Темная тайна прошлого

*начало ретроспективы* На улице светило солнце. Двое детей играли в салочки. Мальчик и девочка. Их звонкий смех разносился по всей поляне. Они смогли сбежать от взрослых, и никто сейчас не следил за тем, чтобы они не переступили границы. Конечно, ведь это же не обычные дети, которые могут делать все, что им захочется. Быть непосредственными, пачкаться в грязи, не следить за манерами. Нет. Эти дети, сызмальства вынуждены были следовать этикету, следить за каждым своим шагом. Лишь изредка позволяя себе быть просто детьми. Как сейчас. — Настя! — хохотал мальчик, пытаясь поймать подругу. — Настя, подожди! — А вот и нет, — звонко смеясь и убегая от него, отвечала девочка. — Не догонишь, не догонишь! — Ну, все, — погрозил ей Влад (разумеется, это был он), останавливаясь перевести дух. — Сейчас ты получишь. Сейчас, только отдышусь. — Да-да, — хихикала княжна. — Не сможешь. Я быстрее. И ты проиграешь, проиграешь, — дразнила она Долохова. — Ах, так? — вскинулся мальчик. — Погоди у меня. Ха! — он резко подбежал к Анастасии и почти схватил ее за руку. Анастасия, успевшая вовремя отскочить, снова радостно расхохоталась. Ей нравилось, дразнить и побеждать Влада. Ведь не так во многом, ей это удавалось. Они дружили уже 2 года, с той самой злополучной встречи в подвале Зимнего дворца, когда Влад ее спас. И он был, пожалуй, единственным, кто воспринимал ее как Настю, простую девочку Настю, а не Великую княжну Анастасию. Ведь даже родители делали все, чтобы она об этом не забывала. Все время напоминали про ее обязанности, говорили о правилах, о том, что ее будущее уже расписано чуть ли не поминутно. Что и вообще, вся ее жизнь — служение на благо всей России и рода Романовых конкретно. А Влад… он помогал ей забыть обо всем этом. Он просто был ей другом, готовым на любые совместные шалости. Вот и сейчас, когда все гости праздновали ее же День Рождения, Влад тайком вывел ее из дворца, чтобы поиграть. Ведь на этих балах так скучно! Взрослые танцуют, обсуждают политику и кучу всякой другой чуши. А дети должны чинно сидеть в соседней комнате и не мешать гостям. Где справедливость? Это ее день рождения! Она хочет веселиться, а не прятаться в комнате, боясь помешать взрослым. — Попалась! — закричал Владислав, хватая Анастасию за талию. — Это нечестно! — надулась княжна. — Я задумалась! — Ну да, конечно, — не хотел соглашаться Влад. Еще бы, не так часто ему получалось поймать эту хулиганку. — Я выиграл! Анастасия посмотрела в горящие глаза друга и не стала больше спорить. Она не хотела лишать его иллюзий. Она-то знала, что все равно быстрее. — Хорошо, выиграл. Поздравляю, — улыбнулась она. — Ну нет, — хитро прищурился Долохов. — Так не пойдет. Давай, повторяй за мной: «О, Великий и Ужасный Владислав Долохов, вы самый быстрый мальчик на свете и я больше никогда не буду дразнить вас „черепахой“. Отныне я буду называть вас, — Влад замолчал, задумавшись. — О, мой рыцарь!» — Чего?! — возмутилась княжна. — Ни за что! Анастасия отвернулась от друга и сложила руки на груди. Нет, ну надо чего удумал. Она еще пожалела его. Ха! — Настя, — позвал Влад. — Настя! — громче повторил мальчик, не дождавшись ответа. — Ладно, сама напросилась, — что-то в его голосе не понравилось Анастасии, но ничего сделать она не успела. Влад сделал самое ужасное, что вообще мог сделать. Он ее защекотал! — Ха-ха, Влад, ой, Влад прекрати! — смеялась Анастасия. — Долохов! — Сама виновата, — невозмутимо ответил Владислав. — Повтори за мной: «О, Великий и Ужасный Владислав Долохов, вы самый быстрый мальчик на свете и я больше никогда не буду дразнить вас „черепахой“. Отныне я буду звать вас — мой рыцарь!» — Аха-ха, ладно, ладно, — хохотала княжна. — Только прекрати. Влад отпустил княжну и посмотрел на нее сверху вниз. — Ну? — приподнял он бровь в ожидании. Анастасия величественно встала с земли, отряхнула платье, что правда, ей не особо помогло, и с достоинством сказала: — О, Великий и Ужасный Владислав Долохов, вы самый быстрый мальчик на свете