Фиктивное партнерство

      Картман усердно копался в школьном шкафчике, тихо бурча и ругаясь себе под нос. Он так пыхтел и суетился, будто искал там свою давно утраченную совесть. Неудивительно, что поиски не увенчались успехом. Кайл подошел ближе и остановился, расслабленно прислонившись плечом к дверце. Он был замечен не сразу. Даже интересно было понаблюдать за Картманом не в «образе», за такой его простой и забавной версией. Брофловски тихо усмехнулся своим мыслям. Эрик был похож на ребенка, потерявшего в песочнице свою лопатку.       Спустя минуту Картман поднял взгляд и, наткнувшись на наблюдателя, тут же бросил свое пустое занятие. Глаза альфы загорелись пытливыми алчными огоньками. Все его внимание сжалось до точки, сфокусированной на скуластом зеленоглазом лице его пары. Эрик сократил расстояние между ними до минимума, почти столкнувшись с Брофловски лбом. Его цепкий взгляд изучил омегу с головы до ног и привычно остановился на губах.       — Кайл… Ты как? — спросил он протяжно, трепетно опустив руку тому на живот. Вопрос был определенным: альфу интересовало здоровье его омеги, грубо им оттраханного на холодной улице. Выглядел Брофловски вполне себе целехоньким и даже хорошо удовлетворенным, но кто знает, что за глупости закрались в его дурную голову. Еврей был слишком упрямым и своенравным, а еще — чертовски желанным. Произошедшее между ними повисло грузом взаимного игнорирования, но омега решился подойти первым, что было почти прощением с его стороны.       Кайл попытался отвести от себя прилипчивую ладонь, но был перехвачен. Эрик переплел его пальцы со своими и невесомо поцеловал острые костяшки. Омега вздрогнул и, как намагниченный, подался вперед, а потом из чистого упрямства отклонился назад. Хитренький еврейский маятник! Картман не дал ему далеко уйти, зацепил за талию и собственнически потянулся к губам.       — Я в порядке, — тихо и насуплено поделился омега и покорно впустил в свой рот язык Картмана. Альфа поцеловал его осторожно и изучающе, вкладывая в этот поцелуй чистосердечное раскаяние. «Только не посреди школьного коридора!..» — мелькнула в голове Брофловски стыдливая мысль и тут же растворилась в первой волне возбуждения.       — Ты злишься на меня, я знаю, — убаюкивающе прошептал Картман своим фирменным низким голосом и прихватил мягкую губу, пососал влажный язычок. — Я был груб, это больше не повторится.       — Я не хочу об этом вспоминать, — признался Кайл и отстранился. Эрик легонько боднул его лоб своим, налаживая неотрывный зрительный контакт. Как же! Вспоминать не хотел, но обдумывал все выходные…       — Я сделал тебе больно, — сказал альфа тихо и проникновенно, а потом погладил омегу чуть пониже спины. — Приходи ко мне сегодня, я тебе там все вылижу. Хорошо?       — Что? Ты в своем уме, Эрик? — быстро очнулся Кайл и замотал головой, опасливо оглядываясь на мимо проходящих учеников. Никто не слышал этого порнографического дерьма?       — Не будь ханжой, еврей. Все пары это делают, — уже привычным раздраженным голоском без всяких томных ноток заговорил Картман, будто профессионально вышел из роли. Эрик мечтательно вспомнил, как месяц назад в один из первых дней течки он слизывал сладкую смазку с бедер Кайла, медленно добираясь до самого сокровенного местечка. Ему надо было побывать там снова, обласкать языком и протолкнуть его вовнутрь, выбить из еврейчика стоны. Как же хорошо иметь омегу, а иметь Кайла — двойное удовольствие.       — Так ли все? — усомнился Брофловски, иронично хмыкнув. — Это дико, — он скривился, попытавшись представить в этой позиции, например, Твика и Крейга. Хм, рыжий справедливо отметил, что те наверняка этим занимаются с кроличьей периодичностью.       — Все альфы лижут своих омег, Кайл, это приятно, это сближает. Тебе же понравилось в прошлый раз? — Картман гордо подбоченился, будто ожидал трехэтажной похвалы своему сексуальному мастерству.       — Ой, все, заткнись, придурок, — оборвал его Брофловски, попытавшись не сдохнуть на месте от смущения. — Я пришел серьезно поговорить о том, что случилось.       Эрик тяжело завалился на шкафчики напротив Кайла и изобразил безграничное внимание, но быстро отвлекся: погладил омегу по щеке, заправил парочку рыжих прядей за мягонькое розовое ухо. Опять Кайл использовал свой рот не по назначению — издавал им слова, проще говоря. Нудные такие и во имя всеобщей справедливости и морали. Ну, зачем разбирать на пазлы то, что случилось? Они просто повздорили и сняли напряжение, но еврей видел в этом какую-то подоплеку и ущемление его святых омежьих прав и свобод.       — Я читал вчера, что альфы после первой вязки еще полгода пытаются утвердить свои права, показать всем вокруг, что они завоевали омегу. Животный инстинкт, стремление к продолжению рода… — серьезно объяснял Кайл, пока Картман с любовным видом пожирал его глазами, будто мечтал обсосать вдоль и поперек. «Опять не слушает, что ли?» — раздосадованно подумал Брофловски и краем глаза заметил мимо проходящих хихикающих девчонок, украдкой поглядывающих на них. Особо активные сплетницы чуть шею себе не свернули, засмотревшись на воркующих парней. О, Кайл уже посмешище, здорово! Цирк какой-то.       — В общем, Эрик, я не хочу, чтобы между нами повторился такой же всплеск агрессии, поэтому мы по возможности будем взаимодействовать. Когда тебе особенно понадобится, то я приду, — замялся Брофловски, позабыв упомянуть, что ему тоже иногда хочется контакта. Преимущественно полового. Картман сразу оживился и обратил эти слова в свою пользу.       — Мне сегодня очень надо, — притворно взмолился альфа. — Мне всегда надо, когда моя мать уезжает к подружке в Фэрплэй, — он невинно захлопал ресницами, а потом плотоядно улыбнулся. — Я становлюсь таким агрессивным, когда ты мне отказываешь, Кайл.       — Блять, Картман, не паясничай. Так и быть, я зайду к тебе сегодня вечером, — нехотя пообещал Кайл и поучительно добавил: — Только мы будем вести себя в рамках приличий.       — Нахрена нам какие-то рамки, жид? Мы что, картины? — забурчал Картман и чисто из спортивного интереса показал средний палец, курсирующему по коридору Такеру.       — Нет, чтобы слишком к этому не привыкать, — утомленно вздохнул омега, потерев пальцами виски. Как же он устал бегать от своих желаний, хотелось просто им поддаться. Картман, будто прочитав его мысли, притянул омегу ближе к себе.       — И все-таки я вылижу тебя вечером, — горячо прошептал он Кайлу в самое ухо и зарылся носом в кудри, зажмурив глаза от наслаждения. — А потом медленно трахну твою влажную дырку. Ты же хочешь мой член, Кайл?       Омега неосознанно кивнул на эти слова, пригревшись в тепле альфы. Картман одобрительно поцеловал его в самую макушку и сжал обтянутый джинсами зад. Конечности Брофловски приятно заломило, низ живота налился ноющей тяжестью. Тело подло дезертировало с поля боя за адекватность и свободу права. Да, он очень хотел член Эрика, поглубже, почаще. Картман наклонился к шее омеги и широким мазком лизнул уязвимую кожу, попутно принявшись массирующими движениями вклиниваться пальцами между его ягодиц прямо через ткань джинсов. Кайл расслабленно выпятился на встречу и откинул голову, безучастно оглядев спешащих по своим делам школьников. Многие пялились, и ему это даже нравилось. Какой стыд!.. «Обожаю твой запах, твою кожу, твои волосы, Ка-а-айл», — науськивающе делился Картман. Проклятое наваждение…       — Э-э-э, чуваки, привет, — вдруг прервал их милования Стэн. Парень неловко помялся и просиял глупой улыбочкой. — Извините, что отвлекаю. Эм, Кайл, ты идешь со мной или нет?       Появление Марша несильно помогло Кайлу выйти из эротического транса, зато не на шутку раззадорило Эрика, которому только и надо было кого-нибудь задушить на месте.       — Так что? — повторил Стэн. Он вроде бы обращался к Брофловски, но при этом вопросительно пялился на Картмана, как будто тот раздавал флаеры с разрешениями на выгул своего питомца. Эрик неохотно отлепился от тепленького и уже почти готового к сексу омеги и угрюмо воззрился на нарушителя спокойствия.       — Куда? Зачем? — коротко и хмуро осведомился Картман и тут же неодобрительно выдал: — Я ему не разрешаю.       Стэн побегал глазами, упорно не встречаясь взглядом с Кайлом, который уже пришел в себя и слегка обалдел от этой ситуации. Хоть кто-нибудь здесь помнит, что он личность и в состоянии сам за себя ответить?       — Мы хотели сходить поесть вместе и поболтать… — снова смотря только на Картмана, говорил Стэнли. — Ничего такого.       — Кайл занят, свали, — нагрубил скорый на расправу Эрик и свел брови на переносице. Марш громко выдохнул, как бык перед нападением, и упрямо поджал губы. Назревал конфликт. Кайл окончательно взял себя в руки и отошел от Картмана на безопасное расстояние.       — Что за херня? — недовольно спросил омега, устав смотреть на двух бодающихся парней. Какого дьявола Стэн выпрашивает встречу с Кайлом у Картмана, как будто тот его строгий папочка, не отпускающий дочурку-омежку на выпускной с хулиганом? — Пойдем, Стэн, — решительно сказал Брофловски и потянул друга подальше от своего агрессивного альфы.       Жиртрест вздумал ему приказывать? С ума сойти! Так вот пусть идет к черту! Стэн нехотя двинулся с места, а Картман лишь злобно сощурил свои холодные глаза и со всей силы хлопнул дверцей шкафчика… несколько раз. «Долбанный психопат!..» — с каким-то противоестественным удовольствием подумал Брофловски и с легким сердцем отправился по своим делам. Как же это его заводило.

