История о Лили Эванс

7 ноября 1976

      До первого матча ежегодного чемпионата Хогвартса по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином оставалась ровно неделя. Из-за этого представители обоих факультетов были на взводе. Обе команды тренировались в поте лица, намереваясь одержать победу над вечными противниками. Вот только у сборной Гриффиндора складывалось впечатление, что их капитан уж слишком сильно печётся об этом, заставляя команду ежедневно проводить в воздухе минимум по два часа. Действительно, на следующий же день после дня рождения Блэка, Поттер назначил внеплановую тренировку, чем вызвал всеобщее негодование. Никто не мог понять, почему Джеймс стал настолько серьёзным. Конечно, парень всегда ответственно подходил к тренировкам и матчам, но в этот раз отличалась даже атмосфера: непринуждённая ранее обстановка сменилась строгим режимом, теперь капитан не позволял однокурсникам шутить и общаться во время отработки упражнений, а каждая ошибка каралась штрафными заданиями не только для того, кто её совершил, но и для всех остальных. Только Марлин, которая решила попробовать свои силы в роли охотника в этом году, знала причину таких кардинальных изменений в поведении друга, но объяснить это команде попросту не могла. Ещё более усугубило ситуацию то, что на очередной тренировке один из загонщиков сломал руку. У Поттера не было иного варианта, кроме как попросить Сириуса присоединиться к сборной, так как в больничном крыле сказали, что участвовать в ближайшем матче у бедного парня не получится. Блэк на самом деле был хорошим загонщиком, но не планировал возвращаться в команду, слишком уж занят был бесчисленными свиданиями и продумыванием розыгрышей над змеиным факультетом. Но в данной ситуации ему не осталось ничего, кроме как помочь лучшему другу, о чём он тут же пожалел.       Укрываясь от дождя под школьными мантиями, гриффиндорцы возвращались в замок после долгой и изнурительной тренировки. Сириус шёл рядом с Марлин, задумчиво опустив голову. Он не знал, как вести себя в сложившейся ситуации, ведь понимал, насколько Джеймсу плохо, и знал, что тренировки отвлекают парня от грустных мыслей, но в то же время не мог не разделять мнение команды о том, что Поттер перегибает палку. Девушка, заметившая необычную молчаливость Блэка, решила первая начать диалог, хотя, казалось бы, сил на разговоры уже не осталось.       — Погода сегодня, конечно, так себе, — вздохнула Марлин, говоря это больше себе, чем одногруппнику.       — Серьёзно, Марлс? Погода? Тебе что, пятьдесят?       — Да ну тебя, Блэк, чего тебе ни скажи, всё не так! Вообще больше с тобой разговаривать не буду! — МакКиннон сделала пару шагов вперёд, желая отойти подальше от Сириуса, чтобы не портить себе настроение, но парень вовремя опомнился и тут же схватил гриффиндорку за руку, не позволив ей отдалиться.       — Погоди, Марлин. Прости, я просто не могу перестать думать о Джеймсе. Это первый раз, когда у меня совсем нет идей, как ему помочь. Ты же видишь, что происходит! — Марлин впервые видела Блэка настолько подавленным, да и сама чувствовала себя также. МакКиннон действительно хотела помочь, но что она могла?       — Я тебя понимаю, но мы просто обязаны что-нибудь придумать, — внезапно она остановилась, закрыла глаза и подняла лицо к небу, скидывая с головы капюшон. Сильный ветер подхватил освобожденные светлые пряди, но крупные капли дождя тут же прибили их к лицу юной волшебницы.       — МакКиннон, ты что творишь? — парень смотрел на подругу, попутно пытаясь удержать капюшон своей мантии на голове. Глядя на девушку, Сириус не мог определиться, чего ему хочется больше: позволить Марлин и дальше наслаждаться пребыванием под проливным дождём или, напротив, укутать её в тёплое одеяло, чтобы она ненароком не заболела. Единственное, что он понимал наверняка — с её лица не должна пропасть эта сияющая и беззаботная улыбка, в которую он определённо был влюблён. Жизнерадостность и непринуждённость девушки, отличное чувство юмора и авантюризм, красота и харизма — эта хрупкая особа сочетала в себе все эти качества, которые Блэк, несомненно, очень ценил в девушках. Она была близка ему по духу и стилю жизни, поэтому Сириус чувствовал с ней особую связь.       — Освежаю мысли!       — Простудишься, дурёха, — мягко улыбнулся парень, глядя на то, как по светлой коже стекают крупные капли.       — Не будь таким занудой, Бродяга. Это тебе не подходит.       — Ну, знаешь, не всё же Лунатику занудствовать. Мне тоже иногда хочется примерить на себя роль послушного мальчика.       — Нет, Блэк, не стоит. Хватит с тебя ролей, побудь собой хоть раз в жизни. А то меня уже тошнит от Королевы драмы в твоём исполнении.       — Ты так говоришь, как будто это кому-то нужно, — усмехнулся парень, опустив глаза.       — Конечно, Джеймс, Рем, Пит, я, Лилс, Алиса, Мэри… Мы любим тебя не за то, кем ты хочешь казаться на публике. Нам важен настоящий ты. Со всеми твоими приколами, бессмысленными шутками и дурацкими загонами.       — Что значит «бессмысленными шутками»? Всё, что я делаю, наполнено глубочайшим смыслом, просто таким примитивно мыслящим людям, как вы, этого не понять!       — Возможно, — пожала плечами девушка и, улыбнувшись, продолжила путь к замку.       Конечно, Марлин была бы не Марлин, если бы думала о последствиях. Теперь, когда она промокла до нитки, ей стало холодно под колючими потоками ледяного ветра, поэтому она хотела как можно быстрее попасть в гостиную, чтобы отогреться на диванчике возле камина. По этой причине девушка решила, что ускорить шаг, чтобы скорее достигнуть цели, — идея хорошая, но вот про то, что на сырой земле довольно трудно не поскользнуться, она не подумала. Преодолев всего несколько метров, девушка оступилась и, поскользнувшись, упала на землю, приземлившись прямо в лужу.       — О Мерлин, Макарошка, ты как всегда! — Сириус быстро подошёл к девушке и подал ей руку. — Больно?       — Немного, — по лицу Марлин было заметно, что она расстроена. Поднявшись на ноги, Марлин повела плечами от холода, что сразу же было замечено Бродягой. Не говоря ни слова, парень подхватил МакКиннон на руки и понёс её в школу. Конечно, она не пострадала от падения настолько, что не могла бы дойти самостоятельно, но, глядя на неё, парню захотелось поступить именно так.       Девушка не стала возражать, напротив, она лишь ближе прижалась к тёплой груди Блэка и закрыла глаза. Он был намного внимательнее и быстрее Марлин, поэтому довольно быстро и, что самое важное, без происшествий добрался до школы. Когда он поставил девушку на серые плиты пола, девушка едва заметно улыбнулась и поблагодарила Сириуса. Ей была приятна такая забота со стороны парня. Сириус скинул с головы капюшон насквозь мокрой мантии и оглядел подругу. На месте, где та стояла всего лишь пару минут, уже появилась значительных размеров лужа, становящаяся с каждой секундой больше из-за непрерывно стекающей с девушки воды. Волосы слипшимися прядями приклеивались к лицу, на котором сегодня не было ни капли макияжа, из-за чего можно было заметить несколько прыщиков на лбу и подбородке, а под глазами — темные круги. По мнению Сириуса, это ни капли не портило прелестное личико МакКиннон, на которое ему хотелось смотреть как можно дольше.       Вот только спустя мгновение девушка вспомнила, что замёрзла, поэтому развернулась и побежала к башне факультета.       — Ну вот, никакой благодарности даже! Между прочим, ты меня испачкала!       — Вечно ты возмущаешься. Ну и что? Испачкала и испачкала, ничего страшного, а «спасибо», между прочим, я сказала, — Марлин остановилась на ступеньке и посмотрела на стоящего прямо перед ней парня сверху вниз.       — Действительно, — Блэк изобразил обиду, на что Марлин незамедлительно отреагировала. Девушка наклонилась к лицу парня и накрыла его губы своими. Всё произошло настолько быстро, что Блэк даже опомниться не успел, а Марлин вновь бодренько зашагала вверх по ступенькам, несмотря на то, что буквально недавно еле как волочила ноги от усталости. Признаться, это выбило парня из колеи, такого он не ожидал. Да, он неоднократно целовался с блондинкой и проводил с ней ночи, но каждый раз это становилось для него чем-то особенным. Подобные выходки девушки надолго застревали в его голове, превращаясь в счастливые воспоминания. Внезапно он поймал себя на мысли о том, что, если она поступит подобным образом ещё хотя бы раз, он сам предложит ей встречаться и не отстанет, пока не получит положительный ответ.       Поднявшись в комнату, Марлин с порога начала снимать с себя мокрую одежду. Соседок в комнате не было: Мэри с Римусом сидели в гостиной, она видела их по дороге в комнату, Алиса с Фрэнком отправились в неизвестном МакКиннон направлении подальше от суеты и суматохи, которая всегда была присуща толпе студентов Гриффиндора. Когда Марлин уходила на тренировку, Лили всё ещё была в комнате, однако она упоминала, что собиралась в библиотеку, чтобы, хотя бы отчасти, разобраться с нескончаемым потоком домашних заданий. Переодевшись в теплый свитер с изображением собаки, который она так любила, и домашние штаны, девушка спустилась в гостиную.

