Symbiosis

Пока патруль направлялся обратно в лагерь, между котами стояло напряжённое молчание. Было практически слышно, как быстро сменяются в их головах мысли одна за другой. Колколапка молча плелась за братом, стараясь как можно меньше вспоминать об увиденном ужасе. Но перед глазами всё ещё стояли мёртвые желтые глаза и призрачный оскал, застывший на морде. Вскоре впереди показался силуэт дерева собраний, чьи ветви мрачно нависали над поляной. Протиснувшись сквозь стену, Колколапка принюхалась и мгновенно почувствовала, как шерсть на загривке успокоилась. Она дома. Многочисленные взгляды устремились на вошедший патруль, но не обратив никакого внимания на них, Мятнолистая зашла в палатку предводителя. Через некоторое время оттуда вышел Шумная Звезда, растрёпанный и нервный. Запрыгнув на ветви дуба собраний, он громко мявнул: — Все коты племени Теней, срочно собраться на поляне! Постепенно лагерь наполнился котами. Птицелап неслышно прокрался к палаткам и улёгся возле воительской. Искроцветик тенью восседала у своей пещеры, а постепенно оживающая Подснежница совсем краем мордочки выглядывала изнутри. Дождавшись абсолютного внимания, предводитель прокричал: — У патруля есть, что вам рассказать. Мятнолистая вышла вперед и, прокашлявшись, начала говорить: — Сегодня во время охоты Колколапка наткнулась на труп хищника. По её описанию он выглядит как огромное серое животное с жёлтыми глазами и длинными клыками. Испуганный ропот пронёсся по племени, Колколапка на мгновение уловила настороженный взгляд Болотца, но тут же её насмешливо окрикнули: — А вы уверены, что она вообще это всё не выдумала? — смело спросил Птицелап. Небольшая волна шепотков накрыла поляну, постепенно нарастая и превращаясь в настоящий гул. Каждый стремился спросить что-то, высказать свое мнение или просто пробурчать что-то невнятное. Шумная Звезда махнул хвостом, призывая к тишине и, сощурив глаза, спросил: — Ты уверена, что видела именно это? «Он думает, что я вру!» — осенило Колколапку, и она напряжённо оглянулась, но все выглядели растерянными и не очень-то убеждёнными. Ученица собиралась было сдаться, но тут из толпы показалась старейшина с чёрно-белой шерстью, и скрипучий голос фыркнул: — Вот уж не думала, что столкнусь с волками снова! Валунец пошевелил ушами: — Волки? В первый раз слышу! — И немудрено! Когда я в первый раз столкнулась с этими тварями, тебя ещё даже не было в планах. — Кто такие волки? — громко спросил Шумная Звезда. — Они охотятся стаями, нападают ночью, загоняют в угол, — пробормотала Ветвистая. — Большие, сильные, они легко раздробят одним укусом большую часть твоих костей. Их очень сложно победить. Когда я была ученицей, против семьи с детёнышами отправили целый патруль. Выжили только я и мой брат. В ужасе Колколапка представила окровавленную чёрно-белую ученицу, сражающуюся с двумя волками в попытке защитить брата. От такой картины стало дурно, а в животе свернулся тугой липкий комок. Тряхнув головой, ученица посмотрела на предводителя. Тот тоже был испуган, как и всё остальное племя. Шёпот не прекращался, кто-то, кажется, тоненько взвизгнул и тут же умолк, успокаиваемый чьим-то дрожащим голосом. — Итак, теперь вы знаете, какая над племенем угроза, — помолчав, произнёс Шумная Звезда. — Болотец, нужно удвоить патрули, Искроцветик, собери травы, которые могут понадобиться. — Предлагаю выставить охрану у детской, — предложил Валунец. — Хорошая идея, — сказал Шумная Звезда и повернулся к Мятнолистой и Терновнику. — Вы двое, встаньте на караул, потом вас сменят Болотец и Пыльнохвостка. Племя стало приходить в движение. Многие шептались, некоторые подходили к глашатаю, чтобы встать на защиту племени. Колколапка с тревогой рассматривала шумящую, как потревоженный улей, толпу. — Зря они сообщили это всем, — сокрушённо покачала головой ученица. — Думаешь? — буквально из ниоткуда вынырнул Вранолап. — Конечно, — фыркнула она, навострив уши. — Страх сейчас может всем навредить. — А как по мне — бдительность плохой не бывает. Теперь нас не застанут врасплох, — бодро вскочил Вранолап, размахивая хвостом, и угрожающе оскалил зубы. — Неизвестность пугает, — вздохнула Колколапка, сверкнув синими глазами, — но сильнее пугает, когда ты знаешь слишком много. На лагерь надвигался дождь, а с ним надвигалось чувство бесконечной опасности.

