Chasing the Dragon

Сначала Гарри решил опробовать на Малфое зелье «Мечта» в классе профессора Биннса. Вряд ли кто-нибудь прервал бы действие волшебства на этом уроке. Поттер разрывался между желанием достать Малфоя посреди лекции и вполне здравым предположением, что наблюдать за «Мечтой» лучше с безопасного расстояния. Вспомнив совет Фреда и Джорджа, он решил остаться в спальне, поскольку сообразил, что ему, как инициатору грезы, придется принять в ней непосредственное участие и наблюдать за метаниями реального Малфоя будет явно некогда. Изучив перечисленные близнецами Уизли варианты действия, Гарри решил наслать на блондина свою мечту, а не создавать новую. Он хотел лично руководить происходящим, в надежде позже воспользоваться полученным преимуществом. К тому же, Поттер решил замаскироваться. Без труда уговорив Добби подлить зелье в тыквенный сок Драко, Гарри улегся в постель, задвинул шторы и нервно ждал прихода. Близнецы забыли упомянуть, как волшебство начинает действовать. Чтобы поймать нужное настроение, Поттер вспоминал свои встречи с блондином. Это было совсем не трудно, в последнее время они часто сталкивались. Приблизительно десять минут спустя, перед глазами Гарри с пугающей ясностью предстала квиддичная раздевалка. Душевые кабинки были пусты, только из одной доносился шум льющейся воды. Было жарко и душно, Гарри с удовольствием отметил, что был обнажен и стоял перед шторкой, задернутой в единственной занятой кабинке. Он вспомнил, что в настоящей раздевалке занавесок не было. Затаив дыхание он наблюдал как Малфой, все еще одетый в спортивную форму, зашел в раздевалку, держа в руках пакет с полотенцем и туалетными принадлежностями. Не глядя в сторону Гарри, блондин разложил свои вещи и начал раздеваться. Ступив под душ, Малфой шумно выдохнул, позволил горячей воде намочить голову, плечи и шею. Вытянув руки, чтобы обхватить железное крепление, он слегка приподнялся на цыпочках на несколько секунд. А затем медленно опустился на пятки. Вымыв голову, Драко намылился сандаловым мылом, а затем ополоснул все тело. Он наклонился вперед и оперся о стену вытянутыми руками. Гарри видел, как под напором горячей воды кожа между его лопатками порозовела. Неожиданно тело Гарри двинулось через всю душевую к кабинке слизеринца. Его сердце забилось, он испугался, что Малфой сейчас обернется и увидит его. На мгновение Поттер остановился и залюбовался тонким, изящным телом. Бог мой, у Малфоя была отличная задница! Его ягодицы были округлыми, но крепкими, зовущими и соблазнительными. На пояснице Гарри заметил очаровательные белые волоски, поблескивающие на свету. Ему немедленно захотелось к ним прикоснуться. Тут Поттер услышал произнесенное вслух незнакомое ему заклинание. Малфой испуганно вздрогнул и Гарри увидел, что у него на глазах появилась черная лента. Он понял, что Драко ничего не видит. Поток воды внезапно прекратился. Гарри слегка расслабился и услышал свой шепот: «Не оборачивайся. Оставь руки там, где они были. Если ты не будешь повиноваться, я уйду. Кивни, если ты меня понял». Малфой дернул головой, застыв на месте. Осмотрев вожделенную попку еще раз, Поттер сам себе улыбнулся, и, слушая рваное дыхание Драко, заставил себя расслабиться. Он придвинулся к блондину ближе. До этого головка его напряженного члена лишь слегка касалась спины слизеринца, теперь он прижался к юноше всем телом. Малфой не смог сдержать дрожь и жалобное хныканье, сорвавшееся с губ. Поттер чуть сдвинулся, чтобы прижать истекающий смегмой член к бледной спине и скользнул головкой по расщелине слизеринца. Его собственное дыхание стало рваным и вырывалось из легких с болезненным хрипом. Гарри протянул руку вверх и нашел влажные, тяжелые концы платиновых волос. Он приподнял их и