***

      Лили сидела у большого окна в библиотеке, закрыв глаза и слушая звук разбивающихся об стёкла капель. Конечно же, девушка ни капли не выспалась, но спать было банально некогда. Нужно было сделать столько всего за ограниченное время, что было сложно понять, с чего хотя бы начать. Сегодня она планировала с головой погрузиться в рефераты, эссе и толстые учебники, поэтому сразу сказала подругам, что весь день будет находится вне зоны доступа, что, кажется, ни капли не удивило и не расстроило ни одну из них. Девушка заметила Стоун и Лонгботтома, сидящих в укромном уголке. Фрэнк пытался объяснить девушке всё, что ей было не слишком понятно, а та внимательно слушала, уткнувшись носом в конспект. Конечно, она не стала отвлекать их от учёбы, да и самой отвлекаться на разговоры совершенно не хотелось.       Время утекало слишком быстро, а дождь всё не прекращался. Размеренное постукивание тяжёлых капель о толстые стёкла действовали на немногочисленных посетителей библиотеки успокаивающе и даже усыпляюще. Она сидела, склонившись над книгами уже порядка трёх часов, поэтому позволила себе ненадолго отвлечься от десятка исписанных листов пергамента, к тому же для завершения реферата ей не хватало информации, предоставленной в учебнике по Истории магии. Проходя между гигантскими стеллажами, наполненными старинными фолиантами, Эванс огляделась. Библиотека почти опустела: Алиса, вероятно, устала от древних рун и утащила Фрэнка подальше от этого пропитанного вековыми знаниями места. Девушка заметила, что некоторые студенты поддались убаюкивающему звуку дождя и дремали, положив голову прямо на рукописи. Она и сама держалась из последних сил, чтобы не последовать их примеру. Атмосфера была слишком расслабляющей.       Эванс медленно шла по узким проходам в поисках нужной книги. Она передвигалась тихо, почти беззвучно, чтобы никого не потревожить и не привлечь к себе внимания. Проходя мимо очередной секции, девушка краем глаза заметила знакомый силуэт, склонившийся над столом с пером в руке. Лили остановилась между книжных полок, сделав вид, что ищет необходимый том. Она всё ещё не издавала ни звука, почти что не дышала. Украдкой девушка поглядывала на парня, одиноко сидящего в темном углу библиотеки, освещённом приглушённым светом настольной лампы, который отражался в толстых стёклах очков. Сначала Лили подумала, что ей мерещится, что такого просто не может быть. Джеймс Поттер, кропотливо выполняющий домашнее задание? Звучит слишком неправдоподобно, но это на самом деле был именно он. Парень неотрывно что-то строчил, периодически переводя взгляд на страницы толстой книги, лежащей над листом пергамента. Он был слишком сосредоточен и не замечал ничего и никого вокруг. Пальцы левой руки скользили по напечатанным строкам. Изредка рука отрывалась от книги и привычным жестом взлохмачивала волосы или поправляла очки. Джеймс был настолько не похож на привычного себя, любившего красоваться на публике, привлекая к себе всеобщее внимание. Он выглядел таким спокойным, таким серьёзным, поглощённым учёбой…       Эванс не понимала, почему она следит за ним исподтишка, скрываясь за книгами, словно преступница, и почему не может оторвать от него взгляда. Она не смогла ответить на эти вопросы, поэтому решила, что проще всего будет уйти, пока Джеймс её не заметил. Она сделала шаг и, поддавшись внезапному порыву, вновь взглянула на одногруппника. В этот же момент он, точно почувствовав её присутствие, посмотрел в её сторону. Лили резко отвернулась, как одёргивают руку, когда обжигаются. Чтобы не выглядеть слишком уж подозрительно, она протянула руку к верхней полке, сделав вид, что не может достать книгу. Никогда прежде она не чувствовала себя так неловко. Лили была очень смущена, хотя не смогла бы ответить на вопрос, чем именно. Мгновение спустя Поттер оказался рядом. На нём была простая белая футболка, поверх которой он надел