Different at the day, same at the night...

Робкие утренние солнечные лучи опасливо заглядывали в полу-разгромленную комнату. В комнате, в которой не сразу, но можно было узнать гостиную, создавалось впечатление нашествия не очень уравновешенных варваров. Журнальный столик, разломанный на составляющие, заводские и произвольные, валялся в центре живописными руинами. Перевернутое кресло «щеголяло» четкими шоколадными отпечатками ладоней на спинке, а на подлокотниках извивались разводы от туши. Рядом с креслом присоседились исцарапанная ножиком табуретка и пятно от чего-то алкогольного, из-за которого слипшийся ворс ковра ершился испуганным ежиком. Кое-где по обоям бежали ленты загадочных программных кодов, часто перемежавшихся различными смайликами самого коварного плана. На полу возле розетки устало шумел небольшой ноутбук, на экране которого замерли герои старого мультика про веселых друзей-животных из Нью-Йорка. Во всплывающих окнах BIC-а мелькали надписи с обеспокоенными возгласами на тему бессонницы и переживаний за психическое здоровье хозяев компа. В углу наказанными озорниками толпились три пустые бутылки из-под ликера Baileys, шампанского Asti Mondoro и неопознанного белого вина. Чуть поодаль баюкал остатки виски Jack Daniel’s, которые плескались где-то на уровне чуть выше донышка. На чудом уцелевшем диване под клетчатым на шотландский манер пледом, свернувшись не сильно компактным, а если еще точнее – совершенно распущенным, клубком спала какая-то девушка. На голове топорщился голубой полу-ирокез, из которого зачем-то торчали в стиле традиционных японских палочек карандаш и авторучка, правый глаз был густо намалеван черной подводкой, левый радовал потеками водостойкой туши. В руках спящая стискивала открытый маркер, которым, судя по цвету, явно занимались программированием на стенах. С противоположной стороны из-под покрывала торчала маленькая аккуратная пяточка, с невесть зачем изображенным на ней символом кафе Fairy Tail. Увидь кто сейчас Леви в таком образе, юное компьютерное дарование потом долго бы возвращало свой имидж сторонницы здорового образа жизни. В соседней комнате ситуация была немногим лучше. Нет, порядок там был, только обитательница была в полном раздрае. Почти такой же макияж, как и у программистки из гостиной, только с поправкой на румяна и тени. Волосы были заплетены в кучу кривых-косых косичек, от активного ворочания покрывшихся колтунами и вылезшими прядками. Нос «украшала» нарисованная фломастером родинка, а точнее целая плеяда черных точечек в виде звездочки. На левом ухе желтел пластырь, скрывая следы домашнего пирсинг-салона. И на так же выставленной на свет божий пятке гордо виднелся знак Хвоста Феи. И еще одна любопытная деталь: на комоде стоял заляпанный сыром и шоколадом фотоаппарат. Если все понимают, что это значит… И представьте себе атмосферу в этом разгромно-спящем царстве в половину восьмого утра после жизнерадостного звонка в дверь. Люси подскочила на кровати и рухнула на пол, сразу схватившись за мерно гудящую голову. Взгляд на прикроватную тумбочку, где стояли часы, убедил ее в бесчеловечной натуре утреннего гостя. – Кто ходит в гости по утрам – тот поступает глупо и огребает в репу! – перефразировала она реплику из одного русского мультика, что показывала ей одна неугомонная россиянка, и о-очень медленно поднялась на дрожащие ноги. Ее состояние легко представить. Спать они с Леви легли всего час назад, уговорив при этом по 1,7 литра алкогольной продукции разной крепости на нос. А если вспомнить еще и с какой «радости» они так накушались, то самим