Chasing the Dragon

После небольшой стычки Рон и Гарри решили попытаться убедить Гермиону дать им немного больше свободного времени. Каждый день у них был только час на отдых, но матч между Слизерином и Хаффлпаффом длился бы гораздо дольше. Друзья наперебой принялись выпрашивать у Грейнджер послабления каторжного режима. - Но Миона, он мой любовник! – подскуливал Гарри. - Смилуйся, государыня-рыбка! Это же последний матч в году! Ты не можешь нас лишить его! – взмолился Рон. - Государыня-рыбка?! – фыркнул Гарри. Однако после этого Гермиона сдалась и последовала за ними на поле со скоростью улитки. Девушка прижимала к груди кипу учебников и что-то растерянно бормотала. По дороге на стадион юношей окликнула профессор МакГонагалл, чтобы напомнить, что вечером в среду команды будут фотографироваться в квиддичных костюмах, которые должны быть безупречны. Когда друзья уселись в своем секторе, в окружении гриффиндорской команды, Рон наклонился к Гарри и шепотом спросил: - Ты будешь болеть за Слизерин, Гарри? Тот ответил ему преувеличенно возмущенным тоном: - Да как ты мог подумать?! Рон молчал весь матч. В целом, там и обсуждать-то было нечего. Хаффлпаффцы достойно сдерживали натиск слизеринцев, но победить их, безусловно, не могли. Этот матч не был повторением резни, которую устроил Драко в прошлый раз, но и поводов для гордости у проигравшей команды не было. Хаффлпаффцы превзошли себя, продемонстрировав отличную координацию нападения и защиты, но они не могли и надеяться конкурировать с хитростью и скоростью команды слизеринцев. Их уверенность в себе бросалась в глаза, а властный и умный лидер приковывал к себе все внимание. Приблизительно через полтора часа игры Драко поймал снитч в головокружительном пике, завершившимся в двух футах от земли. Слизерин победил с разрывом в более чем двести баллов. Теперь команда Гриффиндора оказалась в очень сложном положении, им придется разбить Хаффлпафф в пух и прах, чтобы удержаться в турнире. Рон помалкивал и после игры, глубоко задумавшись над величием вставшей перед его командой задачи, но во время обеда ему, кажется, слегка полегчало. Слизеринский стол был почти пуст, победители праздновали в своей гостиной. Гарри считал часы до встречи с Драко. Он не мог сосредоточиться на уроках, и в конечном счете даже Гермиона от него отстала (Грейнджер и Драко часто ругали его за рассеянность). Юноши, уверенные в победе Слизерина, задумали устроить вечеринку для двоих, и Поттер не мог думать ни о чем ином. Гарри отправился в Выручай-комнату на три часа раньше, он помнил прежние разочарования. Он вызубрил заклинание Aspectibilis latebra, которое гораздо лучше обычного «хамелеона» скрывало вожделенную дверь. Теперь никто кроме Гарри не мог найти ее, даже если бы захотел. Оставшееся время он бесцельно бродил по седьмому этажу и прилегавшим коридорам. За пятнадцать минут до встречи Гарри отправился в Подземелья, чтобы с плащом-невидимкой встретить Драко. Первый поцелуй был как всегда обжигающим, но юноши быстро двинулись прочь, опасаясь сновавшихся туда-сюда праздновавших слизеринцев. Гарри сбросил с них плащ, когда они остановились в нужном месте. Драко нахмурился, cначала он не увидел вход, но Поттер отменил заклинание. - Поторопись и открой эту дверь, Поттер, - рыкнул Драко в лучших традициях своего факультета. - Куда ты так спешишь, о мой победитель? – спросил Гарри, глядя на Драко большими невинными глазами и одновременно ухмыляясь. - Я хочу получить мой приз! – рыкнул Драко низким и опасным голосом, от которого по спине Гарри побежала огненная дорожка и волоски на коже встали дыбом. Прислонясь к дверному косяку, Гарри улыбнулся и спросил: - И чтобы это такое могло быть? Он догадывался, чего так жаждет Драко, но недоуменно поднял брови. Малфой в ответ прижался к нему всем телом, чтобы продемонстрировать внушительный стояк. Он почти уткнулся носом в щеку любовника и выдохнул. - Твоя великолепная задница, скользящая по моему члену вверх-вниз. Драко придвинулся еще на несколько дюймов и поцеловал Поттера в губы. Гарри застонал от его напора, подчиняясь силе его желания. «Как ему всегда удается