накрутил на руку, обнажив изящную шею и затылок. Наклонив голову, брюнет медленно вонзил зубы в кожу вокруг позвонка и начал жадно сосать до тех пор, пока Малфой не толкнулся задом ему в пах и, задыхаясь, не прошептал: «Пожалуйста…». Темно-красный засос, окруженный фиолетовыми отметинами зубов, был хорошо виден на коже. Гарри не мог удержаться, снова и снова облизывая этот участок. Малфой слегка наклонил голову вперед, коснувшись лбом кафельной плитки на стене, и громко застонал. Этот звук заставил Поттера забыть о сдержанности, тело требовало прекратить пытку. Гарри начал толкаться бедрами, прижавшись к спине Малфоя. Его член терся между ягодицами блондина. Влажность кожи и обильно выступившая семенная жидкость позволили Драко двигаться ему навстречу. Глядя вниз, Гарри мог видеть, как его крайняя плоть при каждом толчке сдвигалась назад, потираясь о выпуклые полушария. Поттер положил ладони поверх рук Драко, все еще упертых в стену и их пальцы автоматически переплелись, связывая юношей одной мучительной потребностью. Гарри резко укусил лопатку сгорбившегося Малфоя и ускорил движения. Его тело горело, ощущения были так невероятно реальны, что он вполне мог решить, что все происходит наяву. Поттер никогда не чувствовал ничего подобного, их тела двигались в унисон, он чувствовал напряжение каждого мускула партнера. Гарри вынырнул из своих мыслей, когда Малфой выдернул руку из-под его ладони. Постанывая, он начал гладить свой член в такт движениям Поттера. Этого почти хватило для того, чтобы гриффиндорец кончил. Гарри опустил руку, положил ее поверх ладони Драко и начал ласкать член слизеринца одновременно с ним. Голова Малфоя откинулась на плечо Поттера, и он издал предоргазменный стон. Стиснув зубы, Гарри скользил по влажной расщелине Малфоя, громко закричав, когда, наконец, его семя украсило тело Драко. Почти немедленно тот повторил вскрик Гарри, заливая спермой плиты на стене душевой. Прижавшись друг к другу, они оба дрожали, нежно и почти сочувственно обнимаясь. Через несколько мгновений Малфой заговорил: — Так больше не может продолжаться. Я должен знать кто ты. Ты преследуешь меня днем и ночью. Гарри не ответил. Драко продолжил: — Мне все равно кто ты. Я хочу только тебя. — Нет, — прошептал Гарри, почти успокоив дыхание. — Как я могу быть с тобой в реальности? — Умоляй меня, — приглушенно засмеялся Гарри, уткнувшись в плечо Малфоя. — Малфои не умоляют. Никого и никогда, — последовал удивленный ответ. — Тебе придется это сделать, если ты хочешь быть со мной, — прошептал Гарри, целуя шею и плечи Драко перед тем, как отстраниться. Он увидел, что Малфой поднял голову, чуть склонил ее, затем резко повернулся к нему лицом и сорвал повязку с глаз. Гарри запаниковал, споткнулся и упал. Лежа на спине, задыхаясь, глядя на занавеси балдахина, он снова оказался в своем теле. Я был близок к провалу. Слишком близок. Поттер нервно засмеялся, когда начал расстегивать брюки, чтобы снять их. Греза все-таки прорвалась в реальную жизнь. Он брезгливо поморщился, почувствовав в области промежности раздражающую влажность. Он вытащил руку из ширинки, посмотрел на нее и расхохотался. Через несколько минут он успокоился и поменял белье. * * * Когда Малфой опоздал с Истории волшебства на Зельеварение на 10 минут, Гарри самодовольно хмыкнул. Он вынужден был прикусить руку, чтобы не рассмеяться в голос, слушая, как Драко врет Снейпу, что облил мантию и вынужден был вернуться в свою комнату, чтобы переодеться… * * * От своего эксперимента Гарри отходил больше недели. Он обдумывал случившееся во время выполнения домашних работ, или роясь в книге Сириуса в поисках очередного заклинания. Поттер понимал, что изначально его идея была совсем другой. Ему приходилось напоминать себе, что