"Урфин Джюс" Power Tale

       Когда начинались уже четвертые сутки осады, а преграда почти исчезла, к Урфину с истошным криком подлетел Гуамоко:        - Враги идут с тыла, повелитель! Они уже в долине!        - Что?.. – очнулся от оцепенения Джюс, оборачиваясь. Все эти дни он тоже неподвижно стоял, глядя на башню, забыв о сне и пище. Ладони бывшего столяра все еще непроизвольно сжимались и разжимались, словно кривые когти.        - Что слышал! – злобно ответил филин. – Я тебе говорил, что эта затея хорошо не кончится!        Урфин присмотрелся. По песчаному откосу вдали действительно спускалась длинная колонна каких-то людей.        - Может, тоже беженцы? – он равнодушно пожал плечами. – Рванули с испугу в лес, а теперь есть хотят…        - Ага, и фиолетовыми камзолами там разжились? – съязвил Гуамоколатокинт. – Говорят тебе, это не беженцы, а войско с юга! Это Мигуны!        Да, друзья, вот и настал наконец момент познакомиться с тем, кто появился последним – хотя роль сыграл и не последнюю – в нашей истории. Железный Дровосек, император Страны Мигунов, занявший престол после падения колдуньи Бастинды, выступил в поход с двумя сотнями ополченцев, как только получил тревожные вести из Города Счастья. Приключившееся на севере страны наводнение заставило его отступить к востоку. Там его и настигли посланцы Кагги-Карр с вестями о том, что Джюс грабит Розовую Страну. Не раздумывая, Дровосек сразу повел свое войско на помощь Стелле.        Если вы попросите Дровосека встать рядом с его лучшим другом Страшилой, вряд ли во всей Волшебной стране найдутся два существа, более несхожие между собой. В погожие дни ярко блестит на солнце его никелированное тело, сплошь состоящее из железа. Он выделяется в любой толпе, словно башня – даже мы, люди из-за гор, с трудом достанем макушкой ему до подмышки. А ведь когда-то Железный Дровосек был обычным человеком из плоти и крови, жившим в Голубой Стране. История о том, как он раз за разом лишился рук, ног и всего тела, опять удлинит и без того затянувшийся рассказ, поэтому просто скажем, что он тоже присоединился к Элли и сопровождал ее на пути в Изумрудный Город, а затем в Фиолетовый край и Розовую Страну. Его мечтой было иметь сердце, которое он утратил, превратившись в ожившую статую. Гудвин исполнил его желание, так что нет и не было до сих пор во всех пяти странах никого более чуткого и нежного, чем Дровосек.        Когда владычество Бастинды подошло к концу, Мигуны – жители Фиолетовой Страны, имеющие привычку постоянно моргать и подмигивать – были восхищены тонким механизмом и огромной силой железного великана: они прирожденные кузнецы, инженеры и техники, а к отцовскому горну и чертежной доске тянутся едва ли не раньше, чем учатся говорить. Про Мигунов шутят, что их привычка идет от того, что они постоянно торчат в кузницах и шахтах, где полно угольной пыли, сажи и копоти. Металл очаровывает их, поэтому весть о том, что какой-то деревенский кузнец-Жевун сумел сотворить то, о чем они сами даже и не помышляли, маленькие мастера восприняли как самый настоящий вызов. Доброта и отзывчивость Дровосека тоже пришлись им по сердцу (особенно после столетий власти злобной колдуньи), а неприхотливость и того больше: ему, как и Страшиле, не требовалось ни богатых яств, ни роскошной спальни – лишь толика масла для смазки да периодическая починка и полировка. Ведь могучий лесоруб не привык сидеть без дела, он постоянно трудится на благо своего народа, вырубая темные чащи и распахивая на их месте новые поля. Трудовому народу – трудового правителя!        Но, несмотря на свой мягкий характер, Дровосек может быть отважным и суровым, когда его друзьям грозит опасность. И всегда к их услугам он сам и его огромный топор.        