела присутствующих. — Сейчас.       — Ох, ладно, хорошо, — Лили извинилась перед старостами и скрылась за дверью. А вот МакКиннон совсем не торопилась удалиться.       — Я тут совершенно случайно услышала, о чём вы говорите… Уже выбрали, какой спектакль будете ставить? — Марлин бесцеремонно присела на место подруги, не дожидаясь приглашения.       — Нет ещё, — Мойра зевнула, прикрыв рот рукой. Очевидно, она не испытывала особого интереса к происходящему. Марго не высказала возражений против присутствия МакКиннон. Вероятно, она была не против услышать ещё одно мнение на этот счёт.       — Ой, а давайте «Ромео и Джульетту» Шекспира! — Марлин заговорщицки потёрла ладони друг об друга, предвкушая нечто интересное. Она впервые в жизни обрадовалась случайному столкновению с профессором МакГонагалл.       — Кого? — переспросил чистокровный Эйвери, которому явно не доводилось слышать этой фамилии прежде.       — Магловский поэт и величайший драматург, — пояснил Римус. — Хорошая идея, Марлс. Думаю, это многим будет интересно. К тому же пьесу поставить проще, чем с нуля переписывать прозу.       — Отличный вариант, можно взять на заметку!       — Вы серьёзно собираетесь слушать какую-то девку, которая заявилась сюда без приглашения? — возмутилась Оливия. Трудно было сказать, что ей не нравилось больше: предложенный вариант или наличие постороннего человека на собрании. — Ей тут вообще не место. Она же даже не староста!       — Если тебе будет легче, можешь считать, что эту идею подала Лили, — невозмутимость Римуса поражала. Он, не задумываясь, вставал на защиту подруги ещё до того, как Марлин успела открыть рот.       — Давайте не будем ругаться, — от крика Оливии у Хэльги разболелась голова. — Она хотя бы что-то предложила, если у тебя есть идея получше, мы с удовольствием её выслушаем.       — Вот-вот, — согласилась Линда. — Ты сама-то что можешь предложить? «Сказки дедушки Мухомора»?       Едкое замечание рейвенкловки не осталось проигнорированным. На защиту Флинт встал Эйвери. Марлин была готова дать голову на отсечение, что гадкий змеёныш хотел покрасоваться перед симпатичной сокурсницей. Вылилось всё это в нешуточную перепалку, которая с большим трудом была прекращена общими усилиями Мейсон и Беннета. Старосты школы доходчиво объяснили собравшимся, для чего они здесь находятся. Никто не захотел приглашать на собрание деканов факультетов, и спор мгновенно угас.       Вернувшаяся в кабинет Лили сильно удивилась, увидев на своём месте подругу, однако совсем не возражала против её присутствия, поэтому просто заняла свободное место рядом с Корнелией Дженкинс. К этому времени решение всё ещё не было принято — слизеринцы никак не хотели соглашаться ни с одним из предложенных вариантов: одно они посчитали слишком глупым, другое — неинтересным, третье их не устраивало, потому что было написано маглом. Несмотря на всевозможные протесты Эйвери и Флинт, по итогам общего голосования было решено остановиться на варианте, предложенном МакКиннон.       На этой ноте Марго закончила собрание. Она попросила задержаться по одному представителю от каждого факультета. Жребий пал на Эйвери, Эванс и Ритчи. Мейсон написала объявление и, размножив его с помощью магии, отдала по копии каждому.       Объявление гласило: «В эту субботу 22.11.1975 г. в 18:30 все студенты 5-7 курсов, желающие принять участие в спектакле «Ромео и Джульетта», приглашаются в Большой зал на раздачу сценариев».       Лили освободилась на десять минут позже своих одногруппников. Собрание, которое обычно продолжалось не более часа, в этот раз продлилось чуть ли не два с половиной, и она чувствовала себя ужасно уставшей. Никогда прежде в замке не сталкивалась ни с чем подобным, поэтому у старост возникло очень много вопросов, требующих обсуждения.       Повесив объявление на пробковую доску в гостиной, девушка поднялась в комнату. Мэри и Алиса уже спали за задёрнутыми пологами кроватей и не обратили никакого внимания на её возвращение. А вот кровать Марлин оказалась пуста, хотя это совершенно не удивило Лили. МакКиннон, вероятно, направилась в комнату Мародёров, как это обычно бывало, и дождаться её подруга не стала.

