Спасибо, доктор!

- Я съем тебя на обед. Я порублю тебя на мелкие ломтики, насажу на шампуры, пожарю на огне. Но так как у меня есть к тебе некоторая привязанность, перед этим я обложу твою тушку фруктами и приглашу лучшего художника этой планеты, чтобы он написал картину маслом. Он назовет ее "Жил быстро, умер молодым". Ты войдешь в мир высокой культуры, Соник! Приобщишься к чему-то интеллектуальному в кои-то веки! Как тебе? - Я повешу у себя эту картину, я буду есть тебя, смотреть на тебя и плакать горючими слезами. У меня в самом деле есть к тебе привязанность, но искусство требует жертв, Соник! Более того, и я тоже требую жертв, и это куда более важно, чем требование какого-то отвлеченного понятия. - Хотя я не знаю, а у тебя вообще есть мясо? Возможно, я не смогу тебя даже прожевать. С виду у тебя только кости, колючки и глаза. А все вместе это работает и не разваливается благодаря силе веры твоих друзей. Да, я все равно съем и принесу себя в жертву искусству, почему бы и нет, в общем-то. - На самом деле, я более чем уверен, что ты ядовит внутри. Потому что я как представлю, как буду тебя жевать, и у меня все внутри аж жжет. И когда я тебя съем и пойму, что ничего не осталось, я умру. Это уже не привязанность, я прямая зависимость, слышишь? - А с другой стороны, ты работаешь на силе веры, а я, черт возьми, в тебя тоже верю. И даже если я смогу сделать все эти мясницкие штуки, ты соберешься по кусочкам обратно, встанешь и снова начнешь нести свою убогую несмешную чушь. - А потом твои друзья порубят меня, но я же сказал, что не против принести себя в жертву искусству. Тем более что ты же не дашь своим друзьям порубить меня. О черт, искусство совсем обеднеет. - Искусство обречено на голодную смерть. Потому что я возьму вот нож, примерюсь отрезать самые... мягко выглядящие части твоего колючего тела, а потом зарыдаю как эта розовая девочка и срежу с тебя все веревки! Понял, кого ты из меня сделал, ядовитая сволочь?! Розовую! Девочку! На этой фразе Соник смог выплюнуть кляп и произнес: - Так, ты сказал достаточно. И после такого только женятся. Конец, все поженились.