Chasing the Dragon

Через два дня новость о том, что Люциуса и Нарциссу Малфой арестовали, заняла первую полосу «Ежедневного пророка». И шесть дополнительных станиц внутри. Хедвиг с трудом принесла пухлую газету около пяти утра и долбилась клювом в стекла так, что они чуть не разбились. Она отказалась отдать ее Невиллу, который подошел к окну первым, чуть-чуть опередив Гарри. Когда Поттер приласкал сверх меры разбалованную сову и забрал у нее газету, Невилл сонно вернулся в кровать, а Гарри кинулся читать статью. Даже зная, что так и будет, он оказался застигнутым врасплох, увидев фотографию родителей Драко. Люциус твердой рукой обнимал жену, они шли в окружении авроров. Его лицо было непроницаемым, а Нарцисса выглядела потрясенной и усталой. Заголовок гласил: «В капкан авроров попались Малфои!» Гриффиндорцы оживленно обсуждали новость, за исключением Рона, который внимательно наблюдал за Гарри, пытаясь понять, что он чувствует. Друзья выжидающе смотрели друг на друга, пока Рон не произнес: - Ты знал. Он сказал это спокойно, но его слова заставили болтунов замолчать. Все смотрели только на них. Гарри кивнул головой, отвечая на высказанный вопрос «да!». Атмосфера в гостиной изменилась, казалось, все затаили дыхание. - Ты мне этого не говорил, - обвиняющее выдавил он. - Я не мог, Рон, мне запретили, - Гарри вздрогнул, только сейчас полностью осознав, сколько вреда ему и Драко принесет шумиха в СМИ. Он раскрыл газету, чтобы прочитать статью на внутренних полосах. Именно Невилл нарушил тревожную тишину. - Что происходит, Гарри? Разве это не хорошая новость? Поттер затравленно посмотрел на него и понял, что пришло время сказать правду. Он обвел взглядом однокурсников, еще раз глянул на Рона и сказал: - Я встречаюсь с Драко. Он мой любовник. Гарри увидел, как на лицах друзей отразились недоверие, тревога и отвращение. Но продолжил: - Мы встречаемся уже какое-то время, но скрывали наши отношения по понятным причинам. Дин громко фыркнул, но покраснел, когда Поттер уставился на него: - Я люблю его, а он любит меня. Впервые за мою жизнь я счастлив. Симус потрясенно прошептал: - Нет! Гарри без выражения посмотрел на него. Симус справился с собой и продолжил: - О, понятно! Теперь, когда вы встречаетесь, Пожирателей смерти больше нельзя преследовать. Ты это хотел сказать? – дрожащим голосом закончил он. Поттер разозлился. - Слушай, Симус, - начал он, - ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Как ты думаешь, что я чувствую, зная, что родители человека, которого я обожаю, преступники? Гарри заговорил громче. - Как ты думаешь, каково это, знать, что их арестуют и не иметь возможности сказать об этом? Знать, что моего возлюбленного и его семью будут публично поливать грязью?! Поттер почти прокричал последние слова. Симус заметно побледнел. Гарри почувствовал, что ему начинают верить. Конечно, он не собирался никому говорить, что Драко тоже знал об аресте заранее. - Гарри! – тихо окликнул друга Рон. Тот посмотрел на Уизли. - Чем я могу помочь? Поттер протянул руку и сжал ладонь друга в безмолвном «спасибо!». Рон ему сердечно улыбнулся. - Плохи дела, Рон, но через пару дней будут еще хуже. Когда до «Пророка» дойдут сведения о том, что мы встречаемся. Уизли ошеломленно спросил: - Но как они узнают об этом? Было почти слышно, как пощелкивают в рыжей голове винтики, пытаясь вычислить, каков будет ущерб от возмущения общества. - Мы хотим признаться сами, Рон, - мягко ответил Гарри чувствуя, что должен предупредить лучшего друга о скандале. Он оглянулся на остальных гриффиндорцев, пытаясь определить, какое впечатление на них произвели его слова. Дин закрыл лицо руками и простонал: - Черт! Этого слишком много, чтобы разом переварить! - Я знаю, для меня тоже, - ответил Гарри. – На этом факультете находятся мои лучшие друзья, Рон, Гермиона, вы