***

      — Венди просто чудо! Мне с ней так повезло! Она ведь не такая, какой кажется. Со стороны моя Вендс выглядит неприступной и вроде как чересчур правильной, но когда мы наедине-е-е, — фанатично вещал Стэн, размахивая руками, пуча глаза, а Кайл скучающе помешивал пенку своего латте ложечкой и вполуха слушал эти нескончаемые любовные дифирамбы.       Вот для чего Стэн его позвал — излиться восторгами насчет своего первого в жизни секса. Увлекательно, не то слово! А еще завидно немного. Не то чтобы Кайл завидовал чьим-то там лобзаниям, просто у Стэна и Венди были нормальные отношения, адекватные, сформировавшиеся еще задолго до их гормонального взрыва. Эта парочка была бы вместе даже в бета-статусе. У них с Картманом совсем не так… Если бы у жиртреста не крепчало в штанах при виде Кайла, то он наверняка бы свернул Брофловски шею под тем удачным углом, под которым видно собственный зад. Вряд ли бы они тискались как сейчас. От этих унылых размышлений Кайл впал в глухую кататонию и очнулся лишь тогда, когда рассказ друга приобрёл недетский рейтинг.       — Когда она потекла, то просто преобразилась. Стала такой откровенной, изобретательной. Буквально мне на ногу насаживалась. Я и сам одурел. Знаешь, какие ощущения, когда вставляешь в омегу? Просто с ума сойти! Внутри нее так круто. Горячо и все сжимается, а она сама такая слабая и беззащитная. Ты пробовал?.. О… — Стэн осекся, заметив нечитаемое выражение лица друга.       — Ты продолжай, ни в чем себе не отказывай, — съязвил Брофловски и остервенело отхлебнул горячий кофе, будто тот был с градусом и мог заглушить бушующее в нем негодование. Язык и небо болезненно обожгло, Кайл страдальчески скривился.       — Прости, чувак, я забыл, что ты омега… — пристыженно ответил Стэн и, поняв, что это оправдание закопало его еще глубже, принялся сыпать новыми: — То есть я вовсе не забывал, просто слишком увлекся…       — Блять, Стэн, я тебя понял, не оправдывайся, — раздраженно пресёк Кайл, махнув на друга рукой. Пустая трата энергии и сил — слушать его бред!       — Просто я все время думаю о Венди и не могу заткнуться. Так хочу ее, что на стенку лезу, — снова принялся за свое альфа, — но знаешь, боюсь к ней приставать, пока нет течки.       — Вот как, — колко обронил Кайл и глянул в исписанное инеем окно. Снова начал срываться снежок…       В кои-то веки выбрался с лучшим другом поболтать, а тот превратился во влюбленного придурка, стреляющего сердцами из задницы, как хлопушка стреляет конфетти. Как же гормоны поменяли Стэна. Спасибо Картману за то, что Марш хотя бы на него кидаться перестал.       — А вы с Картманом занимаетесь сексом, ну, пока ждете новую течку? — добил вопросом Стэнли и весь оживился от любопытства. Это было уже слишком!       — Что? Нет! — стыдливо вспыхнул Кайл, громко уронив ложку на стол. — Зачем нам это?       — Ну, я видел, как вы сегодня целовались… — пожал плечами альфа и беззаботно закинул в рот горсть картофеля фри.       — Стэн, — Кайл осуждающе посмотрел на друга, всем своим видом показывая, что не собирается обсуждать эту тему. Ну, целовались, и что теперь?!       — Просто хотел с тобой или с ним посоветоваться на эту тему. Не знаю, как подступиться к Венди, пока у нее нет течки, — бесхитростно сообщил Стэн, видимо не находя в этом ничего противоестественного. — Думал, может, ты расскажешь, как сделать омеге приятно. Ну, как Картману удается тебя уломать.       Лицо Кайла от такого заявления возмущенно вытянулось. Уломать?! Стэн с ходу распознал назревающую бурю и снова принялся жалобно скулить:       — Понимаешь, ты же очень упертый и в жизни бы ни под кого не прогнулся. Течка не в счет: при ней каждому башню срывает. Просто Картману удается тебя целовать, даже когда ты в здравом уме, вот я и подумал, что вы…       — Заткнись, Стэн, богом молю, — предупреждающе произнес Кайл. — Мы с ним не пара. Мы не спим друг с другом, понятно? И какого черта с тобой случилось вообще? Совсем недавно ты уговаривал меня засудить Картмана, а теперь благословляешь на долгий и прекрасный союз? — возмущенно обвинил Брофловски и скрестил руки на груди, отгородившись от собеседника. Его возмущению не было предела.       — Я не одобряю методы Картмана, просто мне его немного жаль, — откровенно поделился Стэн и, вооружившись своим смартфоном, откинулся на мягкую спинку диванчика. Вдаваться в подробности парень не спешил — принялся катать трехметровое сообщение своей ненаглядной подружке.       — Поясни, — хмуро потребовал Брофловски и нетерпеливо пнул Марша ногой. Альфа осуждающе глянул на друга.       — Ты очень красивый омега, Кайл, — вдруг признался Стэнли и ощутил при этом невообразимое облегчение. Наконец-то он мог это сказать и не расплыться лужей от дурацкого порхания бабочек в животе. Теперь Кайл был просто красивым и ничего более.       — О боже, чел, — скептически протянул Брофловски и закатил глаза, словно специально стараясь своей мимикой испортить симпатичное лицо.       — Нет, серьезно, — невозмутимо продолжил Стэн. — Красивый, но-о-о, — протянул Марш, повертев ладонью в противоречивом жесте.       — Ну, давай уже, — вспыльчиво поторопил Кайл.       — Характерный или типа того. Ты дразнишь Картмана. Ты вроде бы и его омега, но в то же время сам по себе. Он нервничает, я его понимаю, как альфа, — пояснил Стэн, назидательно подняв палец вверх.       — Когда это ты стал таким понимающим? — помрачнел Кайл, почувствовав, что его предали. Как же плохо он знал своего лучшего друга. Тот менял к нему отношение от каждого дуновения ветра.       — Когда скрепил связь с Венди. Ты не представляешь, как я ее ревную, хотя поводов-то и нет. Мне хочется всегда быть с ней и получать внимание в ответ. Я бы сдох, если бы она отказала мне, — серьезно так, по-взрослому вещал альфа, невесело качая головой. — А ты частенько так выкрутасничаешь. Вся школа уже сочувствует Картману. Все считают тебя то ли чокнутым борцом за права омег, то ли роковым соблазнителем. Я-то в это особо не вдавался… По моему мнению, ты крутишь Картманом, как тебе вздумается.       — Что за бред?! — возмутился омега. Жиртрест страдалец? Кайл им крутит? Рыжий с содроганием вспомнил недавнюю сцену на лавке, когда Картман в него ненасытно вбивался, а Кайл в омежьем бреду вымаливал прощение, сам себя не осознавая. «Эрик, пожалуйста, прости меня, прошу», — ныл омега сквозь толчки и наглаживал держащие его руки. А Картман в ответ милосердно прощал и называл его то «мой хороший мальчик», то «нежная детка». И кто тут кого? Как же стыдно вспоминать!       — Стэн, это реально чушь. Картман вовсе никакой не страдалец, — категорично выдал Брофловски, а Стэн лишь отвернул от него свои синие глаза.       — Тебе, конечно, видней, но как по мне, ты его реально мучаешь. Он чувствует, что не дотягивает до тебя. Ты долбанное совершенство, а он жирный психопат. Жиртрест боится, что ты свалишь, боится чисто на инстинктах альфы.       — Не такой уж Картман и жирный, — зачем-то высказал Кайл и почувствовал себя сущим идиотом, получив в ответ недоуменный взгляд Стэна. — В смысле я хотел сказать, что после укуса я от него никуда не денусь. Тупо что-то там доказывать.       — Нифига не тупо, — заспорил Марш. — Я вот хочу, чтобы все знали, что Венди моя. Иногда ну… мечтаю прилюдно ее… — Стэн замялся, не найдя подходящих слов.       — Не продолжай, — тактично понял Кайл. Эти подробности ему уже конкретно опостылели.       — Я Венди даже отпускать от себя не хочу. Когда узнал, что тебя с ней собираются отправить в Денвер на две недели на тупую конференцию, то сразу запретил ей ехать, — Марш снова оседлал своего любимого конька, но Кайл выцепил в этой истории кое-что крайне подозрительное. Упоминание о себе любимом!       — В смысле меня с ней? — поспешил спросить омега.       — Ну, ты что, не слышал об исторической конференции в Денвере? Это же на общем собрании обсуждали. Картман там был и сказал, что ты не поедешь…       — Стэн, твою мать, объясни толком! Причем тут Картман? — разозлился Кайл, уже абсолютно ничего не понимая.       Стэн тяжко вздохнул и как на духу выложил невероятную историю, в которой все повязанные парочки школы были приглашены на обсуждение общественных вопросов, касающихся успеваемости, посещения школьных конкурсов, викторин, выпускного, в том числе. Такие сборища были нужны для избежания конфликтов между альфами и омегами, ведь альфы тоже имели право решать судьбу своей пары. Куда же без них! Конечно, это не было прямым принуждением и больше отдавало традицией или жестом взаимного уважения, но все равно попахивало чем-то рабским.       Удивительное дело, но Картману хватило наглости явиться на собрание и что-то там решить без Кайла! Брофловски даже не знал, что состоится подобная встреча!       — Ну, жиртрест сказал, что ты не поедешь в Денвер, потому что не сможешь с ним расстаться на целых две недели. А еще заявил, что на выпускной вы оба скорее всего придете, если, конечно, у тебя не случится течки в тот день… — закончил Стэн и вопросительно посмотрел на друга, который выглядел так, как будто ему смачно зарядили кулаком под дых.       — Как же я его ненавижу, — сквозь стиснутые зубы выдавил Кайл и, схватив шапку, выбежал на заснеженную улицу, не удосужившись даже попрощаться с другом. Марш крикнул ему вдогонку что-то о неоплаченном счете, но Брофловски уже ничего не слышал, затерявшись в непроходимых дебрях обиды и разочарования.