***

К вечеру погода не спешила менять свои намерения, и несмотря на предстоящий Совет, тучи настойчиво расползались по укромным уголкам неба, чтобы оттуда обрушить на землю свой гнев. Серебристые лезвия льда медленно таяли, ведь действительно теплело, хоть и медленно, но верно. Снег стал мягким, липким, цеплялся за шерсть, а с обледеневших ранее ветвей падали капли, что со звоном ударялись о крыши палаток. Наступала ночь. Колколапка возбуждённо крутилась на одном месте в ожидании встречи с Цветолапкой. Ей нужно сообщить об угрозе, ведь Речное племя может не знать всего! Но чем больше она смотрела на последствия своей находки, тем сильнее сомневалась в том, нужно ли было вообще об этом говорить. Напряжение витало в воздухе, незримо искря над кошачьими головами, и в молчаливой тревоге всё плотнее ощущался страх перед тем, что может значить смерть целому племени. Вдруг в лапу Колколапки врезался тёмно-рыжий комочек. Он тут же поднял свои крохотные жёлтые глазёнки, пискнул и помчался обратно. Его брат и сестра уже скрылись в детской, а тот, похоже, не спешил за ними последовать.  — Медненький! А ну немедленно в детскую! — прикрикнула на малыша чёрно-белая Темнохвостка. — А я не хочу! — напыщенно фыркнул котёнок и демонстративно повернулся хвостом. — Слышал, что сказал Шумная Звезда? Сейчас придёт волк и съест тебя! — шикнула она на непослушного отпрыска, и тот, испуганно охнув, скрылся в палатке. Вместо страха на ученицу нахлынула внезапная печаль, что всё вышло именно так. Ведь теперь все должны ходить в ужасе от любого звука, а котят будут пугать сказками и о страшных волках. Это нужно прекратить! Решительность захватила Колколапку, словно волна. Сегодня на Совете им с Цветолапкой надо поговорить. Наконец, Шумная Звезда подал знак, и племя Теней выдвинулось на Совет. Кажется, небо передумало сбрасывать вниз тяжёлые капли дождя, но тучи не пропали, они чёрными воронами кружили вокруг торжественно-молчаливой полной луны. Многочисленные кошачьи лапы хрустели ледышками, а вздохи и перешёптывания нередко нарушали равномерность шагов. Наконец, вдали показался остров с остроконечными ветвями дубов. Вранолап выбежал вперёд, позволив лунному свету сверкнуть на его серой шерсти, и восторженно прокричал: — Вот это да! Целое озеро покрыто льдом! Это была правда. Колколапка завороженно подалась вперёд, рассматривая бело-серебристое зеркало озера, мягко сверкающее под многочисленными звёздными брызгами света. Несмотря на постепенный уход холодов, лёд оставался крепким, и с холма было видно, как другие воители племён аккуратно семенят по поверхности к берегам. Торфяник, молодой тёмно-бурый воин, возбуждённо сверкнул голубыми глазами и предложил: — Может, нам тоже стоит пройти по льду? Гомон усилился, и среди всех было ясно слышно, как укоризненно мяукнула Искроцветик: — Искупаться захотелось? У тебя Темнохвостка с котятами в лагере, а ты бросаешься с головой в омут. И не стыдно тебе? Молодой отец стыдливо прижал уши и смешался с толпой Сумеречных воителей. Мятнолистая с любопытством высунула очаровательную серую мордочку и спросила: — А разве он не прав? Ведь по льду действительно гораздо проще! Эти слова вызвали настоящий шум, согласные и несогласные возгласы перемешались, превращаясь в неприятный гул. Внезапно раздался громкий мяв Шумной Звезды, и племя поражённо замолкло. Обычно спокойные бронзовые глаза сейчас сверкали таким бешенством, что Колколапку от того невольно пробрала дрожь. — Ни один воитель племени Теней не выйдет на лёд, до тех пор, пока я являюсь его предводителем! Всем понятно? К разгневанному великану подскочил Болотец и шёпотом начал что-то серьёзно объяснять. Предводитель прислушался и медленно опустил шерсть на загривке, устало вздохнул и молча повёл своё племя вниз к бревну. Оставшийся путь племя Теней преодолело в тишине. Наконец, после перехода на остров, взгляду Колколапки открылась поляна, полная котов со