так быстро меня заводить?» - вспыхнуло в уже затуманенном мозгу. Тут Драко оторвался от его губ, и Поттер от него немного отодвинулся. - Я ожидал чего-то подобного, - заявил Поттер с ясным намерением сказать еще больше. Драко с очевидным нетерпением ожидал окончания речи. - Я собирался позволить тебе проделать со мной все гнусности сегодня вечером, но… - он замолчал, подсмеиваясь над Драко и исподтишка наблюдая за выражением его лица. Тот нахмурился, а Гарри продолжил: - Но я видел, как все пялились на тебя во время матча, и взревновал. И захотел. Он протянул руку и положил руку на ширинку Драко, чуть сжимая ладонь. Гарри с удовольствием увидел, что его веки затрепетали, и одновременно почувствовал, как собственный пульс зачастил от такой покорности любимого. Не убирая руку, он прижал Малфоя к другому косяку и, наклонившись, прошептал: - Я хочу удостовериться, что ты знаешь, что принадлежишь мне, и я хочу заявить на тебя свои права и воспользоваться ими… - он чуть сильнее сжал член Драко, затем крепко поцеловал в губы и отступил. – Это означает, что я оттрахаю тебя до беспамятства. Глаза Драко расширились, когда до него дошел смысл сказанного, и пах Гарри запульсировал, когда он увидел, как бледные высокие скулы окрасились румянцем. Он чувствовал, как щеку обжигает быстрое дыхание Малфоя, и продолжил: - Я собираюсь взять то, что хочу, Драко, и ты позволишь мне это. И ты будешь кричать мое имя! Гарри склонился для еще одного поцелуя, чувствуя себя хищником, поймавшим добычу. Он почувствовал, как член Драко дернулся в его настойчивой руке, и с удовольствием открыл рот и всосал восхитительно пухлую нижнюю губу, прикусив ее напоследок. Драко всхлипнул и судорожно прижался к телу любовника. Гарри рассмеялся ему в рот, крепко прижимая к себе, и одновременно пожирая мягкие губы, прежде чем толкнуться в теплую влажность и столкнуться с горячим, стремительным языком. Ответив на поцелуй, Драко отчаянно вцепился в его волосы. Гарри отпустил его губы и склонился к уху Малфоя, ловя слабый аромат разгоряченной кожи и сандалового дерева. Он пробормотал: - Хочешь попробовать меня на вкус? Дыхание Драко прервалось, он со стоном выдохнул. Гарри нарисовал языком широкую влажную линию от ключицы до лепестка ушка перед тем, как ответить. - Я надеюсь, что у тебя еще остались силы, ибо для тебя это будет очень долгая ночь. Он разжал руку на ширинке Драко, чтобы погладить себя. Оба громко и возбужденно дышали, тела вздрагивали от удовольствия. А затем Гарри подхватил любимого под стройные мускулистые бедра, Малфой скрестил лодыжки у него за спиной, и они оба ввалились в Выручай-комнату. Гарри ничего не видел в комнате кроме кровати. Жадно целуя Драко, он поднес его к ней и, бросив на матрас, скользнул следом как голодный тигр. Глаза Малфоя блестели и были широко открыты, его шумное дыхание было отлично слышно в тишине. Поттер раздевал их обоих намеренно медленными движениями. Он дразнил Драко поглаживаниями, прикосновениями и поцелуями, все время предупреждая шепотом, что он собирается сделать. И был не очень удивлен, когда, с трудом стянув с Драко шелковое белье, обнаружил, что оно влажное. Прежде чем атаковать Драко, он впился в его лицо глазами, сжал плавки в руках и прошептал: «Я оставлю их себе!». И навалился всем весом на прекрасного белокурого принца, который задохнулся от внезапного контакта с шелковистой кожей любовника. Когда Гарри прижался к нему, Драко обвил его конечностями. Их поцелуи были грубыми и рваными, они оставляли на шеях и лицах друг друга капли слюны. Драко чуть переместил ноги, сжимая и разжимая их, чтобы создать восхитительное давление между их телами. Гарри проворчал, чтобы он прекратил это, но Малфой в ответ только злобно рассмеялся и повысил темп. Без предупреждения Драко перекатился так, чтобы оказаться сверху. Гарри смотрел в затуманенные страстью глаза, а его возлюбленный устроился так, чтобы его промежность была прижата к паху Поттера. Он чуть надавил, осторожно вращая бедрами, потираясь о член Гарри и заставляя его стонать. Поттер, изнывая от желания, чуть прикрыл глаза, протянул руку и взял в ладонь жесткую