все это задумывалось как месть слизеринцу, которого он должен был запутать и подчинить себе. По общему признанию, Гарри всегда нравилась власть, а он частенько чувствовал превосходство Малфоя. Мысль, об умоляющем его Драко, неизменно заставляла Поттера расплыться в довольной улыбке и приводила к неизбежному каменному стояку. Исподтишка наблюдая за Малфоем, Гарри обнаружил, что в последнее время Драко позволяет себе намного меньше физического контакта с людьми. За прошедшие три года Поттер не раз видел, как его брала за руку какая-нибудь кокетливо трепещущая ресницами девочка, или трогал за плечо студент, ищущий его надменного внимания. В последнее время Малфой общался только с Гойлом и Креббом, иногда с Забини, но Гарри подметил между ними изрядную толику прохладцы. Честно говоря, Поттер был почти уверен, что Малфой потерял интерес ко всему, кроме таинственного незнакомца. На последнем уроке Снейп разругал Драко на все корки за то, что слизеринская звезда зельеварения перепутала ингредиенты и безнадежно испортила снадобье. Это было неслыханно и стало сенсацией. Рон и Гермиона продолжали думать, что Забини все еще является центром вселенной Гарри. Оба слизеринца почти всегда рядом, а Поттер не собирался просвещать своих друзей в их заблуждении. Они приняли его ориентацию, но факт, что он очарован юношей, который являлся воплощением всего, что они презирали, наверняка их убил бы. Гарри решил лишний раз их не расстраивать. К тому же ему понравилось иметь секреты. * * * За две недели до Рождественских каникул Гарри все еще не мог придумать, что же подарить Малфою? Ему хотелось подразнить и помучить слизеринца, но юноша не знал как. Гарри вздыхал и признавался сам себе, что в коварстве и пакостях надо было практиковаться активнее. Решение проблемы было найдено совершенно случайно, одной холодной ночью в гриффиндорской спальне мальчиков. Сборник заклинаний Сириуса с недавних пор стал довольно популярен в Гриффиндоре. Многие студенты старших курсов, краснея и смущаясь, иногда просили его почитать. Конечно, если бы Рон был не так болтлив, Гарри не пришлось бы ссужать справочник всем этим беднягам. Начитавшиеся эротических заклинаний юноши, Невилл, Дин и Симус, частенько веселили Гарри своими открытиями. Друзья обычно сидели впятером над сборником, изучали рецепты и пробовали друг на друге заклинания, вызывавшие хриплый смех одних и острые затруднения у, по крайней мере, одного из присутствовавших. Гарри смог добавить довольно много своих замечаний к уже сделанным рукой его крестного. Однажды ночью юноши грелись на полу у камина, а Рон перелистывал страницы в надежде найти что-нибудь, что можно будет опробовать на Гермионе. Его громкое «ого!» привлекло внимание друзей. — Вы только послушайте: Сириус сделал трехмерную копию его самой любимой части тела, завернул в розовую бумагу и подарил Снейпу на День святого Валентина! Всея пятеро зашлись в истеричном хохоте, по щекам Рона потекли слезы. — Погодите! Это не все, я прочитаю самое главное! Волшебный пенис был зачарован так, чтобы его даритель чувствовал возбуждение всякий раз, когда его подарком пользовались. И, угадайте, что?! Снейп его использовал!!! Их смехом можно было разбудить не только гриффиндорскую башню, но и половину школы. С большим трудом юношам удалось успокоиться. Гарри сказал: — Мерлин! Если Снейп узнал, что это подарок Сириуса, то неудивительно, что он его так ненавидел. Тем более что я не сомневаюсь, крестный разболтал это всей школе. Они еще немного позубоскалил на счет профессора зельеварения, а потом Симус спросил: — Сириус оставил подробные инструкции, давайте его сделаем? Рон, держу пари, Гермиона будет тебе очень благодарна за то, что ты не оставил ее одну под Рождество. Под общий смех