***

      Вместо того, чтобы идти в гостиную с Римусом, Марлин, сославшись на одно очень важное дело, вернулась к кабинету Трансфигурации. Она с трудом избежала столкновения с возвращавшейся в гостиную соседкой. Если бы Лили её заметила, весь план пошёл бы под хвост миссис Норрис! Марлин без особых усилий нагнала старосту школы и упросила её выслушать несколько полезных идей: от успеха этих переговоров зависело слишком многое. Гриффиндорка в красках расписала Марго своё видение того, что нужно было сделать, чтобы мероприятие приобрело невероятную огласку. Марго была явно заинтересована: она была готова пойти на многое, чтобы добиться наилучшего результата, и подтасовка ролей определённо входила в это число. МакКиннон очень сомневалась, что Эванс пожелает принять активное участие в спектакле, но ей было жизненно необходимо, чтобы Джульеттой стала именно она. Предложение Марлин было крайне заманчивым и имело все шансы на успех.       Пока Марлин завоёвывала расположение Марго, Люпин делился последними новостями с остальными Мародёрами.       — Вот здорово-то! — восторженно воскликнул Питер, с благоговением поглядывая на Сириуса. — Бродяга, думаю, тебе нужно обязательно попробоваться на главную роль! Ты же прирождённый актёр!       — Спасибо, конечно, Хвост, но Ромео у нас уже есть, — Блэк толкнул Поттера в бок, с многозначительной ухмылкой. Именно он настоял на том, чтобы дождаться Лунатика с собрания, и теперь, когда услышал всё своими ушами, был особенно доволен.       — С чего бы это? — Джеймс был крайне удивлён. При всей своей любви к драме, Сириус вдруг решил уступить главную роль ему, это было крайне неожиданно и несколько подозрительно. — Ты серьёзно думаешь, у меня есть свободное время на эти глупости? Если ты вдруг забыл, то напомню, что у меня тренировки, а ещё у нас СОВ на носу…       — А я-то думал, что ты хочешь сблизиться с Эванс, — театрально вздохнул Бродяга и отошёл к окну. — Ну ладно, если для тебя важнее учёба, то, Мерлина ради…       — А при чём тут это? Разве главная роль как-то может помочь? Не думаю, что Лили это сильно впечатлит… — Петтигрю озвучил мысль, возникшую в трёх головах одновременно.       — Не стоит переживать, мы устроим всё по высшему разряду! Тем более, что Марлс уже должна была приступить к исполнению своей роли, — Сириус загадочно улыбнулся. Поттер всегда удивлялся тому, каким образом его лучший друг умудряется затевать тайные заговоры, если всегда находится где-то поблизости.       — При чём здесь Марлин? — Римус нахмурился. То-то ему показалось странным, что она знала про спектакль, хотя присоединилась к ним лишь в середине обсуждения. — Дай угадаю, её появление на собрании отнюдь не случайно?       — Совершенно верно, мой пушистый друг! На днях мне выпал шанс немного поболтать с Мейсон. Вот честно, ей стоит быть осторожнее: она совсем не смотрит под ноги и чуть не свалилась с лестницы. Просто чудо, что я успел её поймать…       — Ближе к сути, пожалуйста, — попросил Римус, прекрасно осознавая, насколько рассказ Блэка может затянуться, если дать ему свободу слова.       — В этом вся суть! Кстати, вы знали, что у них с Беннетом что-то намечается? — увидев раздражённый взгляд Лунатика, Сириус поднял руки в жесте капитуляции, на секунду замолчав, но тут же продолжил. — В общем, она показалась мне слишком взбудораженной, мне стало любопытно, в чём дело. И так уж вышло, что я случайно узнал причину собрания старост раньше всех. Хотя я был более чем уверен, что Лео тоже в курсе, и, чёрт возьми, я был прав!       