хочется пристукнуть этого «жаворонка». А тем временем Хартфелия уже доползла до двери и теперь яростно сражалась с вредным дверным замком, опрометчиво не глянув ни в глазок, ни на экран камеры наружного наблюдения. – Ну, и кого принесло с утра на смерть? - вопросила она, наконец распахивая дверь и держась за ручку, чтоб на площадку не вывалиться. Леви, эта «засранка мелкая», проигнорировала внешний раздражитель, продолжая спать праведным сном набедокурившего ребенка. – О, Люси, прости, что так рано, но дело очень срочное! – заулыбался старичок за порогом. В этот момент блондинка испытала некоторые угрызения совести, так как это был ее сосед снизу. Пожилой человек никогда не ругался на нее за шум и топот, всегда был приветлив и старался помочь. Он не раз говорил Люси, что та похожа на его погибшую внучку, и девушка не хотела расстраивать старика. – Что такое, Акено-сан? – спросила сейю, протирая глаз и развозя тени по правой щеке. – Понимаешь, мне срочно нужно ехать в Осаку, а Плю оставить не с кем, – затараторил господин Акено, а Люси поняла, что попала. – Ты не присмотришь за ним? Это ненадолго, всего на недельку! – Э-э… – протянула роллер, не зная, какую бы отговорку поправдоподобнее придумать, но тут… – ГАВ! – громоподобно высказался сам Плю, и на девушку прыгнуло около 50 килограмм живого веса. Бумс, бамс, хряпс, шмякс! – АЙ! – взвизгнула студентка, падая на не очень гостеприимный пол и одновременно пытаясь отодвинуть от себя слюнявую пасть. – Ну, так что, присмотришь? Я с ним уже погулял утром, – с надеждой переспросил Акено-сан, не заметив ее потуг насчет самоотвода. – Хорошо… – просипела Хартфелия, понимая, деваться ей уже было некуда. Здоровенный пятилетний сенбернар, кличку которому дала сама Люси, когда еще была в старшей школе, радостно повторил свое «ГАВ!» и усиленно завилял мохнатым хвостом. *** Эльза вздохнула и покосилась на лежащий рядом на парте мобильник. Тот невинно молчал, чем заставлял старосту нервничать, беситься и строить планы страшной казни. Рука уже тянулась к блокноту, чтоб начать выстраивать правильный порядок всех тех страшных пыток, которые Скарлетт собиралась применить к Леви. МакГарден не пришла на первую пару, которая как раз и шла. Кстати, народу вообще было подозрительно мало. Нацу отсутствовал, Грей и Локи астрально были не с ними, тупо лежа на парте, Джубия почему-то не явилась, Люси тоже не было. Ну и еще куча народу со всех групп. Но у Люси уважительная причина, она вся побитая, а семинаров на сегодня не было. Да и Джубия уже отписалась, что у нее какие-то проблемы с ухом, и что она сейчас сидит в очереди к лору. К прогулам Драгнила Эльза уже привыкла, и хоть его тоже надо было проучить, механизм воздействия на этого оболтуса уже давно был отработан. А вот МакГарден… В общем, Danger намеревалась подтвердить свое ночное прозвище, которое, кстати, часто заменяли на Devil. Тихо, шепотом, чтоб не услышала, но заменяли. – Ну я им устрою… – прорычала роллер в одну десятую громкости и грозно хрустнула пальцами. *** – Плю, отстань, дай мне поспать, – стонала Люси, отпихивая от себя нежданно-негаданно свалившегося на нее питомца. Она целый час перетаскивала его вещи от Акено-сана к себе, и голова у нее пухла от ценных указаний насчет питания и выгула четвероногого друга. Сенбернар наклонил голову и тихо-вопросительно гавкнул. – Да, дай поспать! – повторила Хартфелия, заворачиваясь в одеяло. – Я спала всего час! А тут ты на мою голову! Поэтому будь хорошим псом, не трогай меня ближайшие пять часов! Пес наконец-то уразумел, что ему толковали, и бдительно улегся рядом с