плотную клетчатую рубашку с закатанными рукавами. Джеймс подошёл так близко, что Лили ощутила едва уловимый запах мыла, смешанный с пряным ароматом корицы. Он молча достал книгу, к которой она тянула руку, отдал её девушке и вернулся на место, не произнеся при этом ни единого слова. Эванс даже не посмотрела на название книги, которая оказалась у неё в руках, лишь вполголоса произнесла «спасибо» и направилась к своему столу, не оглядываясь. Лицо её было залито румянцем смущения. Это было до безумия странно, настолько, что она просто не могла оставаться тут дальше. Собрав все свои вещи в сумку, в том числе недописанную работу и, вероятно, совершенно ненужную ей книгу, она стремглав выбежала из библиотеки.       В голове роились самые разнообразные мысли, но все они, как одна, сводились к Джеймсу Поттеру. Он был таким странным в последнее время, совсем не таким, каким она привыкла его видеть: теперь он редко попадался ей на глаза, даже не разговаривал с ней при встрече. Марлин уже успела несколько раз пожаловаться на то, какими тяжёлыми стали тренировки по квиддичу, и вот теперь она встретила его в библиотеке… Вообще-то она прекрасно знала, что парень может быть серьёзным, когда это необходимо, но до сих пор продолжала видеть в нём лишь лохматого оболтуса, не выпускающего из рук золотой снитч.       В то же время она не могла не думать о Майке, который, как она думала, нравился ей. Конечно, Лили понимала, что это всего лишь симпатия, ведь любовь — это что-то более глубокое, что не может возникнуть на пустом месте за столь короткое время, но Рейдон был действительно хорошим парнем, и ей правда хотелось дать ему шанс. Вот только сейчас мысли о Поттере стали слишком навязчивы, и это её пугало. Не мог же ей нравится Джеймс Поттер в конце концов?       И всё же подруги так часто повторяли слова о том, что они могли бы стать прекрасной парой, да и он стал вести себя куда сдержаннее… Нет, она просто не могла думать о подобных вещах! Не после всего, через что ей пришлось пройти по его вине. К тому же у неё уже был парень, и мысли о другом казались ей ужасно неправильными. Подобное поведение было бы нечестным по отношению к Майку…       — Лили!       Девушка остановилась посреди пустого коридора. Знакомый голос, окликнувший её, вырвал девушку из раздумий, пронзив сердце кинжалом. Прошло почти полгода, а рана до сих пор кровоточила, стоило лишь дотронуться до неё. Она не могла даже повернуться и посмотреть на близкого когда-то человека, видеть которого отныне она не хотела. Поэтому, застыв на месте буквально на секунду, продолжила путь. Хотелось сбежать, исчезнуть, раствориться в воздухе. Всё что угодно, лишь бы оказаться подальше отсюда.       — Лили, подожди, пожалуйста! — девушка услышала за спиной звук приближающихся шагов.       — Нам не о чем разговаривать, — голос предательски дрогнул, хотя Эванс пыталась казаться отстранённой и холодной.              — Пожалуйста, Лили… — Лили наконец-то остановилась и обернулась. Она посмотрела прямо в тёмные глаза друга детства. Северус, совершенно не ожидавший этого, не успел вовремя затормозить, из-за чего влетел в гриффиндорку. — Прости, пожалуйста!       — Ничего, — девушка потёрла плечо, на которое пришлось столкновение.       — Лили, я хотел поговорить…       — Внимательно тебя слушаю, — Эванс скрестила руки на груди, стараясь не показывать, насколько непросто ей находится рядом со Снейпом.       — Лили, я допустил ошибку, но я просто не могу так, ты нужна мне!       — Сев, — произносить это имя снова было очень больно, — ты ведь сделал выбор уже давно, зачем всё это? У тебя другие друзья… И я не думаю, что от наличия в твоём кругу общения грязнокровки твоя жизнь станет лучше.       — Лили, не говори так! Я не считаю, что это играет хоть какую-то роль! Ты самый лучший человек во всём мире, ты самый важный человек в моей жизни! И так будет всегда! — Лили было больно слышать эти слова, возможно, даже больнее, чем Снейпу, который их произносил. Она смотрела на бывшего друга и пыталась разглядеть в нём того мальчишку, с которым познакомилась на детской площадке много лет назад.       — Ты ошибаешься. Со временем ты обо мне забудешь. Всё проходит, и, к сожалению, наше время уже ушло, — на глазах снова начали появляться слёзы, поэтому Эванс хотела закончить разговор как можно быстрее.       — Ты слишком дорога мне, я не могу вычеркнуть тебя из своей жизни… — парень опустил голову, чёрные длинные волосы заслонили лицо с бесконечно печальными глазами.       — Ты уже это сделал, — Лили не могла больше этого выносить. — Северус, я безмерно благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал, ты навсегда останешься в моём сердце, ведь ты был моим лучшим другом столько лет…       — Был… — голос Снейпа надломился; он неоднократно хотел поговорить с Лили, вновь вернуть всё назад. Вот только… как раньше, уже никогда не будет — это он понимал слишком отчётливо.       — Да, был. Прости, мне нужно идти, — Лили развернулась на каблуках, бросив напоследок: — Не стоит нам больше разговаривать. Прошу тебя… Каждая наша встреча причиняет мне столько боли… Пожалуйста, просто оставь меня уже в покое.       — Ты тоже навсегда будешь в моём сердце, — с неописуемой грустью выкрикнул парень вдогонку своей бывшей лучшей подруге. Сегодня он понял, что это была его последняя попытка заговорить с ней, отныне он будет лишь наблюдать издалека, чтобы убедиться, что она в порядке, что она счастлива.       Кое-как гриффиндорка добралась до гостиной. Лили казалось, что сегодня весь мир был настроен против неё: сначала Поттер, потом Снейп… Слишком много событий за такой короткий временной отрезок. Эмоции переполняли девушку, но сил уж просто не осталось. Хотелось просто сесть на пол и разрыдаться. Хотелось не чувствовать того, что испытывала она в данный момент, было очень больно и непонятно, отчего больнее. Девушка проскользнула в свою комнату, забралась на кровать и задёрнула полог. Свернувшись калачиком под одеялом, Лили уснула. Но даже во сне назойливые мысли не давали ей покоя: ей снилось, будто бы она стоит на шатком подвесном мосту, с одной стороны которого стоит Майк, а с другой — Джеймс. Внизу — бескрайняя тёмная пропасть. Леденящий душу страх пронизывает каждую клеточку тела, сковывая движения невидимыми цепями. Необходимо срочно что-то решить, нужно выбрать сторону, в которую она должна пойти. Вот только определиться с направлением, на удивление, невыносимо сложно. Не в силах сделать выбор, девушка остаётся на месте, беспомощно озираясь по сторонам. Она знает, что так продолжаться не может: мост рушится прямо под её ногами, но Лили не в силах пошевелиться. Ещё секунда, и девушка падает в неизвестность, успев различить лишь стремительно отдаляющийся образ брюнета и отблеск толстых линз в прямоугольной оправе.       Эванс дёрнулась, подскочив с кровати. Ей редко снились кошмары, она впервые просыпалась в холодном поту. В комнате всё ещё никого не было. Бросив беглый взгляд на часы, Лили поняла, что пребывала в царстве Морфея не больше двадцати минут, которые показались ей целой вечностью. Ей срочно нужно было принять освежающий душ, чтобы смыть с себя остатки кошмара, не дающего ей покоя.       Девушка не могла оставаться наедине со своими мыслями, но и делиться ими с подругами не хотела. Теперь она понимала, что стоит ей лишь заикнуться о том, что, как ей кажется, она может быть не совсем равнодушна к Джеймсу Поттеру, девушки тут же поднимут на уши весь замок, а уж Мародёры узнают об этом раньше, чем хоть одна из них выйдет из комнаты. Нет, она не могла допустить подобного! Она уже выбрала Рейдона, отступать было поздно. Внезапно ей захотелось увидеть Майка. Они не договаривались встретиться сегодня, и она понятия не имела, где он мог быть в этот момент, но всё же направилась к башне