История о Лили Эванс

      Лили остановилась перед дверью и тяжело вздохнула, пытаясь собраться с силами перед разговором с подругами, которого, очевидно, было не избежать. Она предупредила девчонок, что вернётся поздно, однако часы не пробили и половины десятого, а Эванс уже была на пороге комнаты. Она была уверена, что проступивший на щеках румянец до сих пор не спал. В любом случае она не планировала умалчивать о событиях вечера, к тому же ей нужно было принять решение относительно Майка, поэтому советы соседок не стали бы лишними.       — Лилс, а чего это ты так рано? Мы думали, ты будешь до рассвета развлекаться!       — Я устала, там очень много людей, и…       — Прекрати, мы тебя слишком хорошо знаем, чтобы поверить в эти глупости, — покачала головой Алиса. — Что случилось?       — Ладно, ладно. Я даже не знаю, зачем пытаюсь что-то сейчас придумать. Мне всё равно нужен ваш совет.       — Так, а теперь давай по порядку, — МакКиннон расположилась на кровати Эванс, поджав под себя ноги. — Ты бы не ушла с приёма Ананаса, если бы не произошло что-то из ряда вон выходящее. Могу поспорить, что не обошлось без Мародёров!       — Так и есть, — Эванс расстегнула платье и собрала локоны в хвост. — Поттер в очередной раз доказал, что и дня не может прожить, не влезая в чужие планы.       — Поттер? Погоди, он же не состоит в клубе, как он там оказался? Ты говорила, что Слизнорт пригласил Блэка, разве он и Джеймса позвал? — Мэри слегка нахмурилась и почесала затылок. Карандаш, заправленный за ухо, был сбит неосторожным движением руки и с шумом упал на пол.       — Он пришёл с Алекто. Понятия не имею, почему она вообще его позвала! Это же даже звучит странно, вам так не кажется?       — Да, действительно непонятно, — согласилась Стоун.       — Он едва не испортил мне вечер, постоянно докучал нам с Майком. Я высказала всё, что о нём думаю, но оставаться там больше не могла, и нам пришлось уйти.       — А Майк-то в порядке? Обычно твои ухажёры быстро оказываются в больничном крыле… — Марлин сжала губы, пытаясь скрыть улыбку, против воли появившуюся на лице.       — Конечно, с ним всё в порядке! Поттер не посмел бы причинить ему вред, но… — Лили резко замолчала, оставляя подруг в недоумении. Задумчивое выражение лица Эванс вызывало в гриффиндорках неподдельное любопытство.       — Что ещё за «но»? — Марлин прищурилась, предчувствуя нечто интересное.       — В общем, Майк предложил мне стать его девушкой, — едва слышно произнесла Лили. В комнате на секунду воцарилась оглушительная тишина. Марлин беспомощно переводила взгляд на не менее ошарашенных этой новостью Мэри и Алису. Макдональд вновь выронила из рук только что поднятый карандаш. Стоун, не моргая, смотрела на Эванс.       — А ты что ответила?       — Я сказала, что подумаю. Обещала дать ответ завтра на балу, но, если честно, без понятия, что мне делать.       — Ну, соглашайся, и дело с концом, — Алиса всплеснула руками. Конечно, они с Марлин и Мэри нередко помогали Джеймсу добиться расположения Эванс, однако прогресса не было и в помине, как и опыта отношений у их подруги. Она действительно была уверена, что Лили не помешало бы вступить в отношения, даже если её выбор падёт на кого-то помимо Поттера. В конце концов, Лили могла и вовсе не полюбить Джеймса, несмотря на все его ухаживания! Не сидеть же ей в одиночестве до конца жизни.       — Не думаю, что это хорошая идея, — отрезала Марлин, скрестив руки на груди.       — Почему это? — удивилась Алиса, заметив столь ярое отрицание МакКиннон.       — Во-первых, нельзя начинать отношения с первым встречным, она же совершенно его не знает! Во-вторых, …       — Ну?       — Не знаю, не внушает он мне доверия, — МакКиннон готова была на всё, лишь бы отговорить Эванс от необдуманного, по её мнению, поступка. Она так долго поддерживала Сохатого на пути завоевания сердца рыжеволосой старосты, что не могла позволить этому глупому непредвиденному обстоятельству разрушить плоды её упорных трудов.       — Не зря же его выбрали старостой, — равнодушно пожала плечами Мэри. Макдональд сразу же поняла замысел Марлин, однако считала, неправильным оказывать влияние на решение Лили.       — Ну вот видишь, раз он староста, то наверняка ужасно ответственный, прям как наша Лили. Кажется, его даже МакГонагалл хвалила за успехи в Трансфигурации, — задумчиво произнесла Алиса, хотя в правдивости последнего довода уверена не была.       Марлин тут же возразила, заявив, что лучше Поттера и Блэка на потоке никого нет, да и Джеймс тоже очень ответственный. Однако, Лили не обратила внимание на разгорающийся между соседками спор. Она так погрузилась в собственные мысли, размышляя над сложившейся ситуацией, что не слышала ничего вокруг.

31 октября 1976

      В этот день встать с кровати оказалось сложнее, чем обычно. Лили всю ночь не сомкнула глаз, обдумывая предложение Майка и просматривая все варианты развития дальнейших событий. С одной стороны, Рейдон и впрямь был ей симпатичен: она знала его достаточно хорошо, чтобы заметить, насколько хорошим человеком он был, к тому же за время совместной подготовки к вечеру профессора Слизнорта она поняла, что на него можно положиться. И всё же Лили не была уверена, что сейчас ей действительно нужны были отношения. Возможно, Марлин была права, когда уверяла её, что они недостаточно близки, чтобы переходить на новый уровень. Однако, и в словах Алисы была доля правды.       И всё же она понятия не имела, чего ожидать от отношений с рейвенкловцем, да и в принципе чего ожидать от отношений. Судить об этом она могла лишь на примере подруг, взаимоотношения с парнями у которых до безобразия различались. Фрэнк и Алиса окружали друг друга такой заботой и лаской, словно были женаты лет десять. Они всегда уделяли друг другу внимание и советовались, прежде чем принять какое-либо важное решение. Их отношения были тёплыми и уютными, как гриффиндорская гостиная перед Рождеством, как чашка какао с маршмеллоу и помадка из патоки, которыми они любили наслаждаться, укутавшись пледом, на диванчике перед камином. Отношения Мэри и Римуса были иного рода: они относились друг к другу с невероятной нежностью, трепетно и порой нерешительно. Они встречались почти год, однако их частые свидания по-прежнему были полны романтики, присущей конфетно-букетному периоду в начале отношений. Если бы Лили пришлось сравнивать, то эту пару она, определённо, сравнила бы с майским утром, первыми листочками на деревьях, голубым небом без единого облачка и солнечными лучами, оставляющими на коже тёплые поцелуи. Марлин и Сириус не признавали своих отношений, хотя всем остальным было вполне очевидно их наличие. Их нередкие встречи были наполнены весельем, страстью и пьянящим азартом, без которого они оба не представляли жизни. Они напоминали девушке жаркую летнюю ночь, шумную вечеринку в заполненном пабе, громкую музыку в тишине мириады сверкающих звёзд, запах огневиски и сигарет.       Эванс нехотя встала с кровати и, отодвинув полог, поняла, что в комнате никого нет. Она посмотрела на часы, которые показывали без пятнадцати семь. На улице только-только начало светать, о чём говорили первые лучи солнца, медленно пробивающиеся сквозь пелену тёмного бескрайнего неба.       — И где все? С чего бы девчонкам вставать в воскресенье в такую рань? Очень подозрительно… — Лили огляделась, но ничего не выдало ей местонахождение соседок.       Девушка быстро привела себя в порядок, собрав огненные волосы в высокий хвост, после чего спустилась в гостиную. На удивление, там также не было ни души, из-за чего Эванс даже растерялась. Она задумалась о том, куда могли запропаститься её подруги в такое время, однако в голове не было ни единого варианта. Единственный, пусть и довольно странный выход из ситуации, девушка нашла в том, чтобы подняться в комнату к Мародёрам и поискать подруг там.       Соблюдая нормы приличия, от которых, к слову, не было никакого толку, Лили тихо постучалась. Она подождала некоторое время, но ответа не последовало, постучавшись чуть громче, но вновь не получив должной реакции, девушка отворила дверь и нерешительно вошла в комнату.       — Какое совпадение! Неужто они со мной в прятки решили поиграть? — Эванс подошла к наспех заправленным постелям. Осмотрев кровати, и не заметив ни единого намёка на причину исчезновения их обладателей, Лили покачала головой. Конечно же, кровати Римуса и Питера были застелены куда аккуратнее, нежели спальные места Поттера и Блэка. Не силах сдержать порыв перфекционизма, девушка расправила покрывало на кровати Сириуса, после чего подошла к соседней кровати. Стоило ей только потянуться к противоположному краю, чтобы оправить загнувшийся край, дверь распахнулась и в комнату, словно ураган, ворвался Джеймс. От неожиданности девушка повалилась прямо на принадлежащую парню кровать. Гриффиндорец опешил не меньше старосты, лежащей перед ним в очень интересном положении: девушка, лёжа на животе и опираясь одной рукой на пол, повернула голову в сторону двери, в это же время пытаясь другой рукой убрать волосы подальше от лица.       — Эм… Лили? Я, конечно, рад видеть тебя здесь, да ещё и на моей кровати… Но… что ты тут делаешь? — Джеймс подошёл к однокурснице, предлагая ей руку помощи, которую Эванс, на удивление, приняла.       — Спасибо, — оправив немного задравшийся свитер, девушка выпрямилась и посмотрела Поттеру в глаза, размышляя над тем, что ему ответить. Почему-то под пристальным взглядом медово-карих глаз злость и раздражение, испытываемые девушкой после вчерашнего инцидента, бесследно исчезли. — Ну, я искала девчонок. Не в смысле в твоей кровати, а в вашей комнате. Просто я увидела, что покрывало лежит неровно и решила его поправить…       — В таком случае благодарю, — парень усмехнулся, заметив, как сильно она смутилась. — Но, как видишь, твоих соседок тут нет. И, к сожалению, я понятия не имею, где они могут быть. С удовольствием бы тебе помог, но, увы… Если только… — обойдя Эванс стороной, парень подошёл к своей прикроватной тумбе и, вытащив из него небольшой предмет, который Лили не удалось рассмотреть, убрал его в карман.       — Если только что? — теперь же девушка и вовсе позабыла о том, что именно Поттер виноват во вчерашнем сорванном вечере.       — Мы можем поискать их вместе, — улыбнулся Джеймс, запустив руку в непослушные волосы.       — Хм, пожалуй, я и сама справлюсь, — Эванс нахмурилась, увидев в предложении парня очередной намёк. Она направилась к выходу из комнаты, но вдруг остановилась в нескольких шагах от двери. — Хотя… хорошо, идём. Это неплохая идея.       — Серьёзно? Пойдём вместе? — с удивлением спросил Поттер, застыв на месте.       — Ну да, — Лили окинула его взглядом. — Я же так и сказала.       — Вдвоём?       — Да.       — То есть только ты и я? Наедине?       — Ещё один глупый вопрос, и я оставлю тебя наедине с самим собой. Уверена, тебе не привыкать, — Эванс закатила глаза и, махнув рукой, вышла из комнаты.       — Эй! На что ты намекаешь?!       Джеймс спустился в гостиную вслед за Лили. Парень понимал, что теперь у него нет возможности вернуться к друзьям, однако основная проблема состояла в том, чтобы отвадить рыжеволосую старосту от главного места действия. Никто не ожидал, что Эванс проснётся так рано. Обычно по воскресеньям девушка вставала с постели не раньше восьми, как, впрочем, и основная масса студентов. На самом деле Джеймс вернулся в комнату за картой Мародёров, чтобы узнать местонахождение профессорского состава. Теперь же ему оставалось надеяться, что Мародёры, заметив долгое отсутствие друга, поймут, что что-то не так, и завершат труды нескольких недель без него. Карту он вернул на прежнее место, так что Питер или Римус смогут удостовериться в отсутствии препятствий самостоятельно. Самая трудная часть плана была выполнена, так что его отсутствие, пожалуй, не должно сказаться на продуктивности работы.       Эту шалость Джеймс и Сириус придумали порядка двух с половиной недель назад, когда Римус рассказал им о подготовке Большого зала к балу в честь Хэллоуина, ответственными за который назначили двух новых старост с пятого курса Хаффлпаффа. Конечно, Поттер и Блэк сразу нашли в этом положительные стороны для выполнения их задумки. Шестикурсникам пришлось потрудиться на славу, добывая различные сведения и штудируя старинные фолианты в попытках найти необходимые заклинания. Информации было очень много, поэтому парни решили прибегнуть к помощи своих подруг, которые, узнав о задумке, просто не смогли им отказать. На протяжении нескольких дней гриффиндорцы усердно изучали матчасть и правдами-неправдами разживались всем необходимым и наконец приступили к исполнению. План состоял в том, чтобы трансфигурировать одежду учащихся в различные костюмы на время бала, потому что Мародёров категорически не устраивали скучные мероприятия, а пятикурсницы едва ли могли сделать хоть что-то стоящее. Эта задача была не из лёгких, но в целом Джеймс не видел в этом ничего невыполнимого. К тому же в Трансфигурации он не первый год становился лучшим на курсе. Профессор МакГонагалл часто хвалила Поттера за успехи в своей дисциплине, с гордостью сообщая окружающим, что он намного опережает школьную программу. К слову, Сириус не сильно отставал от лучшего друга, а с помощью Римуса и девушек шансы на успех многократно возрастали. Основной проблемой была рыжеволосая староста, реакцию которой предсказать практически невозможно. Сириус искренне не понимал зеленоглазую особу, ведь сперва она могла накричать на них за проделки, а позже — подать идею для новых. Именно по этой причине было принято оставить девушку в неведении. До сих пор друзьям удавалось сохранять свою деятельность в тайне, но всё тайное рано или поздно становится явным, порой в самый неподходящий для этого момент.       Джеймс вёл Лили по одному из многочисленных коридоров. И шли они, конечно же, в противоположном от Большого зала направлении, точнее — к Астрономической башне. Он пытался уверить девушку в том, что Марлин ему все уши прожужжала о том, «какой прекрасный вид открывается оттуда по утрам». Эванс не возражала, молча следуя за одногруппником по безлюдным лестницам. Пара поднялась на башню, где, конечно же, никого не оказалось. Солнце кокетливо выглядывало из-за Запретного леса, освещая тёмно-зелёные вершины многовековых деревьев. Тёмно-синий цвет ночи градиентом сменялся ярко-малиновым рассветом. Лёгкий ветерок путался в волосах шестикурсников, раз за разом норовя спрятать девичье лицо за длинными огненными прядями. Эванс набрала полные лёгкие чистого воздуха, вспоминая, как год назад стояла на этом же месте, наблюдая за восходом солнца. Возможно, именно правило, запрещающее учащимся подниматься на Астрономическую башню вне занятий, девушка нарушала чаще всего. На секунду Лили забыла о том, что здесь не одна, и вздрогнула от голоса Поттера, раздавшегося из-за спины.       — Всё-таки Марлс была права, вид превосходный!       — Да… Вот только, Марлин бы никогда не проснулась в такую рань ради рассвета… — Лили посмотрела на Джеймса. В его очках отражались первые лучи солнца.       — М-м-м…       — Не стоит, я уже поняла, что ты просто тянешь время, чтобы я не вмешивалась в ваши планы. И, судя по всему, я всё равно уже ничего не смогу предпринять, даже если очень захочу. Однако, я была бы очень благодарна, если бы ты меня немного успокоил. Скажи, пожалуйста, какова вероятность, что кто-нибудь пострадает от вашей проделки?       — Я обещаю тебе, что всё будет в порядке, — уверенно ответил парень. — Мы не сделаем ничего, что могло бы причинить кому-то вред.       — Вот и славно, — она посмотрела ему прямо в глаза и улыбнулась. — Спасибо, что составил компанию, тут действительно очень красиво.       Лили обошла парня стороной и спустилась вниз. Вероятно, Поттеру не терпелось побыстрее вернуться к друзьям, поэтому она не хотела задерживать его ещё больше. Конечно, слова Джеймса редко внушали ей доверие, но сегодня был именно тот день, когда девушке хотелось верить в правдивость его обещаний. Лили вернулась в комнату. Раз уж предотвратить замысел Мародёров девушке не удалось, придётся разбираться с последствиями, но не теперь. Сейчас ей хотелось только одного: лечь обратно в кровать и проспать ещё хотя бы пару часов.

