По собственному желанию - 2

      POV Автор…       Чтобы подготовить все так, как он задумал у Ромки было мало, слишком мало времени. И все-таки он успел все сделать. Ну, или почти все. Домработница вычистила квартиру до блеска, расставила по вазам цветы, которые доставили из цветочного, заказ из ресторана всего, что они будут есть «до» тоже успели доставить вовремя. Никаких тяжелых блюд и обжираловки, только сыры, фрукты и мороженое. Катенок вовсе не была сластеной, но им сегодня понадобится мороженое. Еду, которая будет «после», если оно будет — это «после», должны были доставить к семи, горячей и свежей.       Ромка успел съездить в торговый центр, купить Катюхе пижаму, халат и пеньюар, тапочки и зубную щетку, в общем все-все, что необходимо молодой женщине на период до и после. Потом подумал немного, и прошелся по бутикам. Зная о ее щепетильности и нежелании принимать никаких подарков, он сильно рисковал, покупая Кате юбки и блузы, платья и туфли, брюки, джинсы и пиджаки, а еще несколько сумочек и ботиночки, и шикарное, мягкое, теплое двубортное кашемировое пальто. А вот белье покупать ей не стал, понимая, что это ее смутит.       Последним пунктом назначения, перед тем как поехать за Катей, был «АЛТЫН», ювелирный гипермаркет. Роман долго бродил разглядывая витрины, будь его воля, он все бы Катюхе подарил. Но во-первых, на все не хватит средств, во-вторых, вряд ли ей нужны такие подарки, а в-третьих… в-третьих, он очень боялся, что от слишком дорогого подарка Катенок, непременно, откажется, да еще и упрекнет, что такие он деньжищи на ветер выбрасывает, когда они могли бы помочь ее папе.       Она же не знает, что еще до того, как она в больницу попала, он поднял на ноги всех своих знакомых, чтобы выбить ее отцу квоту на операцию. А вот вчера ему позвонили, что вопрос сдвинулся с мертвой точки. Но решил ничего пока Катенку не говорить, не хочет он, чтобы она с ним из благодарности была. А когда и если все удастся, тогда и получится сюрприз.       Ромка выбрал красивое колечко белого золота с изумрудом и сколками бриллиантов, нежное и должное очень ей пойти. «Вот и подарок. Или на помолвку, или на прощание. Но лучше бы на помолвку», — подумал он и поехал за Катей.