Ладно-ладно, о чём это я? Ах да! Ну, сами понимаете, такого грандиозного события у нас ещё не было. Я просто не мог не воспользоваться ситуацией! Вот только плана у меня как такового не было, поэтому я решил посоветоваться с Марлс, — Бродяга продолжил рассказ, с важным видом вышагивая по комнате.       — Почему именно с ней, а не с нами? — Поттер поправил очки и внимательно посмотрел на друга в ожидании ответа.       — Скажем так… Она оказалась поблизости, — Блэк почесал бровь и отвернулся. Джеймс был готов поспорить, что Марлин отнюдь не в шахматы с ним играла. — В любом случае это было правильным решением. Она быстро сообразила, как можно использовать это с наибольшей пользой для нас. Вынужден признать, она намного лучше меня разбирается в магловской литературе, и идея с шекспировской пьесой пришла в её прелестную голову в считанные минуты.       Ни для кого не секрет, что отношения между Сохатым и нашей чудесной старостой не складываются. Не волнуйся, это я не про тебя, Луни, — Блэк вовремя увернулся от двух подушек, нацеленных в его голову. — А что, разве я не прав? Я сколько раз говорил тебе, Сохатик, что на это сил уже нет смотреть? Между прочим, Марлс со мной полностью согласна! Ты должен быть нам благодарен, потому что мы по доброте душевной решили тебе помочь! В эту самую минуту Марлин пытается сделать твою ненаглядную Эванс Джульеттой, а Джим получит роль Ромео, и вуаля! Репетиции наедине и сцены с поцелуями обеспечены, — Блэк театрально поклонился ещё до того, как трое Мародёров успели осознать сказанное.       — Да это же… может сработать, — Поттер вдруг осознал, что задумка Блэка действительно не лишена здравого смысла.       — Что значит «может сработать»? — возмутился парень, кинув подушку в ответ. Поттер был так поглощён мыслями, что не успел уклониться: снаряд прилетел точно в цель, сбив с лохматой головы очки. — И вообще, с тебя бутылка огневиски, не просто же так я разработал этот гениальный план!       — Вот тебе и «доброта душевная», — Римус разочарованно покачал головой. — Судя по твоему рассказу, это идея МакКиннон, так что нечего приписывать себе чужие заслуги.       — Ничего я себе не приписываю, мы работали в соавторстве! К тому же я не говорил, что собираюсь прикончить бутылку в одиночку…       — По рукам! А Марлин я потом выражу отдельную благодарность! — рассмеялся Джеймс. Он никак не ожидал, что после слов о том, что нужно отвлечься от Эванс, Блэк будет помогать ему вновь добиться её расположения. Однако, это, безусловно, оказало на него самое вдохновляющее влияние.

22 ноября 1975

      Эванс была приятно удивлена, увидев, с каким энтузиазмом гриффиндорцы отнеслись к новости о спектакле. По правде сказать, девушка не ожидала, что будет столько желающих принять участие в спектакле. К субботе весь замок говорил лишь об этом. Студенты четвёртых курсов были крайне возмущены тем, что не смогут принять участие наравне с остальными, но высказать претензии вслух никто не решался.       — Идёшь с нами в Хогсмид? — Марлин выглянула из-за спины Лили и заключила подругу в объятья.       — Что? В Хогсмид? — Лили была настолько поражена происходящим, что напрочь забыла о намечающемся походе в магическую деревушку. — Да, наверное, да…       Впрочем, кажется, не одна она забыла о предстоящей прогулке. В последнее время все мысли Джеймса были сосредоточены лишь на одном — как бы поскорее приступить к репетициям и остаться с Лили наедине. Он заглядывался на старосту даже чаще, чем обычно, сам того не замечая, хотя всем остальным всё было, пожалуй, даже слишком очевидно. Он постоянно пытался поймать взгляд её изумрудных глаз, невольно прислушивался к её голосу, пытаясь уловить каждое слово, и вечно крутился поблизости, стараясь попадаться ей на глаза как можно чаще. Ему ужасно хотелось, чтобы она хоть раз его заметила! Хотелось общаться с ней так же, как она общалась с Лунатиком или со своими подругами. Но почему-то, чем больше усилий он прикладывал, тем хуже получалось… Пожалуй, его увлечение рыжеволосой старостой выходило за рамки спора, и он вполне был готов признать поражение, лишь только Лили сама заговорила с ним.       — Доброе утро, Джеймс! — Кортни присела рядом с парнем и прикоснулась губами к щеке парня, оставив на коже след от помады. Поттер вздрогнул и удивлённо окинул девушку взглядом, словно не ожидал встретить её в гостиной собственного факультета. — Ну что, ты готов?       — К чему? — Джеймс попытался найти в голове хоть что-то, что могло бы объяснить поступок семикурсницы, однако там не было ничего, за исключением Эванс и квиддича. Несмотря на долгожданную победу в недавнем матче против Слизерина и наличие трёх месяцев на подготовку до столкновения с командой Хаффлпаффа, Джеймс считал, что расслабляться команде не стоило.       — К нашему свиданию, конечно же! — Кортни лучезарно улыбнулась. На долю секунды её ослепительная улыбка подействовала на Джеймса словно заклятье забвения.       — Так что? Идём? — Мэри щёлкнула пальцами перед носом Эванс в попытке привлечь внимание.       — Ой, да! Подождите меня, я только за курткой сбегаю и выйду.       Подруги и впрямь ждали её у выхода из замка. К всеобщему удивлению, Алиса решила составить компанию им, а не Фрэнку, что в последнее время случалось нечасто. То ли она соскучилась по соседкам, то ли одногруппники парня настояли на том, чтобы он в кои-то веки уделил им время. С тех пор, как они начали встречаться, прошёл целый год, но для Алисы это время пролетело словно мгновение.       Несмотря на то, что Стоун и Лонгботтом оба учились на Гриффиндоре, поначалу они не знали друг друга даже по имени. На самом деле это было не так уж и удивительно, ведь Фрэнк был на год старше и не так часто появлялся в гостиной, предпочитая проводить время в своей комнате или прогуливаться вместе со своей близкой подругой Доркас Медоуз. Они познакомились лишь на третьем курсе, когда Алисе пришлось остаться в замке на Рождество. В тот год практически все гриффиндорцы, за редким исключением, отправились на каникулы домой. Не желая просиживать все праздники в комнате, девушка в очередной раз прогуливалась по замку. Это случилось сразу после Рождественского завтрака: именно в этот день ей не посчастливилось нарваться на Пивза. Полтергейст, в очередной раз провинившийся перед призраком слизеринских подземелий — Кровавым бароном, был вне себя от ужаса и досады и, конечно же, жаждал поскорее излить на кого-нибудь свои эмоции. Увы, под раздачу попала ни в чём неповинная третьекурсница. На голову бедняжки свалилось ведро, до краёв наполненное слизью флоббер-червя. Не желая попасться на глаза Филчу, который непременно обвинил бы во всём именно её, Алиса поспешила в гостиную. Зимой в коридорах замка бывало так холодно, что насквозь промокшая и перепачканная в зелёной слизи девушка непременно бы заболела, если бы по счастливой случайности не наткнулась на возвращавшегося из библиотеки Фрэнка. Парень, не задумываясь, одолжил сокурснице мантию и даже сходил на кухню за горячим шоколадом. Он успокоил Алису, рассказав, как из-за проделки Пивза на первом курсе сломал