Рейвенкло в надежде, что парень всё же окажется там. Поднявшись по винтовой лестнице, она остановилась перед дверью, у которой не было ни ручки, ни каких-либо опознавательных знаков, лишь бронзовый молоток в форме орла посреди сплошного полотна старинного дерева. Конечно, она знала, что для того, чтобы попасть в гостиную, необходимо было разгадать загадку, но не была уверена в том, стоит ли ей нарушать границы другого факультета. Порядка пятнадцати минут девушка стояла перед дверью не в силах решиться сделать хоть что-то. К счастью, она услышала на лестнице шаги. Вскоре перед ней возник Горден Фаррелл. Лили никогда не общалась с ним лично, лишь видела его пару раз, но была наслышана о лучшем друге Майка.       — Лили? Вот не ожидал я тебя тут увидеть, Майк не говорил, что вы собирались встретиться, — парень положил руки в карманы мантии и улыбнулся. Лили подумала, что синий цвет факультета прекрасно считается с его светлыми волосами и небесно-голубыми глазами.       — Мы и не договаривались, просто я захотела его увидеть, — Эванс смущённо улыбнулась и опустила взгляд.       — Хм, в таком случае я сейчас же его позову! Надеюсь, ты не долго тут стоишь? Если что, ты только скажи, я ему быстро мозги на место вставлю, — рассмеялся парень и, попрощавшись, скрылся за дверью. Лили даже не услышала вопроса, на который рейвенкловец ответил настолько быстро, будто бы даже не задумывался.       Лили простояла перед дверью ещё несколько минут, которые тянулись невыносимо долго. Она всё ещё слышала шум дождя где-то вдалеке. Сейчас в голове была кромешная тьма, девушка не могла различить ни единой мысли, но это её вполне устраивало: лучше уж не думать вообще ни о чём, чем думать о Джеймсе. Назойливый гриффиндорец поселился в подсознании старосты, никак не желая оттуда уходить. Узкий проход между книжными стеллажами, приглушённое освещение, опьяняющий аромат корицы, исходящий от парня…       Проход отворился. Майк вышел к дожидающейся его девушке. Он выглядел по обыкновению безупречно: тёмно-серый джемпер поверх белой рубашки, светлые брюки, аккуратно уложенные волосы. Парень был приятно удивлён неожиданным появлением Эванс. Он не хотел быть слишком навязчивым, поэтому не приглашал её на свидания слишком часто, несмотря на очевидное желание проводить с ней как можно больше времени. Он знал о том, что для Лили это первые отношения, поэтому старался соблюдать приемлемую дистанцию и не торопить события.       — Добрый вечер, Лили, — лицо Майка озарила нежная улыбка. Однако, заметив выражение лица девушки, в его глазах появилось беспокойство. — Я приятно удивился, когда Горден сказал, что ты меня ждёшь. Что-то случилось? Ты выглядишь несколько взволнованной…       — Нет, всё в порядке, просто соскучилась, — Лили сказала правду. Ей нравилось проводить время в компании Рейдона. — Я не сильно тебя отвлекаю?       — Нет, конечно нет, совсем не отвлекаешь. На тебя у меня всегда найдётся время.       — Не хочешь немного прогуляться?       Рейдон кивнул в знак согласия и протянул девушке руку, в которую Эванс тут же вцепилась, словно в спасательный круг. Они шли по коридору в полной тишине, нарушаемой лишь отчётливым стуком каблуков по плитам. Лили не знала, с чего бы начать, да и стоило ли вообще о чём-то говорить? Она была слишком взволнована для разговора. Да и что вообще она могла сейчас сказать? Что не уверена в своём решении? Что ей приснился другой, и этот другой — Джеймс Поттер? То и дело поглядывая на собственную руку, вложенную в ладонь рейвенкловца, девушка продолжала молчать. Присутствие Майка действовало на неё успокаивающе. Рядом с ним ненужные мысли на время отступали.       — Лили, — Майк остановился и, не отпуская руки, посмотрел в зелёные глаза девушки, — прости, если я лезу не в своё дело, но я просто не могу игнорировать тот факт, что тебя, очевидно, что-то беспокоит. Не знаю, смогу ли я чем-нибудь помочь, но по крайней мере могу тебя выслушивать, если, конечно, ты хочешь поделиться со мной своими тревогами. Ты же не просто так ко мне пришла, верно?       — Да, прости… — Лили почувствовала себя так, словно её поймали с поличным на месте преступления. Майк оказался куда проницательнее, чем она полагала.       — Не стоит извиняться, — он улыбнулся. — Я не собираюсь заставлять тебе делать что-то против воли. Если ты не хочешь, то можешь ничего не рассказывать, всё в порядке. Но если тебе нужно чем-то поделиться, то помни, что я на твоей стороне и сделаю всё, что в моих силах, чтобы тебе помочь. Я же всё-таки твой парень, так что ты можешь обратиться ко мне в любое время.       — Спасибо… — Лили на мгновение запнулась, пытаясь собраться с мыслями. Её парень. — На самом деле… Не знаю, с чего начать, всё так запутано…       — Могу я как-то помочь?       — О, нет, мне просто нужно выговориться. Всё правда в порядке. Ничего особенного… Знаешь, я столкнулась с Северусом, когда возвращалась из библиотеки, — конечно, Майк был знаком с Северусом Снейпом, хотя ни на занятиях, ни в жизни они почти что не пересекались, разве что лишь однажды: на первом собрании клуба Слизней. Однако все, кто обучался с Мародёрами достаточно долго, знали об их отношениях с Нюниусом хотя бы благодаря слухам. К тому же прошлогодний случай у озера долгое время был у всех на слуху. И, хотя Рейдон не был свидетелем этой сцены, он знал достаточно подробностей от очевидцев происшествия. — Ты, наверное, знаешь о том, что случилось…       — Я слышал об этом, но не знаю, что из того, что говорят, является правдой, — Майк поморщился. Ему не нравилось то, как быстро в замке распространяются слухи.       — Не знаю, что именно ты слышал, но полагаю, что большая часть этого — правда, — Лили тяжело вздохнула. Она даже с подругами не говорила о Северусе. — Наверное, где-то глубоко внутри я всегда знала, что всё закончится именно так, просто до последнего отказывалась в это верить. Я искренне надеялась, что смогу всё исправить. Думала, что у меня получится объяснить Северусу, насколько пагубно может быть влияние его однокурсников… Какая же я наивная!       — Ты хотела верить в лучшее, думаю, это не так уж и плохо, — Майк ласково погладил большим пальцем тыльную сторону её ладони. — И то, что ты допустила ошибку, не делает тебя плохим человеком. Кто из нас не ошибался? В том, что он сделал, нет твоей вины. Но мне очень жаль, что ты оказалась в такой ситуации, должно быть, тебе было очень тяжело и больно. Я даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти… — он заглянул ей прямо в глаза. — И всё же ты по-прежнему можешь искренне улыбаться и по-прежнему остаёшься хорошей подругой: я видел, как ты общаешься со своими соседками, и знаю, что они тебя очень любят и дорожат тобой. Ты не жалеешь себя, несмотря ни на что, и это заслуживает уважения.       — Если честно, я не знаю, что мне делать. Он снова приходил извиняться… Мне так больно, — Лили грустно улыбнулась. — Каждый раз, когда я вижу его лицо, мне кажется, что ему и правда жаль, а потом он опять возвращается к своим друзьям, и я понимаю, что ничего не изменилось. Они не позволили бы нам общаться, я всегда это знала. Рано или поздно это должно было случится…       — Знаешь, я всегда поражался тому, как ты справляешься. Гриффиндорка, которая дружит со слизеринцем, о вас всегда ходило так много слухов, но ты как будто совсем не обращала на них внимания. Тебе было всё равно, по крайней мере мне так казалось. И я восхищался тобой. Ты очень сильная, Лили, правда. Я, возможно, никогда не смогу понять твоих чувств, но я рядом, если тебе нужно будет об этом поговорить. Не знаю только, насколько я могу быть тебе полезен, но ты всегда можешь прийти ко мне, если тебя что-то тревожит. Я думаю, что ты всё сделала правильно. Уверен, что рано или поздно всё наладится. Время ведь всегда расставляет всё по своим местам.