***

      Когда Лили вновь открыла глаза, в комнате было заметно светлее, несмотря на задёрнутый полог кровати. Судя по приглушённым голосам, увлечённо что-то обсуждающим где-то в районе кровати Мэри, её подруги вернулись, а значит, шалость удалась.       — Думаю, это будет действительно круто! — Марлин, как всегда, была полна энтузиазма и никак не могла прекратить восхищаться проделанной работой.       — Потише, Марлин, разбудишь Лили! Не думаю, что Мародёры обрадуются, если она узнает обо всём раньше времени, — Алиса приложила палец к губам, настороженно глядя в сторону задёрнутого полога.       — Боюсь, она уже проснулась, — заметила Мэри, обратив внимание на лёгкое подёргивание плотной ткани. — Лили, выходи! Мы всё равно ничего тебе не расскажем.       — По крайней мере, я пыталась, — пожала плечами девушка, одёрнув полог и вновь собирая огненную копну в высокий хвост.       — Какие-то у тебя нечестные методы! Даже то, что ты наша подруга, не даёт тебе никакого права узнавать обо всём заранее, — Алиса притворно нахмурилась и погрозила старосте пальцем.       — Хм, я вообще-то думала, что как раз это и значит. И вообще, чем больше вы затрагиваете эту тему, тем больше мне хочется поскорее узнать, что вы натворили!       — Почему именно натворили? Какого невысокого ты о нас мнения, — усмехнулась Мэри, доставая из тумбочки очередной альбом для рисования: последние листы предыдущего девушка заполнила набросками ещё вчера.       — Ну, в вашей разумности я не сомневаюсь. Просто не знаю, чего ожидать от Мародёров. Конечно, Поттер обещал, что все останутся целы и невредимы, но хотелось бы узнать подробности.       — А больше тебе Джеймс ничего не обещал? — хитрая улыбка на губах Марлин говорила о том, что девушка в очередной раз собирается заводить разговор об отношениях старосты и капитана сборной Гриффиндора по квиддичу. — Теперь понятно, куда пропал Сохатый…       — МакКиннон!       — Нет, а что? Только представь, как красиво вы бы смотрелись вместе!       — Ещё одно слово, и я тебя ударю! И, к слову, если ты забыла, то напомню: я иду на бал с Майком!       — Пф, — Марлин запустила руки в длинные гладкие пряди светлых волос и посмотрела в потолок. Её взгляд был полон безысходности и безнадёги. Казалось, ещё чуть-чуть и упрямство подруги выведет её из себя. Если бы не подруги и Римус, они с Блэком уже давно бы заперли эту «недопарочку» в какой-нибудь тесной кладовке на несколько часов.       — А ведь точно, ты уже решила, что ему ответишь? — Алиса, лёжа на своей кровати, положила подбородок на ладони и внимательно посмотрела на Эванс.       — Я… думаю, что соглашусь.       — Вот и славно, — Алиса была довольна решением подруги. Конечно, если бы Лили согласилась встречаться с Джеймсом, проблем у всех, определённо, было бы меньше, однако, пока что выбирать не приходилось.       В душе девушка надеялась, что когда-нибудь Джеймс всё-таки сможет правильно воспользоваться шансом, чтобы завоевать расположение и сердце подруги. Но сейчас Алисе пришлось встать на сторону Рейдона. В конце концов, если бы они втроём навалились на бедную старосту, утверждая, что лучше Поттера ей пары не найти, неизвестно, как отреагировала бы Лили. Ясно было только одно: ничем хорошим это бы не закончилось.       Переодевшись в незамысловатые наряды, девушки спустились в гостиную, где находилась по меньшей мере половина факультета в ожидании своих партнёров и друзей. Среди гриффиндорцев были и те, кто не успел договориться заранее хоть с кем-то, но так как никто не хотел идти на бал в одиночестве, теперь они пытались слиться с толпой однокурсников. Подруги решили подождать своих кавалеров недалеко от выхода. Алиса теребила край пышной белой юбки, ожидая прихода Фрэнка. Марлин переговаривалась с сидящими неподалёку пятикурсниками и была столь увлечена беседой, что не замечала ничего вокруг. Мэри отошла к камину и украдкой смотрела на колышущиеся языки пламени. Лили же присела в кресло и закрыла глаза, стараясь абстрагироваться от гомона расшумевшихся гриффиндорцев. Ей казалось, что её голова абсолютно пустая. Гомон вокруг сливался в единый звук, заполняющий череп изнутри, зрачки дребезжали под закрытыми веками. В голове не было ни единой мысли, хотя подобное казалось невозможным. Она даже не заметила, как рядом с её подругами появились Мародёры и Лонгботтом. Из прострации её вывел голос Марлин:       — Лилс, ты идёшь?       — А? Да, идём, — подняв глаза, девушка увидела, что все смотрят на неё. Это до ужаса смущало. Лили ненадолго задержала взгляд на каждом из присутствующих. МакКиннон всё ещё держала руку на плече Эванс, а позади неё, облокотившись на спинку кресла, стоял Сириус. Серые глаза парня блестели весельем, а на губах сияла бессменная блэковская улыбка. Рядом с Сириусом стояли Римус и Питер. И если Люпин обеспокоенно смотрел на подругу, то на лице Петтигрю можно было заметить лишь растерянность. На диванчике напротив сидел Фрэнк, также встревоженный состоянием Лили. Поодаль Алиса о чём-то шепталась с Мэри, то и дело поглядывая на компанию гриффиндорцев.       Сначала Эванс даже не поняла, откуда у неё это навязчивое ощущение, будто что-то не так. Лишь оглядевшись вновь, она осознала, что среди присутствующих нет знакомого силуэта. Отсутствие Джеймса Поттера в привычной компании вызвало у девушки смешанные чувства, однако впереди всего калейдоскопа эмоций бежала тревога: отсутствие мародёра и озорная улыбка Блэка ещё ни разу не предвещали о чём-то хорошем.       Через пару минут гриффиндорцы вышли из гостиной. Около портрета Полной Дамы стоял Майк, которого девушка заметила отнюдь не сразу: вездесущий Блэк то и дело норовил встать рядом с Лили, загораживая ей обзор.       — Добрый вечер, Майк, — Лили приветливо улыбнулась рейвенкловцу, несильно ударив Сириуса в плечо. Парень карикатурно скривился, словно Эванс стукнула его битой загонщика, а не ладонью.       — Всем привет, — поздоровался Рейдон. Девушки лишь кивнули в ответ, Римус пожал его руку, хоть и без особого энтузиазма. — Ну что, все в сборе? Можем идти?       — Итак, раз все в сборе, можем идти, — Блэк обратился к друзьям с ослепительной улыбкой, полностью проигнорировав приветственные слова Рейдона. Сириус всегда поступал так, как считал нужным, даже если другим его поведение казалось неуместным. Он никогда не скрывал неприязнь и даже ненависть к тем, кто находился в чёрном списке Мародёров. Обычно туда попадали по двум причинам: оскорбление маглорождённых или проявленные романтических чувств к Лили Эванс. По этим же причинам этот список не первый год возглавлял Северус Снейп. Это было своеобразным негласным правилом, о котором, несомненно, знала вся школа.       — Не обращай внимания, — прошептала Эванс, приблизившись к парню назло Блэку. Пожалуй, она позволила себе оказаться чересчур близко к нему, но смущения от этого девушка не испытала. Напротив, встретившись взглядом с Бродягой, Лили ехидно ухмыльнулась. В отличие от Эванс, Рейдон, вероятно, и вовсе не заметил враждебности со стороны Блэка, ну, или сделал вид, что не обратил на это внимания.       Когда гриффиндорцы и Рейдон наконец-то добрались до Большого зала, они были вынуждены остановиться. Никто не понимал, в чём дело и почему двери зала до сих пор закрыты, повсюду разносились возмущенные возгласы. Лили это, конечно же, не понравилось. Ей не терпелось узнать, в чём причина образовавшейся «пробки», поэтому, сказав друзьям несколько слов, она протиснулась сквозь толпу. Эванс направлялась к дверям, как вдруг почувствовала на своём плече чью-то руку. Обернувшись, Лили увидела Сириуса, решившего, по-видимому, составить ей компанию. Это было ей только на руку: люди расступались перед Мародёрами как вода перед Моисеем.       Как только мародёр и староста добрались до эпицентра событий, они увидели Джеймса Поттера, неожиданно для всех ставшего причиной затора и возмущения учащихся. По правде сказать, никто особо не возмущался: стоявшие ближе к двери студенты в один миг распространили слухи о том, что дело не обошлось без помощи знаменитых гриффиндорцев, что не могло не вызвать в толпе интерес.       — Отлично, вы пришли! Значит, можно начать, — только и успел произнести Поттер. Внезапно гул стих. Вдалеке раздался до боли знакомый голос профессора МакГонагалл. Женщина уверенными шагами направлялась к Большому залу, учащиеся расступились, образовав импровизированный проход. На самом деле было даже удивительно, что она стала первым представителем педагогического состава, появившемся тут. Отсутствие учителей в течение столь долгого времени играло на руку Мародёрам. Теперь же их планы не могли быть расстроены даже появлением профессора.       — Мистер Поттер, потрудитесь объяснить, почему ученики толпятся в коридоре?       — Конечно, профессор! Дело в том, что… — Джеймс поправил очки и внимательно посмотрел на Блэка, вероятно, надеясь на помощь друга.       — Дело в том, — уверенно продолжил за Джеймса Сириус, — что до этого знаменательного момента подготовка не была завершена должным образом. Однако, могу вас заверить, что теперь всё в порядке: неполадки улажены, недочёты устранены. Полагаю, можно начинать.       — Ну, если уж вы, мистер Блэк, разрешаете открыть бал, то, конечно, давайте начнём, — Минерва говорила в свойственной ей ироничной манере. Её слова доносились до притихших студентов и волной уносились в конец коридора.       — Правда, заходить в зал лучше по два-три человека, — поспешно добавил Бродяга и, заметив удивлённый взгляд педагога, тут же пояснил: — Разумеется, исключительно в целях безопасности! Согласитесь, мы же не хотим, чтобы кто-нибудь пострадал в столпотворении.       — Очень похвально, мистер Блэк, что вы заботитесь о своих однокурсниках, — произнесла МакГонагалл и распахнула двери Большого зала. Перед глазами стоящих в первых рядах возникли зажжённые свечи и сотни поднятых в воздух тыкв. Профессор сделала несколько шагов вглубь зала и огляделась по сторонам, пытаясь обнаружить подвох. Обернувшись, Минерва заметила поражённые взгляды студентов, ещё кучнее толпившихся в проходе. Женщина не сразу осознала, что на месте привычной изумрудной мантии красовался элегантный брючный костюм чёрного цвета с расклешёнными книзу брюками. На манжетах и воротнике рубашки виднелись кусочки, вероятно, искусственного меха. Из повседневной причёски торчали кошачьи уши, реагирующие на удивлённые возгласы студентов, не говоря уже о хвосте, на который Минерва тут же обратила внимание. Он был вполне самостоятельным и изгибался, качаясь из стороны в сторону.       — Мистер Блэк? Мистер Поттер? Как вы прикажете это понимать? — хвост профессора метался из стороны в сторону, отражая её замешательство.       — Посудите сами, профессор, какой же Хэллоуин без костюмов? Увы, организаторы мероприятия об этом не подумали, поэтому мы решили взять ответственность за это на себя, — улыбнулся Бродяга, изучая взглядом результат упорных трудов.       — Приятно удивлена, что вы знаете, что такое ответственность, — профессор едва заметно улыбнулась. — Хм, пожалуй, я вынуждена признать, проделанная вами работа весьма впечатляет и вполне заслуживает оценки «Превосходно» по Трансфигурации. Не забудьте напомнить мне об этом на следующем занятии.       После этих слов никто больше не желал томиться в ожидании. Каждый хотел принять участие в очередной шалости Мародёров. Первое время всё шло действительно неплохо, однако спустя несколько минут Римусу и Питеру пришлось прийти друзьям на помощь, чтобы неконтролируемая толпа всё не испортила.       Лили не могла поверить своим глазам: Минерва МакГонагалл прилюдно похвалила Блэка и Поттера! Нет, она, на удивление, часто хвалила Мародёров на занятиях, они показывали превосходные результаты, и похвала, определённо, была заслуженной. Но нынешняя их выходка выходила за пределы её понимания. В прошлом году они, не без помощи Марлин, организовали каток, расчистив довольно большой кусок Чёрного озера и Мерлин знает как создав магические арки, превращающие обувь в коньки. В этом году они превзошли сами себя. На самом деле то, что сделали Мародёры и их подруги сегодня, трудно было назвать проделкой или шалостью. Как и обещал Джеймс, всё выглядело довольно безобидно. Однако, девушка всё не решалась пройти сквозь двери Большого зала. Она смотрела на Римуса, Джеймса, Сириуса и Питера, ловко справляющихся с огромным скоплением народа, и, возможно, даже немного завидовала им, потому что понимала, что вряд ли бы справилась в подобной ситуации. Мародёры всегда имели влияние на учеников Хогвартса, они были в каком-то роде авторитетами: красивые, обаятельные, весёлые парни, обладающие заурядным умом и непревзойдённым талантом. Им легко удавалось либо делать всё, что только заблагорассудится, и оставаться при этом незамеченными, либо выходить из самых тяжёлых и сложных ситуаций без каких-либо усилий и с минимальными последствиями.       Когда основная часть обитателей замка оказалась в Большом зале, Эванс поняла, что выбора у неё не осталось. Она уже давно потеряла из вида своих однокурсников, даже Майк, который совсем недавно стоял рядом с ней, куда-то исчез. Перед глазами неустанно маячили лишь Мародёры, снующие туда-сюда в попытках организовать очередь.       — Эй, Цветочек, ты чего тут стоишь? Отдельного приглашения ждёшь что ли? — усмехнулся Сириус, приблизившись к девушке, как только его работа была закончена.       — Нет, просто задумалась. Право сказать, вы меня поразили.       — Иначе и быть не могло, — лукаво подмигнул Блэк.       — Да нет же, я не про костюмы. Это, конечно, тоже удивительно, но я о том, как легко вы справились с толпой. Не думаю, что смогла бы также. Неприятно признавать, но думаю, вы бы были превосходными старостами.       — О нет, дорогая, для меня это всё слишком муторно, — отмахнулся Бродяга. — А вот у Сохатого, пожалуй, действительно есть стимул вести себя прилично.       — Стимул вести себя прилично? — Лили вопросительно посмотрела на однокурсника, но тот лишь молча пожал плечами и загадочно улыбнулся. Внезапно Лили поняла, что именно Блэк имел в виду, на её щеках тут же выступил яркий румянец.       — Ну всё, прекращай краснеть. Не то Джимбо подумает, что я тебя тут смущаю, и достанет распросами. Идём уже, кажется, мы одни остались без костюмов.       — Погоди! А каким образом подбираются костюмы?       — Серьёзно? Тебя действительно это волнует?       — Просто профессор МакГонагалл в костюме кошки… Разве ты не заметил?       — Хм, я как-то не задумывался об этом. Можно спросить у Рема, он точно должен знать подробнее, — Блэк на секунду задумался. — Однако, ты права, полагаю, нам будет не так просто объяснить появление собаки, оленя и крысы наряду с принцессами и вампирами.       Парень остановился перед входом в Большой зал. Конечно, он понимал, что вряд ли кто-то обратит внимание на три костюма, однако в голове судорожно прокручивались всевозможные оправдания на крайний случай. Лили с тревогой посмотрела на однокурсника, прекрасно понимая, что именно заставило его остановиться.       — Сириус, всё в порядке?       — В полном! — как ни в чём не бывало улыбнулся Блэк, краем глаза заметив Питера в объёмном рыжем костюме тыквы. На голове Петтигрю был такой же рыжий берет с зелёным стеблем и листиком. Он неуклюже шёл между толпами ярко одетых учеников, продвигаясь вглубь зала. — Только после вас, мисс Эванс.       Девушка вздохнула, зажмурилась и, собравшись с мыслями, переступила порог. Через мгновение спиной она почувствовала потоки прохладного воздуха. Это заставило девушку незамедлительно открыть глаза, чтобы посмотреть, во что превратилась её одежда. Теперь она была одета в голубую батистовую юбку в пол. Она плотно облегала бёдра девушки, сужаясь в коленях серебристой лентой с пайетками, от которой ниспадал широкий многослойный подол из полупрозрачной ткани, усыпанный жемчужными бусинами и стразами. На груди девушки находился короткий бело-голубой лиф на тонких бретельках, а на локтях — многослойное гипюровое кружево, собранное в виде витиеватых кораллов. Голову украшала красивая заколка, напоминающая большую серебристую ракушку, переливающуюся в свете сотен свечей Большого зала. Новый наряд поверг гриффиндорку в шок. Лили никогда не оказывалась перед таким количеством человек в подобном виде, разве что когда ходила с родителями в бассейн или на речку, хотя тогда это её настолько не смущало.       — Не ожидал увидеть на тебе столь сексуальный костюмчик, Эванс, — рассмеялся Блэк, подходя ближе. Сам парень был одет в бархатный фрак бордового цвета с золотыми каемками, кружевами на рукавах и пышным белым жабо. Бордовые штаны пестрили вертикальными розово-золотыми полосками. На голове парня располагался высокий чёрный цилиндр с золотой атласной лентой и торчащими по разные стороны белыми кроличьими ушами, которые то и дело поднимались и опускались, отражая прекрасное настроение своего владельца. Внезапно парень достал из нагрудного кармана довольно большие карманные часы на золотой цепочке. Лили заливисто рассмеялась.       — Сказал Белый Кролик из «Алисы в Стране чудес»! Удивлена, что твой образ получился таким невинным, я ожидала увидеть, как минимум, мужскую версию модели «Playboy».       — Полегче, Русалочка, — губы парня растянулись в привычной ухмылке. — Ты, конечно, гораздо красивее твоих сестриц из Чёрного озера, но до модели «Playboy» всё равно не дотягиваешь. Видимо, кому-то просто не дано быть сексуальным.       — Не спорю, мне до тебя ещё расти и расти, — Лили скрестила руки на груди и, сжав губы, чтобы не рассмеяться, покачала головой.       — Да ладно тебе! — Бродяга притянул к себе девушку, обхватив за талию рукой. Эванс вздрогнула от прикосновения его ладони к оголённой коже. Мимо пронёсся первокурсник, едва не сбив её с ног. Если бы не Блэк, она бы точно не избежала столкновения. — Ты действительно очень симпатичная, просто не в моём вкусе.       — Может, нам лучше поискать остальных? — Лили смущённо отстранилась, всё ещё ощущая тепло от прикосновения парня.       — Не, не стоит, — парень указал рукой на приближающихся гриффиндорцев.       Первой в «колонне» шла Марлин МакКиннон в светло-голубом платье с юбкой до середины бедра и белым фартуком, плечи девушки были открыты, а на светлых волосах красовался ободок с большим белым бантом. Сначала Лили не поняла в образе кого предстала перед ней подруга, но, стоило ей взглянуть на Блэка, пазл в голове сразу сложился. Только один человек мог так извратить образ милой Алисы из детской сказки. И это, несомненно, была Марлин. Чуть поодаль от неё шла Мэри, облачённая в, наверное, самый узнаваемый костюм — костюм Красной шапочки. Белая кофта с чёрным корсетом, пышная чёрная юбка средней длины и длинный плащ с капюшоном из бардового атласа. Следом за Макдональд шли Фрэнк и Алиса. Стоун была одета в длинную красную юбку, красный жакет и белую блузку, на воротнике которой располагался нежно-розовый атласный бант. На голове девушки была чёрная шляпа-котелок с россыпью белых ромашек. Алиса выглядела элегантно в отличии от Лонгботтома, на котором был гигантский тёмный пиджак, тёмно-бордовая рубашка и такого же цвета повязанный вокруг шеи шарф. Образ дополняло чёрное кепи. Парень был похож на самого обычного магла — представителя рабочего класса. Лили даже показалось, что Фрэнк одет как трубочист, но этот костюм совершенно не вписывался в общую концепцию вечера, а, значит, был какой-то скрытый подтекст.       — Воу, Лили! Какой, однако, откровенный на тебе костюм! — ухмыльнулась Марлин, подходя ближе. Они с Блэком — два сапога пара, даже комментарии дают одни и те же!       — Да что же вы заладили-то! Как будто я сама захотела так одеться… Если я ещё хоть раз услышу что-то про свой внешний вид, умру со стыда! И это будет на вашей совести!       — Тогда давай поговорим про других. Смотри, какие милые парные костюмы у Фрэнка и Алисы. Ты узнала? Они персонажи из «Мэри Поппинс»! Я сначала долго понять не могла, кого изображает Фрэнк… А потом до меня дошло, что он тот самый Мистер Эй! Здорово, правда?       — Ой, а у вас с Блэком, выходит, тоже парные костюмы! — рассмеялась Мэри, подталкивая подругу к Сириусу. — Кто бы мог подумать!       — Знаешь, Лилс, вот теперь и мне стало интересно, как подбираются костюмы, — задумчиво произнёс Блэк, рассматривая короткое платье МакКиннон. — Кстати, если Мэри у нас в таком виде, то Лунатик должен быть сереньким волчком? Где он ходит? Я должен это увидеть!       Предположение Бродяги заставило улыбнуться всех присутствующих, поэтому, когда за спинами гриффиндорцев послышался голос Римуса, шестикурсники одновременно обернулись и застыли в изумлении. Вместо предполагаемого серого меха и волчьей морды они увидели большую плитку шоколада. Люпин действительно стоял в образе его любимого лакомства, даже в нижнем правом углу костюма, а также на рукавах и штанинах располагалась ярко-розовая блестящая обёртка.       — О Мерлин! Лунатик, это даже лучше, чем я мог себе представить!       — Прости, Мэри, но, похоже, шоколад он любит больше, чем тебя, — вздохнула Алиса, обнимая подругу за плечи.       — Почему-то я даже не удивлена! — казалось, Мэри совсем не расстроилась из-за того, что стала единственной, чей костюм не имел пары. На самом же деле, ей всё же было немного обидно, ведь даже Сириус и Марлин, которые не встречались официально, сегодня оказались парой.       — Кстати, Лили, а где Майк? Мне очень хочется посмотреть на его костюм!       — Если честно, не знаю. Я потеряла его из вида, когда стояла в коридоре. Вы все так быстро исчезли, рядом остался только Сириус, — Лили огляделась по сторонам в поисках своего спутника. — И Поттера тоже не видно…       — Ох, Лили, ты заметила моё отсутствие, я польщён! — голос Поттера заставил девушку опустить голову, скрывая покрасневшее лицо в распущенных прядях. Джеймс оказался одет в костюм пирата: свободная рубашка с потрёпанными краями, чёрная расстёгнутая жилетка, укороченные полосатые штаны, ремень с массивной золотой пряжкой. По-обыкновению растрёпанные волосы парня удивительно хорошо вписывались в образ. Он выглядел раскрепощённым и расслабленным. На секунду Эванс подумала, что в прошлой жизни он вполне мог бы быть пиратом.       — И почему он появился именно сейчас? Только его похабных шуточек мне не хватало…       Однако ни колкостей, ни комплиментов от Джеймса не последовало. Парень застыл на месте, как только перед его глазами возник образ рыжеволосой старосты. Девушка буквально чувствовала движение его взгляда по своей коже. От такого пристального внимания стало некомфортно, по спине пробежали мурашки. К счастью, это продлилось недолго: внезапно Лили ощутила тяжесть на своих плечах. Девушка повернула голову вправо и увидела Майка. Он стоял в объёмной белоснежной рубашке, синих брюках с золотыми лампасами и тёмно-синих сапогах, на плечи Эванс он опустил белый камзол с золотыми эполетами.       — Лили, ты не замёрзла? — Рейдон смерил Поттера взглядом и вновь посмотрел на девушку. — Простите, что задержался. Сам не заметил, как оказался в другой части зала.       — Да, спасибо, — Эванс вновь залилась краской, отметив про себя, что за один только вечер краснела в десятки раз чаще, чем за всю жизнь. Тяжесть камзола была невыносимо приятной. Она оценила заботу Рейдона. Вероятно, он сразу заметил, насколько Лили некомфортно в подобном наряде.       — Не возражаете, если мы позаимствуем Лили на одну минуточку? — спросила Макдональд и, не дожидаясь ответа, потащила своих подруг в сторону.       — Вы думаете о том же, о чём и я? — Алиса перевела взгляд с Джеймса на Майка.       — Да уж, пират или принц, выбор не из лёгких, — сочувствующе покачала головой Мэри.       — Ну знаете! Лучше уж бороздить морские просторы, чем быть запертой в четырёх стенах замка. К тому же русалки не приспособлены для неволи!       — О чём вы? — Эванс нахмурилась, переводя взгляд с Марлин на Мэри. Ей понадобилась всего секунда, чтобы осознать причину спора. — Марлин, в «Русалочке» точно не было никаких пиратов. Понятно же, что мы с Майком пришли вместе, соответственно у нас парные костюмы.       — Ну, так-то и мы с Римусом пришли вместе, но, увы, у нас костюмы не совпали. Так что в твоих рассуждениях, очевидно, есть изъян.       — Такое ощущение, что ты мечтаешь превратиться в пену морскую, — Марлин раздосадованно закатила глаза. — Может, лучше всё же выбрать пирата?       — К тому же, у вас обоих морская тематика… — подтвердила Алиса. — Это тоже связь, причём куда более очевидная, чем с принцем.       — Девочки, прекратите! Лиса, и ты туда же? Это уже слишком! — девушке стало безумно обидно из-за постоянных шуток со стороны подруг. Даже Алиса, совсем недавно поддерживающая её отношения с Майком, теперь почему-то изменила своё мнение. На мгновение захотелось уйти из Большого зала, но это было бы слишком глупо. Она не хотела показаться слабачкой, убегающей от проблем при первой же возможности.       — Ладно, прости. Думаю, нам стоит вернуться, а то атмосфера там сейчас крайне напряжённая, — Мэри кивнула головой в сторону парней, стоявших неподалёку друг от друга в полной тишине. Блэк то и дело переглядывался с Римусом и Фрэнком, пытаясь придумать, как разрушить неловкую паузу. Однако, никто из них не решался произнести ни слова. Питер избегал встречаться взглядом с одногруппниками, Джеймс о чём-то задумался, крутя в руках очки, а Майк отошёл к столу с напитками.       