И теперь, как в старые времена, он грозно шел к армии Джюса, все еще штурмующей замок. За ним следовали самые сильные и крепкие парни Страны Мигунов – шахтеры, кузнецы и лесорубы, которых он сам обучал валить деревья. Звездный свет блестел на их широких касках и стальных кольчугах.        - Чего стоишь? – филин царапнул когтями растерявшегося было колдуна. – Сделай хоть что-нибудь, иначе мы тут завязнем!        Урфин окинул взглядом приближающийся отряд.        - Посмотрим сперва, на что они способны, - решил он. – Гитон!        Командир черного отряда, как раз рыскавшего по округе в поисках нового камня, подбежал к нему.        - Стереть их в порошок!        С угрожающим ревом дуболомы устремились навстречу Мигунам, как раз входившим в разоренный поселок. Идя мимо сгоревших домов, бойцы Фиолетовой Страны мрачно оглядывались вокруг. Завидев врага, Железный Дровосек поднял руку, приказывая остановиться. Его лицо дышало печалью.        - Смотрите хорошенько, – он указал на мертвые тела, лежавшие неприбранными среди пепла. – Это могло произойти и с нашим домом.        Кто-то из молодых бойцов заскрипел зубами – может, от страха, может, от ярости. Зрелище и впрямь было ужасным. Опираясь на топор, Дровосек вгляделся в несущихся на них деревянных солдат. Разглядеть врагов, выкрашенных в черный цвет, ночью было непросто, но зрение железного витязя было куда острее, чем у обычных людей.        - Да они же почти не вооружены, - удивился он вслух. – У них только молотки и пилы!        - Что, серьезно? – старший сержант Лестар, высовываясь из-за его плеча, тщетно щурился в темноту. – Но тогда… все не так уж плохо!        - Не торопись, - осадил его никелированный император. – Может, у него столько солдат, что настоящего оружия на всех не хватает. Плотнее строй!        Мигуны сдвинулись, выставив перед собой широкие дощатые щиты в рост человека. Страшный грохот ног становился все громче. Уже были видны злые лица деревянных чудовищ.        - По моей команде!        Щиты уперлись нижним краем в землю.        - Бей! – Железный Дровосек с силой размахнулся и одним ударом рассек надвое бежавшего впереди всех капрала Гитона.        На каждый щит одновременно навалилось сразу по два бойца, принимая натиск противника. Урфин уделял не слишком много времени обучению бригады строителей, всю задачу которых он видел в постройке его метательного орудия и ремонте остальных солдат. И теперь это дало плоды: деревянный отряд буквально повис на переднем ряду войска, без пользы размахивая своим «оружием» над головами маленьких бойцов. Из-за спин щитоносцев высунулись широкие топоры и с размаху опустились на сосновые головы. Привыкшие работать сообща в цехах и мастерских Мигуны действовали расчетливо, умело и слаженно.        Атака захлебнулась. Оставшись без командира, дуболомы сгрудились кучей, бессмысленно продолжая пытаться проломить стену щитов и падая под ударами. Вскоре черный отряд уже лежал на земле неподвижной грудой расщепленных бревен. Дровосеку не потребовалось заносить топор повторно: все было кончено в мгновение ока.        - Есть раненые? – спросил он.        - Ни царапины! – довольно ответил сержант. – Ха! Если у этого Джюса все солдаты такие вояки…        - Не торопись, - повторил Дровосек хмуро. – Мне кажется, что-то здесь не так. От таких врагов отбились бы даже местные крестьяне. Держать строй! Не теряйте бдительности!        Призыв вождя отрезвил развеселившихся было Мигунов. Перешагнув мертвых дуболомов, ополчение осторожно двинулось за своим командиром. Меряя проселок шагами, Дровосек пристально глядел в ночь перед собой. На краю деревни он опять вскинул руку.        - Снова идут! – лязгнул его голос. – И уже вооружены по-настоящему!        