кроватью, всем видом изображая неусыпную охрану сна блондинки. – Хороший пес, – растрогалась девушка и, свесив руку, потрепала лобастую голову. – Вот высплюсь, сходим в магазин, куплю тебе косточку. Плю довольно вильнул хвостом и тоже закрыл глаза. Тихо тикали часы. Из-за плотно закрытого окна долетал приглушенный щебет ранних пташек. В притихшей квартире было даже слышно ровное сопение спящей в гостиной Леви и ее периодическое бессвязное бормотание каких-то компьютерных тонкостей. Блондинка довольно вздохнула и устроилась поудобнее. Как ни странно, присутствие Плю и его шевеления давали какую-то защищенность, какой-то покой… Что ж, теперь можно и отдохнуть… Но стоило сейю начать погружаться в мир Морфея, как на тумбочке затрезвонил телефон. Нужно ли говорить, что для Люси это прозвучало с эффектом Рагнарека? – КТО ОПЯТЬ?! – завопила капитан роллеров, сейчас больше напоминая Геру, которая в очередной раз поймала Зевса на измене, и теперь отбирает у грозного мужа лавры, меча очами гром и молнии. Плю подскочил и громко залаял, решив, что его новой хозяйке грозит опасность. Но потом глянул на эту самую хозяйку и, скуля от страха, полез прятаться под кровать от ее зверского лица. Телефон был резко сграбастан, по-другому не скажешь, нежной девичьей ладонью и сжат отнюдь не с женской силой. Не глянув на определившийся номер, Хартфелия приняла вызов, даже «алло» не сказав, ибо к стандартному слову прибавилось бы еще штук 15 нецензурных. – С добрым утром, Люси! – раздался до противного бодрый голос Драгнила. На заднем фоне угадывался рокот любимого Кавасаки парня. – Ты на пары-то пойдешь? Я на колесах, могу подвезти… – Ты придурок? – ласковым голосом Марии Медичи проворковала Хартфелия, плотоядно скалясь. – У меня все тело в синяках, а ты меня на байк?! Я спала сегодня всего час, а ты меня на пары?! У меня тут аврал полный, а ты мне «с добрым утром»?! – Э-эм… – растерялся байкер, явно понимая, какую тупость он сморозил. – Прости, пожалуйста, я просто соскучился, хотел тебя повидать… – Ты меня меньше 12 часов назад видел! – рявкнула уже кипящая блондинка, потрясая кулаком. – Ну, Люси… – совсем расстроился парень, даже рев байка поутих. – Хотя… – вдруг пришла в голову роллеру гениальнейшая по своей подлости мысль. – У меня тут Леви, а ей прогуливать нельзя. За ней не заедешь? Я тебе чаю налью. – О! – обрадовался альтернативе Нацу. – Конечно, заеду! Только ты ее разбуди к моему приезду. А то я уже в пути, а первая пара в разгаре. Да еще пока доедем… – Конечно-конечно! – заверила его чудовище с всклокоченными светлыми волосами и адскими глазами. – Ну все, солнце, я скоро буду! – сказал Нацу и отключился. А Люси временно зависла, растаяв от его как бы невзначай сказанного обращения. Но подлянка, которую заготовила сейю своей подруге, не дала ей долго смотреть в одну точку влюбленным взглядом, а погнала пакостно хихикающую блондинку эту самую засаду творить. – Плю, ко мне! – позвала Star своего мохнатого гостя, и тот осторожно высунул мокрый нос из укрытия. – Успокойся. Я на тебя не злюсь. Мне нужна твоя помощь. Пес подумал и вылез полностью. Дьявольски улыбаясь, хозяйка взяла собаку за ошейник и отбуксировала к гостиной. – Так, а теперь иди и скажи Леви привет! – велела она и отпустила рвущегося к знакомому человеку лохматого монстра. – АААААААААААААААА! Гав-гав! – раздалось через секунду в квартире. Мда, а какая бы у вас была реакция, когда на вас радостно прыгают 50 кило счастливой сенбернарнятины и, улыбаясь во всю клыкастую пасть, лезут приветственно вас облизать? *** Грей привычно изображал заинтересованное