Девушки поспешили вернуться к своим кавалерам. Первыми от компании отделились Алиса и Фрэнк, вскоре их примеру последовали Римус и Мэри. Питер тоже пропал из вида, что лишь усугубило ситуацию. Среди оставшихся шестикурсников повисла неловкая тишина. Марлин переглянулась с Сириусом. Они оба прекрасно понимали, что, кто бы сейчас ни ушёл, Джеймс Поттер останется в одиночестве. Однако, едва ли ему будет лучше, если Блэк останется с ним и весь вечер напоминать о том, что он — третий лишний. Сам же Поттер, казалось, не был этим расстроен, хотя прекрасно осознавал сложившуюся ситуацию. Озорная ухмылка и огоньки в светло-карих глазах быстро дали понять, что у Джеймса всё под контролем. Парень едва заметно постукивал подушечками пальцев по кисти левой руки. Этот знак Сириус знал даже слишком хорошо: Джеймс просил друга помочь потянуть время. Блэк не имел ни малейшего представления о том, что творилось в этой лохматой голове, но раз его лучший друг нуждался в помощи, он её получит. Иначе и быть не могло. Бродяга подал тот же сигнал МакКиннон, которая, не задавая лишних вопросов, завязала с Лили беседу. Подруги давно привыкли к тому, что иногда она бывала чрезмерно говорливой, поэтому ни обсуждение окружающей обстановки, ни расспросы о домашнем задании по Истории магии, которое Марлин успешно проигнорировала, ни капли не смутили Эванс. Лили старалась вовлечь в диалог и Майка, но это у неё получалось с переменным успехом.       Всё шло своим чередом. Праздничная атмосфера, весёлые выкрики и громкие разговоры. Внезапно музыка стихла, часть свечей потухла. Вместе с полумраком в помещении воцарилась тишина. Студенты словно застыли в томительном ожидании. Однако никто не знал, чего ожидать. Было ясно только одно: с минуты на минуту что-то случится. Наконец-то раздался голос профессора Дамблдора, нарушивший всеобщее молчание. Директор стоял на возвышении в окружении остальных преподавателей. Он был облачён в невообразимо широкую серую мантию с множеством складок и большим капюшоном, на голове его была несуразная остроконечная шляпа с широкими полями, явно вышедшая из моды несколько столетий назад, а в руках он держал странный посох. Словно это был походный образ, сделанный на скорую руку из недорогих материалов. Пронёсшийся среди учащихся гул говорил о том, что мало кто из присутствующих понял, в образе кого предстал перед ними директор. Его вид не так уж и сильно отличался от повседневного, и всё же он выглядел совершенно иначе.       — Добрый вечер, дорогие друзья! Надеюсь, вы, так же как и я, наслаждаетесь сегодняшним праздником. Хочу отметить, что лимонные дольки на столах с закусками особенно хороши. Прелестный костюм, мистер Крессвелл! — слова Альбуса привлекли взгляды всех присутствующих к темноволосому хаффлпаффцу, обучающемуся на четвёртом курсе. Парень растерянно стоял посреди Большого зала в образе ярко-жёлтой дольки лимона в сахаре. — Несомненно, все ваши костюмы поистине удивительны и уникальны. Позвольте от лица всех живых обитателей нашего замка поблагодарить талантливых гриффиндорцев, порадовавших нас столь приятным сюрпризом. Вы славно потрудились, профессор МакГонагалл не оставит ваши успехи без внимания, также как и профессор Флитвик.       Каждый из вас прекрасен и неповторим. Однако, полагаю, вы не могли не обратить внимание, что некоторые образы составляют пары. Профессорскому составу — в моём лице — поступило интересное предложение — небольшой конкурс, в котором вам предстоит определить лучшую пару сегодняшнего бала.       Заявление директора заставило студентов встрепенуться, по залу пронеслась волна возбуждения. Подавляющему большинству предложение, определённо, понравилось. Парных костюмов оказалось не слишком много, учащиеся стали оглядываться по сторонам, пытаясь рассмотреть предполагаемых участников и заранее выбрать себе фаворитов.       Речь директора спровоцировала всеобщий ажиотаж, что позволило Эванс и Рейдону отделиться от Блэка, Поттера и МакКиннон и затеряться среди взволнованной толпы. Они остановились у одной из стен зала, наблюдая за парами, подходящими к профессору МакГонагалл, чтобы объявить о своём участии. Хоть Лили и отнеслась к идее директора довольно скептически, но всё же с энтузиазмом рассматривала окружающих. Несмотря на внешнюю вовлечённость в происходящее, все мысли девушки были заняты совсем иными мыслями. В голове крутились слова Марлин, отчаянно отговаривающей её от опрометчивого поступка. Сомнений с каждой минутой становилось всё больше. Вероятно, она попросту не была готова к отношениям. Несмотря на сказанное подругам, она не была уверена в том, что действительно хочет дать утвердительный ответ.       — Майк, я хотела бы поговорить о твоём предложении… — девушка нервно теребила гипюр на запястье, пытаясь собраться с мыслями. Она опасалась, что отказ мог испортить их отношения, но тянуть время и тушить парня ложной надеждой ей не хотелось.       — Лили, я правда не хочу на тебя давить и торопить с ответом. Не стоит заставлять себя решать всё прямо сейчас, ты можешь обдумать всё ещё раз.       — Не хочу заставлять тебя ждать…       — Хэй, Эванс, может, мы тоже поучаствуем? — конечно же, Поттеру было просто необходимо прервать их диалог именно сейчас.       — Поттер, если ты не заметил, мы тут вообще-то немного заняты! — Лили сжала кулак, впиваясь ногтями в ладонь. И как только в таких условиях можно подобрать правильные слова?       — Как хорошо, что немного, а то я уж было подумал, что отвлёк вас от важного разговора, — ухмыльнулся парень, с вызовом вскинув голову.       — Джеймс, не мог бы ты оставить нас наедине? — вежливо попросил Майк. Он не испытывал неприязни к собеседнику, однако поведение Джеймса его разочаровывало. Право сказать, он был о Поттере лучшего мнения. Рейдон не привык обращать внимание на слухи и сплетни, окружавшие личность гриффиндорского ловца или любого другого обитателя замка.       — Теоретически мог бы, вот только такого желания у меня, увы, нет. К тому же я всё ещё не получил ответа на свой вопрос, — Сохатый принял правила игры: если ему нужно оставаться галантным, он с лёгкостью сделает это. В любом случае уступать он не собирался.       — Смею предположить, что Лили не желает куда-либо с тобой идти. К тому же, — парень сделал ударение на последней фразе, копируя слова Поттера, — у меня нет желания отпускать мою спутницу с тобой.       — Итак, пожалуй, нам стоит начать наш конкурс! — слова директора прервали словесную перепалку. В один миг Лили забыла о Майке и Джеймсе. Внимание её переключилось на импровизированную сцену, где уже находились несколько пар. — Кажется, одной пары не хватает. Мисс Эванс, мистер Поттер, поспешите занять свои места рядом с остальными конкурсантами.       Услышав свою фамилию, девушка словно лишилась дара речи. Она гневно посмотрела на однокурсника, не понимая, каким образом он успел провернуть столь хитроумную подставу. Однако на лице Джеймса было заметно неподдельное удивление, вероятно, услышать свою фамилию он ожидал даже меньше, чем Лили. Раз Джеймс был тут не при чём, то оставался лишь один вариант: это дело рук Блэка и МакКиннон. Они также были в числе участников соревнования. Делать было нечего, она не стала бы спорить с директором из-за такого пустяка. Сделав глубокий вдох, девушка направилась в центр зала. Она не обернулась посмотреть ни на Майка, ни на Джеймса, который настолько опешил, что даже не заметил передвижение Лили. Опомнился парень лишь благодаря Майку, подтолкнувшего его по направлению «сцены».       — Так и знала, что это были вы, — прошипела Эванс, вставая рядом с подругой, — больше никто на такую глупость не способен.       — Я же говорила, что ваши костюмы очень хорошо сочетаются. Просто преступно не показать это всем, — пожала плечами Марлин, поправив бант на светлых волосах.       — Я убью тебя, Марлс.       — Да успокойся, вам всё равно победа не светит, а, значит, никто и внимания не обратит, — ухмыльнулся Блэк, правое кроличье ухо на его шляпе забавно дёрнулось. Он незаметно подмигнул Марлин, после чего они оба улыбнулись.       — И кто же, по-твоему, победит? — вскинула бровь Лили, одёргивая полупрозрачный подол юбки.       — Это же очевидно. Разве ты видишь здесь кого-то более достойного? У нас нет соперников, — самоуверенно заявил Бродяга.       — Ну, это мы ещё посмотрим, — Блэк говорил достаточно громко, чтобы его услышал Поттер, который всеми фибрами души ненавидел проигрывать.       — Не могу поверить, что я говорю это, но не могу с тобой не согласиться, — самоуверенность Блэка просто поражала. Лили почувствовала прилив энергии и была готова на всё, лишь бы доказать Блэку его неправоту.       