Hotter than Napalm

      Кошка с шумом выдохнула через нос. Градус раздражения уже зашкаливал. Она с превеликим трудом отделалась от Найтвинга, чтобы найти в собственной тачке Робина. Сколько их вообще, выкормышей, у Летучей Мыши? Надо попросить у Селины поименный список! Потому что подобные сюрпризы порядком надоели. Куда ни плюнь — везде они!       Мила сбавила скорость, съехала на обочину. Затем отстегнула ремень безопасности, чтобы не сковывал движений. Мелкий — прыткий говнюк, можно ожидать чего угодно. И чего НЕ угодно тоже. Девушка сдернула шубу с кресла. Ее взору открылась совсем неожиданная картина. Пацан спал. Он подтянул колени к груди и боком привалился к спинке сидения. Его голова была слегка запрокинута. Из широко открытого рта на плечо тянулась нитка слюны. Кошке стало неловко, будто она сделалась свидетелем чего-то сокровенного, слишком тайного. Задиристый Робин мирно дремал, посапывая совсем по-детски, казался маленьким и беззащитным.       — Проснись и пой, птенчик! — гаркнула Кошка.       Робин молниеносно вскинулся. Рука метнулась за спину, рванула саблю из ножен. Но рукоять уперлась в потолок. Тесное пространство электромобиля не давало возможности помахать мечом. Мальчишка раздосадовано рыкнул. В свободной руке сверкнули бетаранги, зажатые между пальцев на манер когтей. Тут уж Кошка медлить не стала. Схватила Робина за запястье, завела руку за спину и прижала парня лицом к стеклу.       — У-нх, — скула пацана достаточно ощутимо встретилась с окном пассажирской двери. — Шкура драная! — руку воровка нещадно взяла на болевой, бетаранги выпали из ослабевших пальцев. Глухо застучали по полу.       — Фу, какой у пташки грязный клювик. Может, его надо помыть с мылом? — Мила не любила использовать свои навыки кому-то во вред, но не стала отказывать себе в удовольствии повозить диверсанта лицом по стеклу.       — Ц-ц, пусти, руку вывихнешь! — прокряхтел Дамиан.       — Не-е-ет, цыпленочек. Так не пойдет. Ты же мне первым делом голову отрубишь, а она мне пока еще нужна. Я в нее ем.       — Ц-ц, обещаю, что не причиню тебе вреда, — купился Дамиан, не распознав сарказма. Он даже почувствовал подобие гордости, несмотря на свое плачевное и совсем не героическое положение.       — Без фокусов, — лишний раз напомнила Мила и отпустила мальчишку.       — Я человек слова, — пацан сразу же устроился поудобнее, размял локоть и поправил маску.       — А теперь главный вопрос, какого хера ты тут забыл? — Кошка стала надевать шубу, это было неудобно. Она чуть не дала мальчишке подзатыльник, когда пыталась справиться с правым рукавом.       — Мне надо в Готэм, — буркнул парень.       — А мне на Мальдивы. Нашел такси, блин. Своего транспорта нет? Робиносипед там какой-нибудь? — все еще холодно. Кошка покосилась на незваного пассажира. Тот тоже начал поеживаться. Да, под шубой было тепло дрыхнуть!       — Отец запрограммировал весь транспорт, чтобы я не смог им воспользоваться, и зимний костюм спрятал, — пробурчал Робин. — Машины гостей под присмотром дворецкого. Только на твою букашку внимания никто не обратил бы.       Все логично. А пацан хорош. Из него вышел бы шикарный форточник. К тому же, стало понятно, что Кошку смутило с самого начала. Робин слишком легко одет, значит, натащил на себя более легкий вариант экипировки. Честно говоря, нога так и чешется выпнуть мелкого на обочину сию же секунду. Пусть ковыляет в Готем пешком. Так ведь замерзнет к чертовой бабушке! Даже морозоустойчивую Милу колотит от холода. А экземпляр, оккупировавший ее машину, окочурится под действием низких температур в мгновение ока.       — Хватит рассиживаться. Вези меня в Готэм, мне необходимо присматривать за городом, патруль никто не отменял, — потребовал Робин в приказном порядке.       — Права в своем курятнике качать будешь, цыпленочек. Моя тачка — мои правила. Не нравится, выметайся.       Робин прижег Кошку взглядом. Фыркнул, открыл дверь и высунулся наружу. Оттуда на него пахнуло морозцем, осыпало меленькой снежной крупой. Первые серьезные заморозки полностью вступили в свои права. Лесополоса, погруженная в тревожную, полную звуков мглу, шумела и потрескивала ветками. Дамиан помедлил и сел обратно в машину, взъерошенный и покрытый мурашками. Обнял себя за плечи, стал растираться, ухая и прицыкивая.       — Патруль отменяется? — съехидничала воровка.       — Ц-ц, ничего подобного. Просто тут нет преступных элементов.       Кошка запустила пальцы себе в волосы и откинулась в кресле. Вернуть мальчишку будет сложно. Он станет брыкаться, придется скрутить и переть на закорках в таком виде. Опять же, кому передать? Мужу Селины? Испортишь торжество и вызовешь массу вопросов. Дику? Тот танцевать снова потащит. А с нее уже хватит позора, сегодняшний лимит исчерпан. Довезти парнишку до города и высадить — тоже не вариант. Либо пришибут, либо замерзнет.       — Говори адрес, — потребовала Кошка.       — Какой адрес? — не понял Дамиан.       — Родни, приятелей, знакомых, троюродной тетушки, друзей, в конце концов, — перечислила Мила. — Подброшу тебя к ним.        Робин уставился на Кошку. Смотрел пронзительно и как-то надломлено. Потом резко отвернулся.       — Нет у меня друзей, — тихо, но твердо сказал Дамиан.       — Быть такого не может, — Мила неподдельно удивилась.       — Мне никто не нужен, я работаю один, — Робин старательно рассматривал перчатки.       — Вот только не надо ля-ля, чик-чирик! Вас у Бэтмена целая стая, на птицеферму хватит, — Кошка достала из кармана шубы телефон. — Один он работает. Ага. Уработался, бедняжечка.       — Приблудные и прочие не считаются, — отозвался мальчишка и огласил салон громким бурчанием живота. И мгновенно стушевался.       — Умудрился уйти со свадьбы голодным? — Кошка оторвалась от экрана гаджета.       — Ц-ц.       — А, ну да, там же не подавали младенцев в собственном соку. Или ты их только на завтрак ешь?       — Очень смешно, — фыркнул Робин и снова заурчал животом. Не удивительно, он целый день ничего не ел, пытаясь улизнуть. — Что ты делаешь?       — Резервирую себе место в аду, — откликнулась Кошка.       «Привет, Сел! Мелкий в мою тачку проник, я его не заметила и увезла. Присмотрю за ним, чтобы не встрял никуда, пока вы закругляться будете. Папашке его не сдавай» — воровка настрочила смс и отправила подруге.       «Боже, душечка! Ты просто подарок. Спасибо! Я пришлю за паршивцем дворецкого, как только проводим гостей», — практически сразу ответила Селина.       «Договорились».       «В долгу не останусь. Люблю тебя, малышка!»       « =* »       Кошка сняла автомобиль с ручника и включила первую передачу. Машинка медленно тронулась в сторону города.       — План такой. Мы находим, где вкусно и недорого можно подкрепиться, совершаем на это место набег, а потом я сдаю тебя твоим родным сытого и не обмороженного, — сообщила Кошка аккуратно, ведя машину по хорошо освещенной трассе. Впереди вырисовывались очертания города. Он сиял тысячей огней, отсюда могло показаться, что там настоящая сказка. И лишь пожив в этом месте, можно было понять, сказка — страшная.       — Не смей меня опекать, челюсть сломаю, — Дамиану план ожидаемо не понравился.       — Пф, не будь наивным, цыпленочек, я не о тебе забочусь. От меня мокрого места не останется, случись что. Ты ж со мной укатил, — врала Кошка. На самом деле, после того, как увидела Робина спящим, она не могла отделаться от мысли, что мальчишка похож на ее маленького приятеля Майло. По сути такой же брошенный ребенок. Одинокий. Нуждающийся в заботе и любви. Что из себя представляют данные понятия, Мила понимала слабо в силу собственной нелегкой судьбы. В ее голове с этим было просто — накормить, согреть, защитить.       В салоне автомобиля повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь мерной работой двигателя. Робин покосился на девушку. Та внимательно следила за дорогой, прикусив нижнюю губу, слегка хмурилась. Она оказалась вполне сносной… когда молчала.       Неожиданно из-под сидения Милы раздалось требовательное «Мяу». И ей на колени взобралась черная кошечка. Глаза Робина округлились, даже маска не могла скрыть удивления.       — О, Джу, нашлась, блудница, — девушка потрепала животное по холке и пересадила на колени Робина, чтобы не мешала рулить. — Знакомься, Дамиан, это Джуманджи.       — Интересное имя, — пацан принялся гладить Джу, та охотно подставляла мордочку и спину под его руку и громко мурчала.       — Какой характер, такое и имя, — улыбнулась Мила. — Так, я знаю классное место, где готовят шикарнейший шашлык. Просто ум отъешь. Предлагаю, смотаться туда. Не переживай, я угощаю, — Кошка не правильно расценила выражение лица своего юного пассажира.       — Я вегетарианец, — выплюнул мальчишка, убирая кошачий хвост от лица.       — Совсем вегетарианец?       — Совсем.       — И как тебя угораздило?       — У меня есть корова. Бэт-корова. Я спас ее от бойни и зарекся не есть мясо, — надменно отрапортовался младший Уэйн.       — Хорошо, тогда мы закажем крылышки в остром соусе в автокафе, — не сдавалась Кошка.       — Что тебе не понятно в слове «вегетарианец»? —  пробухтел Робин.       — Смотри, у тебя есть корова, заметь, я даже не удивляюсь ее наличию. Поэтому ты не ешь мясо, — начала девушка издалека. — А куры у тебя есть?       — Не держим.       — Следовательно, в поедании крылышек с твоей стороны не будет никакого кощунства, — заключила Мила.       Робин покосился на Кошку. Та заговорщицки подмигнула. По любимым мозолям с особой жестокостью и даже не подозревает об этом! Он решил стать вегетарианцем под большим впечатлением от увиденного на бойне. Дамиан даже громко провозгласил о своем намерении во всеуслышание. И крепко пожалел через пару месяцев. Без мяса было тяжело. Очень. Очень тяжело. Вкусные, сочные антрекоты с аппетитной корочкой снились ему ночами. Парень держался из принципа. Он же хозяин своим словам! А тут такой соблазн. И как мягко стелет. Так и подмывает воспользоваться ситуацией.       — Поэтому отец всегда запрещал нам общаться с Кайл, а потом и с тобой, когда ты появилась в Готэме, — вздохнул подросток, он все еще гладил Джуманджи, довольную таким вниманием.       — Почему «поэтому»? — поинтересовалась Мила.       — Из-за двойной морали.       — Угу, что не помешало ему жениться на Сел, — уела девушка.       — Ц-ц!        — Я же не предлагаю рубить куриц на кебаб собственноручно. Их души уже давно отправились в лучший мир. В наших силах лишь сделать смерть невинно убиенных цыплят не напрасной.       Робин думал не больше секунды.       — Хорошо. Поехали в Бэтбургер.       — Кто бы сомневался, — вздохнула воровка. — Бэт-мать-твою-за-ногу-бургер!       Пришлось выстоять целую очередь из машин прежде, чем ярко-зеленый Смайли подкрался к стойке заказа. Все это время Робин развлекал Кошку подробным рассказом о точном количестве своих черных поясов и боевых искусствах, в которых он непобедим.       — Что тебе заказать, герой? — Мила прервала пафосный монолог пассажира.       — Бэтбургер делюкс оверсайз, картошку фри, большую колу и обещанные тобой крылья, — перечислил Робин.       — Эм, уверен, что в тебя столько влезет? — подивилась Мила зверскому аппетиту деточки.       — Я растущий организм, мне нужно много калорий.       — Как скажешь, организм, — кивнула Кошка. Она продублировала заказ Дамиана, уточнив, что ведро крыльев должно быть большим. Девушка рассудила, что одного вполне хватит на двоих. Ну, а к большой коле добавила апельсиновый сок для себя.       — Картошку джокеризировать? — механическим голосом спросила кассирша из динамика.       — Чего? — Кошку жизнь к такому не готовила.       — Если хотите, мы посыплем вашу картошку фри специальной приправой, — объяснила работница забегаловки.       — Тебе посыпать? — Мила глянула на Дамиана, тот мрачно помотал головой. — Не надо нам ничего джокеризировать, — громко сообщила она девушке. — Заказ на экране правильный. Спасибо!       Забрав заказ на выдаче, Кошка передала пакеты Робину. Джу тут же сунула голову в ведро с крыльями. Робин не стал ей препятствовать, чем вызвал немое одобрение хозяйки наглой животины. Мила припарковала машину неподалеку от Парка Робинсон, чтобы можно было спокойно приняться за еду.       — Цыпленочек, а почему ты не поехал к матери, чтобы не киснуть на свадьбе? — спросила Мила.       Папку Робина, будь он неладен, она видела, а вот мать как-то и не упоминалась даже. И нашлась же еще одна сумасшедшая любительница эмоциональных импотентов, кроме Селины!       — Ц-ц, к таким матерям на выходные не ездят, — огромный бургер таял на глазах, соус заляпал красные щитки брони, но Робин этого не замечал, подкармливая Джу. — Моя мать Талия Аль Гул. Она неоднократно пыталась меня убить, нанимала головорезов и назначала награду за мою голову.       — Ого, двойку из школы принес что ли? — хохмит Кошка на грани фола, а у самой волосы дыбом от такой информации. Фамилия Аль Гул говорила ей о многом.       — Я не оправдал надежд, — Дамиан скомкал опустевшую обертку и взялся за крылья. — Ни ее, ни отца.       — Детей заводят, чтобы их любить, а не какие-то там надежды оправдывать. Пусть оба идут на хер, — Кошка пригубила сок. — Распоряжайся своей жизнью сам. Ставь свои собственные цели и добивайся их.       — Моя цель — плащ Бэтмена, — Дамиан с аппетитом грыз четвертое крыло вприкуску с картошкой.       — Правда? Хм, а мне показалось, ты хочешь быть фермером. Одна корова уже есть, дело осталось за малым.       — Стану Бэтменом и первым делом надеру тебе жопу, — пообещал Робин.       Кошкин телефон еле слышно блынькнул, возвещая об СМС. «Душечка, шли адрес, дворецкий выехал» — писала Селина. Мила скинула свои координаты. «Спасибо, дорогая. Люблю-люблю», — ответила Кайл.       — Боюсь, не срастется, цыпленочек. Меня угробят гораздо раньше, — грустно улыбнулась Мила. — Но цель достойная.       — У тебя какие-то проблемы? — Дамиан серьезно посмотрел на собеседницу, вгрызаясь в очередной сочный кусок курицы.       Кошка не могла отделаться от мысли, что практически стала причиной акта каннибализма. Но язвить на эту тему не стала. Пусть ребенок спокойно полакомится.       — У всех какие-то проблемы, — девушка вздохнула. — Можно попросить тебя об одолжении?       — Ц-ц, попробуй.       — Присмотри за Джу, если со мной что-то случится, ладно?       — Почему ты просишь именно меня? — Робин насторожился.       — Ты любишь животных и хорошо к ним относишься, — объяснила воровка. — А моей своенравной кошке нужны только добрые руки. Твои для Джуманджи вполне подойдут.       Будто в подтверждение слов хозяйки, Джу мелодично мурлыкнула и боднула Робина головой в подбородок, заляпанный острым соусом.       — Хорошо. Только больше не советуй Кайл готовить для меня. У нее ужасно получается, — пробурчал Дамиан. Знала бы воровка несчастная, сколько людей пошинковали в салат его «добрые» руки.       Мила не успела спросить, как мальчишка догадался о ее причастности к завтракам с бужениной, салон машины осветился светом фар. Рядом с зеленой букашкой припарковался начищенный до зеркального блеска черный лимузин. За рулем сидел мужчина в летах с аккуратными усами и в строгом черном пальто, в водителе легко было узнать дворецкого семьи Уэйн. Дамиан гневно уставился на Кошку.       — Ц-ц, ты меня сдала, — рыкнул он.       — Уже все схвачено. Я договорилась с Селиной, чтобы Мышь не узнал о твоем демарше, — успокоила Мила нервного пассажира.       Дамиан не знал, что сказать. Спасибо? Нет, он никогда не выдавит подобное слово, тем более, в адрес гадкой воровки, которая даже за еду расплачивалась из чужого мужского кошелька (наверняка у кого-то стянула). Пока? Бывай? Как-то по-дружески.       — Ц-ц, все равно надеру тебе жопу, старуха! — пообещал Робин и вышел из машины, хлопнув дверью.       — Холодильником своим так жахать будешь! — гаркнула Кошка ему вслед. — И я всего на шесть лет старше! — про страху реально обидно было!       Прежде, чем скрыться в тонированном лимузине, Дамиан показал Миле язык. Мила досадливо покачала головой. Прежде, чем ехать домой, она решила навести в салоне порядок после трапезы. Где-то у нее были влажные салфетки. Соус от крыльев буквально везде! Не Робин, а поросенок. Кошка открыла бардачок в поисках салфеток. Из него с громким стуком выпал телефон. Телефон Удава. Джу зашипела и скрылась под сиденьем. Сердце Милы непроизвольно екнуло в груди. В животе вместо теплой сытости разлился неприятный холодок. Это было решением проблем. Опасное. Жуткое. Но ради Джейсона она готова пойти на риск. Даже после его предательства. Ведь Удав не отступится от своей затеи, убить его.       Кошка крепко зажмурилась, пытаясь прийти к внутреннему равновесию, заставляя свое нутро улечься, подчиниться. Не зря же ее учили Крадущиеся, лучший клан ниндзя. Отныне несуществующий клан. Учитель перешел дорогу Лиге Теней. В живых осталась только она. Потому, что в очередной раз сидела в яме, наказанная за проступок. Реки крови лились в яму вместе грязной дождевой водой. А она не могла даже орать от ужаса и беспомощности, рискуя захлебнуться в крови людей, почти ставших ей семьей.       Мила выдохнула. Отбросила воспоминания. Сердце билось ровно. Она больше не будет бежать, как делала это всегда. Девушка сгребла телефон.