всего леса. Подняв голову, она стала искать подругу, и вскоре ученица наконец увидела пёструю фигуру, которая тоже, судя по всему, искала глазами её. Встретившись взглядами, ученицы кивнули и, не сговариваясь, отправились к крайним кустам острова, где они и проговорили в прошлый раз. Столкнувшись уже на месте с подругой, Колколапка улыбнулась, но Цветолапка улыбку ей не вернула. Она встревоженно мяукнула: — Я видела тот труп. Что это? Племя Теней в опасности? Колколапка вздохнула и коротко пересказала слова Ветвистой, невольно вспомнив атмосферу ужаса в лагере, и решила об этом не упоминать. С каждым словом Речная ученица хмурилась всё сильнее. Под конец золотые глаза потемнели от страха до оттенка янтаря, отчего её взгляд стал похож на Птицелапов. Поёжившись от такого сравнения, Колколапка предложила: — Может, отправимся ближе к скале? Интересно, скажет ли Шумная Звезда о волках? — Не думаю, — качнула головой Цветолапка. — Но ближе подойти стоит, а вдруг что-то важное скажут? Обе ученицы направились в гущу толпы. Колколапка подбежала к скале как раз к тому моменту, как начал говорить Шумная Звезда.  — Наше племя только оправилось от битвы, которая произошла на границе, — он повернулся к светлому предводителю, который самодовольно скалился с верхних ветвей, — из-за того, что Грозовое племя нарушило её. Светлозвёзд, не хочешь ли ты объяснить, почему твои воины направо и налево нарушают воинский закон? — Не тебе говорить о нарушении закона, Шумная Звезда, — прищурился гигант и проурчал: — Мне стало известно, что племя Теней решило превратить себя в сборище бродяг, которое не стоит таких богатых территорий. — Разве не Грозового ли племени это желание касается больше? — поинтересовалась ненавязчиво Мраморная Звезда, вызвав пару смешков в воинских рядах. Разъярённый Светлозвёзд вскочил, вздыбив шерсть, и зашипел: — Грозовое племя — самое чистокровное из всех! — Сядь, Светлозвёзд, — поморщилась Прибойная Звезда, и тот недовольно последовал этому, метая глазами молнии. — Все знают, что ты чистокровный подлец, а племя твоё — немногим лучше. Казалось, Грозовой предводитель сейчас взорвётся от злости, но слово взяла Прибойная Звезда, и племена потихоньку начали успокаиваться. Озадаченная внезапной вспышкой агрессии, Колколапка повернулась к Цветолапке и шёпотом спросила: — Почему Светлозвёзд так взбеленился на обвинения в нечистокровности? — Ещё со времен Великой Битвы и Огнезвёзда Грозовое племя славилось тем, что принимало всех: и домашних, и бродяг — всех, кто попросится, — шепнула Цветолапка. — А Светлозвёзд старается эту славу похоронить своими деяниями. Колколапка не ответила, рассматривая предводителя Грозового племени. С каждым Советом он был ей всё более неприятен. А в это время заговорило племя Ветра, и стало совсем скучно. — Давай сбежим к берегу? — хитро шепнула Цветолапка, и, дождавшись неуверенного кивка собеседницы, юркнула в кусты. Колколапка, помешкав, ринулась вслед за ней. Продравшись через колючую листву, ученица наконец вырвалась на свободу, вдохнула свежий озёрный воздух и широко раскрыла глаза. А посмотреть было на что. Снег далеко на холмах вдалеке поблёскивал голубым свечением в бархатном ночном полумраке, а лёд тёмным зеркалом поблёскивал от мертвенно-бледной луны. Звёзды далёкими осколками света мерцали серебром, отбрасывая полупрозрачные тени. Стояла стеклянная тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием учениц. Ночь окончательно вступила в свои права. — Как ты там? — после молчания поинтересовалась Колколапка. — Мне давно не приходили видения. — Я… — смущённо пробормотала Цветолапка и, наклонившись ближе к мордочке подруги, ликующе прошептала: — Думаю, я научилась ставить блок. — Ты не доверяешь мне? Не хочешь, чтобы я видела? — погрустнела бурая ученица. Цветолапка поспешила её заверить: — Конечно нет! Просто некоторые тайны должны оставаться тайнами, знаешь? — Что правда, то правда, — тихо