Лили оглянулась и изучающе оглядела соперников. Помимо Марлин и Блэка в конкурсе участвовали ещё три пары. Почему-то Лили подумала, что конкурсантов должно быть больше. Видимо, немногие решили рискнуть и принять участие в этой авантюре. Среди прочих Эванс быстро обнаружила знакомые лица. Слизеринская староста седьмого курса Оливия Флинт, непонятно каким образом ставшая старостой школы в этом году, и шестикурсник Джеральд Кадоган. Само участие слизеринцев в подобном мероприятии было по меньшей мере удивительным. Впрочем, Лили прекрасно знала, о самолюбии Оливии, она бы ни за что не упустила возможность покрасоваться перед многочисленной публикой. Флинт была одета как египетская принцесса, Кадогану повезло куда меньше: он был мумией. Гордан Фаррелл — рейвенкловец и одногруппник Майка, которого Лили знала лишь со слов Рейдона, был в паре с пятикурсницей с Хаффлпаффа. С девушкой Эванс также не была знакома. Они были одеты в ковбоев с Дикого Запада, не так давно Лили смотрела пару интересных вестернов и по достоинству оценила детализацию костюмов. И всё же самой интересной парой она нашла Сьюзен Берг и Бэна Джонсона. Во-первых, она и подумать не могла, что они встречаются. Бэн по-прежнему проводил много времени в компании сестры, из-за чего у окружающих не возникало и мысли о том, что у одного из них могут быть отношения. Во-вторых, они были в образе корнуэльских пикси. Забавные синие костюмчики с ушками и рожками. В голове Эванс промелькнул единственный вопрос: как это сама Сьюзен могла оставаться в таком костюме, не закатывая истерик по поводу того, что «синий цвет плохо сочетается с тоном её кожи».       Эванс не имела ни малейшего представления, в чём будут состоять задания. Оставалось лишь надеяться, что директор не придумает ничего сложного и запутанного. Вот только ожидать от этого человека можно было чего угодно.       — Мы с профессорами взяли на себя смелость придумать несколько испытаний, чтобы сделать наш конкурс немного интересней. Конечно, в них нет ничего, с чем вы бы не справились. Начнём, пожалуй, с «пропасти», которая поможет вам продемонстрировать такие качества, как ловкость и умение работать в команде, — несколько взмахов волшебной палочкой, и посередине зала появились пять тонких, но достаточно длинных и прочных перекладин. С одной стороны возле них встали девушки, с другой — юноши. Как объяснил директор, цель испытания состояла в том, чтобы поменяться местами со своим партнёром за наиболее короткий промежуток времени. Как только конкурсанты приступили к выполнению задания, Лили поняла, что у них нет ни единого шанса. Изабель — так звали юную хаффлпаффку — и Гордан выбыли почти моментально: девушка не смогла удержать равновесие и упала, едва ступив на перекладину. Сьюзен, расставив руки в стороны, пыталась медленно идти по доске, что, стоит признаться, получалось это у неё из рук вон плохо. Оливия шла более уверенно и давала указания Джеральду, с опаской движущемуся ей навстречу по тонкой дощечке. Марлин и Сириус, в отличие от остальных, решили действовать более рационально. Сначала по доске должна была пройти она, затем Блэк. Лили почувствовала укол зависти: и Бродяга, и Марлин были достаточно спортивными и ловкими, чтобы вырвать победу у них из-под носа. Конечно, Джеймс не потратил бы много времени на это пустячное задание, но за себя девушка ручаться не могла. Едва ли она обладала хоть толикой его ловкости. И всё же шанс на победу оставался: из-за высокой шпильки на туфлях МакКиннон теряла все свои преимущества в скорости. Джеймс привык оценивать ситуацию перед тем, как начать действовать, но, глядя на то, как старается Марлин, понял, что нужно поторопиться. В себе он был уверен на сто процентов, уж с чем, а с координацией у капитана сборной Гриффиндора по квиддичу всё было прекрасно, но вот насчёт рыжей старосты у него возникали сомнения. Девушка смотрела на доску с тревогой. Юбка в виде русалочьего хвоста уверенности также не добавляла. В голове вспыхнула идея. Он резво вскочил на доску и в пару счётов преодолел препятствие.       — Будем действовать по схеме Марлин? — осведомилась девушка, вопросительно глядя на Поттера.       — Нет, это слишком долго.       Не теряя ни секунды, Джеймс поднял обескураженную девушку на руки и понёс в обратную сторону. Это выглядело очень эффектно. Где-то раздались аплодисменты, послышались свист и улюлюканье. К моменту, когда Марлин дошла до конца платформы, Поттер уже поставил Эванс на землю и был на середине обратного пути. Блэк, очевидно, не мог рассчитывать на первое место, однако не сильно возражал против второго. Справедливости ради, он похвалил Сохатого за сообразительность, пожалев, что подобная идея не пришла к нему. Оливия всё ещё пыталась поменяться местами с Кадоганом, стоя на середине пути. Сьюзен же так и не смогла удержать равновесие и свалилась в импровизированную пропасть. Конечно, упасть ей не дали левитационные чары, но всё же из испытания они с Бэном выбыли. Второй этап носил не менее интригующее название: «родной аромат». Было поистине сложно не удивляться фантазии директора. Было сложно поверить в то, что всё это не было спланировано заранее. Этот конкурс, как и предыдущий, состоял из двух этапов. Сперва парни должны были в случайном порядке расположиться на стульях, стоящих в один ряд. Их спутницам полагалось найти свою пару с завязанными глазами, ориентируясь лишь на своё обаяние. Далее партнёры должны были поменяться ролями. Для чистоты эксперимента на подопытных накладывалось «Силенцио».       — Это же невозможно! — Лили поправила заколку в волосах. Ей никак не удавалось понять, что творится в голове профессора. Конечно, она его уважала и, безусловно, восхищалась им, но эти задания находились вне её понимания. Неужели он и вправду думал, что кто-то сможет по запаху отличить одного человека от другого?       — Да ладно тебе, Лилс, просто доверься интуиции. Я уверена, что всё не так уж и сложно, — подмигнула Марлин, которой эти испытания казались забавными.       Девушки по очереди шли к юношам и вставали возле предполагаемых партнёров. Можно было подумать, что заклятье немоты по ошибке наложили на всех присутствующих. В зале не было слышно ни звука. Зрители завороженно смотрели на происходящее, опасаясь сбить конкурсанток с толку. Эванс должна была идти предпоследней. Профессор МакГонагалл, служившая это соревнование, дала отмашку, и девушка смело двинулась вперёд, следуя совету МакКиннон. Она шла медленно, опасаясь упасть, запутавшись в подоле собственной юбки. На ней по-прежнему был камзол Майка, запах которого немного сбивал девушку с толку, тем не менее, девушка не решалась его снять. Продвигаясь вдоль кандидатов, она отчаянно пыталась понять, который из них Поттер. Довольно долго Лили колебалась между двумя юношами, запахи которых были ей хорошо знакомы. Один из них, несомненно, Поттер, другой — Блэк. Оставалось лишь понять, кто есть кто. Пару минут Лили растерянно стояла между ними, не зная, в какую сторону податься. Ей потребовалось приложить неимоверные усилия, чтобы взять себя в руки и прислушаться к окружающим её ароматам. Возможно, в другой ситуации, она не стала бы так сильно волноваться, но сейчас Лили чувствовала на себе взгляды сотен пар глаз, из-за чего мысли в голове путались. С трудом ей всё же удалось опознать запах табака, характерный для Блэка, сделав шаг в противоположную сторону, она смогла отчётливо различить знакомый аромат корицы. Сердце пропустило удар, отбросив сомнения, она сделала ещё один шаг к обладателю притягательного аромата и остановилась. Последней участнице потребовалось немногим больше времени, чтобы сделать выбор. Когда повязки были наконец-то сняты, оказалось, что почти многие девушки допустили ошибку. Рядом с Джеймсом стояли Лили и Изабель, около Сириуса находились Марлин и Сьюзен, Оливия стыдливо опустила глаза, отойдя чуть дальше от Бэна, которого по ошибке приняла за Джеральда.       Когда пришло время меняться, юноши смогли на собственном опыте почувствовать, что всё далеко не так просто, как кажется на первый взгляд. И всё же они справились несколько лучше, чем их дамы. Джеральд действительно дошёл до Флинт, несмотря на то, что потратил на это довольно много времени. Фаррелл остановился возле Сьюзен, которая, как выяснилось позже, использовала те же духи, что и Изабель. Джонсон и Блэк пришли к Марлин. И только Поттер, казалось, совсем не сомневался в том, куда ему идти: он уверенно прошёл мимо первых двух участниц и остановился возле Эванс, даже не думая о том, чтобы проверить остальных конкурсанток. Лили соврала бы, если бы сказала, что это не польстило ей. Однако она тут же напомнила себе о том, что принимает участие во всём этом лишь для того, чтобы доказать Марлин, что они с Джеймсом могут одержать победу.       