I want you to always be you

Мерлин обреченно оглядывал остров, который так неожиданно превратился для него в клетку. Неужели он не сможет ничего сделать со своим заточением здесь? Неужели Авалон так и будет звать его к себе, где бы маг ни находился, и требовать присутствия? «Теперь, после смерти жриц, ты и я — последние оплоты древней магии. Ты и я — хранители острова». Что это значит? Призвание Мерлина — хранить Артура и Камелот, но Авалон… За последнее время Мерлин слишком устал, чтобы пытаться найти ответы на все эти вопросы. Сейчас самым важным был лишь один: как спасти Гаюса? — Мерлин! От неожиданности маг подскочил на месте, но, поняв, кто его зовет, тут же сорвался с места и побежал к озеру. — Фрея! — радость, ставшая огромной редкостью в его жизни, заполнила сердце мага. — Мерлин, что случилось? Я искала тебя… Говорят, жрицы мертвы, и ты теперь… Мерлин, это правда? Отражение девушки хмурилось и словно качало головой, от чего на воде расходились круги. Мерлин устало опустился на берег и посмотрел на озерную гладь. — Правда, Фрея, — произнес он с оттенком грусти. — И я не знаю, что мне делать еще и с этим. — Мерлин! — отражение засияло улыбкой. — Но ведь дар — быть хранителем острова блаженных — это величайший дар! Это сердце всей магии! И ты теперь владеешь ей всей… Ты, как и было предсказано, самый могущественный маг, из когда-либо ступавших на эту землю! Мерлин отвернулся. Глаза жгло слезами беспомощности. — Мерлин? — почувствовав настроение друга, Фрея перестала улыбаться. Голос ее стал тих. — Какой смысл, — тихо начал волшебник, все еще не смотря на воду, — быть самым могущественным, но не уметь спасти тех, кто дорог? — Но Артур… — Артур жив, — Мерлин все же повернул голову. Отражение нахмурилось снова. — Кто тогда? — едва слышно. — Гаюс… — Но как? — если бы Фрея стояла рядом из плоти и крови, она бы прикрыла рот ладонью, Мерлин был почти уверен в этом. — Проклятье Элейны. — Мерлин, мне… Мы точно не можем ничего сделать? Маг был несказанно благодарен подруге за это «мы», но лишь медленно и грустно покачал головой: — Нет… Я могу. В глазах Фреи сверкнула надежда: — Но тогда почему… — Потому что я должен остаться здесь и искать ответ, но сколько пройдет времени в Камелоте, пока я найду его? Молчание повисло над озером, но неожиданно бодрый голос Фреи разрушил его спустя минуту: — Мерлин! Маг вновь посмотрел на отражение: оно улыбалось, но причина веселья была совсем не понятна Мерлину. — Мерлин! Феи! Ты просил меня поговорить с ними! Они согласились помочь тебе! Глаза Мерлина вспыхнули, он заерзал на месте, подбираясь ближе к воде. — Но как они могут помочь мне в этом? Килгарра… — Килгарра — самое древнее магическое существо на этой земле, но он никогда не говорит всего, разве нет? Возможно, феи смогут помочь… — Как мне найти их? — Я попрошу их о встрече. Сегодня, в полночь, возле камня на поляне у леса. — Но я должен быть здесь… — Мерлин, — голос Фреи был мягок и нежен. — Ты должен рассказать все Артуру. Король сойдет с ума и не сможет править, если потеряет тебя вновь. Если не будет знать, что с тобой случилось. — Да, — серьезно и грустно подтвердил Мерлин. — Ты права: я должен попрощаться с Артуром… Фрея улыбнулась вновь: — Не думаю, что это будет так легко… В полночь у камня, хранитель Авалона. И исчезла.

***

Мерлин медленно шагал к лесу, раздумывая над тем, что предложила Фрея. Возможно, феи, действительно, смогут чем-то помочь и тогда у Гаюса и у него будет шанс… Возможно. Но пока предстояло самое сложное — сказать Артуру, что он должен покинуть его вновь. — Где ты был? — раздалось из-под тени дерева. Голос короля Мерлин не спутал бы ни с чьим больше. В лесу, где располагался лагерь рыцарей, сгущались сумерки. Часовые поиски решения на Авалоне стоили друзьям Мерлина целого дня жизни… Что же будет, если он вернется на остров? Он никогда больше не увидит никого из друзей вновь. Мерлин знал это, и душа его противилась. Нет, он обязан найти какой-то выход. Оторванный от подобных размышлений вопросом Артура, Мерлин повернулся на голос: — Я… Как, как сказать ему, что все, за что он боролся и все, ради чего Гаюс едва не потерял жизнь, оказалось напрасным? — Я знаю, где ты был, — прервал Артур твердо, освобождая Мерлина от мук признания. — Ты был на Авалоне. Артур оторвался от ствола, на который облокачивался все это время, и сделал шаг по направлению к другу. — Ты нашел то, что искал? — в голосе короля мелькнула надежда, которую Мерлин ему дать, увы, не мог. — Да, — тихо ответил он. Лицо Артура просветлело, но маг продолжил: — Чтобы спасти Гаюса, я должен вернуться на Авалон. И снова великий король стал чернее тучи. — Только там я найду ответ. — Мерлин, — властный и твердый голос истинного отпрыска Пендрагонов зазвучал громче. — Что бы ты ни задумал, знай: я пойду с тобой. Не успел маг ничего ответить, как из-за деревьев донеслось многоголосое: — И я. Из чащи один за другим выходили рыцари, и в их взгляде сверкала решимость. — Но вы не можете! Мерлин, который так долго пытался защищать их всех, был почти на грани. Его голос едва не сорвался на крик. — Вы не можете, потому что… — … потому что смертные не могут ступить на Авалон и выжить, — продолжил Артур, глядя прямо на друга. Мерлин опешил. — Откуда ты знаешь? — Гаюс, — прозвучал ответ. — Он рассказал мне все об этом острове, прежде чем мы отправились тебя искать. — Да, — подтвердил Мерлин сказанное. — Вы не можете ступить на остров… А если бы даже и могли, то что станет с Камелотом? Пройдут года, пока я буду блуждать там! — Мерлин, — Артур был тверд. — Посмотри на меня: я жив. Я ступал на ваш священный остров, но я жив и здоров. А королевство… — Артур немного помедлил, справляясь с тяжестью в душе. — Оно в надежных руках. Гвиневра — прекрасная королева. — Но не такая, как ты — король. Мерлин выдержал взгляд Артура и бросил ему ответный такой же. — Это тво… — Моя судьба, я знаю. Но также я теперь знаю, что моя судьба — быть рядом с тобой. Рядом с моим… другом. Последнее слово Артур произнес с гордостью. Все еще продолжая пристально смотреть, словно хочет принудить мага к послушанию гипнозом, король сказал: — Мы пойдем с тобой. И ты не сможешь этого никак изменить. — К тому же, — послышался тихий голос Леона. Рыцарь смотрел в сторону бездыханного Гаюса, — насколько я понимаю, единственный способ сохранить жизнь Гаюса до того, как ты найдешь путь к его спасению, — отнести его на остров.