все! Я нуждаюсь в вашей поддержке более, чем когда-либо. И Драко тоже. Я знаю, что прошу слишком много, но, пожалуйста, я обращаюсь к тому светлому в ваших душах, что и делает вас гриффиндорцами. - Неважно, что тебе нужно, Гарри, скажи мне, и я это сделаю! – тут же отозвался Невилл. Лонгботтом был так серьезен, что Поттер понял: ему поверили. Он улыбнулся и сказал: - Спасибо, Невилл. Для меня это много значит. - Я тоже в деле, - добавил Дин, хотя и выглядел озабоченным. – И Симус тоже. Он хоть и дурак, но человек честный. Он резко ткнул друга локтем под ребра. Симус ответил невнятным ворчанием, которое Гарри воспринял как согласие. - Спасибо, - взволнованно сказал Поттер. – Рон, позови Гермиону, нам надо поговорить. Отправь Хедвиг, ладно? Пока Уизли писал и прикреплял к лапе совы пергамент, Гарри не торопясь прочитал всю статью. Она была ужасна. В материале безапелляционно утверждалось, что вина Малфоев почти доказана; в том, что они Пожиратели Смерти нет никаких сомнений. Тот факт, что они ими были на самом деле, Поттера никак не волновал. Впервые он смог встать на их место. Юноша внутренне застонал, когда дочитал список доказательств со стороны обвинения. Конечно, он знал, что статья должна быть достоверной, чтобы Волан-де-Морт ей поверил, и «Пророк» с удовольствием собрал и напечатал все слухи и скандалы прошедших лет. Но Гарри задавался вопросом, что почувствует Драко, когда увидит статью? Одно дело, когда семейные тайны известны только ее членам, и совсем другое – когда они беспардонно выставлены напоказ. Поттера скрутило беспокойство за любовника, как ему удастся пережить этот день? Минут через пять Гермиона поднялась по лестнице в спальню мальчиков. Она выглядела невыспавшейся, но решительной. Гарри положил перед ней на кровать газету так, чтобы она могла хорошенько рассмотреть первую полосу. Она пробежала ее глазами и огорченно спросила: - О, Гарри, чем я могу помочь? - Я думал о том, чтобы минимизировать потоки грязи в прессе, - ответил Поттер, - уверен, ты лучше кого бы то ни было сможешь это проконтролировать. Грейнджер кивнула, очевидно польщенная доверием. Они долго беседовали. Оба согласились, что нужно приложить все усилия, чтобы примирить гриффиндорцев и слизеринцев. Если стычки продолжатся, то придется накладывать на особо горячие головы взыскания. Гермиона убедила Гарри, что ей необходимо поговорить об этом с Лавандой, Парвати и Джинни, чтобы заручиться и их поддержкой. Поттер был рад, что ему не придется самому разговаривать о Драко с Джинни. Он боялся ее взрывного темперамента. Гарри попросил, чтобы девушки собирали все слухи об их отношениях с Малфоем. Ему претила мысль о том, что теперь ему придется интересоваться сплетнями, но знать их было полезно. Он надеялся, что подруги помогут, и очень зависел от их расположения. * * * Став под душ и позволив горячей воде литься на напряженные мускулы, Гарри удовлетворенно фыркнул. Он надеялся, что новость об отношениях с Драко затмит арест старших Малфоев. Юноша немного успокоился. Видимо, быть геем – не такая уж невидаль в волшебном мире. Быстро одевшись, Гарри пошел в слизеринское подземелье. Было довольно рано, около семи утра, но он предполагал, что Драко уже не спит. На лестнице Поттер увидел Винса и Грега. Оба сидели на нижней ступеньке и повернулись на звук его шагов. Они обменялись приветствиями с Гарри, и тот прошёл в гостиную. Но Гойл его остановил: - Драко у профессора Снейпа, он ждет тебя. Гарри коротко улыбнулся и сказал: - Спасибо, Грег. Оказавшись перед массивной дверью, он неожиданно занервничал и вынужден был сначала успокоиться, а потом уже постучать. Голос Драко пригласил его внутрь. Поттер с удивлением обнаружил любовника в огромном кресле с резными завитками, которого он раньше в кабинете не видел. На столике дымился фарфоровый чайник. Больше