Последнее испытание представляло собой голосование зрителей, от которого и зависел исход конкурса. Несомненно, все хотели предстать перед одноклассниками в лучшем свете. Было вполне очевидно, что зал нуждался в захватывающем зрелище, способном заинтересовать и захватить внимание учащихся. Чтобы получить заветные голоса, необходимо было придумать что-то особенное. К сожалению, времени на подготовку практически не было. Лили и Джеймсу повезло: они должны были выступать последними. Первыми предстояло показать себя Марлин и Сириусу. Впрочем, эта парочка приковывала взгляды, просто находясь рядом. Они не сильно заморачивались с идеей, полагаясь на природное обаяние и харизму, или же попросту на волю случая. У них, несомненно, было преимущество, но Поттер не был намерен сдаваться. То, что Лили участвует в подобном мероприятии с ним, уже было весьма удивительно, осталось добавить какую-то изюминку. Поттер вновь посмотрел на Эванс, оценивая возможные варианты.       — Глупый Рейдон со своей дурацкой кофтой… — промелькнуло в голове Джеймса. Один вид накинутой на плечи девушки ткани его раздражал. Однако, именно этот элемент гардероба подсказал ему, что делать дальше.       — Лили, сейчас тебе надо будет снять кофту и сесть на пол, поняла?       — Что? Это ещё зачем? — Эванс посмотрела на парня, вопросительно изогнув брови.       — Ты хочешь доказать Марлс и Бродяге, что они ошибаются? — уверенность Джеймса, конечно, помогала поверить в то, что ещё не всё потеряно, но Лили хотелось бы знать, что он затеял.       — Конечно, иначе я не тратила бы время на эти странные конкурсы. Но при чём тут это?       — Сейчас поймёшь. Доверься мне. Ну же, наш выход!       Слова о доверии оказали должный эффект. Лили послушно сняла кофту, оставшись в до ужаса смущающем костюме, о котором успела на время позабыть. Они вышли на импровизированную сцену, и Эванс, как и просил Джеймс, села на пол. Зал замер в ожидании. Многие уже успели удивиться, лишь взглянув на гриффиндорку в костюме русалочки. Лили оправила подол юбки, удачно закрывающий ноги. Пришло время Поттера вновь показать свои актёрские способности. Не даром же в прошлом году он играл главную роль в спектакле. Джеймс вышел на сцену и, словно не замечая присутствия рыжеволосой девушки, начал прогуливаться туда-сюда. Эванс заметно растерялась. Несмотря на заверения Поттера в том, что позже она всё поймёт, в голове не было ни единой мысли, способной объяснить действия парня. Судорожно пытаясь заставить свои мозги придумать хоть что-то дельное, она несколько раз вытянула ноги и вновь согнула их в коленях, имитируя движения русальего хвоста. Поттер делал вид, что прогуливается, по-видимому, со своей собакой. Лили быстро поняла, что он выбрал для выступления пантомиму. Это было ей на руку. Заметив на себе быстрый взгляд Джеймса, она начала беззвучно петь, плавно вырисовывая руками в воздухе причудливые фигуры. Казалось, только этого Джеймс от неё и ждал. Он сделал вид, что прислушивается, и изобразил удивление, заметив русалку. Подбежав к ней, он сделал вид, что пытается остановить собаку, Лили взмахнула рукой и принялась нервно накручивать на палец яркую прядь. Поттер обошёл её стороной, восторженно рассматривая свою находку. На губах парня появилась озорная улыбка. Он поднял вверх указательный палец, сигнализируя о появившейся в голове идеи, после чего, к удивлению всех присутствующих, схватил Эванс на руки и понёс прочь из Большого зала. Лили приняла это за часть выступления и, обхватив шею Джеймса руками, прильнула к его груди. Осознание, что что-то не так, пришло в коридоре. Их одежда вновь стала прежней, но парень, казалось, даже не думал останавливаться.       — Стой! Это уже не смешно… Поставь меня на место! — воскликнула Лили, пытаясь вырваться из крепкой хватки гриффиндорца.       — Да ладно тебе, всё же так хорошо начиналось, — усмехнулся парень, осознав, что и впрямь заигрался. Однако отступать уже было некуда.       — Прекрати. Чего ты вообще хочешь добиться?       — А разве непонятно? — Джеймс всё же поставил Эванс на землю и теперь пристально смотрел на неё. — Тебя, конечно.       — Это… это не смешно…       — Похоже, что я смеюсь? — парень и впрямь был крайне серьёзен. Он привычным жестом поправил очки, не сводя с Эванс медово-карих глаз.       — Мне это уже надоело. Я возвращаюсь назад, а ты можешь и дальше валять дурака, если тебе это так нравится, — голос Лили дрогнул. Она опасалась связываться с Джеймсом, когда он был таким серьёзным. Сейчас он совершенно не походил на парня, к обществу которого она привыкла за столько лет. Лили видела его столь же серьёзным и сосредоточенным лишь однажды: в ночь полнолуния, когда она едва не погибла. Конечно, девушка знала, что Джеймс ни за что не причинит ей зла, но всё равно ощущала в воздухе невыносимое напряжение, от которого хотелось поскорее сбежать.       — Серьёзно? Так сильно хочешь вернуться к своему Рейдану? Отлично! Просто превосходно! — парень ощущал себя фейерверком, готовым взорваться от малейшей искры. — Тебе случайно не говорили, что ты грёбаная эгоистка, которая не видит дальше своего носа?       — Так чего тебе нужно от такой эгоистки? — всего секунду назад Лили была готова на всё, лишь бы избежать ненужной ссоры. Теперь же ей не оставалось ничего иного, кроме как заставить парня взять свои слова назад. Она прикусила губу, выжидающе глядя на парня. Изумрудные глаза сверкали в свете факелов, освещавших пустой коридор.       — Ты же умная девочка, неужто не понимаешь, что я тебя люблю?! — Лили застыла, не в силах пошевелиться. Признание Джеймса набатом звенело в ушах. Она и прежде слышала от парня эти слова, однако теперь они звучали уж слишком серьёзно. — Конечно, для тебя это всего лишь игра. Привыкла, что я таскаюсь за тобой хвостиком. Нравится моё внимание, Эванс? Думаешь, я буду вечно за тобой бегать? Вот только мне это уже осточертело! Что мне ещё нужно сделать, чтобы ты поняла, что я не шутки с тобой шучу?       — Я никогда не просила тебя таскаться за мной! — Лили попыталась осадить парня. Разговаривать с Поттером на повышенных тонах ей совсем не нравилось, а выслушивать его упрёки подавно. — Моя жизнь станет намного легче, если ты наконец-то прекратишь ко мне приставать. Так что давай, вперёд!       — Отлично! Именно так и поступлю. Но знаешь что, Эванс? Не надейся, что я вновь приду к тебе на помощь, когда ты в очередной раз окажешься в беде, — эти слова ранили Лили больнее всего. Джеймс и вправду слишком уж часто приходил к ней на выручку. В голове промелькнула мысль о том, что вообще-то она была обязана Поттеру жизнью. О том, что именно он вытащил её из горящего здания, она узнала чисто случайно от Блэка. Ей вдруг стало ужасно стыдно, но она просто не могла этого показать. — Отныне пусть тебя спасает этот твой Рейдон.       — Без тебя разберусь, — прошептала Лили, с трудом сдерживая слёзы. К горлу подступил ком, дышать стало невероятно трудно, словно кто-то выкачал из коридора весь воздух.       От слов Джеймса ужасно хотелось плакать. Только он умел изворачивать ситуацию так, чтобы Лили обязательно почувствовала себя виноватой. Ей не хотелось, чтобы он видел её слёзы, однако, Джеймс и не думал уходить. Лили бросила на парня беглый взгляд: его грудь и плечи мерно вздымались, хотя на девушку он больше не смотрел. Раз он решил остаться здесь, она уйдёт сама. Так даже лучше. Ей всё равно нужно поскорее вернуться к друзьям и извиниться перед Майком за случившееся. Не хотелось чувствовать себя виноватой ещё и перед ним.       — Лили, вот ты где! Что случилось? Всё в порядке? — Майк вновь накинул на плечи Лили свой джемпер, выглядевший теперь совсем обычно. Она прикусила щёку изнутри. Вкус крови отвлёк от затуманивших разум мыслей.       — Я согласна с тобой встречаться! — Лили сама не ожидала, что слова прозвучат так громко и отчётливо, и вздрогнула, услышав эхо собственного голоса в темноте коридора. В ту же минуту ей показалось, что она расслышала какой-то глухой звук, будто что-то ударилось об стену. Лили не предала этому значения, решив, что ей, должно быть, просто показалось.       — Правда? — Рейдон замер и внимательно посмотрел на девушку. Он не ожидал, что она согласится, к тому же после второго весьма неудачного свидания подряд. — Что ж, я очень рад это слышать. Надеюсь, ты хорошо подумала? Я не хотел бы, чтобы ты чувствовала, будто я на тебя давлю…       — Всё в порядке, я уверена в своём выборе, — Майк не мог не заметить, что улыбка далась девушке с трудом. Он не стал задавать лишних вопросов, хотя не мог не заметить отсутствие Джеймса и покрасневшие глаза Лили. — Я бы хотела вернуться в Большой зал, если ты не против.       — Конечно, идём. Кстати, если тебе интересно, в конкурсе выиграли Блэк и МакКиннон.       — Правда? Ну хорошо, я очень за них рада.