Рон шутливо отругал друзей за непочтительное отношение к его возлюбленной. Но, просмотрев список компонентов, заявил, что в нем нет ничего такого, чего бы нельзя было найти на кухне и в любом саду. Значит, им нужно будет завтра собрать все необходимое, а ночью приступить к процессу изготовления. На следующую ночь пятеро естествоиспытателей, предварительно, на всякий случай, наложив на двери спальни Заглушающее заклинание, приступили к делу. Каждый принес свой котел, они выбрали и смешали компоненты в чистое и прозрачное желе. А затем выбрали декоративные украшения, чтобы подчеркнуть индивидуальность подарка. Рон добавил горсть Всевкусных бобов, справедливо рассудив, что они изменят текстуру дилдо и добавят остроты ощущений. Симус добавил в котел четырехлистный клевер, а Дин, волновавшийся больше всех, миниатюрный шарф с символикой команды «Уэст-Хэм». («Ничёсе, приятель, — заметил Рон, — должно быть, они действительно отличная команда!»). Невилл добавил несколько цветков Mimbulus Mimbletona, а Гарри крепко призадумался. В конце концов, он превратил горстку скрепок в серебристую змейку, которая постоянно свивалась в кольца и машинально изменил цвет содержимого котла до изумрудно-зеленого. Естественно, такие изыски вызвали всеобщий интерес. Гарри вынужден был признаться, что собирается сохранить инкогнито. Такое объяснение, казалось, удовлетворило Дина, Симуса и Невилла. Рон все еще думал, что друг сохнет по Забини и не стал обострять. Только выглядел очень довольным и всезнающим. Для следующей фазы приготовления фаллоимитатора, идентичного члену дарителя, юношам пришлось разойтись по своим кроватям и задернуть шторы. Сириус ясно указал, что надо было с помощью мастурбации возбудить себя и обрисовать контур своего члена, чтобы содержимое котла приняло такую же форму. Все согласились, что этим лучше заниматься в одиночестве. Совместной дрочкой стыдливые гриффера не увлекались. Даже зная, чем сейчас занимаются его друзья, Гарри смог без проблем возбудить себя. Сам процесс формирования пениса завершился через десять минут. Поттер держал в одной руке свой эрегированный член, а в другой прозрачное и переливающееся его подобие. Он удивился достоверности игрушки. Сам пенис был теплым и гибким, мало чем отличаясь от реального, и Гарри был рад этому обстоятельству. Змейка, извивавшаяся внутри фаллоимитатора, была положительно прекрасна. Поттер подумал, что Малфой оценит ее по достоинству. Он так серьезно рассматривал свое творение, что когда услышал смех Дина и его призыв выйти, то не откликнулся. Наконец они все вместе собрались перед камином. Пятеро юношей волновались, они не решались показать друзьям самую интимную часть своего тела. После недолгих препирательств, они решили выставить свои Волшебные пенисы в ряд на счет «три!». Демонстрация дилдо сопровождалась междометиями «ооо!», «дааа!», хохотом и смущением некоторых присутствующих. Все отметили размер Гарри, но больше всего шуток досталось Невиллу. Ему тут же было указано, что он выбрал не тот факультет, так как с такой змеей в штанах, которая наверняка, чтобы не мешать при ходьбе, обвивает его ногу, ему самое место в подземельях. Невилл смутился, но в целом выдержал насмешки достойно. Было, конечно, абсолютно невозможно не сравнить свой член с другими. Гарри с удовольствием отметил, что его был самым толстым, и вторым по длине после Невилла. Все для тебя, Малфой! "Так или иначе, он точно больше, чем у Снейпа", - с усмешкой подумал гриффиндорец. В конечном счете, все пятеро, устав от смеха и очень довольные собой, отправились спать. Гарри взял пенис в кровать. Он подсвечивал себе «Люмосом», с восхищением наблюдая, как переливается, и сверкает его поделка. Теперь, оставшись в одиночестве, он прикоснулся палочкой