в комнате никого не было. Малфой улыбнулся Гарри, но не шевельнулся. Поттер не мог не заметить, каким усталым был его любовник, хотя выглядел, как всегда, прекрасно. - А, прибыл мой благородный рыцарь, - усмехнулся Драко. Гарри улыбнулся и чмокнул его белокурую макушку. Затем опустился на колени между его бедер и обнял, прижавшись к груди. Какое-то время оба юноши молчали, потом Драко спросил: - Ты видел «Пророк»? Гарри отодвинулся, чтобы посмотреть в лицо Малфоя, кивнул и ответил: - Да. Драко передернуло, и Гарри понял, как он взвинчен. - Поцелуй меня. Поттер улыбнулся несмелой просьбе и приблизился, мягко накрывая рот любимого своим. Губы Гарри покалывало от желания углубить поцелуй, но он ждал ответа Драко. Поэтому поцелуй вышел аккуратным и недолгим. Когда они оторвались друг от друга, Поттер обхватил ладонями лицо Малфоя и искренне сказал: - Я люблю тебя. И мне не важно, что они там пишут, правда это или ложь. Мне все равно. Когда Драко улыбнулся ему в ответ, Гарри подумал, что его возлюбленный – поразительный человек. Столько в нем было сил, желания победить и выжить любой ценой. Поттер понял, что и сам такой же, и поэтому так любит Драко. Какое-то время они разговаривали, заверяя друг друга в том, что внутренне готовы к событиям последующих дней. Гарри сообщил Драко, что рассказал друзьям об их связи. Возможно, он ошибался, но Малфой, похоже, был не слишком доволен. Через какое-то время Драко потянулся и лукаво спросил: - Ты будешь завтракать за слизеринским столом? Гарри хмуро на него глянул, и улыбка Малфоя увяла. - Ладно, забудь, - отвернулся тот, но Поттер покачал головой. - Не сердись, милый. Мне кажется, что тебе придется сегодня ответить на множество вопросов, касающихся меня и наших отношений. Наклонившись, и быстро клюнув любовника в губы, Драко ответил: - Сегодня наверняка так и будет. Думаю, вопросов о тебе будет даже больше, чем про моих родителей. Драко задумчиво уставился в пространство. - Но если ты хочешь, чтобы я сел с тобой… - заговорил Поттер. Малфой прервал его громким смехом. - Мерлин, Гарри! Не все сразу! Но немедленно благодарно поцеловал его, и тот был рад, что предложил и заставил юношу рассмеяться. Они вместе вышли из кабинета. Их голоса громким эхом разносились по коридорам. Юноши не успели далеко отойти от покоев Снейпа, как столкнулись с младшим курсом Слизерина. Гарри внимательно посмотрел на Драко, надеясь заметить малейшие признаки беспокойства. Школьники в полной тишине разглядывали Гарри, безмолвно поедая его глазами. Поскольку им пришлось бы пройти между юными слизеринцами, Драко мягко подтолкнул любовника рукой в поясницу. Это легкое движение, подтверждавшее перед посторонними их близость, заставило Поттера улыбнуться. Это давало надежду. Юноши переглянулись и пошли дальше, возобновив беседу через несколько секунд. Скоро пара достигла лестницы, ведущей в Большой зал. Огромная дверь возвышалась прямо напротив них. По невысказанному взаимному желанию, они отошли в сторону, покинув поток студентов, идущих на завтрак. Внимательно вглядевшись в Драко, Гарри заметил, что его лицо немного напряжено. Он увидел, что уголок глаза Малфоя слегка подергивается. - Мы могли бы позавтракать в другом месте, ты знаешь это, - осторожно предложил Гарри. Драко резко качнул головой. - Малфои не показывают своей слабости, Гарри. Кроме того, мои однокашники сомкнут ряды и оградят меня от… небольших проблем, если они возникнут. Я не один. Гарри подумал, что слова возлюбленного не соответствуют тем сигналам, которые посылало его тело. Он сам начал волноваться, и Драко, должно быть, это заметил, потому что продолжил беспечным тоном: - Наибольших неприятностей я ожидаю от гриффиндорцев, но поскольку ты им запретил, я не думаю, что все будет особенно плохо. Гарри смутился. - Что ты имеешь в виду? Я не могу им