Сон

ПОВ Стас. К Дню рождения Киры уже давно все готово: гости, подарки. Но проблема заключалась лишь в одном – родители моего супруга. Ан-нет, еще и костюм Кирилла нужно расшить. Он прилично набрал вес, и это только за неделю моего отсутствия. Надо будет переговорить с Жаком по этому поводу. Диета была составлена правильно, значит, он жалел пацаненка за красивые глаза, кормил его всякой… Ладно, разберусь с ними позже. - Кира… Кира, проснись… - кулек на кровати зашевелился, растрепанный со сна мальчишка такой милый. Подымается с трудом. Конечно, его живот теперь очень заметен, он так аппетитно выглядывает из-под моей домашней майки. Не могу отказать себе в желании приласкать супруга и ребенка. Малыш стал активней, он развивается чуть быстрее, но оно и понятно. Только вот из-за этого Кирилл стал еще более невыносим: истерики, капризы, ссоры на ровном месте, рыдания в подушку, паранойя – теперь это наше все. Но сегодня утро на удивление тихое. - Кир, все в порядке? Как ты себя чувствуешь? – все-таки стоит еще раз осмотреть его, потом отправить к портному, составить новую диету и, главное, придумать, что делать с родителями. Жак уже принес полотенца и халаты, значит, пора начинать новый день. Бесцеремонно схватив мальчишку, утаскиваю его в ванну. После водных процедур Жак снял новые мерки с моего супруга, записал их и я отпустил его готовить завтрак. - Стас… Мои родители будут? – ох, как ему не надоело донимать меня этим вопросом? - Будут, и сестра твоя будет, но ты с ними заговорить не можешь, для них ты мертв. Не делай им больнее, я тебя с ними делить не буду, - в каком-то смысле можно считать сказанное правдой. - Мертв?! Стас, да ты на всю голову ушибленный! Собственник херов! – Ишь как разошелся, что-то последнее время много вольностей я ему позволил. - Малыш, если ты не прекратишь донимать меня, я сотру им память о тебе… - довольно холодно получилось. Кира замер с приоткрытым ртом и тут же разревелся. Вот за что мне это? Успокоить себя Кирилл мне не дал, сбежал, едва не сбив Жака с ног. Управляющий лишь понимающе вздохнул, посмотрел на меня и молча оставил отчеты и анализы Киры на тумбе. - Завтрак готов. Я позову Кирилла, – надеюсь, данная истерика краткосрочная, не хочу омрачать такой хороший день плохим настроением. Аненербе вели себя подозрительно тихо, этот факт неприятным осадком скрежетал и царапал нервы. Явное затишье перед бурей. Наученный горьким опытом, я увеличил количество охраны. Информация о Дне рождении Киры просто не могла не просочиться. Хоть он и будет загримирован и представлен как обычная жена зажиточного ученого-селебрити, то есть меня, это не спасет от нюхачей ордена. Жена… помню, как недавно Кира рвал и метал при виде платья, которое ему придется надеть. Все его старания с массажем пропадают зря, растяжки на коже по низу его крупного живота все равно видно и Кирилл всегда их стыдится. Не знаю, что в них некрасивого, я нахожу все проявления его беременности очаровательными, а супруг мой пытается их скрыть халатами, комбинезонами даже дома, только вот от кого? Слугам все равно, Жак разделяет мое мнение в ключе «что естественно – то не безобразно». - Приятного аппетита, а меня подождать не судьба? – вот черт, за раздумьями я не заметил, как уже минут надцать жую кусок сырого мяса с самой тупой улыбкой, какую только можно было видеть на моем лице. - Что ты, сокровище мое! Просто замечтался. - О чем же? - Увидеть тебя в праздничном платье хочу… - супруг подавился соком, не смог я удержаться. Злой и обиженный Кирилл теперь смотрит, нет, прожигает меня взглядом. - Только после тебя… - дерзкий, но да ладно, утром я его уже пугал, пока с него хватит. Остальное время завтрака прошло в тишине, редкий лязг вилки по фарфору или стук дна чашки о блюдце нарушали тишину. - Кирилл, ты слишком набрал в весе, это не так плохо, конечно… но тебе будет тяжело в последующем и ребенку тоже… потому взываю к зачаткам твоей сознательности и прошу хотя бы сегодня следовать составленному рациону. С тебя, Жак, я спрошу по всей строгости, отдам упырям без челюстей… думаю, ты понимаешь, какой инстинкт замещает им голод? – управляющего покоробило. В женщинах-упырях инстинкт голода силен, как и у мужчин, только вот инстинкт размножения у них притупился, опять же, в отличие от особей мужского пола, проще говоря. Лишенные пасти упыри лишены возможности жрать, соответственно, они не лишены возможности трахать, так что все, что движется и попадает в их поле зрения, становится жертвой. А так как мертвые не кончают, то, попавшись таким в руки, рискуешь быть затраханным до смерти. Жаку это не просто известно, и то, что шучу я редко, он тоже знает, так что стоит теперь позади с белым как полотно лицом, того и гляди в обморок грохнется. Что-то я перестарался. И Кирилл на меня смотрит с непониманием. Он ведь не знает, но для него же лучше. Трель телефона заставляет вздрогнуть даже меня, больно напрягает меня эта затея с празднеством, но отменить уже ничего нельзя. На один из моргов совершен налет, еще и главную базу по поставке материала угадали, что-то тут нечисто. Аненербе выкинули козырную карту, только вот сомневаюсь, что это Джокер. Что поделать, придется разобраться, ведь так оставлять это тоже нельзя – распоясаются. Поднимаюсь и обхожу стол, подхожу к Кире и наклоняюсь к нему, срывая очередной страстный поцелуй с его губ. - Снова твои трупы? - Да, снова они… Не скучай и веди себя хорошо, - Жак помогает мне накинуть плащ и закрывает дверь за мной. Машину ждать не пришлось - она уже стояла у входа. Странное предчувствие не давало покоя, артефакт создавал ощущение, будто сосет под «ложечкой», и чем дальше я был от дома, тем сильнее нагнетало чувство ловушки, в которую я угодил. Аненербе явно придумали что-то интересное. Не будь я уверен, что Кирилл в безопасности, я бы подумал…