и я больше никогда не буду дразнить вас «черепахой». — А дальше? — А дальше, — княжна выдержала паузу. — А дальше: Я никогда не буду называть тебя «мой рыцарь»! — и со звонким смехом она побежала в сторону дворца. Влад, чертыхнувшись, последовал за ней. Долохов пообещал себе, что как только догонит эту проказницу, защекочет до смерти! Он увидел, как она свернула за угол, и тоже прибавил скорости. Сейчас он ее поймает! Влад резко забежал за угол и тут же врезался во что-то мягкое. Он поднял глаза. Ой, мама. Перед ним стоял сам император Николай, вместе с его отцом. — Ваше Величество, — Владислав тут же поклонился. — Я прошу простить меня, я Вас не заметил. — Здравствуйте, молодой человек. Я полагаю, моя дочь, — Николай кивнул на стоящую рядом Анастасию, — тоже ничего не замечала, когда неслась по всему двору, как угорелая. Да еще и в таком виде! Влад попытался незаметно осмотреть себя и подругу. Оказалось, за время их возни они успели поваляться на земле. О, Мерлин. Их костюмы выглядели ужасно. Все в траве и земле, волосы в беспорядке. Да уж, простым выговором они тут не отделаются. Влад поднял взгляд на подругу и увидел слезы в ее глазах. Ну, нет! Он не позволит ей плакать! Он обещал! — Ваше Величество, — заговорил мальчик. — Это все моя вина. Прошу простить. Я решил, что будет интересно попробовать уйти из замка, так как Анастасии было скучно, а ведь это ее праздник. И потом, на улице, это я повалил ее на землю, из-за чего наряд княжны выглядит так ужасно. Я понимаю, что такое поведение не допустимо, но вина в этом лежит только на мне. Анастасия ни в чем не виновата! — горячо закончил он. Влад смотрел только на императора, поэтому не заметил, как вытянулось от удивления лицо Анастасии. Даже слезы в ее глазах высохли. Он ее защищает? Анастасия знала, что за их проступок, они заслужили как минимум розги. С ней это происходило с завидной периодичностью. Поэтому она и заплакала. Но никто никогда не заступался за нее! Она сомневалась, что Влад сможет уговорить ее отца не наказывать ее, но все равно была очень ему благодарна. — Что же, — после минутного молчания заговорил император. — Я думаю, в честь праздника, Анастасии простится ее выходка. Что же о вас, молодой человек, — Николай перевел взгляд на Влада. — Вашу судьбу, я думаю, это будет справедливо, если ее будет решать Ваш отец. Влад внутренне застонал. Это был конец. — Разумеется, Ваше Величество, — вступил в разговор Владимир, отец Влада. — Но этот вопрос мы решим дома, если вы позволите. Сейчас не хотелось бы портить праздник княжне еще больше. — Да, конечно, — согласился император. — Так, дети. У вас есть 10 минут, чтобы привести себя в порядок, и мы ждем вас в большой зале. Время вручения подарков. Дети поклонились и постарались как можно быстрее скрыться с глаз родителей. Анастасии не верилось, что ее не накажут. Невероятно! Но Влад… она посмотрела на грустного, притихшего друга. Что-то ей подсказывало, что дома тому не поздоровиться. Она хотела что-то сказать, как-то утешить Владислава. Но так и не смогла выдавить из себя хоть слово. Спустя отведенные 10 минут, Владислав и Анастасия, уже в намного более приличном виде появились в зале. Сейчас там остался, так сказать, ближний круг знакомых. Все еще раз поздравили княжну с ее праздником и вручили свои подарки. Анастасия неустанно повторяла слова благодарности, внутренне мечтая как можно быстрее сбежать отсюда. А еще она взглядом выискивала Владислава, но того как назло нигде не было. Наконец, нескончаемый поток поздравлений и подарков иссяк. И Анастасия выдохнула свободно. Правда, осадок от того, что лучший друг не подошел, на душе остался. Но тут, как будто в ответ на ее мыли, сзади раздался голос Долохова. — Настя? — девочка обернулась. — С Днем Рождения, — прошептал Влад, протягивая ей маленькую коробочку. — Спасибо, — с улыбкой приняла подарок княжна. Она быстро развернула подарок. В коробке оказался маленький кулон, овальной формы. На нем была красивая резьба, а еще он пах почему-то апельсинами, ее