"Урфин Джюс" Power Tale

       Сборы заняли несколько часов. Дворцовые слуги (те, что остались в городе) вместе с остальными защитниками трудились над укреплением стен и возведением фортификаций, а сам Страшила, не говоря уж о Блэке, весьма слабо ориентировался в предназначенных для людей помещениях дворца – например, в таких совершенно ненужных лично ему местах, как кладовые для съестного.        - Вроде и дал мне Гудвин мозги, а толку никакого, - ворчал он, блуждая с мореходом по пустым галереям и коридорам. – Библиотеку до последнего уголка обшарил, сокровищницу пару раз посещал, даже в дворцовую умывальню зачем-то заглянул однажды, а чем мои подданные живут – до сих пор не знаю. Старею, старею…        В конце концов Чарли – по запаху, которого соломенный человек, разумеется, не ощущал – нашел небольшой подвал, в котором сушилась впрок рыба. Мореход, которому она до смерти надоела еще на флоте, поморщился, но мешок его за время путешествия изрядно отощал, так что выбирать не приходилось. Пополнив запас съестного и воды, – о ней Чарли позаботился как следует – они отправились в сокровищницу. Коротко извинившись перед входом, правитель вошел туда один и вскоре вынес маленькую хрустальную коробочку, в которой лежал серебряный свисток.        - Собственно говоря, он не мой, а Элли, - объяснил он Чарли. – Но когда ей пришла пора возвращаться в Канзас, она вернула его Рамине, а та отдала Железному Дровосеку: он когда-то спас ее от дикого кота. Дровосек же решил подарить его мне. Может, пользоваться им теперь и некрасиво, но выбирать не приходится.        Страшила снова говорил так, словно его спутник просто не может не понимать, о чем идет речь. Чарли смутно припомнил, как племянница что-то рассказывала о Рамине и происшествии на маковом поле. О последнем она упоминала с легким смущением, как будто чего-то стыдилась, так что ему мало что удалось понять и тем более запомнить. Переспросить в этот раз он не решился.        Закат оба посланца Города Счастья встретили, стоя посреди небольшой ольховой рощицы за городской стеной. Дворец и город они покинули тайным подземным ходом: отбытие следовало держать в строгом секрете, да и самому Страшиле не хотелось предстать перед жителями бросающим их на произвол судьбы трусом. Дину Гиору было приказано объявить, что правитель Изумрудного Города занят составлением стратегических планов и никому не велел его беспокоить.        Вынув свисток из шкатулки, Страшила передал его Блэку:        - Я бы и сам ее позвал, да не могу – дуть нечем. Придется уж вам…        Прижав свисточек к губам, Чарли коротко дунул. Внутри звонко тренькнула металлическая горошина, тихий и нежный свист вплелся в шорох листьев и травы. Звук очень понравился мореходу, он как будто пробрал его насквозь, но не холодом, а странным мягким, баюкающим прикосновением. Ему даже показалось, что это был не просто свист, а некая мелодия – незатейливая, но трудноуловимая.        В траве раздался легкий шелест, и Страшила пригнулся, опершись на трость. На пенек перед ним ловко вскарабкалось что-то маленькое. В который раз за эти дни не веря своим глазам, Чарли увидел стоящую на задних лапках коричнево-желтую[1] мышку, смотрящую на них слишком разумным даже для мыши взглядом. С плеч ее, как мантия, спускался аккуратно вытканный и подшитый лоскуток красного атласа, а на голове ало блестел в лучах заходящего солнца маленький золотой венец.        - Привет вам, мой царственный брат! – тоненький голосок королевы полевых мышей был едва слышен. Чарли понял, зачем нагнулся его спутник, и последовал его примеру. Правда, вскоре ему пришлось сесть на корточки. – Что нового происходит в Городе Счастья? Рада видеть и вас, достопочтенный Великан Из-за Гор! Как поживает фея Элли?        - Ты… вы меня знаете? – удивился Блэк.        - Я немного наделена пророческим даром и знаю, что моя подруга доводится дочерью вашей сестре, - ему показалось, что Рамина улыбается. – Да и за вашими путешествиями по Волшебной стране мне пару раз удавалось следить. Расскажите же, как она там?        