слушание лекции. Мысли же у него были совсем не о транзисторах и диодах. Мысли у него были о Джубии и о том проклятом моменте, когда Монтаро окончательно вывел его из себя, и Фуллбастер ляпнул ту фразу насчет девушки. Не удержавшись, парень наградил себя довольно увесистым фейспалмом. На него удивленно обернулось несколько однокурсников, но, видя абсолютную индифферентность с его стороны, пожали плечами и выбросили его выходку из головы. Ну зачем, зачем, зачем он это сказал?! Кто его за язык тянул?! Хорошо еще Джубии сегодня нет, можно хоть подумать, как ей это объяснить. Ага, как будто ночью он мало об этом думал. «Всего лишь» до четырех утра. А оставшееся время его совсем не мучили кошмары, в каждом из которых Локсар после долгих преследований и погонь бросалась ему на шею и душила в страстных объятиях. Вариаций было много, но как бы изощренно Грей не пытался от нее ускользнуть, она все равно настигала и… – Ох, мать… – пробурчал темноволосый, обрушиваясь на парту. Правда, аккуратно, чтоб препод чего не заподозрил. Жизнь окрашивалась в самые мрачные тона и ничего хорошего не предвещалось. *** – Нацу, это ты? – уточнила в трубку домофона Люси и, видимо, получив утвердительный ответ, нажала на кнопку. Аппарат запищал, сообщая о том, что дверь успешно открылась. – Леви, Нацу уже подъехал! – крикнула она подруге. – А я тебя вообще убить хочу, – пробурчала голубоволосая умничка, являя собой какое-то зомбовидное существо. – Гав, – предупредил Плю, лениво приподняв лобастую голову с мохнатых лап. – Ну, извини! – язвительно извинилась Хартфелия, потрепав пса за загривок. – Мне уже и Ариес, и Эльза позвонили! Очень интересовались, где же ты. – А Джерар почему не позвонил? – недовольно спросила МакГарден, скептически разглядывая то, что у нее творилось на голове, в небольшом зеркале в прихожей и подозрительно косясь на сенбернара.] – Он после этого происшествия рисковать не хочет, – пояснила блондинка, и хакер не могла с ней не согласиться. Кто ж знал, что Нацу так бурно отреагирует? Но не в том суть. Кстати, вспомнишь – оно и придет! – Привет! – возвестил Драгнил, спинывая с ног ботинки и тут же сгребая сейю в охапку. – Как спалось? Пес бдительно проследил за манипуляциями парня со своей временной хозяйкой, видимо, не счел их опасными и снова придремал. Байкер лохматого сторожа даже не заметил. – Отвратительно, – ответила захваченная, усиленно пытаясь из его рук выбраться. – Нацу, пусти. Если ты не забыл, то у меня везде синяки. – Оу, прости! – покаялся парень и напоследок ласково чмокнул хозяйку квартиры в щеку. – Привет, Леви! – Ага, ага, и тебе салют, – преехиднейше ухмыльнулась гостья, всем лицом говоря: и ты еще отрицать будешь, Люси? – Ты готова ехать? – трейсер, казалось, не заметил ее намекающего вида. – Еще нет, – поморщилась хакер, пытаясь причесать перед стеклом свое воронье гнездо. Гнездо раздираться не хотело, упорно противостоя щетке с железными зубчиками. А там ведь не только колтуны, там еще и «косички»… от первых, правда, мало отличающиеся. – Ну, тогда я пить чай! – заявил Нацу, чуя всякие разные ароматы с кухни, и деловито направился в их сторону. Плю подумал, что-то прикинул и потрусил за ним вслед. А вдруг и ему что вкусненькое обломится? – Люси, я вот у тебя спросить хотел… – начал Нацу, уже устроившись на табуретке и голодными глазами следя за перемещениями блондинки от шкафчика с печеньками к чайнику и обратно. – Я вчера мимо твоего дома пробегал и видел одного козла… – Какого? – безразлично поинтересовалась Люси, осторожно насыпая в пиалу сахар. Сахарница-то у нее тю-тю… – Да… – стушевался