плоть Драко, мягко поглаживая ее пальцами. Он услышал, как дыхание партнера сбилось, и посмотрел на Малфоя, который увлеченно за ним наблюдал. Плотоядная усмешка вспыхнула на покрасневшем лице пойманного Драко. Он смотрел на потерявшегося в удовольствии Поттера, и его обычно ледяные серые глаза искрились от этого небольшого акта вуайеризма. Гарри притянул его к себе за прядку волос. Ему так хотелось поцеловать Драко! Он так отчаянно нуждался в нем, жаждал его прикосновений, мечтал упиться поцелуями! - Я хочу тебя! – Гарри задохнулся, поскольку Малфой снова со страстью поцеловал его. - Чего ты хочешь? – шепнули наконец-то оторвавшиеся от него губы. - Я хочу почувствовать твой рот. У тебя хорошо получается, - Гарри постарался справиться с волной удовольствия, прошившей тело. Он прижался носом к шее Драко и глубоко вдохнул родной запах. - Скажи мне, Гарри, скажи также, как тогда ночью… Малфой замолчал, а затем резко выдохнул, Гарри резко укусил его в шею. Поттер приподнял голову, чтобы видеть глаза любовника и сказал: - Отсоси мне, Драко, своим красивым… - и впился поцелуем в губы, - … грязным… - еще один нежный поцелуй, - … ртом… Больше поцелуи уже не были нежны. Оба радостно застонали от возбуждения. Драко начал покрывать влажными поцелуями тело Гарри до тех пор, пока не оказался напротив липкого и влажного члена. Он окинул его голодным взглядом и похотливо облизнул губы перед тем, как погладить и направить в нетерпеливый рот. Гарри громко вздохнул, когда почувствовал влажные губы, их давление и шустрый язык, с энтузиазмом ласкающий пульсирующую плоть. Пальцы скользили по мягким волосам, он стонал и всхлипывал, ощущая невероятное мастерство возлюбленного. Через некоторое время Гарри почувствовал, что больше не в силах наблюдать за Драко, пожиравшего его раз за разом. Каждый раз, когда любовник поднимал глаза и встречался с ним взглядом, Поттер понимал, что вот-вот кончит и вынужден был отводить глаза. Когда Драко взялся за него обеими руками, покрыв жгучими розовыми царапинами живот и пах, Гарри мощно кончил. Блондин был к этому не готов и слегка задохнулся, прежде чем нетерпеливо проглотить все. Поттер чувствовал горячую влажность рта некоторое время, а потом Драко его наконец выпустил и мягко положил голову на бедро, переводя дыхание. Через минуту Малфой заговорил. - Это было здорово. Думаю, мне надо отрастить ногти. Что ты думаешь об этом, Гарри? Голос был довольным, и Малфой хихикнул в конце фразы. Гарри погладил светлые волосы и ответил: - Я понятия не имею, почему так вышло. Но это было невероятно. Он потянул на себя любимого, пока не укрылся великолепным, сексуальным, горячим, слизеринским одеялом. Драко был все еще не удовлетворен, и Гарри ничего не хотел больше, чем доставить любовнику удовольствие. Когда он почувствовал острые зубки на своей груди, то выгнулся от удовольствия, желая, чтобы на отметине выступила кровь. В следующий момент Поттер потянул на себя податливое тело до тех пор, пока Малфой не сел на корточки около его лица. Гарри не мог не облизнуться при виде заманчивой плоти, находившейся в пределах досягаемости, и он мягко провел пальцами по нежной коже яичек, а потом вернул руку назад, проведя по мягко изгибавшейся промежности. Каждое движение его языка сопровождалось тихими, изможденными стонами сверху. Было видно, что Драко очень старается удержаться, но его ноги стали слабыми от возбуждения, они все больше дрожали, чем настойчивей и агрессивней становился язык на его члене. Когда Малфой, наконец, рухнул вперед, чтобы упереться лбом в стену, Гарри переместился, чтобы оказаться сзади, и покрыть настойчивыми поцелуями обожаемую попу. Сердце Гарри колотилось, он с любовью и осторожностью развел бархатную плоть, чтобы увидеть небольшое отверстие. Оно дергалось и пульсировало – прекрасное зеркало эмоций Драко. Гарри никогда не делал этого прежде и хотел, чтобы возлюбленный был первым, кому он доставит такое удовольствие. Он застыл на секунду и слегка замечтался, но голос Драко вернул его к реальности. - Пожалуйста, Гарри, пожалуйста… - замучено простонал тот. Колени Гарри почти разъехались, когда