Краем глаза моряк увидел, что Страшила снова с удивлением поглядывает на него.        - У Элли все хорошо. Она живет на ферме у отца и матери и скоро пойдет в школу. По-моему, она хочет стать учительницей.        - Рада за нее, - мышка важно кивнула. – Есть ли призвание для феи более славное, чем нести свет в умы детей? Однако прошу меня извинить, дорогой друг, - она снова повернулась к Страшиле. – Я вижу, что вы оба чем-то озабочены. Для чего же вы призвали меня сюда?        - Не в добрый час, ваше величество, не в добрый час, - покачал головой соломенный человек. – Гроза движется на наш город с запада…        - О чем вы говорите? – взволнованно подпрыгнула Рамина. – Уж не о деревянном ли войске злого колдуна, что правит нынче Голубой Страной?        - Вы уже знаете о нем? – удивилось чучело.        - Конечно, ведь мой народ живет по всей Волшебной стране. Из-за него нам пришлось спасаться оттуда бегством: ведь он – ученик Гингемы! Сколько бедных молодых мышек она сожрала или скормила своим мерзким филинам! Значит, теперь он идет сюда?        Посланцы кратко обрисовали ей ситуацию. Уши Рамины поникли.        - Я рада была бы вам помочь, - печально сказала она, - но сил у меня не так уж много. И что мыши, маленькие и слабые создания, могут поделать против огромных деревянных солдат? Мы не воины и никогда ими не были…        - Не волнуйтесь, ваше величество, мы вовсе не хотим от вас военной помощи, - улыбнулся Страшила. – Однако нам с лей-те-нан-том Блэком необходимо как можно скорее попасть в Розовую Страну. Мы будем просить о поддержке там.        - И вам нужен проводник? – сразу поняла мышка.        - Никто не знает тайные тропы лучше вас, - Страшила церемонно поклонился маленькой фее. – Увы, мы оба не способны быстро ходить, а время дорого. К тому же за нами могут следить и даже охотиться. Окажете ли вы честь дать нам опытного проводника?        Глазки Рамины засверкали.        - Гингема веками угнетала моих бедных предков, - слегка нараспев произнесла она, словно читая заклинание. – Фея Убивающего Домика освободила нас от ужасной судьбы быть ее пищей. Ужасный хищный зверь пытался меня сожрать. Топор доброй души, закованной в металл, спас мою жизнь. Во имя феи Элли и Железного Дровосека, друзья мои, я готова помочь вам сейчас и впредь помогать всем, чем только смогу. Я лично проведу вас в Страну Болтунов самой короткой и легкой дорогой из всех, что ведомы мне! Чернушка! Лысый Хвост!        Крохотная королева хлопнула передними лапками, будто в ладоши. Тотчас же на верхушку пня взобрались еще две мыши поменьше.        - Сделайте и принесите… - тут она что-то просвистела на мышином языке. Чарли невольно напряг слух, но так ничего и не разобрал. Кивнув, новые гостьи исчезли, а Рамина с извинением развела лапки: - Простите мне эту невежливость, но в человечьем языке просто нет слов для того, что мне сейчас нужно. Подождите несколько минут, скоро они закончат.        Мышка замолчала, роща снова наполнилась лишь прежними шорохами и шелестами. Однако моряк вскоре заметил, что звучали они теперь как-то по другому, что-то новое вплелось в тихий хор. Тихонько дернулась ветка росшей неподалеку калины, здесь и там зашуршали травинки. Чуть погодя из веток высокой ольхи донесся испуганный вскрик и раздраженный щебет певчего дрозда: птица ругала кого-то последними словами.        Наконец мохнатые слуги вернулись к своей госпоже. У них на шейках что-то висело. Присмотревшись, путники увидели нечто вроде маленьких ожерелий из травинок, ягод и перьев. Коснувшись их лапками, Рамина тихонько защебетала по-мышиному. Страшила с интересом следил за ее манипуляциями.        - Возьмите это, - сняв плетенки со своих подданных, королева полевых мышей протянула их Страшиле и Чарли. – Этим волшебством мы пользуемся, когда следим за лисами и котами, приближающимися к нашим землям. К сожалению, я не умею делать их на ваш размер – просто не приходилось раньше. Но несколько минут, на случай крайней опасности, дать они смогут. Когда вам потребуется скрыться от посторонних глаз, просто наденьте их на пальцы и поверните. А теперь – в путь!        Спрыгнув с пня, Рамина нырнула в кусты. Ее корона заблестела среди травинок. Путники последовали за ней.        Первые дни путешествия прошли без приключений. Рамина катилась через поля и перелески крохотным желто-красным комочком, то забегая вперед, то останавливаясь и дожидаясь своих нелегких на ногу товарищей. Страшила шел медленно, опираясь на свою палку и слегка подволакивая ноги: чувствовалось, что трость ему нужна отнюдь не для важности. Чарли хромал рядом с ним, исподволь разглядывая своего спутника.        - Вы что-то хотели? – заметив это, вежливо спросил соломенный человек. Бубенцы на его шляпе слегка позванивали.        - Эм-гхм… - смутился Блэк. – Я, как бы вам сказать… Ну, рассказы о вас…        - Сравниваете? – проницательно спросил Страшила. – Похож или нет?        - Что-то вроде того… Ой, в смысле, да, похож.        - Охотно верю, - правитель Изумрудной Страны аккуратно перешагнул спрятавшуюся в траве яму. – Все-таки других оживших пугал в Волшебной стране нет, а уж я проверял, можете мне поверить… Послушайте, а давайте на «ты»? А то все расшаркиваемся, все равно как на торжественном приеме.        - Давайте… в смысле, давай, - с облегчением ответил Чарли. – Значит, нет?        - Да, я у-ни-ка-лен, - важно кивнул Страшила. – Почему так произошло, я не знаю: видимо, появлению других чучел хозяйские дети так не радовались, как моему. Ведь радость – это великое колдовство, так говорит сама Виллина. Да и мозги, похоже, только меня одного интересовали… Слушай, а расскажи еще про Элли. Она нас вспоминает?        - Постоянно, - улыбнулся мореход. – Анна и Джон говорят, только и слышали от нее в первые месяцы: Страшила то, Железный Дровосек это… Правда, не всем рассказывает. Мне вот рассказала, например…        Разговор завязался надолго и закончился только во время привала поздним вечером, а на следующий день продолжился снова. Мало-помалу, осторожными и нарочито небрежными расспросами, хитрый Страшила вытянул из него и то, как Чарли начал видеть Волшебную страну во сне, и историю его сухопутного плавания по Гибельной Пустыне и водного путешествия по Аффире. Порой к ним присоединялась Рамина, которой тоже было любопытно узнать о мире за Кругосветными горами. Говорить на бегу мышке было трудно, поэтому она больше слушала, но слушала очень внимательно.        - Удивительно хорошие люди живут у вас за горами, - рассуждал Страшила поздним вечером шестого дня, когда впереди замаячила черная стена густого леса. – У нас вот не так: то и дело появляются разные мерзавцы вроде этого Джюса, стремятся нагадить, навредить, захватить власть… Чуть миг проморгаешь – опять злые волшебники, опять война, кровь, страдания. А как ни появится кто-то из вас, великанов, так сразу жизнь у нас налаживается. Сперва Элли, теперь ты… Славно, должно быть, жить в вашей стране!        Блэк грустно усмехнулся:        - Если бы все было так, дружище… Злых колдунов у нас нет, это верно, но нету и добрых. В Канзасе ты снова превратился бы в обычное огородное пугало. А люди у нас примерно такие же, как и у вас – всякие. Есть добрые, есть и злые. Бывают и войны, и голод, и несправедливость… Мудрено ли, что мне снится именно Волшебная страна, а не какая-нибудь Айова?        - Может и так, но все равно у вас лучше, - непререкаемо заявил Страшила. – По крайней мере, мозги у волшебников никому просить не приходится. И за помощью в нашу страну никто из вас еще не посылал, не то что мы. Значит, вы самостоятельнее.        В этот момент в траве снова блеснула маленькая корона. Подскочив к ноге Чарли, Рамина замахала лапками, привлекая их внимание.        - За нами следят, - тихо пискнула она склонившимся над ней путникам. – Ложитесь в траву!        К счастью, опушка леса заросла длинной осокой, с верхом накрывшей рухнувших наземь посланцев. Встревоженно переглянувшись, моряк и чучело опять посмотрели на мышку.        - Над нами уже несколько раз пролетел один и тот же филин, - объяснила она. – Я никогда не доверяла филинам и совам, а в последнее время им не доверяют и другие птицы. Ходят слухи, что они для кого-то шпионят – уж не для Джюса ли? Надевайте кольца!        Чарли торопливо натянул щекочущееся кольцо на палец, Страшила сделал то же самое. Поглядев друг на друга, они не заметили никаких особых отличий от прежнего облика.        - Вы же прячетесь от него, а не друг от друга, - поняла их недоумение фея. – За лесом уже хвостом махнуть до Розовой Страны. Скорее ползите к деревьям, колдовства хватит совсем ненадолго!        Осторожно передвинув винтовку на спину, Блэк пополз по-пластунски, опираясь левым коленом вместо ступни. Покосившись на небо, он увидел мелькнувшую на фоне луны тень. Филин широкими кругами ходил над опушкой, высматривая пропавших с глаз путников. Страшиле приходилось туго: ползать ему было едва ли не труднее, чем ходить, мягкие, слабые руки с трудом тянули за собой более тяжелое туловище. По счастью, траву колыхал ветер, но Чарли отчетливо понял: еще немного – и их снова заметят.        Сжав зубы, он перевернулся и осторожно приподнял винтовку, выжидая, когда силуэт снова появится.        - Здорово, Гуам! – внезапно раздался знакомый насмешливый крик. Луну перечеркнул еще один силуэт, поменьше. – Вот уж не думала, что тебя сюда занесет!        Винтовка медленно опустилась. Чарли в изумлении смотрел, как уже две птицы выписывают круги друг напротив друга, зорко следя друг за другом.        - Для тебя Гуамоколатокинт, жалкая селянка, - донесся с неба хриплый, мертвенный голос.        - Я старше тебя на три года, так что для меня ты всегда Гуам, - отбрила его Кагги-Карр. – Меня уже давно приняли в стаю, когда тебя еще крохотным птенцом притащил к Гингеме твой папаша. Что, нашел себе нового покровителя, поползень?        - Не тебе болтать о делах великих магов, деревенщина. Когда наши войска косой пройдутся по вашим жалким землям, я еще припомню тебе эти слова.        - Ха! С каких пор это «ваши» войска? – ворона чиркнула его концом крыла по клюву. – Ты всегда был лизоблюдом, Гуам, ты и сейчас вылизываешь сапоги очередного властолюбивого маньяка. Небось и сейчас для него тут что-то вынюхиваешь, а?        Локтя моряка коснулась ладонь Страшилы. Жестами соломенный человек показал, что нужно скорее отползать. Стараясь не шуметь, они снова двинулись вперед. Рамина ползла, едва дыша: ведь для нее вражеский лазутчик был страшнее всего!        Злобно захрипев, филин попытался схватить ворону когтями. Ловко уйдя в сторону, она ударила промахнувшегося врага клювом в затылок. Теперь Кагги-Карр парила между ним и лесом.        - Убирайся прочь! – грозно произнесла она. – В нашей стране нет места злым колдунам и их приспешникам!        Некоторое время Гуамоколатокинт колебался. Он знал, что больше и сильнее своей противницы, но она в самом деле была старше его и уже много лет водила по стране большие вороньи стаи, причем место вожака у нее неоднократно оспаривали более молодые и сильные птицы. Что если ей взбредет в голову кликнуть на подмогу дневных птиц? Филин хорошо знал, как его ненавидят обитатели света. Если это произойдет, ему может крепко не поздоровиться…        Наконец, бесшумно взмахнув крыльями, он повернулся и быстро помчался на запад. Презрительно каркнув ему вслед, Кагги-Карр огляделась по сторонам.        - Так, не знаю, где вы там и что это за мышиные фокусы, но мажьте салом пятки, - негромко позвала она. – В следующий раз этот номер может и не пройти. Кроме того, я нужна в городе. Сматывайте удочки, пока он не вернулся!        Ответом ей был быстро удаляющийся шелест кустов.