парень, рассчитывавший совсем на другую реакцию. – Ну, он на того засранца был похож, который к тебе возле студии приставал. – Правда? – опять полное безразличие. – Странно. – Вот и я так подумал! Но я, наверное, перепутал. – Возможно. Темно ведь наверняка было,- с легким пожатием плеч сказала Люси, расставляя на столе чашки и блюдца. – Ты пей давай, а то Леви сейчас соберется, а ты все чаевничаешь! – Да ее еще сто лет ждать! – фыркнул Драгнил и, чуть обернувшись, крикнул, – Эй, жертва недосыпа! Ты готова? – Я тебе лично похоронный сайт оформлю, – мрачно отозвались из коридора. Из чего можно сделать вывод, что там еще далеко не готовы к старту. – Вот! – торжествующе подвел итог трейсер, прихлебывая горячий напиток. – Вы что вчера делали? Я к вам заглянул, а у вас тут раздрай! – Да… Леви взломать пытались, она еле отбилась, – со вздохом поведала Хартфелия, а студент поперхнулся кипятком. – Да ладно! – не поверил он. – Прохладно, – столь же пасмурно парировали от зеркала. – И не сказать, что прям так сложно было, но опасно. – Нифига себе! – присвистнул байкер, почесав в затылке. – Что-то как-то все одновременно случается, не находите? Ответом ему было ошеломленное молчание. – Гав! – решил занять паузу Плю и положил морду Нацу на колени. – Атас! – возопил Драгнил, который с перепугу решил, что ему собираются что-нибудь откусить. – Плю, фу! – по-командирски велела Люси, грозно нахмурив брови. Огромный сенбернар жалобно что-то проскулил и отбежал к окну. – Вот это зверюга… – уважительно протянул парень, от потрясения заглатывая весь оставшийся чай. – Откуда? – Сосед снизу уезжает на неделю, попросил приглядеть за собачкой, – со вздохом ответила сейю, кидая новоявленному питомцу изрядный кусок колбасы. «Зверюга» слопала его на лету, не жуя. – Мда-а… Дела, – еще раз разлохматил волосы Драгнил. – Леви! Ты там готова? – Да! – раздраженно рявкнули ему от входной двери. – Аллилуйя! – воскликнул Нацу, воздев руки к потолку. *** Джо Кастон привычно шел к месту своей работы. Привычно переходил дорогу на зеленый, привычно неяркий сигнал светофора, по привычно полустершейся «зебре». Привычно кивал охраннику и получал столь же привычный кивок. Привычно пискнула пропускная система, отработанно регистрируя время его прихода. По знакомым привычным коридорам парень прошел в свой кабинет… и тут все привычное резко закончилось. – Добрый день, Кастон-сан, – вежливо улыбнулся полицейский, откладывая в сторону утреннюю газету. Немного покрасневшие от усталости глаза внимательно смотрели на банкира. Вокруг левого вился непонятный узор. – Вам придется проехать со мной. Из резко ослабевших рук с тихим шелестом выпал привычный кожаный дипломат. *** – Чтоб я еще раз с тобой поехала! – ворчала Леви, пытаясь пригладить заново растрепанные волосы. Лихой гонщик Драгнил не изменял своему имиджу. Нацу на выпад никак не отреагировал, только, посвистывая, направился вразвалочку к дверям университета. МакГарден ничего не оставалось, как только вприпрыжку последовать за ним. – А еще ты просто нереальный извращенец! – продолжала девушка, ища в сумке пропуск. – Это почему?