ногу и пролежал три ночи в больничном крыле, в ожидании, пока кость срастётся. Они прекрасно провели все каникулы вместе и не прекратили общение даже после возвращения своих друзей. Алиса неоднократно слышала имя Фрэнка от его однокурсницы Доркас, но поняла это далеко не сразу. Какое-то время она даже полагала, что они встречаются, но оказалось, что в этом нет и намёка на правду. Соседки неустанно подшучивали над ней по поводу её влюблённости до начала прошлого года и перестали лишь когда Фрэнк предложил Алисе встречаться, и девушка согласилась.       Как только гриффиндорки добрались до Хогсмида, Лили направилась в книжный, Мэри и Алиса пошли в «Сладкое королевство», а Марлин — в «Зонко». По истечению получаса Эванс и МакКиннон присоединились к подругам. В «Сладком королевстве» каждая девушка купила что-то для себя: Марлин была готова душу продать за шоколадные котелки, Мэри обожала воздушный зефир, Алиса никогда не отказывалась от сахарных перьев и тыквенного печенья, а Лили больше всего любила летучие шипучки. В «Три метлы» подруги дошли усталые, но довольные, с раскрасневшимися от холода лицами.       За это время Бродяга и Линда уже успели распрощаться со своими товарищами и удалились в неизвестном направлении, оставив Джеймса наедине с Кортни в «Трёх мётлах». Девушка беспрестанно о чём-то болтала, явно наслаждаясь обществом Поттера, который, в свою очередь, смотрел в окно и едва ли слышал хотя бы половину её слов. Он успел тысячу раз пожалеть о том, что вообще согласился куда-то пойти с такой навязчивой особой, однако не желал показаться грубым. На днях он разговаривал с Доркас и Лео и выяснил, что допустил серьёзную ошибку, связавшись с самой настоящей дивой. После подробных разъяснений он понял, что в этом случае сбежать со свидания без последствий не выйдет, так что ему пришлось просто смириться с подобным положением дел и надеяться, что всё обойдётся. Во всяком случае Блэк точно сможет придумать, как отшить эту Кортни, не задев её чувства. В конце концов лишь по его вине Джеймс угодил в эту ловушку. Не в силах выносить бесконечную речь своей спутницы, парень извинился и встал из-за стола в надежде, что прогулка до уборной приведёт его в чувства. Проходя мимо входной двери, он услышал заливистый смех Эванс, который, вероятно, узнал бы из сотни других голосов. Девушка вошла в паб спиной, сгибаясь от хохота пополам. Собранные в высокий хвост волосы девушки, оттеняли светлую кожу и блестящие от слёз смеха глаза.       — Лили! — воскликнула Марлин, но было уже поздно. Выпрямившись, Эванс всё же врезалась в Поттера, не успев ни остановиться, ни развернуться.       — Простите, — протянула девушка, схватившись за голову, на которую пришёлся удар. — Ой, это ты… Извини, пожалуйста, я не смотрела, куда иду.       — Не страшно, — парень потирал пострадавший подбородок. — Сама-то в порядке? Кажется, тебе досталось сильнее, чем мне.       — Вроде бы, — скривившееся от боли лицо Лили говорило об обратном. Очевидно, она не была в порядке.       — Джеймс, — Кортни была, как минимум, раздосадована нежелательной встречей и даже не пыталась этого скрыть. Она, как и все обитатели замка, прекрасно знала, что Поттер не первый год волочится за Эванс. Тем не менее, она не планировала сдаваться: сейчас Джеймс был с ней, и делить его внимание с кем-то другим она не собиралась. — Я замёрзла, давай вернёмся в замок.       — Хорошо, — тяжело вздохнув, парень согласился. — А тебе лучше бы приложить лёд, Эванс. Не хотелось бы, чтобы на твоей прелестной головке появилась шишка.

