История о Лили Эванс

Апрель 1976

      Каникулы закончились так же быстро, как и начались. Не успела Эванс даже соскучиться по подружкам, как они уже были в комнате. Недолго думая, кинулась их обнимать. Конечно, ночевать в одиночестве оказалось не так уж и страшно, да и в компании Блэка Лили отнюдь не скучала, но это не могло заменить ей ночных разговоров с девчонками.       — Ну что, расскажешь? Всё было так плохо, как ты и думала? — с насмешливой улыбкой спросила Алиса.       — А знаете, эти каникулы меня ничуть не разочаровали. Оказалось, что и с Сириусом можно разговаривать по-человечески. Думаю, мы даже сдружились за эти дни… Кажется, Марлин была права, он совсем не такой, как я о нём думала.       — Да неужели? Девочки, вы это слышали? Надо выделить этот день в календаре! Мэри, у тебя есть красный карандаш? — Марлин рассмеялась, вспомнив, как Лили описывала ей свои представления о том, что Блэк может испортить ей каникулы.       — Очень смешно, — Лили закатила глаза, кинув в Марлин подушкой. Она так и знала, что подруги будут подшучивать над ней из-за того, как сильно она изменила своё мнение о Блэке. МакКиннон заставила Эванс подробно описать ей каждый день прошедшей недели. Лишь после этого остальные поделились своими впечатлениями о прошедших каникулах.

Тем временем Мародёры

      Джеймс, Римус и Питер направлялись к своей комнате, думая лишь о том, как им добраться хотя бы до своих кроватей, при этом не потонув по пути в горах мусора.       — Как же я мог забыть заставить вас прибраться перед каникулами? — раздосадованно спросил Римус не то у своих друзей, не то у самого себя. — Там же и так такой бардак был, а теперь-то, зная Бродягу…       — Точно-точно, — подтвердил Питер, — ему, лентяю, и в голову не придёт убраться!       — Эй, не надо мне тут на Бродягу наговаривать, не такой уж он и ленивый, — сказал Джеймс, взлохмачивая волосы.       — Ты сам-то в это веришь? — с ухмылкой спросил Римус.       — Не то чтобы, но…       Гриффиндорцы стояли перед дверью своей спальни, боясь представить себе то, что ждёт их по ту сторону. Питер нерешительно повернул ручку и толкнул дверь вперёд. Троица Мародёров медленно вошла в комнату. То, что предстало перед их глазами, повергло их в шок, заставляя и без того нагруженные мозги работать интенсивнее. Каждый из них силился понять, что же не так и в чём подвох. Зрелище, которое они увидели, было очень редким, да что там говорить, оно было редчайшим. Блэк лежал пьяным на своей кровати, зато комната была идеально чистой, не считая двухдневного слоя пыли, который, по сравнению с обычным состоянием комнаты, был совершенно незаметен.       — Я знал, что Сириус у нас чистюля! — восторженно крикнул Поттер, подбегая к кровати друга. — Вставай, лапусечка, мы вернулись! Соскучился?       — Отстань! — еле слышно сквозь подушку промычал Блэк, в руке которого, несмотря на сон, была полупустая бутылка огневиски.       Кое-как парням всё же удалось разбудить парня, и первым делом Блэк сделал большой глоток из бутылки. Мародёрам было жизненно необходимо узнать подробности жизни Бродяги в одиночестве. Сейчас они не имели ни малейшего представления, что же такого могло произойти за неделю, чтобы Сириус решил в одиночку заняться уборкой.       — Бродяга, может перестанешь пьянствовать без остановки? — Римус укоризненно посмотрел на друга.       — Если ты будешь много пить, лишишься внимания девчонок, так что отдай бутылку!       — Это не просто алкоголь, это счастье! Ты что, Сохатый, хочешь лишить меня счастья? — только что проснувшийся Блэк сделал очередной глоток горячительного.       — О да, я просто мечтаю об этом! Акцио, — Поттер направил полочку на бутылку огневиски, и спустя мгновение она оказалась у него в руке.       — Так не честно!       — Нас не было всего неделю, а ты тут бар устроил. Где ты вообще взял алкоголь? Разве у нас оставалось столько? — спросил Питер.       — Да так, пополнил запасы, когда ходил в Хогсмид с Лилс…       — Какого чёрта?!       — Сохатик, успокойся, я просто выполнял её просьбу, — Блэк лениво потёр глаза и снова лёг на кровать.       — Какую же, если не секрет? — спросил Питер, поднимая с пола очередную пустую бутылку.       — Я провожал её до Хогсмида через потайной проход горбатой ведьмы.       — Может ты ещё что-то натворил, чего я не знаю?       — Сириус, ты молодец. Не ожидал, что в комнате будет так чисто! — как бы невзначай, переводя тему, произнёс Люпин.       — Вот вечно ты, Луни, во мне сомневаешься! На самом деле, это Лили меня заставила убраться…       — И давно она Лили, а не Эванс?       — Да нет, недавно. С тех пор, как она прикрыла меня перед Мини и начала называть по имени. Согласись, было бы странно, если бы я продолжал обращаться к ней по фамилии после такого?       Блэк говорил невозмутимо, как если бы это было само собой разумеющимся. И с каждым его словом негодование на лице Джеймса лишь усиливалось. Поняв, что если Бродяга продолжит рассказывать о своём времяпровождении, то без скандала дело не обойдётся, Римус поспешил перевести тему:       — Слушайте, а никто из вас не получал на каникулах ничего странного?       — В каком смысле странного? — уточнил Питер, не совсем понимая, о чём говорит Лунатик.       — Ну, как бы вам объяснить… Во время каникул, точнее на следующий день после полнолуния, мне пришла целая корзинка шоколада.       — Шоколада? Ты сейчас серьёзно? — Поттер удивлённо посмотрел на Люпина, замерев с подушкой в руке. Блэк облегчённо выдохнул. — Конечно, нам с Бродягой дарили конфеты и шоколад… Но корзину? Такого ещё не было!       — А что было написано в записке? — неожиданно спросил Хвост.       — Точно, должна же быть какая-то записка!       — В том-то и дело, что никакой записки не было, а посылку принесла, скорее всего, школьная сова, — объяснил Римус. — Хотя это не точно…       — Значит, у Луни появилась тайная поклонница, — сделал вывод Сириус. Удары подушкой помогли ему прийти в чувства.       — Давайте узнаем, кто она!       — Мне тоже интересно. Что насчёт тебя, Луни? Как-то ты не выглядишь больно заинтересованным.       — Да мне как-то всё равно…       — Тогда решено! Итак, начнём: какие там были шоколадки?       — Разные: из «Сладкого королевства» и много магловских, — немного подумав, ответил Римус.       — Значит, она либо полукровка, либо маглорождённая! — предположил Питер.       — Ничего это не значит, многие чистокровные волшебники увлекаются магловеденьем и уж точно пробовали сладости маглов, — возразил Блэк.       — И то верно, — согласился Поттер. — Дело пойдёт быстрее, если узнать её факультет.       — С чего вы вообще взяли, что это она? И что этот человек из школы? — с недоумением спросил Римус.       — Я, конечно, понимаю, что мы популярны не только среди девушек, но не думаю, что парень мог бы на такое пойти. Тем более ты сам сказал, что сова была школьная.       — Это совсем не так, лично я не видел сову, да и родители толком ничего не разглядели, — Лунатик сел на кровать Блэка.       — Это не важно, Рем, я чувствую, что эта девушка учится в Хогвартсе! — в голосе Поттера была неподдельная уверенность.       — И всё же будь она хоть трижды красоткой, я не отдам ей моего Ремми! — Бродяга прищурил глаза и обнял Люпина с глупой улыбкой.       — Слушай, тебе срочно нужно к мадам Помфри, она даст таблеточку, и тебе станет лучше. Ты же пьян в стельку!       — Неправда, я очень не пьян! Я просто очень люблю Луни!       — Я думал, что ты любишь меня! — обиженно протянул Джеймс.       — Тебя, Рогатик, я, конечно, тоже люблю, но ты изменяешь мне с Лили!       — Думаю, скорее наоборот, это он Лили с тобой изменяет, — поправил его Римус.       — Римус тебе тоже, между прочим, с Мэри изменяет, — заметил Питер как бы между прочим.       — Это правда, Луни?! Между нами всё кончено! — Блэк наигранно отвернулся, но спустя три секунды вновь принялся тискать старосту. — Не могу я на тебя сердиться, Луни, не могу.       — Эй, Королева драмы! Тебе пора в больничное крыло, а то тебя уже не в ту степь понесло!       — Один я никуда не пойду!       — Ладно, Римус, сходи с ним.       — Почему я?       — Он же тебя больше любит!       — Ладно, — смирившись с судьбой, Лунатик потащил Бродягу в больничное крыло, где его и пришлось оставить, чтобы он протрезвел.       Возвращаясь назад, парень столкнулся с Лили в коридоре, ведущем в гостиную. Он был рад увидеть подругу после недели разлуки, но мысль о тайном поклоннике никак не выходила из его головы. Не так уж много людей знали адрес его родителей, но ни Мэри, ни остальные Мародёры ничего об этом не слышали. Оставалась лишь Лили.       — Привет, Римус. Как прошли каникулы? — девушка обняла парня и мило улыбнулась.       — Хорошо, спасибо. Слушай, Лили?       — Да?       — Ты случайно никому не давала мой адрес?       — Нет, конечно, никому. Зачем мне это делать? А что такое?       — Да так, в принципе, ничего… Просто кто-то прислал мне шоколад, вот я и пытаюсь выяснить, кто это был. Честно говоря, теперь у меня нет идей, откуда отправитель мог узнать мой адрес.       — Шоколад? Ну, наверное, это не так уж и странно? Ты думаешь, что у тебя появился тайный воздыхатель?       — И ты туда же! Согласись, корзинка шоколада — это действительно необычно, — было невооружённым взглядом видно, насколько парню не даёт покоя эта история. — Возможно, кто-то просто ошибся адресом?       — Надеюсь, тебе хотя бы понравилось? Твоему поклоннику было бы, наверное, очень приятно тебе угодить.       — Хм, по правде сказать, всё это время я пытался понять, кто за этим стоит, поэтому так и не попробовал его, — казалось, Люпин смутился от этого осознания.       — Знаешь, это не очень вежливо с твоей стороны. Тот, кто сделал тебе подарок, явно не желал ничего плохого.       — Наверное, ты права. Я взял несколько шоколадок с собой, вернусь в комнату и обязательно попробую, — кивнул в знак согласия Римус.       — А откуда ты, кстати говоря?       — Да так, из больничного крыла, — отмахнулся Люпин.       — Что-то серьёзное? — испуганно спросила рыжеволосая староста.       — Да нет, просто отводил туда Блэка.       — Вот только не говори, что он напился! Я же его предупреждала, а он… Как всегда! Нет бы послушался хоть разок, — возмутилась Эванс.       — Да ладно тебе, не бери в голову. Я вот уже даже не удивляюсь. Кстати, насколько я понял, вы с ним смогли поладить?       — Можно и так сказать, — Лили немного смутилась. — Мы хорошо провели время вместе.       — Хм, я надеялся узнать подробности, а то Бродяга в таком состоянии двух слов связать не может, — парень поправил край джемпера. — Ты не подумай, что что-то не так! Я рад, что всё в порядке, просто это немного неожиданно…       — Не переживай, девчонки тоже сначала не поверили, — рассмеялась девушка.       — Сама-то ты куда?       — В библиотеку: нужно помочь мадам Пинс разобрать книги, она ещё в каникулы попросила, но я так забегалась, что не успела заняться этим раньше.       — Составить тебе компанию?       — Нет, спасибо, ты же только приехал. Тебе бы отдохнуть с дороги. К тому же там нет ничего сложного. И не забудь про шоколад!       Девушке предстояло пройти мимо входа в башню Рейвенкло — это был самый короткий путь из всех, что она знала. Она так часто посещала библиотеку замка, что за пять лет успела выучить все коридоры и проходы в этом направлении. За это время она действительно начала считать Хогвартс своим домом. Конечно, она прекрасно понимала, что вряд ли сможет изучить замок также хорошо, как Мародёры, но после каникул, проведённых в компании Блэка, могла похвастаться большей осведомлённостью в сравнении с другими учениками. Погрузившись в раздумья о тайнах замка, которые Блэк не решился ей открыть, она совсем не заметила, как в кого-то врезалась.       — Простите! — извинилась Лили, отскочив от человека на два шага.       — Ничего страшного, — послышался знакомый голос.       Подняв глаза, Эванс увидела дружелюбную улыбку и синие цвета Рейвенкло на школьной форме. Голос был точно знакомый, но, кто перед ней стоит, девушка поняла далеко не сразу. Лишь увидев на груди парня поблёскивающий значок старосты, в голове мгновенно всплыло имя.       — Точно! Майк Рейдон. Кажется, он тоже на пятом курсе. Мы же играли вместе в спектакле, как я могла забыть? Как глупо, у нас было столько репетиций, но мы с ним даже ни разу не разговаривали…       — Всё в порядке? — учтиво поинтересовался он, заметив озадаченность на лице девушки.       — Да, извини, я просто витаю в облаках в последнее время. Нужно помочь мадам Пинс расставить книги… Я просто задумалась. Ещё раз извини, мне пора, — Лили улыбнулась на прощанье и пошла вперёд.       — Постой! Не хочу показаться навязчивым, но думаю, что будет не слишком правильно позволить девушке носить тяжести, — Майк в одно мгновение поравнялся с ней. — Могу я предложить тебе свою помощь?       — Это очень любезно с твоей стороны, но не стоит. Это не так уж и сложно, да и у тебя, должно быть, были планы, — гриффиндорка не ожидала подобных действий от Рейдона. Они никогда не общались прежде, ни на собраниях, ни на репетициях спектакля, ни даже на совместных занятиях. Никто из них ни разу не заговаривал друг с другом, и помимо имён они не знали друг о друге ровным счётом ничего.       — Да нет, я абсолютно свободен. Надоело сидеть в гостиной, решил прогуляться и, кажется, очень удачно.       — Ну, я не могу запретить тебе пойти со мной, — пожала плечами девушка, не сдерживая улыбку. — Так что, если тебя не затруднит, я буду крайне признательна.       Благодаря помощи Майка, старосты в два счёта справились с работой. Увидев, что помощь прибыла не только в лице Эванс, мадам Пинс на радостях увеличила количество задач в два раза. И всё же из библиотеки ребята вышли намного раньше, чем Лили предполагала. Работать вместе оказалось намного веселей и куда продуктивнее. Старшекурсники общались, рассказывали друг другу истории из жизни, обсуждали успехи в учёбе и планы на будущее. За пару часов старосты успели подружиться, как если бы они были знакомы друг с другом много лет.       — Большое тебе спасибо! Извини, что пришлось мне помогать.       — На самом деле это я должен просить прощения за то, что навязал тебе свою помощь, — рассмеялся Рейдон. — Кажется, из-за меня на нас повесили лишний раздел.       — Да если бы не ты, я бы здесь до ночи провозилась! — Лили шла по коридору спиной вперёд, не спуская взгляда с рейвенкловца.       — Ну, тогда нам очень повезло, мы даже успеем на ужин, если поторопимся, — Майк улыбнулся. Даже удивительно, что прежде он не обращал на эту девушку особого внимания. Кто бы мог подумать, что в школе найдётся человек, способный поднять настроение одной улыбкой.       Лили сожалела о том, что не общалась с Рейдоном раньше. Им как-то не доводилось работать вместе на занятиях: Лили всегда сидела рядом с Марлин, а Майк, кажется, работал в паре со своим одногруппником. Теперь она смутно припоминала, как Марго нередко отзывалась о парне в крайне положительном ключе. Он часто выполнял её просьбы и всегда очень ответственно подходил к исполнению обязанностей.       Вместе старшекурсники спустились в Большой зал, как обычно наполненный студентами разных курсов и факультетов. В зале вновь царила суматоха, возобновлённая после перерыва на каникулы. Студенты, обсуждающие события, произошедшие с ними за праздники, не обращали никакого внимания на постепенно прибывающих и убывающих из зала студентов. Вероятно, в замке были лишь два человека, способные среди разношёрстной толпы распознать рыжеволосую гриффиндорку. Один из них сидел за столом Слизерина.       — Снейп, ты чего это замер? — Розье провёл рукой перед лицом Северуса, чьи глаза были направлены на распахнутые двери Большого зала. Проследив направление взгляда однокурсника, Мальсибер тяжело вздохнул:       — Слизеринец не должен водиться со всякими погаными грязнокровками. Сколько раз нам ещё это повторить, чтобы ты наконец-то это понял?       — В школе столько приличных волшебников, а ты выбрал себе в подружки именно Эванс. Позоришь весь факультет! — поддержал одногруппника Эйвери. — В ней же нет ничего примечательного, сдалась она тебе?       