- удивился парень, прислоняясь боком к турникету. Тот с готовностью пиликнул, считав с карточки в кармане чип. – А потому, что это так! – очень логично и, главное, обоснованно продолжила обвинения хакер, стремительно пробегая переход и сворачивая в соседний коридор. – Бедная Люси, я боюсь теперь оставлять вас наедине! – Да объясни, в чем прикол! – взмолился Драгнил, вынужденный теперь ее срочно догонять. – А ты не понимаешь?! – взвилась девушка, заметно краснея при этом. – Ты ее… поцеловал… так… – забормотала она еле слышно. – Ну, поцеловал на прощание, и что? – не понял своего преступления трейсер. – Ты со стороны не видел! – выпалила Леви, готовая чуть что швырнуть в него своим рюкзачком. – А ты завидуешь? – удивился Драгнил и тут же закрылся от яростной атаки модным аксессуаром. – Придурок, – поставила диагноз румяная МакГарден и юркнула в аудиторию. У нее до сих пор стояла перед глазами картинка: Люси с расширенными глазами, которые потом расслабленно закрылись, прижата к стене, а Нацу собственнически обхватил блондинку руками, надолго припав к губам. – Блин… А ведь он прав… – пробормотала едва выдохнувшая Craqueuer и, случайно взглянув на Редфокса, опять покраснела.- О чем я думаю!!! Компьютерная душа и не заметила, как над ее хорошенькой взъерошенной головкой начали сгущаться чернейшие тучи. Исходившие, кстати, от Эльзы Скарлетт. – Доброе утро, Леви, – ангельски потусторонним голоском приветствовала роллер свою подругу. Леви икнула и ме-едленно обернулась. Происходящее сейчас в аудитории могло бы послужить неплохим сюжетом для фильма ужасов: кровожадная улыбка на отчего-то припухших губах, алые волосы воинственно собраны в высокий хвост, руки сложены на груди, а от взгляда вообще хочется закопаться на триста метров под землю. Хотя не факт, что поможет. – Итак, Леви, где ты была?! – вопросила Скарлетт, буравя однокурсницу тяжеленным, как Эйфелева башня, взглядом. – А…Э… – проблеяла девушка, отыскивая глазами своего старосту. – На Джерара не смотри, он тебя отмазывать не будет! – рявкнула Эльза, хлопая по парте рукой. – Где ты была?! Почему я должна врать преподавателям, что ты себя плохо чувствуешь, поэтому и не пришла?! – Но я себя действительно плохо чувствую! – вставила-таки Леви и тут же втянула голову в плечи. – А ПОЗВОНИТЬ НЕ СУДЬБА?! – вконец разбушевалась Эльза. – Я понимаю Люси, она вообще на больничном, а ты?! Нацу, который предусмотрительно ввинтился в аудиторию на несколько минут позже задумавшейся МакГарден, а потому оставшийся незамеченным, молча хвалил себя за догадливость. Он проскользнул под самым носом разъяренной старосты и втихую замаскировался на последней парте рядом с верным другом Гажилом. Редфокс опять копался в очередной железке, причем явно собирал ее сам с нуля, ибо рядом валялись мятые-перемятые схемы и чертежи, выполненные от руки. Неуклюжей такой, но силушкой не обиженной руки. – Ох… – выдохнула Скарлетт, устало прислонившись к столу из ряда напротив. – В общем. Больше так не делай. Леви часто-часто закивала, признавая свою ошибку и показывая, что уже намотала замечание себе на ус. – Так… Что-то я забыла… – проговорила Эльза, а на заднем ряду Нацу поспешил прикинуться фикусом. – ДРАГНИ-ИЛ!!! – прокатилось по классу под сдавленный хохот Редфокса. *** Высокое серое здание. На окнах строгие кованые решетки, никакой вычурности на фасаде, никакой лепнины на ровной штукатурке. Все серьезно. Никакой самодеятельности. Полицейский участок в Магнолии один из самых передовых в Японии. Он оборудован по последнему слову техники, системы безопасности на высшем уровне, а штат состоит сплошь из бывалых оперативников, следователей, экспертов. А так же из подающих надежды молодых специалистов. И сейчас один из таких специалистов, а именно лейтенант Зигрейн Фернандес, вел по прямым коридорам участка своего подозреваемого. Правда, полицейский пока умалчивал, какая роль отведена этому немного бледному гражданину, но тот, кажется, и сам догадывался. – Какая из допросных свободна? – спросил Фернандес у одного из конвоиров. – Кажется, в