18:30. Большой зал

      — Как думаете, много будет желающих? — Марго вопросительно посмотрела на старост, которых собрала заранее. В руках она держала стопку пергаментов с репликами.       Как только двери Большого зала распахнулись, старосты увидели почти всех гриффиндорцев с пятого по седьмой курсы, с десяток хаффлпаффцев и рейвенкловцев, а также несколько слизеринцев, по выражению лиц которых не сложно было догадаться, что пришли они сюда отнюдь не по доброй воле.       — Итак, — подвёл итог Лео после того, как все получили копии сценария, написанного Мойрой и Марлин. — Пробы на женские роли состоятся в среду, на мужские — в четверг. Времени на подготовку должно хватить. Мы понимаем, что это не театр, поэтому ничего сверх меры требовать от вас не будем. Главный критерий — понимание персонажа и более-менее приличное исполнение. Кастинги будут проходить здесь, время мы согласуем с профессором Дамблдором и объявим чуть позже. В любом случае, старосты вас проинформируют.       Всю неделю Лили была ужасно взволнована: она не могла отрицать, что в душе ей бы хотелось поучаствовать в спектакле, однако почему-то одна только мысль об этом вызывала в ней неподдельный ужас. Это всё казалось ей настоящим безумием! Она терпеть не могла повышенное внимание к своей персоне, а участие в чём-то подобном не могло не сказаться на ажиотаже вокруг исполнителей. Соседкам пришлось приложить немало усилий, чтобы уговорить подругу по крайней мере попробовать принять участие в кастинге. МакКиннон всеми правдами и неправдами пыталась заставить Лили поверить в то, что ей бы безумно подошла главная роль, но, несмотря на все подстрекательства, Эванс осталась непреклонной. Она то и дело ссылалась на то, что у неё совсем нет таланта, или же находила сотню других причин для отказа.       И всё же попробовать свои силы действительно стоило. И всё же Лили было ужасно страшно и крайне дискомфортно, поэтому она прибегла к маленькой хитрости и попросила Северуса составить ей компанию. Пожалуй, ей пришлось прибегнуть к не меньшим усилиям, чем её подругам. Лишь после долгих уговоров парень согласился, подкрепив это тем, что желающих от Слизерина было слишком уж мало. Узнав об инициативе Снейпа, Мальсибер похвалил его за решимость и отважный шаг, на который тот решился пойти ради факультета. Конечно же, Снейп не стал уточнять, что основная причина заключалась вовсе не в этом.       Несмотря на все волнения и переживания, время прошло даже слишком быстро: несколько стычек с Поттером, вечера в библиотеке с Римусом и ночные разговоры с подругами не давали ей и свободной минуты на тревогу. К тому же ей нужно было успеть изучить сценарий постановки, а также заучить пару отрывков из пьесы. К счастью, профессорский состав пошёл студентам навстречу и значительно сократил количество домашних заданий. Это не могло не радовать старшекурсников. Теперь уж даже те, кто изначально был против данной задумки, не могли не признать пользу от этого мероприятия.       Всю среду старшекурсницы были как на иголках: даже во время занятий девушки то и дело отвлекались, чтобы успеть ещё раз пройтись по тексту и повторить заученные реплики. Впрочем, профессора закрывали на это глаза, по-видимому решив на этот раз оставить девушек в покое и в отместку устроить допрос с пристрастием парням.       Изначально Марго планировала отдельно провести пробы на главные и второстепенные роли, чтобы облегчить задачу членам жюри и оставить самое важное решение напоследок. Однако, желающих оказаться в массовке оказалось не так уж и много, из-за чего было принято решение провести распределение ролей совсем иным образом: все девушки должны были произнести один и тот же монолог, после чего высказать своё видение персонажа. Из них должны были выбрать главную героиню, а остальных претенденток позже распределят на второстепенные роли по усмотрению председателей жюри, состоящих из нескольких старост с разных факультетов.       