любимыми фруктами. — Спасибо! — еще раз искренне поблагодарила Анастасия, вытаскивая кулон. — Поможешь надеть? — Конечно, — кивнул Влад. — Но это еще не все. — Не все? — Нет, дай-ка, — Влад протянул руки к кулону. — Смотри, — Владислав покрутил кулон в руках и тот вдруг приобрел форму сердца, а узор, который ранее не имел особого смысла, сложился в две буквы «А» и «В». — Боже, — восторженно выдохнула Анастасия, обнимая друга, — Влад, это чудесно! Самый лучший подарок на свете! — и княжна, поцеловала итак смущенного Владислава, в щечку. — М-м, — промычал что-то невразумительное красный как рак мальчик. — Эм… не за что, в общем, — попытался он улыбнуться в ответ. — Там еще, кстати, есть место для фотографии. — Дети! — услышали они и отскочили друг от друга. — Идите фотографироваться. — Вот и проблема с фото решена, — улыбнулась Анастасия и первая подошла к фотографу. Потом что-то прошептала ему на ухо и позвала Влада. — Иди сюда! Владислав неуверенно подошел к подруге. — Давай, будем вместе фотографироваться! — радостно сообщила княжна. — Надо же фото для кулона сделать, — добавила она шепотом. — Ага, — все еще неуверенно кивнул Влад, становясь за ее стулом. — Кстати, — вдруг засмущалась Анастасия. — Спасибо тебе. Спасибо за то, что спас меня сегодня. Что взял вину на себя, — пояснила она удивленному мальчику. — Я никогда этого не забуду. Мой рыцарь, — покраснев, прошептала она. *конец ретроспективы* — Мой рыцарь… И тут перед глазами Анастасии начали проноситься воспоминания. Она упала в обморок. — Настя! — воскликнул Владислав, подхватывая девушку на руки. — Что такое, что случилось? — быстро подошел к ним лорд Блэк. — Она начала вспоминать, а затем потеряла сознание, — быстро объяснил Долохов, аккуратно кладя девушку на диван. — Вспоминать? — нахмурился Сириус. — Странно, мы ведь только начали курс и никаких подвижек не было. Что ее подтолкнуло? — Эм… — замялся Влад. — Кое-какая вещь из прошлого. — Да? — смерил его взглядом Сириус. — Ладно, потом разберемся. Сейчас я попробую погрузится в ее сознание и систематизировать воспоминания. Возможно, когда она очнется, ее память полностью восстановится. — Правда? — обрадованно спросил Владислав. — Надеюсь, — как-то мрачно кивнул менталист. — Иначе, она не вспомнит никогда. Владислав замер, пытаясь осмыслить эту информацию. Никогда. Какое ужасное слово. — Дорогой, тебе нужно что-нибудь? — подошла к мужу Хеспер. — Нет, просто не мешайте. Сириус снял пиджак и закатал рукава рубашки. Он искренне надеялся помочь княжне. И сделал себе заметку, узнать у Долохова, что же конкретно подтолкнуло воспоминания Анастасии. Так, а сейчас надо сосредоточиться. Остальные в комнате стояли почти не шевелясь, боясь помешать. Все по-своему волновались за девушку. Да, она совсем недавно появилась, но успела занять прочное место в сердцах присутствующих. Особенно Влада. Он молился всем богам и Мерлину, чтобы все обошлось. Если его Настя никогда его не вспомнит… Он не выдержит. Он помнил, как медленно умирал в агонии после известия о казни семьи Романовых. Он спалил тогда свою комнату и разнес полкрыла родового поместья. Его отцу с трудом удалось утихомирить сына. Долгие месяцы после этого он мечтал лишь об одном. Умереть. Умереть, чтобы навсегда быть со своей любимой Анастасией. Но, в итоге, слезы матери и уговоры отца убедили его, что он не может так поступить со своей семьей. Он не может их бросить. Он вновь начал жить, если это, конечно, можно так назвать. Он ел, спал, разговаривал, но делал это все скорее механически. Только работа заставляла его хоть немного оживать. В таком состоянии прошло целых пять лет. И письмо гоблинов о предложении стать Наставником Меропы, было спасением. Влад, наконец-то мог сбежать от постоянной опеки родителей. Сбежать от их грустных, сочувствующих взглядов. И, действительно, это решение изменило его жизнь. Он вновь научился радоваться каждому дню, он нашел замечательных друзей. И только по ночам, к нему возвращались мысли об Анастасии. Когда он