приказывать. В Гриффиндоре это не принято. По реакции Драко он понял, что ляпнул что-то не то. - О… Понятно… Приказывать могут только в Слизерине, - сквозь зубы выдавил Малфой. - Не говори так! – Гарри был в шоке. Он даже сообразить не успел, почему разговор принял такой агрессивный оборот. - Знаешь что, Поттер, - угрожающе прорычал Драко, - слизеринцы поддерживают друг друга, несмотря ни на что. Только потому, что гриффиндорцы слишком заняты, оберегая свою долбанную позицию морального превосходства, чтобы пойти на компромисс для общей пользы, ты не смеешь осуждать наши обычаи. Гарри открыл было рот, чтобы возразить, но Драко с горячностью продолжил. - Я понимаю, что для тебя мы не более чем подрастающие Пожиратели смерти, но ты нас не знаешь и не можешь судить. Несмотря на попытки Поттера возразить, Малфой продолжил. - Не могу поверить, что считал тебя способным забыть о предрассудках. Он гордо поднял голову, резко повернулся и быстро вошел в Большой зал. Гарри пошел за ним, отставая всего на пять-шесть шагов, но не пытаясь догнать. Его мысли путались в беспорядке, и он чувствовал, что должен придти в себя. В Большом зале Драко уже почти добрался до своего стола, и Гарри видел, как замирают учащиеся, которые осознали, кто вошел в зал. Только слизеринцы вели себя как ни в чем не бывало. Газеты лежали на каждом столе. Должно быть, в кабинета Снейпа юноши пробыли дольше, чем ожидали, и регулярная почта уже прибыла. С трудом оторвав взгляд от Драко, Гарри посмотрел на гриффиндорский стол. Приложив все усилия, чтобы проигнорировать пронзительный взгляд Джинни, он сел между Дином и Роном. Не обращая внимания на их возбужденные взгляды, он молча начал накладывать еду на тарелку. Как обычно, Гермиона первой взяла быка за рога и заговорила. - Предполагаю, эта история вызвала большой резонанс. Поттер фыркнул что-то с набитым ртом. - Мне уже пришлось разговаривать на эту тему с несколькими студентами. Гарри передернул плечами. - Главным образом, с гриффиндорцами. Поттер застонал, вспомнив слова Драко. Посмотрев на стол гриффиндорцев, Гарри был встревожен тем, что несколько младших студентов испуганно отвели глаза. Как будто боялись, что он сможет прочитать их мысли. - Это, в целом, ожидаемо, - осторожно добавила Гермиона. С трудом проглотив, Гарри ответил. - Да, думаю, Драко с тобой согласился бы. Ему не хотелось смотреть на друзей – он боялся, что увидит искренне удовольствие от первых признаков проблем в раю. Выслушав его, Гермиона продолжила. - Профессор Макгонагалл сегодня… ммм… очень разозлилась. Думаю, половина четвертого курса получила отработку на этой неделе за то, что собиралась массово испробовать ватноножное проклятье на слизеринцах. Гарри поднял брови. - Приятель, мои братья гордились бы ими! Четверокурсники чертовски умны и предприимчивы! Они… - Рон резко замолчал и закашлялся после меткого удара Дина локтем ему в грудь. Уизли пожал плечами, и, хихикнув, продолжил. - Хорошо, хорошо! Я просто попытался немного разрядить атмосферу, - Гарри медленно повернулся к нему и посмотрел в упор. Рон смешался. - Как Драко, Гарри? – спросил Невилл, привлекая к себе внимание. Тот факт, что однокурсник назвал Малфоя по имени и не стал язвить, заставил Гарри улыбнуться. - О! Он в своем репертуаре, - фыркнул Гарри. Когда все промолчали, он продолжил, - думает, что самые большие неприятности следует ждать от нас. И он, вероятно, прав, но я приложу все силы, чтобы этого не допустить. Сидевшие рядом гриффиндорцы медленно склонили голову в знак согласия. Рон промолчать не смог. - И он будет ненавидеть нас еще больше, когда мы отнимем у слизеринцев Кубок по квиддичу в эту субботу! - Вот именно, Рон, давайте думать о главном, ладно? – Гермиона едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Он встала из-за стола и подняла пачку пергаментов. – Пора