согласилась Колколапка и прошла обратно на поляну Совета. Краем уха она услышала шорох, который говорил о том, что Цветолапка последовала за ней. Остров почти опустел, Грозовое племя уже отправилось в лагерь, а племя Ветра понемногу собиралось вместе. Прибойная Звезда о чём-то негромко говорила с Шумной Звездой, а их племена разбрелись по сторонам, сбиваясь в плотные группки. Цветолапка с сожалением взглянула на свою сестру, уже готовую уйти, и пробормотала: — Совет кончился. Пора уходить. — Но у нас ещё немного времени осталось, — слабо запротестовала Колколапка. Цветолапка что-то хотела ответить, но не успела, будучи перебитой голосом, который уже так плотно отпечатался в голове её бурой подруги: — Хей, голубки! — противно хмыкнул Птицелап, оставаясь недалеко в стороне, чтобы не получить сразу и иметь возможность сбежать. — О чём шепчетесь? Не боишься чокнуться, как подружка твоя, а, Речная? — И почему ты до сих пор не выделила ему пару хороших ударов? — прошипела Цветолапка, не поворачиваясь к нему. — Не могу же я атаковать соплеменника, — кисло пробормотала Колколапка и вздохнула, приготовившись терпеть. Урок Валунца после своего первого патруля она хорошо помнила. Медовые глаза собеседницы на мгновение затуманились, но тут же просияли и хитро блеснули. — Ты права, он из твоего племени, — медленно произнесла она и резко развернулась в его сторону, — но не из моего. Ровным шагом пёстрая ученица направилась к Птицелапу и, не переставая молчать, влепила ему звонкую затрещину. От весьма сильного удара тот покачнулся и осел, глупо моргая. А в это время Речная кошечка гордо прошествовала обратно. От испуганной и шокированной Колколапки волнами исходил стыд. — С дуба рухнула? Священное перемирие… — начала она, но не договорила. — Уже кончилось, — закончила Цветолапка и серьёзно сказала: — Он заслуживал этого. В это время янтарные глаза Птицелапа сощурились до тонких линий от злобы. Он встал, отряхнулся и прошипел: — Ну погоди, Речная, еще свидимся с тобой. Я в долгу не останусь. — В ожидании, — сладко пропела Цветолапка и развернулась, побежав к своему племени и оставив Колколапку растерянно хлопать хвостом по снегу. Бурая ученица хотела было пойти за ней, но она тут же услышала созывающий мяв Шумной Звезды и с сожалением отправилась к своему племени. Среди воинов племени Теней висела неловкая тишина. Обвинения Грозового племени застали их врасплох. А пока остальные обдумывали слова Светлозвёзда, Колколапка же прокручивала события Совета в голове. Неожиданное заступничество Цветолапки очень удивило её, но в тоже время ученице было приятно видеть, что как минимум ещё один из её друзей видит, что поведение Птицелапа переходит все границы. А пока Колколапка размышляла, племя уже приблизилось к лагерю. Потихоньку пробравшись на поляну, Колколапка выдохнула: несмотря на позднее время, многие не спали, даже котята Торфяника хлопали круглыми глазёнками и осторожно отпечатывали своими лапками следы на снегу. Ученица подошла к троице братьев, и те повернулись к ней почти синхронно: — Колколапка! А что было на Совете? А Шумная Звезда говорил про волков? — запрыгал вокруг неё Медненький, самый бойкий из малышей. — Нет, не стал, — улыбнулась бурая кошечка. — Но, думаю, через какое-то время скажет. — А вдруг страшные волки угрожают и другим племенам? — охнул Камушек. — Тогда мы пойдём и спасем их! — покровительственно произнес Кедролапик, бурый шустрый котёнок. — Потому что племя Теней — самое сильное и благородное. Эти слова вызвали у ученицы неконтролируемое умиляющееся мурчание. — Нас бы кто спас, — вздохнула их мать, Темнохвостка. — Хотите, открою секрет? — прошептала Колколапка и хитро прищурилась. — На самом деле я особенная, и когда я вырасту, я спасу все племена! — Правда? — восторженно взвизгнули все трое. Камушек робко прошептал: — Обещаешь, что спасешь? Свет сверкнул в синих глазах ученицы, и она тихо произнесла: — Обещаю.