увидел ее в гостиной Блэков, он не поверил своим глазам. Он узнал ее, но боялся поверить. Поэтому гнал от себя все мысли. Но когда лорд Блэк подтвердил его догадки… Влад вспомнил, как дышать. Он опять посмотрел на лежащую с закрытыми глазами Анастасию. Она сейчас была такая маленькая, беззащитная. Владислав запустил руку в волосы. Черт! Ему хотелось что-нибудь разбить. И, чтобы не натворить дел, Влад спешно покинул комнату. Меропа, все это время встревоженно наблюдающая за другом, последовала за ним. Она искренне волновалась за него. Она-то знала, что для Влада значит Анастасия. Последние дни они много говорили о ней. О них. — Влад? — нашла она друга на улице. — Да, Меропа, — отмахнулся Долохов. — Все в порядке, иди. — Нет, не в порядке, — она положила руку ему на плечо. — Я же вижу. — Я сказал, я в порядке! — повысил голос Владислав, сбрасывая ее руку. Меропа глубоко вдохнула, успокаиваясь. Сейчас хватало одного взвинченного Долохова. Не хватало еще и ей выйти из себя. — Владислав, послушай, — она обошла друга и попыталась взглянуть ему в глаза. — Я понимаю, ты переживаешь. Но все будет хорошо, вот увидишь. Анастасия очнется и все вспомнит. Вспомнит тебя. — А если нет? — Влад поднял взгляд на подругу, и она увидела в них слезы. — А если нет? Ты понимаешь, что это я виноват?! Я хотел ускорить процесс. Ускорил… А она… она теперь может вообще меня не вспомнить. Никогда. — Она вспомнит, — терпеливо повторила Меропа. — Главное, верь в это. Слышишь? Меропа вытерла дорожки слез на щеках Владислава и обняла его. Этот человек как-то незаметно стал для нее очень дорог. Он стал ее лучшим другом, даже лучше ее мальчишек, Гарри и Рона. И Меропа не хотела, чтобы Влад страдал. Она верила, что все обойдется. И старалась его в этом убедить. Владислав в ее объятьях немного расслабился. Но она чувствовала, как вздрагивают его плечи. И единственное, что могла сделать — это успокаивающе гладить его по спине, приговаривая ободряющие слова. — Так, я не понял, — раздался от двери голос Томаса. — Мне начинать ревновать? — Томас, — укоряюще покачала головой Меропа. — Нет, ну, а что? — пожал плечами Реддл. Хотя было видно, что он просто шутит. — Ты что-то хотел? — спросил Владислав, успевший незаметно вытереть остатки слез. — Да, там это… Анастасия проснулась. Владислав тут же бросился внутрь. Меропа же с Томасом, переглянувшись, последовали за ним. Они подоспели вовремя, чтобы увидеть, как Анастасия повисла на шее у Влада, плача и что-то говоря ему на ухо. Меропа улыбнулась. — Я так понимаю, Анастасия все вспомнила? — поинтересовалась она у ошарашенных Блэков и Редлов. — Что? — очнулись они от произошедшего. — А, да. Видимо, так оно и есть. — Кхм-кхм, — привлек внимание Маркус. — Молодые люди, — обратился он, к все так же обнимающимся Владу и Анастасии. — Может быть вы объясните, что тут происходит? — А, да, — оторвался, наконец, от Анастасии Влад, но руки ее не выпустил. — Думаю, нам следует вам кое-что рассказать, — посмотрел он на Анастасию и дождался ее согласного кивка. — Дело в том, что мы с Владом давно знакомы, — продолжила княжна. — И, если честно, должны были пожениться. На протяжении всего рассказа никто не проронил ни звука, все внимательно слушали Анастасию. Иногда Влад добавлял что-то от себя. В итоге, когда рассказ был закончен, все сидели под впечатлением. — Ну что, — разрушил тишину Арктурус. — Я думаю, за это следует выпить! У нас столько чудесных поводов! Рождество, наша с Мел очередная помолвка, и, — он выдержал паузу, — такая чудесная история! Он подмигнул смутившейся Анастасии, которая спрятала лицо на груди у Влада. Все тут же согласились, что у них есть повод это все отпраздновать. — Ну что, дорогие мои, — взял слово Маркус, на правах хозяина дома. — Поздравляю нас всех, с этим чудесным праздником — Рождеством. И желаю, чтобы у нас все всегда заканчивалось хорошо, как сегодня! Ура! — Ура, — подхватили все присутствующие и чокнулись бокалами. А по поместью раздался бой часов. Была полночь. Наступило Рождество.