он почувствовал невероятный вкус Драко на языке. Его потряс вскрик возлюбленного, от которого, казалось, заложило уши. Преодолев себя, он энергично напал на отверстие и скрытый им канал. Он действовал шумно и неумело, но, похоже, это только еще больше распаляло Малфоя. Лицо Гарри свободно скользило над влажной расщелиной, кончик его языка касался ануса при каждом движении. Он невероятно быстро понял, что нужно сделать, чтобы тело Драко среагировало, и был поражен этим. Гарри слышал высокие крики любовника, но был не способен думать о чем-то еще, кроме как засунуть еще немного больше языка в расслабившееся отверстие. Это было невероятно захватывающе, он мог делать это вечно. Фактически, остановил это безумие Драко – он отодвинулся от лица Гарри и упал на матрас. Он стал почти багровым и задыхался: - Я не могу больше ждать! Я хочу тебя сейчас. Пожалуйста, Гарри! Поттер громко застонал, восторженный рвением возлюбленного, быстро переместился между широко расставленными ногами и подвернул под поясницу стеганное одеяло, чтобы приподнять содрогающиеся бедра для более комфортного доступа. Он посмотрел сверху на своего почти безумного принца, злобно улыбнулся и сказал: - Я не буду делить тебя ни с кем, Драко! Дыхание Малфоя пресеклось. Руки Гарри обласкали бедра. - Они все смотрели на тебя, а это разрешено только мне! Драко безмолвно кивнул. Видимо, зачарованный собственничеством Гарри. - Каково это было? – опасно поинтересовался Гарри, дразня пульсирующий проход возлюбленного влажной головкой. Драко на мгновение замер. - Все это было для тебя, Гарри, я же твой! И на его лице было написано, что это правда. Не любовь, не банальная звериная похоть, а, вероятно, признание зависимости. Поттера пронзило осознание предопределенности. Гарри по-волчьи ухмыльнулся, на дюйм продвигаясь внутрь Драко. Они оба закрыли глаза и одновременно вздохнули. И Поттер попросил почти спокойно: - Еще раз, Драко, скажи это снова! Он почти умолял. Он должен был услышать это снова. Он с трудом услышал ответ за грохотавшим сердцем. - Я твой, Гарри, - простонал Драко, - твой… И Гарри двинулся глубже, преодолевая сопротивление узкого прохода, и все слова потеряли смысл. Гарри задавался вопросом, как он жил без этого прежде?! Он смотрел, как судорожно пронзает тело Драко, засаживая все глубже, пока не зашел полностью и не почувствовал, что его пах ударился о теплую промежность. И Поттеру казалось, что этот факт – много больше, чем достижение плотского удовольствия. Горячий, сжимающий его ствол Драко, нежное трение, толчки, ласковый шепот, вздохи страсти выбросили его в другое пространство. Где имели значение только они, их любовь и счастье. Почувствовав необходимость в тесном контакте, чтобы Драко был рядом, Гарри склонился над любимым, прижимаясь к лихорадочно горевшей плоти. Ловя томный поцелуй и встречая заполненный негой взгляд серых глаз, чувствуя, что мускулистое колечко сжалось, и потянуло его ближе. И почувствовал на коже шепот: - …я твой, Гарри… - прежде чем почувствовать укус в шею. Гарри прижался с полуоткрытому рту, шепча: - Еще!.. И почувствовал, как в ответ сомкнулись на коже острые зубы. Поттер любил такого Драко, ставящего свои метки, знаки принадлежности. Он знал, что будет дорожить синяками, мягко поглаживая их и делая кое-что еще, лежа за задернутым шторами своей кровати. Их тела синхронно двигались, медленно ускоряя взаимные толчки, приближающие их к цели. Драко сжимал любовника мускулами каждый раз, делая каждое движение все более горячим. Гарри и не заметил, что темп сменился, движения стали более быстрыми и глубокими. Они оба вздрагивали, издавая громкие крики и стоны. Гарри крутил бедрами, чтобы потереться о скрытый в теле Драко комок нервов, и понимал, что попадает, видя, как тело любовника дрожит и выгибается. Он чувствовал, как Малфой впивается в спину ногтями, нажимая кончиками пальцев верх и вниз по позвоночнику. Царапины вспухали, он двигался все энергичнее, юноши целовались, сталкиваясь языками в рваных поцелуях. Когда Поттер почувствовал, что острые ногти поцарапали его кожу до крови, он понял, что кончает. И в ту же секунду