Северус ничего не ответил. Ему не хотелось ввязываться в перепалку со своими друзьями. Конечно, они были неправы, ведь совсем не знали её. Он насилу оторвал взгляд от лица подруги, с которой уже очень давно не общался наедине. В последнее время Мальсибер всё чаще следил за ним, организовывая особые собрания так, чтобы у Снейпа не оставалось времени ни на что другое.       Второй же, Мародёр, сидел за столом Гриффиндора. Парень увлечённо беседовал со своими друзьями, описывая проведённое дома время и передавая Сириусу слова Юфимии о том, как ей жаль, что он отказался от приглашения. Если бы Марлин, сидящая рядом, не начала активно махать руками, привлекая чьё-то внимание, то, вероятнее всего, он бы даже не заметил приближение Эванс и идущего рядом с ней Рейдона.       — И что это за хмырь идёт рядом с ней? — Поттер замолчал на полуслове и прищурился, пытаясь разглядеть русоволосого парня.       — Это Майк Рейдон. Он играл жениха Джульетты в спектакле. Вы репетировали вместе множество раз.       — Совсем его не помню. Разве они общались раньше? Быть не может, я бы знал.       — Ну, он староста Рейвенкло. Хотя вообще-то я никогда не замечал, чтобы они разговаривали на собраниях, — Римус задумчиво почесал затылок.       — Тогда почему он идёт рядом с ней?       — Вот у неё и спроси, мы-то тут при чём? —закатил глаза Блэк. К этому моменту попрощавшаяся с новым знакомым Лили подошла к столу.       — Приятного аппетита! Даже не верится, что это закончилось. В какой-то момент мне показалось, что нас похоронят между полками с книгами по истории магии, — девушка присела напротив Поттера между Алисой и Мэри.       — Чем же ты таким занималась? — поинтересовался Блэк.       — Книжки разбирала в библиотеке, я же тебе говорила. А ты, как вижу, уже оклемался после попойки? Не думала, что под «временем наедине с собой» ты понимаешь злоупотребление алкоголем, — Лили налила себе стакан тыквенного сока.       — Лили, а как так вышло, что ты пришла вместе с Рейдоном? — поинтересовалась Мэри, кокетливо растягивая фразу.       — Да мы случайно столкнулись в коридоре, он захотел мне помочь, — Лили как ни в чём не бывало сделала глоток из стакана.       — Получается, помощь Римуса ты отвергла, а помощь непонятно кого приняла, не задумываясь, — необычайно надменно произнёс Поттер. От внезапного замечания Лили чуть не поперхнулась соком.       — У тебя ко мне есть какие-то претензии? — нахмурилась девушка, с громким стуком поставив стакан на стол. Резкий звук привлёк внимание сидевших поблизости студентов.       — Возможно.       — Я что, должна перед тобой отчитываться?       — Нет, не должна. Хотя я не думал, что ты так пренебрежительно относишься к своим друзьям, — холодно произнёс Джеймс. Девушка резко встала и ударила сидящего напротив парня по щеке. Раздался громкий и отчётливый шлепок, мгновенно растворившийся в шуме Большого зала. Эванс, не медля ни секунды, встала из-за стола и направилась к выходу из помещения. На щеке Сохатого остался красный след.       — Сохатый, это было ужасно, — проинформировал друга Блэк, с негодованием изучая лицо друга.       — Чёрт, я полный идиот! Не понимаю, зачем я это сказал, — парень приложил руку к месту, которого несколько мгновений назад коснулась ладонь рыжеволосой старосты.       — Это называется «ревность». Хотя даже ревность — совсем не повод вести себя как мудак, — скривилась Марлин, вставая из-за стола. — Я пойду поговорю с ней, а тебе советую извиниться. Хотя не думаю, что она будет тебя слушать.       — Да уж, Джеймс. Такого я от тебя не ожидала, — покачала головой Алиса. — Я бы на её месте вообще с тобой после такого не разговаривала.       — Если не можешь держать себя в руках, то лучше вообще ничего не говорить, — Римус укоризненно посмотрел на Джеймса.       — Да понял я, понял! — Джеймс стыдливо опустил глаза, не желая встречаться взглядом с кем-нибудь из своих друзей. — Завтра же извинюсь перед ней…