к члену и превратил змейку в маленького, но очаровательного дракончика. Он не хотел, чтобы его друзья видели серебряного малыша. Это было слишком личное. Гарри пришло в голову, что он мог бы и сам попробовать дилдо, но решил, что займется этим не сегодня. Кроме того, до сего дня он экспериментировал только со своим пальцем, поэтому ему может понадобиться много времени на подготовку. К тому же его немного смущало, что он собирается вставить себе в задницу собственный член. Это уже извращение или еще нет? Черт его знает! Почтительно устроив дилдо под подушкой, Гарри улегся спать. * * * На следующий день, немного подумав, Поттер решил, что обязательно попробует свой подарок перед отправлением. Его очень возбуждала мысль почувствовать в себе то, что скоро окажется внутри Малфоя. Фактически, у него от этой мысли крыша съезжала. Итак, устроившись у себя за шторами балдахина, установив Заглушающее заклинание, Гарри приготовил пенис и втихаря позаимствованное у Гермионы массажное масло. Будучи неопытным в такого рода развлечениях, и не зная, как бороться с возможным физическими выделениями, он приготовил маленькое полотенце. Его первая попытка оказалась сущим бедствием, медицинским экспериментом, а не сексуальным опытом. Гарри не смог расслабиться. Отдышавшись и придя в себя, Гарри вспомнил, как вел себя Малфой в ванной префектов. Налив немного масла на ладони, он, голый, откинулся на покрывало и попытался вспомнить все, что видел. Поттер почувствовал, как кровь прилила к паху, и погладил свой твердеющий член. Продолжая мягко касаться себя одной рукой, другой юноша придал своим яичкам чашевидную форму, чтобы дотянуться до нежной кожи позади них. Когда он начал трогать себя, Гарри приподнял колени, а сейчас свел вместе пятки и широко развел колени. Гарри счел поглаживания по коже лишь расслабляющим средством, это было слишком нежно. Он чуть сдвинул руку и просунул в задний проход один палец. Сопротивления не было вообще. Чувствовался только внутренний жар и упругость мышц вокруг пальца. Новизна и сила ощущений были таковы, что Гарри забыл о члене на долгое время. Поттер был очарован эффектами, которых достигал, шевеля пальцем разными способами и запоминая уникальную структуру своего прохода. Почти бессознательно он добавил второй палец. Ему пришлось немного постараться, чувствовалось, что тело поддается неохотно, приспосабливаясь к вторжению. Но не было никакой боли, только сильный жар и Гарри подумал, что ему понравится, если эти ощущения ему подарит кто-то другой. Вдоволь наигравшись пальцами, он решил согнуть их и развести шире. Тут его тряхнуло. Юноша открыл глаза и слегка приподнялся на кровати. Ничего себе! Что это было?! Мне было хорошо? Не уверен, что хочу повторения, но все же… Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться и попробовать снова. Он отметил, что его члену пока все нравилось — тонкая ниточка прозрачной жидкости протянулась от головки к животу. Как только юноша привык к двум пальцам, он ввел в себя третий. Это получилось легко, но двигать ими было неудобно. Тем не менее, Гарри решил, что уже готов к Волшебному дилдо. Он был уверен, что теперь-то ему будет легче маневрировать. Размазывая липкими пальцами по члену масло, Гарри вдохнул и выдохнул, представляя изогнутую в истоме спину Малфоя. Его тело неожиданно легко приняло всю головку фаллоимитатора. Чутко прислушиваясь к себе, Поттер почувствовал, как в мошонке забился второй пульс. Его член продолжал источать смегму, брюнет не смог удержаться и обхватил его пальцами, потирая вверх-вниз по всей длине. Он отвлекся на приятные ощущения, и почувствовал, как мышцы ануса расслабились еще больше, и дилдо мягко проскользнуло дальше. Удивление Гарри, что у него стало получаться, и