***       Джейсон не стал заморачиваться с планом по доставке денег. Разработал простенькую схему, обдумал детали, подготовился, как следует. Дело осталось за малым. Сдержаться, чтобы не пристрелить Черную Маску и русского мафиози.       Два дня пролетели незаметно. Спасибо Заменышу. Сначала мебель новую собирать пришлось, а потом еще и с мониторами возиться. Тимоти-заноза-в-заднице-Дрейк палец о палец не ударил, чтобы помочь. Колпак вынужден быль отвлечься от хандры и взяться за дело. Тодду хватило двое суток, чтобы привести в порядок все, кроме собственных мыслей и чувств.       Сейчас Джейсон стоял, в чем мать родила (розовый фартук с фривольными рюшами, забытый у него Кошкой, не считается) у плиты и меланхолично помешивал бекон. Рядом в сотейнике закипали спагетти. Карбонара самое простое и незатейливое блюдо. После хорошего душа, да перед вылазкой надо подкрепиться.       Черт! Он слишком привык готовить на двоих, порция получилась большая. Ох, если бы все стало как раньше. Одна особа сейчас крутилась бы рядом, лезла под руку, заглядывала через плечо и поминутно спрашивала, когда будет готово. Потом его обязательно ущипнут за задницу, поцелуют между лопаток и отпустят комментарий типа: «Воробушек, ты такой серьезный, когда готовишь, будто бомбу собираешь». Затем Мила достанет тарелки, сервирует стол. Они будут сидеть напротив, Кошка устроит свои прохладные ступни у него на коленях и…       — Гадство! — вырвалось у Тодда, когда пепел с бычка сорвался прямо в почти готовый соус. Он задумался надолго, так что сигарета, зажатая в зубах, успела истлеть наполовину. — Сука, — Джейсон швырнул сковороду в раковину прямо с плиты и выключил выкипающие спагетти. Есть расхотелось.       Красный Колпак глубоко затянулся, уничтожив остаток сигареты до фильтра, смял бычок в ладони и отправился собираться к Сионису. Предстояла нетрудная, но стремная работенка.       Черная Маска снова мерил шагами свой многострадальный кабинет. С прошлого раза тут поменялся ковер и обои. Ну, да, кровищу хрен отмоешь, отсюда и новый ковролин и декор на стенах. Одно разорение, короче. Уж если на людей плевать, так хоть бабки на ремонт пожалел что ли?       — Красный, ты уверен, что эта замута сработает? — вопрошает Сионис, наверное, уже в сотый раз. — Мне, мать твою, гарантии нужны, что обмудок белобрысый получит свои барыши.       — За гарантиями обращайся в страховое агентство, Роман, — Джейсону уже порядком надоело протирать штаны о кожаный диван криминального босса. — Если ты думаешь, что я могу тебя кинуть, поручи это дело другим.       — Ты мне порожняк не гони, Красный. Тут такая маза серьезная вырисовывается, мама не горюй, — Черная Маска посмотрел на 4 одинаковых черных сумки. — Перескажи свой план еще раз?       — Два одинаковых, перекрашенных инкассаторских фургона, с одинаковым сопровождением поедут по разным маршрутам, в одном из них настоящие бабки повезем. В другом — аккуратно нарезанные китайские газетки в качестве отвлекающего маневра, — Тодд пнул ногой ближайшую сумку. — С настоящими деньгами поеду я, а за макулатурой мой двойник присмотрит… Что-то долго он переодевается, кстати. Удаву о наших телодвижениях знать не стоит. Он свое получит, а как — не его собачье дело.       — Хм-м, мне нравится ход твоих мыслей, — одобрительно кивнул Черная Маска и потер подбородок. — Далеко пойдешь.       — Уж куда еще дальше? — хмыкнул Тодд и сунул в зубы очередную сигарету.       Роман поднес Колпаку свою зажигалку. Джейсон кивнул и затянулся. Едкий дым обволок легкие, прошелся тяжелой горечью по языку. Тодд выдохнул через нос. Что-то подсказывает, без происшествий сегодня не обойдется. Главное, не встретить Большую Летучую Мышь, с остальным и остальными Джейсон справиться на раз-два.       В двери кабинета скромно постучали.       — Кого там, принесло, черт побери?! — гаркнул Роман.       — Босс, я переоделся. Что дальше-то делать? — в помещение приставными шагами зашел Красный Колпак.       Джейсон придирчиво осмотрел двойника. Парень его роста и телосложения в шмотках и шлеме Тодда выглядел как истинный Красный Колпак. Но только выглядел.       — Прямо в масть, — подивился сходству Роман. — Слышь, только не жмись, как целка, а то сразу подставу запалят.       — Да, босс, — кивнул двойник.       — Блядь, лучше вообще рот не раскрывай. Баран в волчьей шкуре, твою мать, — отозвался Черная Маска.       — На рожон не лезь и не отсвечивай. Поработаешь пугалом без импровизации, — наставлял Джейсон двойника. — Стреляешь нормально? — конечно, случись что, из-за второсортного бандюка совесть Тодда не замучает, но инцидент будет неприятный.       — Умею, — пробухтел парень. В плечах он был поуже оригинала, поэтому куртка слегка висела.       — Похвально. Сегодня этот навык тебе не пригодится. Бери сумки и пошли в тачку. Красный Колпак, блин, — Тодд подхватил деньги, подпинув к шестерке Романа сумку с газетами. Тот послушно выполнил приказ.       — Не облажайся, Красный, — Сионис сложил руки на груди, его взгляд был внимательным и тяжелым.       — Это ты кому? — обернулся Джейсон.       — Обоим, — рыкнул Черная Маска.       Подземная парковка небоскреба Сиониса встретила промозглым сквозняком. Холод забрался под броню своими корявыми тонкими пальцами, пробежался по коже, заставив мышцы спины напрячься. Гулкое эхо разносило смех и шуточные перебранки людей Черной Маски, выбранных Джейсоном в качестве конвоя. Бойцы подкалывали друг друга, потрясали пистолетами, курили и прихлебывали из фляжек. Только парни, которым предстояло сесть за руль, ограничились табаком. Дисциплина оставляла желать лучшего. Будь Тодд на месте Черной Маски, устроил бы в банде все по-военному. Но Романа сплошное разгильдяйство его людей, похоже, заботило мало. Очень зря, между прочим. Такие сдадут и глазом не моргнув. Их удерживают только хорошие барыши, мнимая власть и, конечно, бомбы встроенные в маски. В большей степени бомбы.       Бандиты увидели новоприбывших и сразу же замолчали. Попрятали фляжки. Они уставились на двух Красных Колпаков, не зная, кого из них следует слушать.       — А теперь поиграем в игру «Угадай, кто настоящий Красный Колпак». Победителю три выходных, пачка бабла и телка из «Кроткой скво», — Тодд швырнул свою ношу ближайшему бандиту.       — Ты настоящий, — радостно возвестил браток, стоявший поодаль.       — Правда что ли? Ай, молодец, я бы сам не догадался, — отозвался Джейсон.       — Как насчет выходных, босс? — заулыбался браток, довольный собой.       — На том свете отдохнешь, приятель. Ты водила?       — Ага, — кивнул сообразительный.       — Географию учил в школе? — спросил Тодд.       Мужик завис, видимо вспоминая, что такое география и с чем ее едят.       — Понятно. Вот тебе карта, покружишь по этому маршруту, часик другой. Ты, — он ткнул двойника в грудь. — Швыряй мешки в первый фургон, поедешь рядом с водилой. Ты, ты, ты и еще ты полезайте в грузовой отсек, будете охранять наши бутафорские денежки, — раздавал указания Колпак, сортируя бандитов. — Остальные со мной. Куда попер настоящие бабки?! Со мной, говорю, — Колпак поймал за шкирку бандита, которому отдал сумки и зашвырнул во вторую инкассаторскую машину. — А ты карту переверни, идиот, вверх ногами смотришь! — это уже водителю. — Блядь, и где вас Маска таких находит?!       — Не серчай, босс. Сработаем в лучшем виде, — приземистый браток, стоявший рядом, повертел на пальце ключи. Ему выпала честь, везти настоящего Красного Колпака.       — Заводи бричку, оптимист, — скомандовал Тодд. — Так, вы везете настоящие бабосы. Задраиваетесь, как в подводной лодке и не высовываетесь что бы ни случилось. Действовать только по моему приказу. Если хоть одна падла налажает, свинцом накормлю, — пообещал Джейсон четырем верзилам и захлопнул бронированные створки грузового отсека. Послышались щелчки, закрываемых изнутри многочисленных замков.       Красный Колпак ловко запрыгнул в кабину. Пристегиваться не стал. Проверил пистолеты, полные магазины патронов радовали глаз.       — Погнали, — Джейсон кивнул приземистому.       Два одинаковых фургона выехали с подземной парковки вычурного небоскреба и повернули в разные стороны. Под покровом ночи, никто не обратил внимания на это обыкновенное, ничем не примечательное событие.       Джейсон позволил себе немного расслабиться и меланхолично созерцал пейзажи, проплывающие за бронированным окном. Его родной город. Породивший героев и монстров. Красивый и безобразный. Манящий и отталкивающий. Величественный и жалкий. Ощетинившийся небоскребами и обросший заброшенными районами. Холодное стекло современного хайтек и старинные горгульи. Где-то там, среди темных улиц залитых тусклым светом фонарей, окутанных вечерним туманом затерялась его любимая.       Тодд глянул на часы. Передача денег людям Удава должна состояться через час, в западном секторе города. Место тихое, в такое время суток практически безлюдное, сплошные спальные районы. Там, в отличие от той же Аллеи Преступлений, по большей части всегда спокойно. Джейсон начинал немного нервничать, все-таки о встрече договаривались главнюки, а сделку проводить им. Каждые десять минут Красный Колпак связывался по рации со своим двойником. Шлем тому достался голый, без приблуд и обычных наворотов. Не светить же свои ништяки перед кем попало. На удивление все шло ровно и по плану. «Все пучком, босс» — в очередной сеанс связи прошипела рация голосом недоклона. Из динамиков лилась еле слышная мелодия джаза. Водила, сообразительный малый, не трепался, ехал молча, глядя только на дорогу. Мерно постукивал в такт саксофону по рулю. Тихо. Спокойно. Слишком спокойно.       Джейсон сидел, как на иголках. Отточенные за долгие годы инстинкты просто орали — что-то не так. Надо проверить, как там конвой. Тодд повернулся, щелкнул тяжелой задвижкой, заглянул в грузовой отсек. Красный Колпак обомлел. Лицо обдало жаром, руки на мгновение стали ватными. Он даже оцепенел на мгновение.

***       В трубке слышатся протяжные гудки вызова. Алюминиевый корпус чужого телефона неприятно холодит руку. Решимость тает с каждым гудком. Появляется малодушное желание вырубить этот проклятый холодный кирпич. Пожалуйста, Удав, хоть раз будь человеком, не отвечай.       — Людочка! Какой сюрприз. Умение удивлять один из твоих многочисленных талантов, — бархатный голос Кирилла действует гипнотически. «Блииже, бандерлоги, блииижжжееее». — Обычно девушки не звонят первыми. Но ты никогда не была обычной.       — Здравствуй, Удав. Нужно поговорить, — Мила предельно собрана.       — Нужно? Уверена, что кому-то из нас это действительно нужно? — глубокий смех, от которого у большинства женщин подкашивались колени.       Будучи подростком, Мила не понимала, почему босс пользуется такой бешенной популярностью у противоположно пола. Теперь ей стало ясно.       — Ты сам разрешил обращаться к тебе в любое время. Вот, решила воспользоваться предложением, — Кошка принимает игру. Она больше не доверчивый ребенок, спасенный с улицы расчетливым стратегом с криминальным талантом.       — Верно говорят, наглость — второе счастье. Но для твоей профессии в самый раз. Тебе нравится японская кухня? — как бы невзначай интересуется Кирилл. — Можешь не отвечать, ведь кошки любят рыбку.       Вот. Вот оно. Удав — не просто звучное прозвище, призванное нагонять страх. Удав — до ужаса точная характеристика поведения, манеры, характера и поступков этого человека. Несчастная жертва до последнего думает, что у нее все под контролем, пока мощные узорчатые кольца незаметно сжимаются все теснее, оборотов становится больше. Рывок — и добыча зажата в тисках. Она еще может дышать. Трепыхается, обманутая несильной хваткой, надеясь на побег, но это лишь позволяет змее скрутить будущий обед сильнее. Смять. Раздавить. И отправить в глотку целиком. Мила ни единожды становилась свидетелем подобного действа. Удав умело душил целые группировки, влиятельные мафиозные семьи, конкурентов и просто неугодных.       — Давай встретимся завтра в ресторане японской кухни на пересечении четвертой и седьмой, — это не вопрос, не приглашение и даже не предложение, а констатация факта встречи. — Ты же знаешь, я старомодный человек, мне нужно видеть глаза собеседника, — шелестит в трубке бархатный голос. «Блииижжжеее».       — Хорошо, я не против, — соглашается Мила.       — Вот и отлично, — Кирилл сбросил вызов первым.

***       Мила выдохнула. Похоже, она только что подписала себе смертный приговор. Второй по счету после кражи у Черной Маски.       Удав небрежно отложил телефон и, наконец, соизволил глянуть на человека, сидевшего в кресле напротив. Наука. Очки в роговой оправе с толстенными линзами, заношенная донельзя клетчатая рубашка. Нестриженные, сальные волосы, висящие сосульками. Гнойные прыщи и глубокие шрамы от них по всему лицу, блестящему от жира. Брюки со стрелками кроя, бывшего в моде готах этак в 90-х. От гостя по комнате плыл неприятный душок давно немытого тела. Неимоверно высокий. Неимоверно сутулый. Женоненавистник. Социопат. Маньяк. Гений. «Золотая пыль», сыворотка для Лютого и еще масса интересных, опасных, взрывчатых, наркотических, психотропных и не только веществ — его гениальных рук дело, приносившее баснословные прибыли. Наука не без оснований мнит себя ценным кадром. И уже несколько лет испытывает комплекс царька. Но новоявленный злой гений не в курсе, что все его наработки исправно копируются и прекрасно будут воспроизведены и без него. Такова жизнь.       — Ш-шеф, м-мощностей не-е х-хватает, — Наука, ко всему прочему, заикался, говорил тихо и неуверенно. — О-оборудование к-когда будет?       — Оборудование, — протянул Удав. — А на прошлой неделе, кто проститутку в отеле освежевал и художественно развесил ее кишки по мебели?       — Я ч-черпал в-вдохновение, — Наука поправляет очки заскорузлым пальцем с обгрызенным чуть ли не до корня ногтем.        У каждого гения есть свои причуды. Повелитель химических соединений страстный поклонник Чикатило. В свободное время совсем не прочь отложить мензурки и взять хирургический скальпель.       — И много начерпал? — интересуется Кирилл. Наука давно стал обузой. Его маленькое хобби может плохо повлиять на ход дела, ради которого Удав пересек океан.       — С-сегодня б-буду пробовать новую, усиленную ф-формулу.       — Хорошо. Будет тебе оборудование, — кивнул Удав. В его голове только что созрел план, как убить сразу двух зайцев. — Кажется, ты должен быть на рабочем месте, разве нет?       — С-сейчас поеду, — кивнул химик и встал, от его движения по комнате понеслась новая волна вони.        Удав проводил неприятного гостя взглядом, размышляя о своих дальнейших действиях. Надо не забыть проветрить комнату.