***

      Кайл влетел в дом Картмана, как снежная лавина, принеся с собой одновременно колючий холод с улицы и всепоглощающий жар своего бешенства. Омега весь запыхавшийся, злющий, присыпанный свежими белыми хлопьями застыл на пороге. Эрик удивленно оглядел своего краснолицего гостя и поежился от проскользнувшего в дом мороза. На нем были простые домашние штаны и футболка, а Кайл был закутан в одежду по полной программе.       — Признай, Картман, тебе нравится унижать меня? Вся эта фигня с отношениями тебе на руку? — тяжело дыша, начал Брофловски, злыми порывистыми движениями ослабляя узел шарфа и расстегивая куртку.       — Та-а-ак, очень интересное начало, Кайл, но позволь, я хотя бы дверь закрою, — не удивился Картман, будто давно уже привык к таким экспрессивным концертам. Он запер дверь на замок и спокойно спросил: — Ну и что тебе там твой хиппи наплел?       — Ты упиваешься своей победой, конченый ты говнюк, — как ни в чем не бывало продолжал Брофловски, с психами избавляясь от верхней одежды, а Картман лишь учтиво принимал из его рук куртку, шарф и цеплял их на крючки вешалки. — Типа смотрите все: я имею глупого еврея, жалкого омегу. Он моя безотказная подстилка, ничего не может мне сделать, я его нагибаю, ха-ха, — зло искажая голос, распылялся рыжий.       — Не очень понимаю, о чем ты, мой дорогой Кайл, но скажу, что это не так, — смиренно ответил Картман и утомленно вздохнул. Опять еврею что-то куда-то стрельнуло.       — Да ладно, ты всегда втаптывал меня в грязь, Картман, а теперь получил идеальную возможность использовать меня, — гневно вещал Кайл, крутясь по комнате. — Ходишь такой важный, принимаешь за меня решения: ехать мне в Денвер или не ехать, идти ли мне на выпускной или остаться сидеть на твоем толстом хрене.       — Ах, так ты о том тупом собрании, — с облегчением протянул Эрик и чуть тише добавил: — Толстом… как мило.       — Ты не дал мне съездить в Денвер! — обвиняюще выкрикнул Брофловски. — Эта конференция пошла бы пометкой в мое личное дело!       — Во-первых, твое личное дело уже лопается от пометок, проклятый ты ботан, — осадил омегу Картман. — Не понимаю, зачем тебе вообще сдались эти сраные пометки и эта твоя учеба. Я без денег нас никогда бы не оставил, ну да ладно, хочешь учиться — учись, — Эрик махнул рукой, обесценив этот вопрос. — А во-вторых, ни ты, ни я долго бы разлуку не вынесли. Признай, что тебе хочется быть рядом со мной, Кайл.       Брофловски язвительно хмыкнул. Ему дико захотелось врезать этому невозмутимому говнюку.       — Какие славные аргументы, Картман. А что же с выпускным? С чего это ты разрешил мне идти?       — Ну, потому что ты будешь под моим присмотром, еврейчик. Да и пойдем мы только при условии, что у тебя не случится течки. По моим подсчетам такое вполне возможно, — миролюбиво поведал Картман и, интуитивно почувствовав, что напряжение спадает, подошел ближе к омеге.       — Заканчивай считать дни до моей течки, придурок. Я собираюсь принимать таблетки, — непреклонно сообщил Кайл и отступил на шаг назад, испугавшись ответной реакции альфы. Тот за секунду обратился в чистейшую ярость.       — Пока я жив, ты не будешь принимать это дерьмо! — грубо отрезал Картман, взорвавшись внезапной вспышкой. — Ты мне нужен здоровым и адекватным. Для течки у тебя есть я.       — Не ори на меня, — коротко выдал Кайл и замолк. Эрик растерянно почесал затылок и отвел взгляд.       — Я о тебе забочусь, — обронил он невнятно.       — Картман, ты думаешь, я поверю, что ты заботишься обо мне? Еще недавно ты насмехался даже над тем, что я омега, унижал меня при всех, а теперь вдруг перестал? — грустно спросил Кайл, поняв, что устал, растерял весь запал и силы. Упрямые омежьи инстинкты требовали поддаться, принять покорную позу, раздвинуть ноги и взмолить альфу его утешить.       — Это в прошлом, — сказал Картман и поднял на омегу строгий взгляд. — Да, ты меня слегка бесил, но с тех пор многое изменилось.       — Многое изменилось за жалких два месяца? — обреченно уточнил Брофловски. Он не верил в это.       — Да, за жалких два месяца, — подтвердил Картман и вцепился в запястье омеги, будто тот мог убежать. — Пойми, Кайл, теперь ты со мной. Я не стал бы самоутверждаться за счет моего омеги. Конечно, мне нравится, что ты в моей власти, но не забывай, что и я в твоей. Твое одобрение для меня куда важней мнения толпы. Я просто хочу быть с тобой и все, — непривычно серьезным и взрослым голосом поведал Эрик и обнял омегу, прижал его к себе так отчаянно и сокровенно, что у Кайла внутри все затрепетало и запело в робком восторге. Захотелось признаться, раскрыться на свой страх и риск.       — Я боюсь, Эрик… — еле слышно прошептал Кайл в шею альфы.       — Чего? — спросил Картман, отстранившись и заглянув омеге в лицо.       — Тебя, — неутешительно признался Кайл. Это была правда, он боялся сидеть на поводке, конец которого держал Картман. Пусть тот и был всяко лучше любого другого альфы, но по-прежнему оставался очень противоречивой личностью, мотивы поступков которой были сокрыты за семью печатями.       — Кайл, мой дорогой Кайл, — запальчиво зашептал Эрик, растаяв от вдруг обуявшего его восторга. — Только мой, хороший омега, — нежно продолжал альфа, горячечно лаская и целуя парня везде, куда мог дотянуться. — Пойдем в мою комнату?       Кайл вцепился в его плечи пальцами и мысленно признал, что возбужден так, что ноги подкашиваются. За этим он сюда и бежал. Не поругаться, нет. Ну, может быть, сначала поругаться, а потом очень приятно помириться…       — Давай здесь, я не выдержу, — выдохнул Кайл и оттолкнулся от Картмана. Эрик мутным взглядом проследил за тем, как его омега упал на колени перед диваном и уперся локтями в мягкое сидение, призывно выпятив зад. Это было просто восхитительно.       Картман немедля пристроился сзади, огладил бедра Кайла и стянул с него мешающие джинсы и белье. М-м-м, омега не тек, но пах до одури хорошо. Особенно там, где выделялась редкая смазка. Эрик развел бедра Кайла шире, оглядел блестящее влагой колечко мышц и жадно припал к нему губами и языком. Омега придушенно застонал и двинулся навстречу прикосновению. Такой возбужденный, такой истосковавшийся.       — Тебе нравится? — оторвавшись от своего бесстыдного занятия, заботливо спросил Картман. Он облизнулся и снова мазнул по раскрывшемуся, словно свежая рана, отверстию.       — М-да, — не стал врать Кайл. Он уткнулся лицом в сгиб своей руки, разметав рыжие кудри.       — Что еще тебе нравится? — специально допрашивал Эрик. Он обвел языком сочащуюся дырочку и вставил туда два пальца. Мышцы расступились, а потом туго обхватили его. Кайл сжался так сладко, так крепко, будто не желал выпускать. Картман невольно подумал о том, что омега в возбужденном состоянии может принять в себя целый кулак.       — Мне нравится… ах… когда ты нежный, — последовал неразборчивый ответ.       — Мне тоже, — согласился Картман, небрежно трахая омегу пальцами и урывками облизывая розовую кромку входа.       — Кончишь в меня? — вот так просто попросил Кайл.       — Непременно, — пьяно пообещал Эрик и вынул пальцы, измазанные влажной смазкой, тягучей нитью потянувшейся от разработанного входа. Картман застыл, с какими-то иступленным наслаждением рассматривая свою липкую руку. Омега выгнулся и повернул рыжеволосую голову, чтобы взглянуть на остановившегося альфу. Эрик опустил смоченные пальцы себе в рот и на глазах у Кайла тщательно обсосал их, наслаждаясь вкусом своего омеги. Они единое целое, их запах один на двоих, и этим невозможно насытиться.       — Эрик, — проронил Кайл возбужденно. Он чуть приоткрыл рот, засмотревшись на бесстыдные действия своего альфы, и взгляд его зеленых глаз говорил что-то вроде «я тоже хочу, поделись со мной». — Мне нужен узел, — только и смог произнести омега.       Картман стянул с себя штаны и вынул свой торчащий колом член. Эрик тоже хотел сцепить Кайла, но вряд ли это было возможно не в течку. Сейчас он мог только хорошенько вставить в маленький розовый вход и трахать его до красноты. Что альфа и сделал без промедления, выбив из омеги стоны наслаждения и первый оргазм, заливший его руку, сжимающую член.       — Какой ты быстрый, — усмехнулся Картман, сам пребывая на грани.       — Пошел ты, — проскулил омега и требовательно сжал ладонь любовника на своей промежности, приказывая продолжать ласки. Эрик сделал пару мощных толчков и кончил, обдав Кайла изнутри горячим семенем. Омега изнуренно завалился грудью на диван, но Картман не дал ему отдохнуть. Приподнял и усадил на мягкие подушки, а затем взял его снова поднимающийся член в рот. Захватил по самое горло, вернулся к набухшей головке. Кайл взвел таз ему навстречу, оторвавшись от дивана. Он уже совсем не соображал: хватал воздух приоткрытым ртом и благодарно гладил альфу по голове, ероша густые каштановые волосы. Картман с восторгом проследил за тем, как его сперма вытекает из Кайла, пачкает обивку. Омега предоргазменно вздрогнул и начал обильно кончать. Картман услужливо испил все до остатка, а потом полез целоваться жадно и мокро.       — Всегда бы так, — оторвавшись от Кайла, сыто сказал Эрик и притянул ослабшего парня к себе.