идти, иначе мы опоздаем на Гербологию. Гарри последовал за друзьями, на ходу засовывая в рот последние куски тоста с вареньем, бросая на слизеринский стол долгий, ищущий взгляд. Но ему пришлось удовольствоваться созерцанием затылка Драко и увидеть, как его соседи отводят глаза. * * * Этот день был ужасен. У них было три совместных урока. И три раза Драко получил возможность наказать Поттера, полностью его игнорируя. Гарри был виноват, и сам знал это. В течении дня Драко был безупречно спокоен. Было почти невозможно предположить, что его расстроила газетная шумиха и ссора с Поттером. Но Гарри отмечал малейшие намеки, вздох, наклон шеи. Он их явно видел и страстно желал помочь Драко, защитить от всего мира. Останавливал его только звучащий в голове голос Гермионы, которая предлагала ему прекратить геройствовать. Именно о спасении Драко думал Поттер, когда Снейп рявкнул в конце урока, что он остается на разнос, связанный с его неуспеваемостью. Стоя перед столом профессора, Гарри со скукой слушал давно ему известный список своих грехов и недостатков. Однако ему пришлось проснуться, когда Снейп заговорил об отработке в субботу. - Я думал, Поттер, что перед заключительной игрой, которая стоится через два дня, вы будете себя лучше вести. Какая жалость, Гриффиндор проиграет из-за того… что вы будете отсутствовать на поле. Кровь Гарри вскипела после этой угрозы. - Но, сэр, - начал он, пытаясь вывернуть ситуацию в свою пользу, - я уверен, что Вы бы не хотели, чтобы победа Слизерина была омрачена тем, что им удалось выиграть исключительно потому, что меня не было на поле. Люди будут говорить об этом… Поттер увидел, что глаза профессора злобно сузились. Он был разъярен. Гарри ликовал, ведь Снейп осознал его правоту. - Отработка, Поттер. В субботу. Немедленно после матча. Гарри не смог сдержать улыбку. В присутствии Снейпа он это сделал зря - И еще одна, Поттер, чтобы вы перестали ухмыляться. В воскресенье утром. В пять. Поттер был поражен. Слизеринский декан наказывал его не только за уроки, но и за Драко тоже. Он пробормотал. - Я разговаривал с ним этим утром, пытался помочь. Я не знаю… - Избавьте меня от омерзительных подробностей. Я не удивлен, что вы не пожелали поддержать Драко в трудную минуту. Гарри разозлился. Как он смеет! Он шагнул к столу, наставив на профессора свою палочку. Снейп взбесился. - Даже не пытайтесь угрожать мне! - Я и не собирался! – Гарри почти кричал. - Уймитесь, Потер. На этот раз в вашей жизни появился кто-то, кому вы нужны. Мерлин знает, почему он хочет вас. Сейчас вы должны показать, что не зря объявили всем, что Драко ваш. А теперь вон отсюда, пока я не пожалел о своей мягкости. Несколько секунд Гарри стоял, пораженный ненавистью, появившейся на лице Снейпа. Он не мог ее понять. Действительно не мог. Затем собрал свою сумку и покинул класс, не оглядываясь. Если раньше Поттер думал, что у него проблемы, то сейчас он понял, что ошибался. Он много раз проигрывал в голове разговор со Снейпом. Он обдумывал ситуацию до самого обеда. В середине дня Гарри пришел к окончательному решению и смирился с необходимостью попросить прощения у Драко. И как можно скорее. Он все еще не понимал, в чем виноват, но извиниться и поговорить придется. Все что угодно лучше, чем напряженное молчание. Гарри понимал, что когда-нибудь ему придется научиться сдерживать свои эмоции, но сейчас ему было очень тяжело. Он решил взять плащ-невидимку и поджидать Драко около класса профессора Биннса. Взяв себя в руки, Гарри храбро пошел дожидаться последнего урока. * * * Гарри не пришлось долго ждать. Но ему надо было избавиться от Блейза. А тот почти приклеился к Драко, когда покинул классную комнату профессора Биннса. Но извиняться при нем Поттер не собирался, поэтому тщательно прицелился и послал заклинание в кипу пергаментов, которые