Лестар озадаченно покрутил головой.        - Но я ничего не вижу! – он немного подумал. – И не слышу.        - Потому что теперь это настоящие солдаты, - сурово ответил император. Его железные зрачки пристально выцеливали темноту. – Похоже, к нам отнеслись всерьез.        - Сколько их? Где они?        - Примерно в двухстах шагах слева и справа. Окружают. Не меньше сотни.        Бойцы начали нервно коситься по сторонам. До них по-прежнему не долетало ни звука. Кто-то даже недоверчиво поглядел на императора – не мерещится ли ему, в самом деле? Но Дровосеку отнюдь не мерещилось. Еще немного подумав, он снял с головы воронку, которую носил вместо шляпы, и приложил ее ко рту.        - Слушай мою команду! – крикнул он, как в рупор. Ополченцы нервно вскинулись, ожидая приказа к атаке.        - Всем отступать за песчаный склон!        Неожиданный приказ вызвал волну недоуменного и недовольного ропота. Мигая еще сильнее обычного, ратники требовательно смотрели на своего правителя, которого привыкли считать неустрашимым. Дровосек с достоинством встретил их взгляды, в темноте возвышаясь над Мигунами, как гора.        - Старший сержант, почему не выполняете приказ?        - Но, командир… - попытался возразить боец.        - Нас слишком мало, чтобы драться одним. Нашей задачей было отвлечь врагов, оттянуть их от замка. Сейчас она выполнена. Идите на соединение с армией Зеленой Страны! Не мешкать!        Седоусые шахтеры переглянулись.        - «Идите»? – уточнил их старший.        - Да, - спокойно ответил Дровосек. – Я останусь прикрывать.        Ропот поднялся с новой силой.        - Мы не для того сюда пришли, чтобы бежать, - сердито заявил старшина отряда лесорубов. – И мы вас не бросим!        - Если помирать, так всем сразу! – поддержал его Лестар.        - Отставить! – зычный голос Дровосека легко перекрыл гомон бойцов. Одни потупились перед ним, другие попятились. Мигунам редко приходилось видеть своего повелителя в гневе, но уж если они это видели, то запоминали потом на всю жизнь. – Никакого «помирать всем сразу» не будет, вам ясно?        Горящими во мраке глазами он прожег своих подручных по очереди.        - Они будут здесь через несколько минут, - громыхнул он. – И тогда вам уже будет не уйти и не отбиться! У них совсем другие ухватки, это настоящие бойцы. Поэтому если вы все еще считаете меня своим императором – отступайте немедленно! И я не собираюсь повторять дважды!        Ополченцы нехотя подчинились. Развернувшись и перестроившись, отряд быстрым шагом двинулся назад по проселку. Оставшись в одиночестве, Железный Дровосек снова надел воронку на макушку и снял с пояса масленку. Как следует смазав все свои суставы, он проверил их подвижность. Руки и ноги ходили легко, без малейшего скрипа.        Кивнув самому себе, он потянулся всем телом. Стальные тросы и рычаги в его туловище отозвались мелодичным гудением. Повернувшись навстречу маячащим в тени голубым силуэтам, Дровосек перехватил топор поудобнее, пригнулся и побежал.        Возбужденный Гуамоколатокинт плюхнулся на раму замершего осадного орудия:        - Не верю глазам своим, повелитель! Они отступают!        - А? – Джюс снова с трудом оторвался от созерцания заветного окна. – Кто отступает?        - Да Мигуны же! Поверить не могу, но твоя уловка сработала! И как ты только ухитряешься так угадывать?        - Мигуны? Какие Мигуны? – Урфин недоуменно потряс головой. Филин с неудовольствием отметил про себя, что вид у волшебника был хуже некуда: некогда нарядная одежда покрылась пылью и сажей, - дело для чистоплотного Джюса почти немыслимое, - щеки провалились, под запавшими глазами пролегли темные тени. Чувствовалось, что на ногах этого человека удерживает лишь колоссальное напряжение воли. Потом его взгляд прояснился.        - Мигуны? Отступают? Как это отступают?!        - Уходят без боя! Ну, не считая бедолаги Гитона, конечно. Черному взводу потребуется ремонт…        - Клянусь черными камнями! – Гуамоколатокинт с удивлением увидел тревогу на исхудавшем лице Джюса. – Они что, не приняли боя?        - Нет, сейчас они поднимаются обратно на кручу. Арум их преследует…        - Кретин! - по-обезьяньи вскарабкавшись на метательную машину, Урфин с трудом разглядел в постепенно рассеивающейся темноте свою первую роту. – Гуамоко, лети к нему и вели, чтобы сейчас же возвращался!        - Но зачем?        - Всем смирно!        Ливень стрел, продолжавший сыпаться на замок, смолк. В наступившей тишине Джюс к чему-то напряженно прислушивался, склонив голову набок. Его советник тоже напряг слух, но ничего не смог разобрать. Поэтому гримаса страха, исказившая лицо повелителя, сильно его изумила.        - Это он, - тихо прошептал Урфин, и тотчас же издалека до них донесся гулкий грохот и страшный треск.        Левую колонну капрала Арума расшвыряло в стороны, словно кегли. Казалось, будто исполинский таран ударил в строй солдат, подбросив их высоко в воздух. Под гаснущими звездами выросла огромная фигура и взмахнула каким-то предметом. Послышались странные звуки, как будто большой топор разделывается с неподатливым поленом.        - Железный Дровосек! – схватился за голову Джюс. Сражения с правителем Фиолетовой Страны он опасался больше всего. – Скорее к Аруму, ты, мешок с перьями! Уничтожить или взять его в плен любой ценой!        - От мешка слышу, - отозвался, вновь без особого уважения, филин, но все же взмахнул крыльями и быстро полетел в сторону схватки.        А Дровосека тем временем уже брали в кольцо. Солдаты Джюса оказались куда крепче черных подмастерьев: хотя в первые мгновения под ударами топора пало не меньше семи противников, отброшенные натиском живого тарана дуболомы уже снова вставали на ноги – выщербленные, лишившиеся рук и пальцев, но живые и еще способные драться. Глядя на их неподвижные в вечной ярости лица, металлический витязь печально покачал головой.        - Несчастный глупец, - обратился он к подбиравшемуся к нему сбоку Аруму. – Зачем ты пришел сюда? Зачем причиняешь людям боль?        - Слава великому Урфину! – прорычал тот, прыгая вперед. Его сабля со скрежетом столкнулась с обухом топора. Воздух загудел, когда Дровосек снова замахнулся, но Арум оказался смекалистее незадачливого Гитона: огромное лезвие лишь полоснуло его по боку, содрав длинную щепку.        - Бей его! – заорал капрал.        Голубая рота раньше всех – не считая бригады Гитона, конечно – вышла из-под резца Урфина. Рядом с остальными частями деревянной армии ее солдаты выглядели еще неказисто, еще слишком простовато – сам колдун не мог сдержать кривой усмешки, выводя войско на смотр. Не сжег он их по одной-единственной причине, все по той же: они были первыми. Солдаты Арума раньше всех начали постигать воинскую науку, а сам капрал уже вскоре помогал Джюсу обучать остальных солдат и унтер-офицеров. Нельзя сказать, что дуболомы первой роты были умнее остальных, но они лучше усвоили боевые приемы и в тактических маневрах умели работать не менее слаженно, чем Мигуны. Издав нагоняющий страх рык, деревянные гиганты всей толпой навалились на своего противника.        …Но с императором Фиолетового края не могли состязаться даже они. Недаром он в одиночку управлялся с самыми огромными и тяжелыми деревьями. Тяжелые палицы рассекали воздух, со звоном отскакивая от металла, но звон заглушался треском, с которым топор Дровосека раскалывал деревянные тела. Спокойно и равномерно занося свое оружие, он двигался через обступившую его толпу, то подаваясь вперед, то отступая и обороняясь. Груда щепок и обломков у его ног постепенно росла.        - Хватайте его за руки! – донесся до него хриплый крик. Над головой пронеслась крылатая тень. – Без топора он не опасен!        Сразу трое дуболомов одновременно сунулись к неуязвимому врагу, пытаясь ухватить его за локти. Один сразу упал с раздробленной головой, второму Дровосек подрубил колени, но третий изловчился-таки вцепиться в рукоять топора. Руки железного бойца опустились было под его весом, но потом напряглись. Раздался надсадный визг тяжей в его теле. Медленно, с натугой, Дровосек оторвал солдата от земли и с силой швырнул оземь. Дуболом разлетелся на куски, двое солдат, влезших было на его место, откатились обратно под ударами могучих кулаков. Несокрушенный воин снова поднял топор.        - Хм, а может, и нет, - пробормотал голос наверху. – Тогда за ноги хватайте!        Это сработало. Солдаты, схватившие Дровосека за лодыжки, тут же безжизненно поникли с разбитыми головами, но крепкие пальцы не ослабили хватку. И так уже с трудом переставлявший ноги в деревянном крошеве, он вынужден был остановиться – и дуболомы, увидев это, полезли еще яростнее. Из толчеи раздался торжествующий клич Арума, и словно в ответ на него, еще мощнее и яростнее засвистел топор прижатого воина.        Но железо все-таки постепенно брало верх над деревом. В последний раз громко кракнула деревянная голова, и капрал рухнул на землю, рассыпаясь в падении. Помятый, с уродливыми пробоинами в теле, Железный Дровосек выпрямился, пошатываясь. Механизмы его тела, прежде звонко гудевшие, теперь неприятно скрипели. Расталкивая ногами месиво щепок, он выбрался из кучи и оглянулся на нее.        - Несчастные глупцы, - повторил он, грустно покачав головой.        Гаснущие в предрассветном небе звезды освещали неподвижно стоявших вокруг него дуболомов. Почти половина войска Джюса окружала его, пока не решаясь приближаться. Возле замка оставались лишь стрелки, по-прежнему ломившиеся сквозь его слабеющую защиту.        - Сдавайся! – на обгорелый кусок стены перед ним опустилась большая птица. – Тебе не вырваться и не отбиться от всех!        Дровосек смерил ее взглядом.        - Я тебя знаю? – вдруг спросил он вежливо. – Ты раньше служил Гингеме. Гуамоколатокинт, верно?        - Что? – удивился филин. – Ты помнишь мое имя?        - У меня хорошая память. Я однажды слышал, как она с тобой разговаривала.        - Э-э-э… да, именно так, - Гуамоколатокинт выглядел польщенным.        - Чего хочет твой хозяин?        - Урфин Первый впечатлен твоей храбростью. Ему нужны такие слуги. Если ты сейчас бросишь топор, то останешься жив и станешь его наместником в своей стране. Возьмем в плен сами – окажешься в бочке с водой!        Правитель Страны Мигунов прислушался к какому-то легкому шуму невдалеке. Он посмотрел назад, потом на видневшиеся за замком пики Кругосветных гор. Над ними уже играло желтое зарево.        - Это все?        - А чего тебе еще?        - Тогда передай своему Урфину, - Дровосек медленно поднял топор над головой, - что я даю ему и его солдатам последний шанс сдаться. Тех, кто бросит оружие и со связанными руками отправится в Город Счастья для справедливого суда, я не трону. Остальных ждет смерть!        Первый рассветный луч засверкал на широком зазубренном лезвии и воздетых железных руках.        - Ты сошел с ума? – недоверчиво переспросил филин. – Ты разве не видишь, сколько нас здесь?        - Мой дом за моей спиной, - прозвучало в тишине. – И не мне помогать вам его грабить, равно как и никому!        - Это твое последнее слово?        - Да.        - Жаль, очень жаль, - сокрушенно покачал головой, Гуамоколатокинт с шумом поднялся в воздух. – В этой стране так мало людей с хорошей памятью… Убить его.