***

      Кайл изнеженно откинул голову на плечо Картмана, а тот обнял его покрепче и закрутил кран с горячей водой. Они оба уже спеклись, а ванная комната наполнилась паром, отчего запотело зеркало, а на стенах, покрытых плиткой, выступила испарина. Парни сидели в пенной ванне, было тесно, но приятно. Картман прижимал Кайла к своей груди и медленно массировал его голову пальцами, зарываясь в мокрые намыленные кудри. Омега морщил нос от удовольствия всякий раз, когда Эрик касался особенно чувствительных точек. Альфа млел от столь интимной близости и спокойствия. После отличного секса горячая ванна была как нельзя кстати. Да и вообще все складывалось замечательно. Омега был в полной его власти по доброй воле и наслаждался не меньше него. Этот момент был настолько бесценным, что хотелось его схватить, законсервировать и спрятать далеко-далеко. Внезапная идиллия казалось слишком хрупкой и мимолетной, словно высокий карточный домик.       Кайл впился короткими ногтями в колено Картмана, когда тот коснулся его головы особенно приятно, так кот мягко впивается в хозяйскую руку, когда его гладят за ушком. Эрик хмыкнул и чуть развернул омегу к себе, чтобы поцеловать.       — Ты же останешься на ночь? — спросил он, насилу оторвавшись от нежного рта. Кайл облизнул припухшие губы и гибко потянулся, расплескивая воду и пену за бортик ванны.       — Какой же я засранец, — весело заключил он, глянув на размокший банный коврик.       — Не уходи от ответа, — усмехнулся Эрик и перехватил его руки, обвел в ласкающем движении, размазывая пену, и выпустил.       — Останусь, — согласился Кайл и набрал в ладонь пушистую горсть белых пузырей. Картман довольно улыбнулся.       — А жить со мной останешься?..       Кайл дунул на пену, та разлетелась брызгами. Эрик выжидательно притих, он был почти уверен, что Брофловски не ответит.       — Я подумаю, — неопределенно произнес Кайл. Картман удовлетворенно хмыкнул, ощутив себя на вершине мира.

***

      Следующее утро встретило Кайла одиночеством и ярким солнечным светом. Парень очнулся в доме Картмана в его постели, только вот самого хозяина дома нигде не было. Брофловски быстренько натянул на себя трусы и направился на поиски своего потерявшегося партнера. Голова была пустой спросонья, как и желудок, громко требовавший еды. Выбравшись в коридор, омега остановился. До его ушей долетела музыка с первого этажа, кажется, со стороны кухни. Рыжий понадеялся, что Картман любезно сваял завтрак и не сожрал его в одну персону.       Кайл воодушевленно направился вниз. Тело и душа пели от восторга. Вчерашний вечер позволил омеге откинуть все свои сомнения и хоть ненадолго расслабиться. Меньше мыслей - больше дела! Парень, напевая себе под нос какую-то незамысловатую песенку, открыл дверь на кухню и пораженно застыл. Там его ждал небольшой сюрприз. К своему удивлению Брофловски обнаружил в комнате вовсе не Картмана, а его мать и прилагавшийся к ней безумный беспорядок.       Под громкие звуки радио Лиэн творила какое-то невообразимое блюдо. Вид миссис Картман поверг Кайла в дикое смятение. На ней были лишь микрошорты, выставляющие на обозрение половину ягодиц, и маечка-топ из тонкого хлопка, еле прикрывающая полную грудь с торчащими сосками. Женщина пребывала в своем мире: приплясывала под пульсирующий бит и взбивала венчиком яйца. Кайл почувствовал себя неловко еще и от того, что сам был в одних трусах. Он собирался для приличия поздороваться, но тут Лиэн резко крутанулась в эмоциональном танцевальном движении и обдала лицо парня яичным желтком, слетевшим прямо с мокрого венчика.       — О, Кайл, ты уже проснулся, — восторженно протянула миссис Картман и вприпрыжку, словно девочка, бросилась к нему. — Прости, прости, — пылко затарахтела она, с избыточным усердием стирая со щеки омеги желток. Женщину будто в одно место ужалили, энергия рвала ее изнутри на части.       — Да все нормально, — смущенно промямлил Кайл, а Лиэн озорно улыбнулась и прижалась к нему всем телом, нездорово горячим, почти кипящим, а затем совсем не по-дружески поцеловала прямо в губы. Это было так неожиданно, что Кайл даже неуклюже ответил.       — Доброе утро, — разнеженно выдохнула она и уткнулась носом ошарашенному парню в ключицу. — Ты так вкусно пахнешь Эриком. Я это чувствую, он тебя брал этой ночью. Ах, как чудесно, теперь мы большая дружная семья и будем жить вместе, — женщина взяла его руки и положила себе на грудь. Брофловски с ужасом ощутил твердые бугорки сосков, уткнувшиеся ему в ладонь. Она пьяна? Или под чем-то? Какого черта они играют в любовников?       — Э-э-э, Лиэн, вы в порядке? А где Картман? — попытавшись тактично отстраниться, выдал Кайл.       — Эрик ушел на какие-то дополнительные занятия, не помню, — отмахнулась женщина и снова полезла целоваться. На сей раз Кайлу удалось увернуться, но Лиэн не отставала. — Ты знаешь, что раньше в семьях омеги помогали друг другу в течку, когда не было подавляющих таблеток. Альфа не всегда был под рукой, да и нельзя было, например, по возрасту… — завлекающе рассказывала Лиэн, облизывая алые губы, похожие цветом на перезревшую вишню. У нее был такой пронизывающий хищный взгляд, как у Картмана, когда тот «выходил на охоту». Кайл отступил назад и уткнулся задом в ребро стола. Да у Лиэн течка!.. Но почему тогда она удумала лезть к нему, к такому же омеге?       — Лиэн, послушайте…       — Помоги мне, Кайл, мы же с тобой теперь друзья. У тебя есть член, меньше, чем у альфы, но все же, — в бреду выдала миссис Картман и попыталась выпутаться из своей маечки. Кайл перехватил ее руки, закружил по комнате и отрезвляюще встряхнул.       — У вас есть таблетки, Лиэн? — серьезно спросил Брофловски. Женщина замялась, на ее глазах проступили слезы, будто Кайл ее сильно обидел. Она всхлипнула и закапризничала.       — Я не хочу пить таблетки, Кайл, они ужасные, они убивают мою природу, а ты очень хороший и надежный, — робко поведала женщина и погладила пах парня через белье. — Ты омега моего сына, наш общий омега, с тобой можно…       — Лиэн, прошу вас, сосредоточьтесь, — терпеливо продолжил Кайл. — Скажите, где таблетки?       Миссис Картман тяжко вздохнула и все-таки призналась: «В ванной, в подвесном шкафчике». Кайл тут же схватил Лиэн за руку и, как маленькую, повел за собой.       Добравшись до ванной, парень сразу же кинулся к зеркальной полочке над раковиной. Лиэн он усадил на пол, на пушистый коврик. Женщина вяло привалилась к бортику ванны и тяжко вздохнула, подняв оленьи глаза на такого недоступного омегу. Кайл распахнул дверцу шкафчика, и на него просто обрушилась лавина пачек и блистеров. Таблетки грудой осыпались в раковину. Брофловски обомлел, такой кучи супрессантов хватило бы ему на две жизни. Зачем Лиэн столько таблеток? Не было времени думать об этом. Кайл выдавил парочку капсул на ладонь и растеряно огляделся в поисках стакана для воды.       — Я так смогу, — заверила Лиэн апатично и отобрала у него таблетки, чтобы одним махом закинуть в рот и шумно проглотить. Кайл тяжело осел на пол напротив женщины и погладил ее по голой худенькой коленке. Лиэн тепло улыбнулась ему.       — Прости меня, Кайл. Я не хотела, чтобы ты видел меня такой… Эрику будет за меня стыдно, — грустно сказала миссис Картман и слезливо шмыгнула.       — У вас течка, в этом нет ничего дурного, — успокоил ее Кайл, но Лиэн покачала головой.       — Да нет у меня никакой течки, я всегда такая…       — Как это? — не понял Брофловски.       — У меня слишком повышенный уровень гормонов, мне всю жизнь приходится пить эти проклятые таблетки. Иногда я срываюсь, и происходит то, чему ты стал свидетелем, — поведала миссис Картман с грустью. Кайл шокированно уставился на женщину.       — А Эрик об этом знает? — с каким-то мрачным предчувствием спросил парень, поняв, что ответ его просто убьет.       — Да, конечно, знает. Он с детства помогает мне с этим бороться, частенько рассчитывает мне дозу таблеток и следит за тем, чтобы я их принимала, — Лиэн печально улыбнулась и опустила голову. — Все считают меня распутной, но это вовсе не так. Я не хотела, чтобы и ты думал обо мне плохо. Ты ведь так дорог Эрику, а я все испортила…       Кайл забыл, как дышать. Картман знал… У Картмана была возможность достать для него таблетки. Целая куча супрессантов прямо у него под носом, но жиртрест соврал и вцепился ему в горло. Зачем, боже? Зачем?!       — Лиэн я вовсе не думаю о вас плохо, — дрожащим голосом произнес Кайл. — Я рад, что вы мне доверили свой секрет. Неужели нельзя ничего сделать?       — Только операция, которая превратит меня в бету, но я не хочу, — правдиво ответила Лиэн. — Я всегда боялась, что Эрик унаследует эту мою особенность. Для альфы это еще большая катастрофа, он был бы слишком агрессивен, но когда я вижу, как он любит тебя, то понимаю, что все в порядке. Мой сын не станет обижать свою омегу.       Кайл почувствовал, что сейчас позорно разрыдается, громко, навзрыд. Глаза защипало, а горло судорожно сжалось. Как подло, как ужасно! Миссис Картман подняла голову и заметила катастрофическое состояние омеги.       — Кайл, милый, тебе плохо? — забеспокоилась женщина и поднялась на ноги. — Я тебя так расстроила? Я уже в полном порядке. Хочешь, сделаю тебе травяной чай?       — Нет, все нормально, Лиэн. Простите, но мне пора, — сдавленно сказал Кайл и под чутким контролем миссис Картман принялся собираться домой.       Разреветься ему в тот день удалось лишь на улице, обессильно и горько.