закричал: - Драко!.. Прежде, чем почувствовать, как его охватывает жар, растекаясь по телу, он понял, что его драгоценный возлюбленный кончил. Он издал громкий и длинный рык, его расслабленное тело ощутило ритмичную пульсацию прохода Драко, и липкое, ароматное семя залило их животы. Он без сил упал на Драко, обнимая его что есть силы, чувствуя, что его обхватывают напрягшиеся руки возлюбленного. Оба хихикнули, обретя безопасный и радостный приют. Скользнув рядом на кровать, они держались за руки и смотрели друг на друга, будто стараясь запомнить. Драко наклонился, чтобы мягко поцеловать Гарри и сказал: - Береги меня, Гарри, я так устал от всего этого… Живот Потера тут же скрутило в течение секунды, как будто он увидел своего возлюбленного в плену ненавистного врага. Это было очень больно. - Я никогда не позволю этому случиться. Я никогда не отдам тебя им, - прошептал он, чувствуя, как горячие слезы обжигают виски, и сопротивляясь им. Долгое время они лежали, наслаждаясь близостью, теплыми прикосновениями пальцев, блуждающих по коже. Потом они заговорили. О надеждах и страхах, боязни за их будущее. И впервые Драко согласился, что для них есть возможность быть вместе. Гарри сделал над собой усилие и рассказал Драко об их общем родственнике, Сириусе, своем крестном отце и его наследстве. Его возлюбленный был поражен, что тот считался отверженным, и принял приговор, вынесенный его родителям и тете Беллатрикс. Драко понял, что Поттер говорит правду, и Гарри рассказал ему все, что мог, и так тактично, как у него получилось. После долгого обсуждения предмета, и смешков Драко по поводу «да ты богач, Гарри!» Поттер разволновался – Малфой везде видел только выгоду. Но вскоре он почувствовал, что любовника тревожила и его история жизни у Дурслей, из далекого детства, и Гарри успокоился. После выяснения обстоятельств наследования, Драко, хихикая сказал, что «маменька уписяется от такой новости, ты станешь богат!». Гарри опять не мог не подивиться ходу мыслей Драко, всегда связанному с деньгами. Малфой продолжал рассказывать истории из своего детства, как он бывал в поместье Блэков с родителями, и Гарри почувствовал аромат того времени, понял, как выглядел Блэк-холл, когда там жили люди. Он смеялся над историями о портрете матери Сириуса, которая голосила каждый раз, когда в доме появлялись не подобающе ее представлению о приличиях гости. Малфой признался, что в свое время боялся старухи. Когда Гарри попросил его по окончании школы бросить все и переехать туда вместе, Малфой посмотрел на него так, будто Поттер его ударил. Драко вздрогнул, и Поттер встревожено вцепился в него, говоря, что сожалеет, и не хотел расстраивать его! Добрые пять минут понадобились, чтобы Малфой выдавил: «Мне бы очень хотелось!», а Гарри, судорожно обнимая, повторял, что не настаивает и не хотел его расстраивать. А Драко понадобилось столько же времени, чтобы провопить: «Я согласен!», чтобы Гарри рассмеялся, и щекоча, безумно целуя любовника, вырвал из него признание «если бы я мог, то больше ничего бы не желал». Поттер не позволил невысказанному беспокойству испортить настроение. Их поцелуи снова стали страстными, и он, взяв лицо Драко в руки, попросил: «Трахни меня еще раз»… Драко подчинился… * * * Ранее утро началось для профессора Снейпа с истерических поисков Драко по всему подземелью. Он обыскал подступы к Хоргвартсу, проверил каждую нишу, в которой когда-либо видели Малфоя, но все было напрасно. В конце концов он решил устроить допрос друзьям Драко. Вызвав в лабораторию Винса, Грега, Панси и Блейза, профессор по очереди умасливал и угрожал им, получая отвратительно лживые ответы. Он не ожидал, что его студенты не будут ему доверять. Снейп был в ярости, ученики переглядывались и жались друг к другу. Когда он извлек из воздуха Veritaserum, Блейз застонал, а Снейп выгнал всех остальных и влил микстуру в него одного. Преподаватель подождал несколько минут, а потом рявкнул: - Где Драко?! Блейз съежился, но услышал, как отвечает: - В Выручай-комнате, сэр…. Сердито взмахнув полами мантии, Снейп вышел из лаборатории, и Блейз пошел следом на седьмой этаж.