невыносимое возбуждение от ощущений в прямой кишке, подействовало на Поттера как мощный афродизиак. Его вход пульсировал и расслабился вокруг пениса, поэтому он предпринял еще одну попытку. Юноша судорожно вздохнул, как только почувствовал, что яйца Волшебного пениса прижались к его ягодицам. «Мерлин! Он внутри меня! Я не могу в это поверить! Боже, как хорошо, что я не забыл про Заглушающие заклинания». Удерживая Волшебный пенис внутри, Гарри дотронулся до своего члена, который отчаянно жаждал внимания. Он поглаживал его, продолжая надавливать пальцами на основу дилдо, мягко покачивая им в своем теле. Ему удалось очень быстро снова обнаружить в теле сверхчувствительную точку, но давление на нее приносило не такое острое удовольствие, как прикосновение пальцев. Но сейчас это было даже хорошо. Наконец, желание почувствовать возможности дилдо до конца, заставило Гарри сконцентрироваться на нем одном. Протянув руку, он захватил в ладонь поблескивающие от масла яички и медленно их потянул. Горячая волна пробежала по всему телу до самых пальцев ног. Волшебный пенис мягко скользнул назад прежде, чем вернуться вновь. Гарри обнаружил, что если вывести игрушку достаточно далеко из тела, то он сможет проехаться ею по чувствительной точке каждый раз, когда возвращает фаллоимитатор на место. Привыкнув к будоражащим ощущениям, он захотел большего. Юноша продолжил эксперимент, поворачивая дилдо внутри себя, меняя угол вторжения, все время вталкивая в себя пенис и заводясь еще больше. Гарри бросило в пот. Он почувствовал, что его лицо и грудь запылали, дыхание стало затрудненным. Поттер понял, что скоро кончит. Осознав это, юноша продолжил трахать себя в задний проход. Когда наступил оргазм, Поттер не смог удержать бедра на постели. Его тело выгнулось, ягодицы сжали пенис глубоко внутри, на грудь и живот выплеснулась густая струя спермы. Мгновенно потеряв силы, Гарри упал спиной на кровать, чувствуя, что его конечности превратились в желе. Какое-то время он лежал без движения, чувствуя, как Волшебный пенис выскользнул из него самостоятельно. Только тут до юноши дошло, что он смог бурно кончить практически не трогая свой член. Он недоверчиво хихикнул, пытаясь осознать то, что узнал о своем теле и его предпочтениях. Очистив себя полотенцем и ленивым «Scourgify», Гарри спрятал пенис под подушку, закутался в одеяло и уснул, все еще продолжая посмеиваться. * * * На следующий день после уроков Гарри пошел в гости к Хагриду. Там, среди ненужного барахла, он нашел деревянный ящичек, который подходил ему по размерам. Он был обшарпанным и невзрачным, но был идеален — длиной около фута и шириной в половину меньшей, с магнитной застежкой. Гарри знал, как отполировать его простейшими заклинаниями и привести в порядок внутреннюю бархатную подушку. Он научился этому у Джинни, которая таким образом разглаживала бархат и ленты своих платьев. Чуть позже, вечером, когда спальня была пуста, Гарри поместил свое произведение порнографического искусства в коробку. Оно переливалось и сияло на черном фоне, серебряный дракон вяло шевелил крылышками. Гарри улыбнулся сам себе и прошептал простое заклинание запирания над магнитной застежкой. Малфой сможет открыть ее, только произнеся нужные слова. И Гарри не собирался ему их сообщать. Завернув коробку в упаковочную бумагу, Гарри сел, чтобы написать письмо, которое он отошлет вместе с подарком. Немного подумав, он набросал: «Я посылаю тебе подарок, сделанный специально для тебя. Надеюсь, он тебе понравится. Коробка откроется, если ты произнесешь три правильных слова. Наши предыдущие беседы должны дать тебе ключ к разгадке. Счастливого рождества!» Спрятав письмо и коробку в стол, Поттер ушел, чтобы провести вечер с друзьями в гриффиндорской гостиной.