нес Драко. Оба слизеринца наклонились, чтобы подобрать тексты, Гарри мягко сжал пальцами запястье Драко, но не сказал ни слова. Тот замер и послал в сторону любовника хмурый взгляд. Повернув голову к Забини, Малфой сказал: - Оставь это, Блейз, мне все равно надо вернуться к Биннсу. До свидания. Гарри осторожно перевел дыхание, он еще раз сжал его руку, потом отпустил ее и отодвинулся. Блейз хотел остаться, но Драко все-таки прогнал его, и Поттер наблюдал, как тот шел по коридору прочь. Они остались одни. - Что? – недовольный Малфой не поднимал глаз. - Мы должны поговорить, - сказал Гарри так спокойно, как только мог. Драко сердито фыркнул, но не стал сопротивляться, когда его взяли под локоток и повели к пустому классу. Но двигался он настороженно. Поттер закрыл тяжелую деревянную дверь, накидывая на нее еще и заклинания Запечатывания и Заглушения. Он снял плащ-невидимку, а Драко бросил учебную сумку на пол с плохо сдерживаемой яростью. Гарри застыл перед дверью, уже неуверенный в том, что хочет сказать. - Да говори уже, Поттер! И закончим с этим! – Малфой выглядел измученным. Подойдя к нему ближе, Гарри сказал: - Позволь мне помочь тебе, Драко. - И что же ты собрался делать, чтобы помочь? – Малфой вперил с любовника ледяной взгляд. Гарри неосознанно отодвинулся. – Будешь шпионить за мной? Чтобы удостовериться, что я контролирую слизеринских малолетних злодеев? Драко глумился над Поттером, выплескивая свою обиду и злость. Но тот не возражал, решив, что позволит Малфою сорвать свое раздражение на себе. Гарри понял, что отступает от любовника, только когда прижался спиной к стене. Холодный камень стал его опорой перед лицом разъяренного юноши, который и сам не заметил, что прижал партнера к стенке. Поттер отчаянно пытался сообразить, что он может сказать или сделать, чтобы Малфой понял, что он пришел извиниться. Драко наклонился вперед, опершись руками о стене по обе стороны головы Гарри. Их лица оказались очень близко друг к другу. - Давай, Поттер, не стесняйся. Скажи мне. Мне это отчаянно необходимо! – Драко почти прошипел последние слова. - Слушай, Драко, я не имел в виду того, что сказал этим утром. Давай все забудем, хорошо? Гарри знал, что его слова звучат неубедительно, но не смог сконцентрироваться под испепеляющим взглядом. - Я собираюсь пресекать все разговоры о нас, особенно на территории своего факультета. Мы уже провели разъяснительную беседу с четвертым курсом. Прямо сейчас Гермиона в гостиной объясняет остальным, чем чревато непослушание. Поттер выпалил эти слова, не переводя дыхание. Закончив фразу, он прерывисто вздохнул. - Вот как. Твои друзья делают за тебя всю грязную работу? Интересно, без них ты хоть на что-то способен? Гарри разозлился. - Я на все способен! – и нервно сжал кулаки. В повисшей тишине Поттер мог слышать свое дыхание. - Хочешь знать, что у тебя действительно хорошо получается? Когда Гарри не ответил, Драко наклонился так близко, что носы юношей почти соприкоснулись. Поттер испуганно дернулся и Малфой сухо рассмеялся. - В коленно-локтевую, Поттер! - Что? - На пол. Сейчас же. Становись на колени и обопрись на локти. Что не понятно? Гарри был ошеломлен. Как, черт возьми, Драко мог думать о сексе в такой момент? Он все еще был ошарашен, когда Малфой отодвинулся от него, чтобы дать возможность выполнить его приказ. Поттер распахнул глаза еще больше, когда любовник сбросил с себя одежду и начал расстегивать ширинку. «Черт возьми, да у него стоит!» - шокировано осознал Гарри и покраснел, когда увидел, как Драко оглаживает себя. Он не мог отвести глаз от члена Малфоя. Он был покорен этим зрелищем и его неуместностью. - Гарри? – тихий голос Драко заставил его поднять глаза. – Давай, сделай это! Было понятно, что он не примет отказа. Гарри оторвался от безопасной стены, сбросил одежду и опустился на пол.