После того, как все желающие выступили, Марго, Мелли, Арнольд и Габриэль удалились в другой конец зала, чтобы приступить к обсуждению. Старостам пришлось просмотреть выступления не менее двадцати конкурсанток. Лили так сильно переволновалась, что, чудом избежав обморока, вынуждена была выступать последней. Северус, к сожалению, не смог прийти и поддержать девушку, зато тут были Марлин и Мэри, которые также захотели попробовать свои силы. Девушка неплохо отыграла роль перед зрителями и подошла к жюри, чтобы ответить на их вопросы. Обсуждения проводились наедине, чтобы конкурсантки не могли скопировать ответы друг друга.       Пока члены жюри совещались, Лили старалась успокоиться и прийти в себя. Она была убеждена, что ответила на вопросы недостаточно хорошо и полностью провалилась. Возможно, если бы она приложила чуть больше усилий, то смогла бы выразить свои мысли точнее. Время тянулось так медленно, и беспокойство участниц прослушивания, словно снежный ком, возрастало с каждой минутой.       Судя по активной жестикуляции, споры между старостами разгорались нешуточные. И вот, спустя пятнадцать бесконечно долгих минут, Марго вернулась, чтобы объявить результаты:       — Спасибо всем за участие! Вы все большие молодцы, и сделать выбор оказалось по-настоящему сложно. Мы старались учесть ваши пожелания, однако вы должны понимать, что главная роль одна, а вас много. Поэтому я надеюсь, вы проявите сдержанность и благоразумие и не станете устраивать сцен из-за нашего выбора. А теперь перейдём к самому интересному! Нашей Джульеттой становится Лили Эванс, — Марго зааплодировала, призывая всех поздравить гриффиндорку. Она выглядела более чем довольной. Когда Марлин МакКиннон предложила ей кандидатуру Лили, Мейсон пришла в замешательство: она прекрасно знала, что Эванс не любит публичные выступления и чрезмерное внимание. К тому же она не была уверена в том, что Лили справится, да и тасовать роли было бы слишком рискованно. Однако, Эванс неплохо себя проявила, да и характер Джульетты описала в разы лучше, чем остальные претендентки. А с планом МакКиннон, спектакль был обречён на успех!       — Это несправедливо! — возразила Кортни, желавшая получить главную роль, вероятно, даже больше прочих. Совершенно случайно она услышала в гостиной рассуждения Питера о том, насколько хорошим Ромео будет Джеймс. И вот теперь, когда у неё наконец-то появилась возможность привлечь внимание Поттера и показать себя с лучшей стороны, вездесущая Эванс снова всё испортила!       — Глупости, всё честно, — вступился Холливелл, который был вполне согласен с вердиктом старосты школы. — Мы посовещались и совместно пришли к такому заключению.       — Остальные свободны, списки вывесят завтра, сразу после кастинга на мужские роли, — теперь уже никто не мог сказать ни слова протеста. Некоторые участницы были заметно расстроены, другие же обрадовались за Лили и вполне искренне поздравили её с победой.       Сама Лили испытывала по этому поводу довольно смешанные чувства: с одной стороны, она правда была очень рада, что смогла преодолеть свой страх и хоть раз в жизни проявить себя. С другой стороны, она была слишком напугана. Лили не любила выделяться, и ей вполне хватало выходок Поттера, из-за которых её и так постоянно обсуждали. Всё это казалось каким-то безумием, совершенно немыслимым и невообразимым! Она сразу же попросила Марго назначить Джульеттой кого-нибудь другого, однако получила категорический отказ. Мейсон заверила её в том, что она слишком сильно переживает из-за какой-то ерунды.       Конечно, Лили сразу же поделилась своими тревогами с подругами, но и они не разделяли её опасений. Она же была слишком взволнованна происходящим, чтобы сохранять самообладание и трезвость мысли. Кроме того, она определённо бы соврала, если бы сказала, что ей неинтересно узнать, кому из претендентов достанется роль Ромео. Лишь после того, как Лили дважды перечитала сценарий и убедилась, что в нём действительно ничего такого, ей удалось немного успокоиться. Соседки дружно подтвердили слова Марго о том, что Лили попросту себя накручивает и ей стоит относится ко всему чуточку проще. Они были очень рады за подругу, о чём не уставали ей напоминать.       На следующий же день в девять часов вечера Римус, по поручению Лео, вывесил список актёров, задействованных в спектакле. Претендентов на мужские роли старосты школы выбирали вдвоём, так как часто сходились во мнениях. Никто не возражал, и поэтому в этот раз пробы заняли гораздо меньше времени, чем в предыдущий день.       — О, девчонки, смотрите, там список вывесили! — Марлин подскочила на месте и бросилась к доске объявлений, проталкиваясь среди желающих поскорее узнать результаты.       — Ну и? — Лили сгорала от любопытства, однако осталась в стороне в ожидании возвращения МакКиннон.       — Мерлинова борода! Слизеринцы наверняка съедят свои мантии от злости! Почти все главные роли наши! Итак, само собой ты — Джульетта, а я буду кормилицей. Ну, и про Алису мы с и так знаем. Хотя я ни за что бы не подумала, что Лиса захочет заниматься созданием костюмов! Ой, и знаешь, в спектакле будут участвовать Мародёры, — Марлин резко замолчала, завидев приближающихся к ним парней.       — Bonjour, mon amour, ma Juliette! — раздался довольный голос Поттера из-за спины Лили. Девушка сжала кулаки и поморщилась, будто бы надеясь, что голос ей всего лишь померещился. Рука парня зарылась в лохматую шевелюру. Джеймс с глупой ухмылкой смотрел на Лили, которая, заметив его взгляд, медленно повернулась и с мольбой взглянула на Марлин. МакКиннон лишь беспомощно пожала плечами, всем своим видом показывая, что не имеет к происходящему никакого отношения. Лили вскочила с дивана и подбежала к списку. На листе пергамента аккуратным почерком Лео было написано именно то, чего Эванс так опасалась. Яростно сверкнув изумрудными глазами, девушка скрылась на лестнице, ведущей к женским спальням.       — И почему только у меня такое ощущение, что за эту роль тебе пришлось кого-то убить? — смеясь над реакцией подруги, спросила Мэри.       — Зачем кого-то убивать, если у меня есть такие друзья? — парень приблизился к МакКиннон и перешёл на шёпот. — Спасибо за помощь, Марлс, я теперь твой должник! Непросто, наверное, было добиться главной роли для Эванс?       — Да нет, Лилс её заслужила, причём справилась с этим блестяще. Да и вообще, когда мы с Бродягой смогли убедить Марго, что с Мародёрами в главных ролях спектакль будет куда успешнее…       — Ах да, совсем забыл сообщить, что Мейсон согласилась поменять пару сцен, — Марлин удивлённо посмотрела на Римуса. О каких-либо изменениях в сценарии она слышала впервые.       — Бродяга подумал, что сценарий немного… скучноват, — увидев полный недоумения взгляд МакКиннон, Джеймс отступил на шаг. — Мы всего лишь добавили зрелищности…       — Вы испортили мой сценарий?! — Марлин была крайне возмущена. Она потратила три ночи на то, чтобы подогнать пьесу под нужный формат.       — Не волнуйся, Марлс, мы его улучшили! — Бродяга приобнял девушку, крепко прижав к себе. — Сохатый ради этого даже перенёс тренировку на следующую неделю, одно только это чего стоит!       — Чёрт, ладно, плевать, потом с вами разберусь! — МакКиннон злобно зыркнула на Блэка и Поттера и тут же перевела обеспокоенный взгляд на лестницу, ведущую к женским спальням. — Пойду посмотрю, как там Лили, а то что-то мне подсказывает, она от всего этого не в восторге…       Марлин не ошиблась. Она ещё даже не успела дойти до двери, но уже услышала возмущения Эванс, адресованные Алисе, которой не посчастливилось остаться в комнате.       — Как такое возможно? Почему из всех учеников школы это обязательно должен быть именно он? — Лили была в шаге от истерики. Она не могла поверить в происходящее. — И что мне теперь делать? Снова попытаться отказаться от роли? Марго выразилась вполне конкретно, что об этом и речи быть не может. А я просто не смогу стоять с ним на одной сцене, это уже слишком!       — Ты не можешь просто взять и уйти, Лили. Ты же понимаешь, что на тебя все рассчитывают. Уже поздно что-то менять.       — К тому же ты сама сказала, что Снейп пошёл на это только из-за тебя. Вот же здорово будет, если ты всё бросишь, — задумчиво произнесла Марлин. — Да, он определённо будет в восторге.       — А Сев тоже получил роль?       — Он играет Тибальта. И раз уж ты его в это втянула, будь любезна взять на себя ответственность.       — Ох… — Лили глубоко вздохнула. — Да, вы абсолютно правы. Я слишком остро реагирую из-за какой-то ерунды, — теперь ей было стыдно за свою несдержанность. — И я должна сделать это хотя бы ради Северуса, даже если это значит, что мне придётся терпеть этого Поттера.