***

      Остановив машину у высотного дома, Ромка не спешил выходить из нее, он повернулся к Катюше всем корпусом, взял ее за руки и долго смотрел ей в глаза, словно гипнотизировал.       — Катя, прежде чем мы поднимемся наверх, я должен тебе кое-что рассказать. А потом ты решишь, ты поднимаешься со мной или я отвезу тебя домой.       — Ром, не пугай меня, ладно? Я и так боюсь.       — Если бы ты могла себе представить, как я боюсь.       — Ты? Чего? У тебя же я далеко не первая.       — Твоего вердикта боюсь, сделать что-то не так боюсь. Кать, я тебя боюсь.       — Меня? — она засмеялась.       — Ага. — Ромка на секунду зажмурился, а потом начал говорить.       Он говорил о вчерашней ночи, о своей ревности, о том, что был несправедлив и жесток, о том, что ему безумно стыдно и просил, умолял Катю простить его, уверял что он очень постарается, чтобы этого больше никогда не произошло.       — Ромка, милый мой, да ты чего? Я еще ночью все простила. Ты просто мне верь и все. Я не умею предавать, понимаешь?       — Я это знаю, а вот все равно перемкнуло. Прощаешь?       — Простила. Ну, пошли?       — Нет. Пока нет. Это еще не все, — и, как в холодную воду нырнул, рассказал Кате все об Алене.       То, что произошло дальше, не поддавалось никакой логике. Вообще никакой! Во всем его рассказе ее заинтересовало только одно — Кира!       — Ромка, так нужно же в милицию заявить. Это же шанс поймать эту мерзавку.       — Катенька, ты о чем говоришь? Ты меня слышала?       — Да! Так ты заявил в милицию?       — Конечно заявил, там все в порядке, телефон у Алены на прослушке и вообще все на изготовке. Но я тебе рассказывал совсем о другом, ты поняла о чем?       — Ромка, я все поняла, — голос у Кати вдруг стал усталым. — Ну, посыпь свою голову пеплом, если не можешь без самобичевания, — и, увидев его недоуменный взгляд, решила объяснить ему. — Понимаешь, все, что происходило в твоей личной жизни до той секунды, пока я поняла, что люблю тебя, это твое прошлое. Я не имею к нему отношения. Ты думаешь, что мне неизвестно, что у тебя было очень много женщин? Известно. Ты проверил сможешь ли любить меня, а спать с другой. И не смог. Меня это что должно огорчать? Ну, неприятно, но не смертельно же. Короче, ты ведешь меня к себе, или еще не весь душевный стриптиз мне продемонстрировал.       Роман выскочил из машины, подбежал к Катиной дверце, открыл ее и помог Катюше выйти, а потом сразу схватил ее в охапку.       — Ты у меня самая лучшая, самая добрая, самая любимая.       — А я тебя просто люблю.       — Ну, что, Катенок, вперед, во взрослую жизнь?       Он балагурил и шутил до самой своей квартиры, стараясь за смехом спрятать свой страх. Да, он был известным бабочником и юбочником; да, он спал не с одним десятком женщин; да, он умел дарить и получать радость от секса, но никогда он не был первым мужчиной своей первой любимой женщины. И ему было страшно. Ничуть не менее страшно, чем ей. Просто страх у них был разный.       Я открою вам одну большую и спрятанную за семью печатями тайну Романа Дмитриевича Малиновского, только вы меня не выдавайте, пожалуйста. Он сегодня посетил еще одно место, клинику своего старого приятеля психолога-сексопатолога, он вытерпел все шуточки и подколки друга. Но он в подробностях и мельчайших деталях выяснил, чего опасаются девушки в первый раз, их поведение, что ему самому нужно делать, как себя вести, а главное, как сделать так, чтобы ей было не больно, чтобы с первого раза она поняла, что секс — это удовольствие, а не повинность.       — Проходи, — Ромка распахнул двери. Теперь было очень важно не дать ей опомниться и испугаться. Прямо в прихожей он нежно прижал Катю к себе и, поцеловав в одно касание, сказал: — Ты пахнешь больницей, хочешь смыть с себя этот запах? — она кивнула. — Пойдем, я провожу тебя в душ. Там уже висит твое полотенце и стоит твоя зубная щетка. И тапочки там твои тоже есть и расческа.       — А во что мне переодеться? Моя одежда тоже пахнет больницей. Ты дашь мне халат? — Катюшу до глубины души поразило, что Ромка позаботился даже о расческе для нее. Она поняла, что именно для подготовки к их сегодняшнему свиданию, ему и понадобилось время.       — А это как ты сама захочешь, пойдем, — он взял ее за руку и отвел в гардеробную комнату. — Вот это твоя пижама, это твой халат, а это твой пеньюар. — глаза у Катюши расширились и наполнились слезами, она открыла уже было рот, но он не дал ей ничего сказать. — Катенок, пожалуйста, умоляю тебя не нужно говорить, что это дорого и зачем я трачу деньги. Позволь мне быть счастливым. Знаешь, какое это счастье, заботиться о тебе. Не порть нам праздник. Ладно? — и она снова кивнула и выбрала, как он и ожидал, длинный шелковый черный халат. На большее ее смелости не хватило.       «Дурочка, — подумал Роман, — маленькая моя. Хотела спрятаться. Да это же шелк, милая, устанешь запахивать и поправлять. Зато как же это будет эротично».       Пока Катя мылась, Ромка поставил на журнальный столик у дивана вазу с фруктами, плато с сырами и французское шампанское в серебряном ведерке со льдом. Он не сделал ни одной попытки проникнуть к ней в душ, хотя сдержаться было непросто. Он только с нетерпением ждал ее появления. Уж очень хотелось увидеть Катюху не под ворохом тряпья на два размера больше ее фигуры, а в этом красивом и сексуальном халате.       Не зря ждал! Не зря! Результат во много раз превзошел все его ожидания...