***       Мила опоздала на двадцать минут. Все это время она наблюдала за бывшим боссом, который будто специально сел у самого окна ресторана «Сегун». Совсем не к месту вспомнилась пословица, перед смертью не надышишься. Кошка откинула с лица прядь волос и решительно направилась в ресторан.       — Здравствуй, Люда, — Кирилл поднялся навстречу, сухо приложился губами к руке девушки и усадил за стол. Женщины, присутствовавшие в зале, смотрели с неприкрытой завистью. А завидовать тут абсолютно нечему.       — Добрый день, — Кошка ответила дежурной улыбкой.       — Когда обедаешь с такой девушкой, день действительно добрый. Твои метаморфозы разительны, Люда. Кто бы мог подумать, что из гадкого утенка может вырасти пантера? — Кирилл раскрыл меню, но продолжал смотреть на собеседницу.       На самом деле, он действительно был удивлен. Кто такая Люда и где она стояла на иерархической лестнице далекие годы назад в его колоде? Всего лишь ловкая воришка, пешка, разменная монета, ступенька на пути к достижению очередной цели. Он никогда ее не замечал, хотя девчонка приносила много пользы. Однажды украла пакет документов на один серьезный завод, прямо из-под носа у владельца. Когда пришло время чистки кадров, не задумываясь отдал приказ «Убрать». А она не убралась. Да еще и выросла в грациозную хищницу.       — Не трать на меня свое очарование, Удав, — просит Кошка. Она, в отличие от мужчины, действительно изучает меню.       — Тогда предлагаю перейти к делу, — Кирилл кивком головы подозвал официанта и сделал заказ для двоих на свой вкус, краем глаза следя за Кошкой.       Было бы неплохо завалить ее разок другой. Конечно, Люда не будет особенным достижением или запоминающимся трофеем, его страстью всегда были брюнетки, но он порядком приуныл в Готэме, а девушка прекрасно сойдет за одноразовое развлечение. Судя по всему, она достаточно темперамента, чтобы хорошо его позабавить. Чисто спортивный интерес, любопытно узнать, оправдывает ли Кошка свое прозвище.       — О чем ты хотела поговорить?       — Мне нужна работа. По специальности, — Кошка приподнимает бровь. Кириллу намек понятен и без этого. — Подумала, будет не плохо, вернуться в колоду. Все-таки свои люди, земляки.       — Не поверишь, собирался предложить тебе тоже самое, — мужчина улыбается. Он уверен, Кошка не в курсе, что к событиям, перевернувшим ее относительно спокойную жизнь, он имеет прямое отношение. — И раз ты первая озвучила предложение, я его приму на своих условиях. Идет?       — Идет, — слишком поспешно соглашается Мила, рискуя вызвать подозрения.       — Ты наверняка смотрела вестерны, не так ли? — Кирилл управлялся с палочками достаточно хорошо. — Мы в Америке, погони и ограбления почтового транспорта здесь — классика. Хочу, чтобы ты провернула для меня нечто подобное.       — Надеюсь, ты мне простишь, если я обойдусь без лошади и револьверов? — Кошка будто невзначай легонько задевает под столом ногу собеседника. — Какая цель?       — Люди Черной Маски сегодня вечером будут проводить одну сделку по передаче денег. Укради их для меня.       — Детали, маршруты, количество участников, время и адрес сделки? — Кошка не зря считалась мастером своего дела. Информация и подготовка — 90% успеха.       Что за ешкин кот?! Снова Маска, опять его обчищать придется! Даже жалко бедолагу.       — Это будет известно немного позже. Роман еще и сам не в курсе таких подробностей, — ухмыляется Удав, думая о прослушке, оставленной в кабинете партнера. — Но для тебя же не составит труда, действовать по ситуации?       — В этом вся прелесть моей работы, — Мила знает, ей подкидывают самый геморройный геморрой. — Кто не рискует, тот не пьет.       — Мне нравится такой настрой. Будь готова, вечером скину необходимые сведения с адресом, куда доставить деньги. Будем считать это твоим входным билетом в колоду.       — Хорошо, Удав. Я на телефоне, — Мила помахала алюминиевым монстром, подаренным Кириллом, и отправила его в сумочку. — Считай, деньги уже у тебя. Спасибо за обед, — поблагодарила Кошка, хотя ни к чему не притронулась.       — До встречи, — отозвался Удав, глядя, как Кошка удаляется, плавно покачивая бедрами.

***       Джейсон офигел. В потолке фургона зияла дыра, четыре амбала валялись вповалку в клубах голубоватого дыма, стремительно оседавшего на пол. Посреди всего этого безобразия, тонкая фигурка быстро навешивала на точеные плечи огромные сумки с деньгами. Мощный лазер и усыпляющий газ, как-то буднично подумал Красный Колпак, а еще неимоверная ловкость. И наглость. Кошка обернулась. Лицо было полностью закрыто, сверкнула голубыми визорами, поняла, что спалилась и метнулась в дыру вместе с сумками.       — Тормози, сука, нас обчистили! — зверем взревел Джейсон, вцепляясь в руль.       Фургон ощутимо качнуло. Тодд удовлетворенно отметил в зеркало заднего вида, что Кошка не успела перескочить на фонарь. Девушка чуть не сверзилась на асфальт, но вовремя зацепилась за край импровизированного люка, взмахнув в воздухе длинными ногами. Послышался неприятный скрежет металла об металл. Понятно, пытается зацепиться когтями покрепче.       — Босс, она забрала капусту!!! Что делать?! — паниковал водила. — Нам хана! Нам хана! Черная Маска нас убьет!       — Я тебя сам сейчас вальну, если не захлопнешь хлебало! — рыкнул Тодд и выкрутил руль в другую сторону, с крыши раздался глухой стук. — Тормози! Быстро!       Водила со всей силы вдавил педаль тормоза в пол. Колпака бросило на приборную панель. Округу огласил визг покрышек, фургон слегка занесло, прямо по лобовому стеклу скатилась Кошка. Играючи приземлилась на ноги, подобрала отлетевшую сумку, нагло улыбнулась и юркнула в сторону переулка. Красный Колпак выметнулся из машины следом.       — А я? Мне же хана, — жалобно прогундосил водитель, оставшись в одиночестве.       Красный Колпак несся за Кошкой во все лопатки. Нужно догнать ее, пока та не нашла возможности, взобраться на крышу. Внизу у него преимущество, Джейсону не надо переть тяжелые сумки. Верткая худышка мелькала где-то впереди, Красный Колпак неотвратимо сокращал дистанцию. Бряцание кованной подошвы по асфальту отдавалось в чувствительных локаторах набатом. Он все ближе. Мила начала выдыхаться. Не будь этих гребанных сумок, она ушла бы от Красного Колпака играючи. Вес и рост мужчины — не особо играют на руку в скоростном забеге на длинную дистанцию. Но обремененная тяжелой ношей, которую даже и спрятать нигде пока нельзя, воровка не имела никаких шансов против Тодда. «Сучка! Вот же сучка! Убью же сучка!» — нашептывал Джейсон. Он выхватил пистолет, пара прицельных выстрелов для острастки. Одна из пуль вжикнула по грубой ткани и застряла в пачке денег в сантиметре от бока девушки, другая осыпала беглянку кирпичной крошкой, выщербленной из стены на уровне ее головы. Кошка значительно потеряла в скорости, резко сменила траекторию и шатнулась за ближайший поворот. Окрыленный предвкушением победы, Джейсон сунулся следом. И получил деньгами по голове. Мила с рыком размахнулась второй раз, Тодд поставил блок. Удар. Пистолет отлетел в сторону.       — Хочешь потанцевать?! Давай потанцуем! — Красный колпак выписал свое фирменное сальто.       — С Бэтменом не натанцевался? — Кошка пригнулась, опережая приземление противника, взмахнула ногой.       Надо признать, подсечка была хорошей. Джейсон грюкнулся спиной на асфальт, но это как комариный укус для слона. Тодд мощным рывком обоих ног придал себе вертикальное положение. Тут же увернулся от удара когтями. Он пока не собирался нападать по-серьезному. План прост, Красный Колпак измотает Кошку, а потом возьмет тепленькой.       — Отдай бабки! — требует Джейсон. — Не заставляй меня применять силу, худышка!       — О, ты же знаешь, я люблю пожестче! — нагло отзывается бестия, закрываясь деньгами от коварного тычка в печень. Но бежать ей больше некуда. Впереди только тупик.       То, что произошло дальше, выбило Джейсона из колеи. Кошка вдруг бросила свою драгоценную ношу, припала к нему всем телом, закинула ногу на бедро.       — Неужели ты по мне совсем не соскучился? — Кошкины руки проскальзывают под куртку, едут по спине. Слышен характерный звук соприкосновения когтей с кевларом.        Руки Милы спускаются на ягодицы, девушка жмется сильнее, тянется к Красному Колпаку на носках. Джейсон смотрит на любимую во все глаза. Прекрасное лицо в кошачье маске все ближе, и ближе.       — Я говорила, что у тебя самая классная задница, м? Не только на вид, но и на ощупь, — слова сладко тянутся, словно патока.       — Молодец, Кошечка, времени даром не теряла. Тебе уже есть, с чем сравнивать? —  Не вестись. Не верить. Она просто преследует свои коварные цели.       — Любовь не знает сравнений, Помидорка, — черешневые губы расползаются в улыбке.       О чем она там говорит? Господи, она еще и говорит. Любовь? Угу, она самая. Блядская любовь. Тодд чувствует себя, как Голум из «Властелина Колец», только его прелесть не побрякушка, а своенравная вертихвостка. Он жутко скучал по голосу, телу, движениям, улыбке, запаху. Она тянет из него жилы, вьет веревки. Держаться! Розовый язык Кошки проходится по шлему от подбородка до скулы совершенно пошлейшим образом. И Джейсон теряет бдительность всего на пару секунд, раскидывает руки, чтобы обнять Милу… Тело прошивает жгучая вспышка боли, красным шаром взрывается в мозгу, прошибает по нервным окончаниям. Удар в пах был не сильным, пожалела, блядь, спасибо. При этом очень ощутимым. Тодд скрючился, изрыгая мат и проклятья.       Колпаку остается наблюдать, как воровка подхватывает добычу и убегает за угол, через какое-то время слышен рев мотоциклетного мотора. И вот в проулке проносится Мила. Молодец, продуманная девочка. Свой навороченный байк поблизости припрятала.       — Нарвалась, ушастая, — рычит Джейсон, отрывает себя от асфальта и подбирает пистолет.       На противоположном конце улицы виднеется байкерский бар. Решение проблемы приходит незамедлительно. Тодд подлетел к припаркованным чоперам, выбрал тот, что помощнее. Для бывшего уличного воришки угнать мотоцикл — плевое дело. Толпа бородатых мужиков с пивными животами около входа в бар недовольно загалдела.       — Ублюдок, какого хера ты делаешь на моем байке! — проорала бородатая горилла, чье волосатое пузо свободолюбиво выпирало из засаленной майки и болталось поверх кожаного ремня.       — Сам не видишь? Сижу. А это тебе мое спасибо, — Тодд не стал миндальничать и сразу пальнул бугаю в колено. С подобными типами только так и надо разговаривать.       Байкер завизжал на высоких тонах, как девчонка. От него отступили, словно он был прокаженным. Никому не хотелось угодить под пули. Джейсон газанул и понесся вдоль улицы, оставляя за спиной перепуганных байкеров и владельца мотоцикла, довольного тем, что хотя бы остался в живых. Изображение карты с двигающейся красной точкой, выводившееся на визоры шлема, свидетельствовало о том, что Кошка не заметила жучка, который Джейсон успел прицепить на девушку во время стычки. Очень хорошо. Но Мила успела уехать достаточно далеко. Не очень хорошо. Так уж и быть, придется поиграть в догонялки. Красного Колпака переполняла азартная злость. Ненормальная, Кошка определенно ненормальная. Совсем без башни. Свела все шансы Джейсона по спасению собственной задницы к нулю.       Из-за ветра, шумевшего в локаторах, Кошка не сразу обратила внимание на звук еще одного мотоциклетного мотора. Девушка глянула в зеркало заднего вида. Ну, черт подери! Почему кому-то достаются принцы на белых конях, а ей вот Красный Колпак на черном байке. Хорош, засранец! Мила петляла, словно заяц, но Тодд чувствовал себя в Готэме, как рыба в воде, так что сбросить его с хвоста не удалось. В голове у Джейсона промелькнула шальная мысль, пострелять по колесам, и была тут же отброшена. Расшибется его ненаглядная, чего доброго, а ему придется уподобиться Курту Кобейну. Наконец, Джейсон умудрился поравняться с Кошкой и вцепиться в руль ее мотоцикла.       — Слушай сюда, ты тормозишь и отдаешь мне бабки! Все, мать твою, бабки, которые ты потырила у Черной Маски! — совсем непросто переорать два движка и ветер.       — А шлем не треснет?! — Мила бьет преследователя ребром ладони в шею, после чего отталкивает ногой в бок.       Зараза работает аккуратно и наверняка, кому, как ни ей знать, самые незащищенные места в экипировке Колпака? Тодд отпрянул. Кошка свернула к спуску в метро, притормозила у ступеней и понеслась по ним вниз.       — С дороги! Расступитесь, перееду! — орет девушка немногочисленным горожанам, шарахающимся в разные стороны. Не хватает сбить кого-нибудь бедолагу.       Джейсон восхищен. Додумалась же! На мотоцикле в метро! Ей некогда искать жучок, а извилистые туннели неминуемо погасят сигнал. Умница, его девочка. Он рулит следом, каждая встреча переднего колеса со ступенькой отдается в руль. Создается ощущение, что едешь на отбойном молотке. И вот впереди мелькает аккуратный зад, так сексапильно выглядящий на мотоциклетной сидушке.       — Стой, сука! — грохочет Джейсон на всю подземку.       — Попробуй, поймай! — отзывается стерва и стремительно летит вниз по эскалатору, который, между прочим, движется вверх.       Кошка оказывается на перроне, она размышляет не дольше секунды прежде, чем резко выкрутить руль и ударить по газам. Неистовый железный конь в последний момент вносит наездницу в вагон. Створки дверей захлопывается. Поезд начинает движение. Кошка и Красный Колпак смотрят друг на друга через окна вагона. Девушка издевательски машет рукой. «Пока, милый», — можно прочитать по губам. Она шлет воздушный поцелуй. Тодд рычит в бессильной злобе.       Мила никогда не любила метро. Ее стихия — крыши. А тут, тесно, нечем дышать, грохот колес о рельсы просто рвет чувствительные барабанные перепонки. Ей даже пришлось отключить локаторы. В вагоне всего пять пассажиров. Один из них украдкой достал телефон. Тупая затея. Взмах кнута и гаджет улетает под сидения в конце салона.       — Ай! Полегче, дамочка! — орет недалекий паренек и трясет рукой с ярким следом от хлыста.       — Еще есть начинающие репортеры? — Кошка обводит присутствовавших тяжелым взглядом. Люди замотали головами. — Отлично.       — Простите, мэм, мисс… Ой, — замямлила девушка, сидевшая к воровке ближе всех и совсем стушевалась, когда холодные льдины Кошки остановились на ней.       — Не прощаю, — ухмыляется воровка.       — Ага, хорошо, спасибо… Я собственно… Извините…       — Чем могу помочь? — интересуется бестия и глушит движок мотоцикла, сдохнуть от угарного газа и унести с собой пятерых счастливцев, Кошке ни разу не улыбалось.       — А-автограф можно? Вы мой кумир.       — Пф, — Мила машет на собеседницу когтистой рукой. — Что за глупости! Ты бы еще у Ядовитого Плюща автограф попросила.       Мила завела мотор и выехала из вагона. Переть свой транспорт наверх оказалось тяжеловато, благо эскалатор работал исправно. Оказавшись на улице, воровка тщательно осмотрелась. Тишина. К своему собственному удивлению, Мила испытала некоторое разочарование. Она и сама не подозревала, насколько сильно соскучилась по Джейсону. Те жалкие минуты близости, показались самыми замечательными на свете. Жаль, что Красный Колпак на другой стороне баррикад. Очень жаль, что пляшет под дудку Бэтмена. Хотя тут, походу, все под нее пляшут.       Чем хорош Готэм? Здесь множество заброшек и новостроек. Сказываются постоянные атаки различных психов и катаклизмы. Найти временное убежище не составляет труда. Так еще и выбирать можно, будто настоящий барин. Хочешь, возьми задрипанную двушку на окраине. Хочешь, потешь свое самолюбие и используй фешенебельный особняк в отсутствии хозяев. Выбор Кошки пал на недавно отстроенный отель класса люкс. Здание находилось на стадии внутренней отделки и идеально подходило в качестве перевалочной базы. Просторный пентахус уже сейчас поражал размерами. Кругом высились стопки строительных материалов и горы мусора, хаотично валялись инструменты и пара касок. Действовать следовало быстро. На ней жучок, и дураку понятно. Нужно немедленно его найти. Кошка сбросила сумки на пол. Ох, как же ноют ее бедные плечи. Девушка грациозно потянулась, затем вжикнула молнией костюма. Потащила одежду за воротник с плеча и… Сухой щелчок предохранителя в тишине показался неимоверно громким. Звук эхом отразился от стен и разнесся по просторному помещению. Кошка застыла и подняла руки с раскрытыми ладонями. Дура. Чертова идиотка! Забыла включить локаторы.       — Воу, а кошечка-то дрессированная. Сообразительная, сама ручки к небу подняла. Удивительно, все такие послушные, когда дуло в башку упирается, — глумится Джейсон. Попалась. Всего-то и надо было, посмотреть, по какой ветке едет поезд. А подкрасться не составило труда.       — Смотря, какое дуло, — язвит Кошка.       — Повернись, — жестко приказывает Джейсон. — Медленно. Без глупостей.       Кошка послушно выполнила приказ. В горле у Колпака тут же пересохло от увиденного. Распахнутый костюм позволял рассмотреть все прелести девушки, даже мелкие бисеринки пота между аккуратных грудей, поблескивавшие в свете полной луны, который лился в огромные окна. Сама Мила тяжело дышала, из-под маски выбилась русая прядь. Запыхалась, бедненькая, чужие бабосы на горбу тягать. Однако как соблазнительно приоткрыты ее губы.       — Отойди от денег, — следует очередной приказ. — Сейчас.       Мила опускает ресницы, чтобы глянуть на сумки, лежавшие у стены. Прикусывает нижнюю губу. Сама невинность. Бедная овечка, лишаемая честно стыренных барышей.       — Делай. Что. Говорю, — рубит слова Тодд.       Кошка вздыхает. Совершает небольшой шаг в сторону. Прямо вот одолжение для него делает. И смотрит ему в глаза нагло, типа, на — подавись.       — Я для особо одаренных по-русски повторять не буду, — палец Красного Колпака ложится на курок.       Данный жест не утаивается от наблюдательной воровки.       — Не смей мне указывать, синьор Помидор, — ласково сообщает Мила и прижимается лбом к дулу пистолета. — Давай! Жми на курок!       На самом деле, с радостью бы. Потому что Тодд уже давно для себя выяснил, у него одна слабость. И сейчас она стоит перед ним в распахнутом костюме. Не будет ее — не будет проблем… И не будет его. Потому что каким-то несправедливым, непостижимым, совершенно невероятным образом вся жизнь и весь мир Джейсона Питера Тодда сошелся клином именно на этой непутевой. Только с ее появлением его существование, казавшееся чем-то неправильным, ужасной ошибкой, обрело смысл.       Кошка резко присела, выкрутила пистолет из руки Красного Колпака и отшвырнула его далеко в сторону. Получила легкий толчек раскрытой ладонью в солнечное сплетение и отлетела на пол. Так, как там папочка Селину обычно воспитывал? Кошка извивается ужом, выскальзывая из захвата. Завязывается очередная потасовка. В ход идут когти. На шлеме Колпака уже несколько глубоких борозд, куртка на плече разодрана в лоскуты. Тодд ограничивается жесткими блоками. Силы девушки на пределе, но сдаваться она не намерена. Джейсона переполняет ярость, его просто выводит поведение Милы. Он уже не в состоянии контролировать свой гнев, и в ход идут легкие болевые приемы. Мила взмахивает кнутом, но Тодд успевает обрезать хлыст ножом до того, как он затянулся на его лодыжке. Кошка отбрасывает бесполезное оружие, развивает атаку, пытаясь припечатать Джейсона ногой с разворота. Мужчина пригибается, ловит девушку за икру и отбрасывает к тене. Не дает Кошке опомниться, хватает за шею, вздергивает и прижимает к еще неоштукатуренной кирпичной кладке.       — Ты умудрилась выбить у меня ствол. Но это ничего. У меня еще есть, на, посмотри поближе, — Тодд достает второй «Дезерт Игл».       Холодное дуло больно упирается в скулу, Кошка хищно щерится и шипит — настоящая пантера. Ее ноги почти не достают до пола, воздуха маловато для комфортного болтания в руке Джейсона. Мила хватается обеими руками за его запястье, но даже не предпринимает попытки отбиться или поранить незащищенные броней предплечья когтями из амазония. Тодд втискивает колено между бедер девушки, затянутых в кожу, срывает с себя шлем, откидывает назад. Его лицо перекошено от гнева, даже маска-домино не скрывает неистовой ярости, которая затопила зрачки Колпака.       — Убью же тебя, сука! Убью! Ты хоть понимаешь, куда лезешь?! — он орет в красивое лицо, находящееся буквально в миллиметрах от него что есть мочи. Надрывает глотку до рези в легких. — Ты подписала себе смертный приговор! Стерва! Черная Маска сдерет с тебя шкуру живьем за эти ебанные, грязные бабки! Лучше я сам сверну твою шею быстро и безболезненно, чем отдам ему на растерзание! Сука! — орет Джейсон. — Я пытаюсь спасти твою тупую, наглую, упрямую, эгоистичную, своенравную, вероломную, безрассудную жопу!! Сука! — орет Джейсон. — Никакие блага мира не стоят твоей жизни! Мне придется порешать целую кучу людей, чтобы ты продолжала топтать эту проклятую планету!! Сука! — орет Джейсон. — Что ты со мной делаешь?! Что мне с тобой делать! ЧТО МНЕ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ!!!?       Кажется, Колпак выкричал весь свой гнев. Он замолкает. Его вздымающаяся мощная грудная клетка притискивает тонкую Кошку к стене сильнее. Она тоже жадно хватает воздух. Боже куда он весь делся. Жарко. Ужасно жарко. Атмосфера вокруг них накалена, они словно в обжигающей, густой лаве.       — Поцелуй меня, — неожиданно выдыхает Мила в губы Джейсона.       — Сука, ты издеваешься надо мной?! — рычит Тодд, перехватывая рукоять пушки поудобнее. Честно говоря, он давно этого хочет. Просто как-то стремно бросаться с поцелуями первым. Надо сохранить статус мудака. Что очень сложно, потому что в штанах тесно. До боли тесно.       — Пожалуйста, Джейсон, — просит чертовка. Смотрит из-под ресниц томно. Ошалело. Тодд как никто другой знает, что значат эти огни в голубых глазах его женщины. Да, ЕГО! Несмотря ни на что! — Поцелуй меня. Я соскучилась, Джейсон.       — А я — нет, — попытка сделать голос безразличным не удалась.       — Всего один разочек, Джейсон. Малюсенький поцелуйчик, — искусительница подается на его колене вперед-назад несколько раз. Совсем легонько, будто невзначай.       Красный Колпак сдается. Терпит фиаско. Годы тренировок по умению держать в узде себя и свои чувства стираются одним лишь взглядом. Шепотом. Движением гибкого тела. Губы Кошки на вкус как крепленое красное вино. Горько-сладкие. Можно ли от них оторваться? Не в ближайшее тысячелетие. Девушка позволяет вести, задавать ритм, поддается. Хотя рука, уже переместилась на затылок, длинные пальцы теряются в темных волосах мужчины. Они целуются как в первый раз. Как в последний раз. Кажется, даже истосковавшиеся другу по другу сердца начинают биться в унисон.       Через минуту Джейсон понимает, ему что-то мешает. Пистолет. А Колпаку, между прочим, сейчас обе руки нужны. Он возвращает пушку на законное место, защелкивает кобуру, не отрываясь от желанных губ.       — Наконец-то, я думала, ты никогда c ним не расстанешься, — вышептывает Мила после короткого вздоха.       — Я бы хотел никогда не расставаться с тобой, — Тодд сдирает с себя перчатки зубами. Они помешают насладиться ощущениями от соприкосновения с бархатной кожей Милы.       — Отпусти, я не убегу, — просит Кошка и ведет подбородком.       — Врешь! — Тодд перехватывает обе ее руки, заводит за голову и прижимает к стене. Снова впивается в губы Милы, протискивая ладонь под костюм. Она вся мокрая и горячая. Настоящая печка. Ух! Все. Крыша, прощай.— Не холодно без лифчика бегать?       — Просто я надеялась на тесную встречу с тобой, Воробушек.       — Сейчас я тебе ее обеспечу, — ласково обещает Тодд и достает наручники.       — Эй! — гневно вскрикивает девушка, но уже поздно.       Браслеты защелкиваются на тонких запястьях, перекинутые через трубу отопления, так удачно оказавшуюся над их головами. Мила практически повисает, пристегнутая к трубе. Стоит на носочках, втянувшись в струну. Джейсон отступил на шаг, любуясь своей работой. Прекрасно. Идеально. Лучшее зрелище во вселенной. Только Кошка так может. Быть беззащитной и вызывающе наглой одновременно.       — Воробушек, так не честно!       — Да? А по яйца меня бить, значит, честно? Чужие бабки красть честно?       — Не пойман, не вор.       — Ты поймана. Ты — вор.       — А как же презумпция невиновности?       — Ебал я твою презумпцию конем в известном направлении.       — Сдашь меня полиции? Или своему мышиному начальнику? — ласковая кошечка закончилась. В карамельной интонации появились ядовитые нотки.       — Нет, тебя нужно наказать. Ты очень плохо себя вела.       — Наказать? Меня? Ха-ха-ха-ха! Отшлепаешь ремнем, папочка?       — Неплохая идея, сладкожопка, — Тодд звякает пряжкой ремня, расстегивая ее.       — Только посмей! Глаза выцарапаю! — угрожает Кошка и дергается, силясь снять наручники. Херушки, дорогуша. Браслетики-то папочкины, для Селины Кайл придуманные.       — Да шучу я, — Джейсон делает шаг к девушке, одним легким движением снимает с нее маску. Мягкие пряди рассыпаются по плечам, закрывают прелести девушки.       — Поцелуй меня? — ласково, мягко, требовательно на самой тонкой грани.       — Хочешь еще? — Колпак ведет носом по нежной шее Милы, цепляет зубами мочку уха.       — Да.       — Ты получишь еще.       Ее волосы пахнут злополучными пионами. Создается ощущение, что в черепной коробке нет ничего, кроме аромата прекрасных цветов. Джейсон пьянеет, возбуждение накатывает очередной, самой мощной волной. Больше никаких разговоров. Он пропускает волосы девушки между пальцами, грубо сгребает, запрокидывая ее голову. Сминает жестким, яростным поцелуем раскрывшиеся губы. Задевает зубами, кусает в кровь. Металлический привкус добавляет пикантности, окончательно затыкает разум. От французского поцелуя не остается ничего, кроме неистовой пляски двух языков. Джейсон спускается ниже, осыпает поцелуями шею. Мила уже сама подставляется под его губы и руки. Тихо стонет всего лишь два слова. «Джейсон, еще». Точеные ключицы Кошки так приятно очерчивать зубами, оставлять на них засосы. Тодд ласкает и причиняет боль. Причиняет боль и ласкает. Кошка буквально вырвала ему сердце, он так страдал без нее. Пусть почувствует, КАК сильно он скучал. Пусть на ее восхитительном теле останется больше следов, его меток.       Джейсон накрывает ладонями аккуратные грудки, проходится между ними языком, собирая бисеринки пота. Ласкает губами клубники сосков, они тут же твердеют. Затем протискивает ладони под тесный кошачий костюм, ведет ими по точеной спине, останавливается на ягодицах, сжимает. Останутся синяки. Но сейчас им все равно. Мила тихо стонет, рвано выдыхает сквозь сжатые зубы. Колпак спускается все ниже, покрывает поцелуями пресс, прикусывает нежную кожу чуть ниже пупка, обводит языком тонкую косточку бедра. Мышцы живота девушки дергаются. Ребра ходят ходуном. А мужчине больше некуда двигаться, молния одеяния закончилась.       — Жестокий. Какой жестокий. Возьми же меня! — умоляет Мила. — Больше не могу!       Колпак с рыком рвет костюм Кошки. Слышится треск ткани. Кожа трещит, идет по швам, отдавая во власть Джейсона сокровенное, мучительно им желанное. Кровь стучит в ушах, от каждого прикосновения к любимому телу в Джейсоне зажигается тысяча солнц. От каждого поцелуя — рождается сверхновая. Внизу живота сладостно ноет и тянет. Желание переполняет его. Но он продолжает мучить любимую. Тодд опускается на колени, трется щекой о внутреннюю сторону бедра Кошки, ведет от колена выше и выше, выписывает языком иероглифы и слова любви на всех наречиях, которые только знает. Девушка в экстазе. Она не в силах сдерживать стоны. Слова толпятся в горле, больше невозможно затолкать их обратно.       — Люблю тебя, Воробушек! — она орет так, словно хочет, чтобы весь Готэм знал и слышал. — Люблю, сволочь!       — Я люблю тебя сильнее, — Джейсон поднимается, разводит острые девичьи колени. Резкий рывок.       — А-ах-а-а! А-а-а-у-мф-м, — стонет Кошка, но ее тут же затыкают поцелуем.       Тодд не удосуживается сдерживаться. Не дает Миле времени, привыкнуть. Вдалбливает ее в стену мощными точками. Звякают наручники, пот катится градом по груди и спине. Укус, поцелуй, укус, поцелуй, поцелуй, укус, укус. В ладонях нежные бедра, торс обхвачен длинными ногами. Она сказала, что любит его. Кошка любит. Да! Да!!! Джейсон ускоряет темп, теряет ритм, задыхается от подступающей развязки. И вот та тысяча солнц взрывается, перед глазами пляшут искры, яркие огни, все мышцы напряжены до предела, содрогаются от удовольствия. Кошка тоже дрожит и льнет плотнее, будто хочет раствориться в нем, стать единым целым окончательно и бесповоротно.       Любовники затихают, сплетаясь руками и ногами. Джейсон обнимает Милу. Хорошо. Даже не верится. Вот бы остановить время, провести так целую вечность. Кошка положила голову ему на плечо. Поминутно вздыхает, приходя в себя.       — Прелесть, ты как? — первым подает голос Джейсон и гладит девушку по волосам, как маленькую.       — Я в порядке. Лучше не бывает, — она втягивает носом запах мужчины. То, что надо. Горький шоколад со жгучим перцем и тяжелой нотой мускуса. — Запомни, что я тебе сказала. Хорошо? — она отпрянула, посмотрела в глаза. Красивая. Доверчивая. Уставшая.       — Такое невозможно забыть. Спасибо, любимая, — щемящее чувство благодарности переполняет Колпака. — Давай снимем с тебя браслеты, руки, наверное, затекли уже.       — О, есть такое дело, — Мила сбрасывает ноги с талии Тодда. — Буду признательна.       Джейсон щелкает наручниками, Кошка делает неуловимое движение, пальцы пробегаются по его запястью, чиркнув когтями, а затем в кожу впивается холодный металл.       — Прости меня, — Мила выскальзывает.       — Мила, твою мать! — Тодд рвет пристёгнутую к трубе руку. Проклятая воровка умудрилась заковать его! — Выходит, ты соврала мне! Ты соврала!       — Нет, Джейсон, в моих словах не было ни капли лжи, — Кошка кое-как соединяет молнию костюма, подбирает сумки. — Вот, — она кладет полные обоймы на пол. И когда только умудрилась вытащить?       — Ты играешь с огнем! Вернись! — требует Тодд. Он в смятении. Разочарован. Раздавлен. Его предали. Опять! Почему, почему его гребанная жизнь всегда идет по одному сценарию. Только стоит поверить в возможность быть счастливым, как все рушится, летит в тартарары. Сердце рвется на части.       — Ты все поймешь позже. Я должна. Прости, — Кошка открывает створку окна и выскальзывает наружу.       Джейсон видит, как девушка удаляется, не оборачиваясь. Перемахивает на соседнее здание. Остановить! Ее нужно остановить! Бешеная ярость, отточенные до автоматизма рефлексы, выдрессированное тело решают за него. Мозг включается лишь в тот момент, когда рукоять ножа выскальзывает из пальцев на замахе.       — НЕЕЕТ! — запоздало орет Тодд, ненавидя себя.       Поздно, дело сделано.       Тонкая фигурка летит вперед, как от удара. Врезается правым плечом в крышу. Сумки выпадают из ослабевших рук. Боже, он попал. Он попал. Красный Колпак не промахивается. Кошка катится вниз по покатой крыше, словно красивая сломанная кукла. Срывается вниз вместе с добычей. Десятый этаж. У нее нет шансов.

***       Тим со сладостным вздохом опустился на подушки. Спасть. Спатьспатьспатьспать. Часиков десять. Красный Робин по своему обыкновению уже устроил себе гнездо из пяти подушек и двух одеял. Теперь можно расслабиться и отдаться морфею. Он сегодня молодец. Он заслужил.       Какие-то сумасшедшие хакеры уже в одиннадцатый раз пытались взломать систему «Уэйн Интерпрайзис». Надо признать, ребята не лишены выдумки и таланта. Даже пару файерволов сломали и обошли несколько обманок. После чего потерпели сокрушительное фиаско. Ох, знали бы, с кем имеют дело. Тимоти Дрейк слишком гениален, чтобы какие-то там самоучки (Тиму приятно было думать о них именно так) надрали его пернатый зад в киберсхватке.       — Жалкие читеры, — сонно улыбнулся Дрейк, подпихивая себе под бок третью подушку и проваливаясь в сон.       В дверь начали долбить. Тим подскочил. Кого нелегкая принесла в такой час в его уютный скворечник? Может, какие-то маньяки смогли раскрыть тайну личности Красного Робина и вычислить, где он живет? Или те хакеры так сильно обиделись и пришли мстить? Пф, исключено, они слишком тупы. Тим выбрался из подушек, взял тросомет на изготовку и вышел в коридор. Конечно, он не очень устрашающе смотрится — растянутая футболка, подаренная Супербоем, взъерошенные волосы. Но выбирать не приходится. Дверь ходила ходуном от града ударов, так и норовила слететь с петель и пришибить хозяина. Тим глянул в глазок и поспешил открыть.       На пороге стоял Джейсон. Без шлема. В разодранной куртке. Бледное лицо искажено толи от гнева, то ли от страданий. На щеках болезненный румянец. На руке болтается один браслет от наручника с куском оборванной цепочки. Тодд кулем ввалился в уютный коридор Тима, захлопнул дверь и бессильно сполз по стене, раскинув ноги. Тяжёлые ботинки мазнули по обоям. Джейсон закрыл лицо руками. Брутальная гора мышц смотрелась как нечто инородное в обители постельных тонов и уютных мелочей аккуратной и чистой прихожей.       — Джейс, что случилось? Ты ранен? — Тим только сейчас обрел дар речи, присел рядом с братом на корточки, пытаясь хотя бы визуально определить наличие травм.       Красный Колпак оторвал ладони от лица. Уставился на Дрейка невидящим взглядом.       — Я ее убил.