третьей, – незамедлительно ответил тот. – Я схожу за ключом. Разрешите выполнять? – Да, – кивнул Зиг и повернулся к Джо. – Вы не волнуйтесь, мне нужно задать вам несколько вопросов. А конвой только для вашей безопасности. Вы же недавно сообщали о попытке нападения? – Д-да, лейтенант, – немного запнулся банкир, пряча руки в карманы. Этот жест не укрылся от опытного глаза помощника главы Совета. – Вам незачем беспокоиться, – еще раз заверил лейтенант своего подопечного. – Здесь вы в безопасности. – Извините за некоторую нервозность, просто неожиданно так… с утра, – позволил себе чуть улыбнуться Картер. – Я надеюсь, наша беседа не продлится дольше трех часов? Видите ли, у меня назначена встреча с представителем крупной фирмы, и я бы хотел… – А что это за фирма? – вдруг заинтересовался Зигрейн, глядя на собеседника чуть прищуренным пытливым взглядом. – Э-э… – замялся Джозеф, мучительно пытаясь сказать, но не выдать какие-нибудь щекотливые подробности. – Если я не ошибаюсь, это «Street Skate», производители АТ, – задумчиво и будто между прочим проговорил полицейский, и снова жестко взглянул на банкира. – Э, да, вы правы, – видя, что служитель закона достаточно осведомлен, закивал финансист, нервно притопывая на месте. – Видите ли, наш банк довольно крупный и опытный участник рынка, поэтому неудивительно, что многие предприниматели хотели бы держать свои активы именно у нас. У нас выгодная кредитная программа, мы предлагаем достаточно диверсифицированные пакеты услуг, в том числе и по операциям с ценными бумагами и при работе на валютном рынке, а, следовательно… – Я прекрасно ознакомлен с деятельностью банка, и у меня сложилось именно такое впечатление, какое вы мне расписали. Возможно, если у меня появится потребность в кредите, я обращусь к вам, – перебил его излияния Фернандес. – Сейчас я бы хотел вам задать несколько другие вопросы. Пройдемте в допросную, ключ наконец принесли. *** Аудитория тихо засыпала. Лектор что-то вещал на тему информационных технологий в сфере связи. Дураку понятно, что если бы не было письменности, как алфавитной, так и цифровой, то люди бы до сих пор в пещерах жили и наскальной живописью баловались. Что уж про любимые компы говорить… Да даже элементарного телеграфа бы не было! Но препод уже раскрутил шарманку, и теперь до конца пары затыкаться не собирался. Но самое главное: он совершенно не следил, слушают его, или как, поэтому народ занялся, кто во что горазд. Хотя предпочтение в основном совпадали, народ и не вслушивался, и спал. Изредка кто-нибудь просыпался, записывал пару предложений и опять погружался в дрему. Леви как никто была близка к полному погружению. На последнем рубеже ее держала только Эльза, передавшая предельно спокойную записку о том, что если Леви начнет храпеть на весь класс, линчевания ей не избежать. А что такое это ее линчевание – это к Нацу вопрос. Тот на своей шкуре это испытал, причем очень недавно, и теперь мертвым половичком стелился по столу. Сама «грозная царица» прямо сидела за партой и смотрела строго перед собой. Очень боялась упасть, что говорится, «фейс об тейбл». Справа с ней солидарно вставила спички в глаза Ариес, периодически клонясь головой вперед, но сразу вскидываясь как от щипка за одно место. Грей витал где-то в своих мыслях, хотя скорее не витал, а с трудом продирался сквозь густые колючие дебри. По крайней мере, лицо у него было страшно перекошено, а на лбу краснел четкий отпечаток ладони. Редфокс, что удивительно, убрал свои железки и в наглую использовал Драгнила вместо подушки. То есть, дрых самым нахальным образом. И чхать он хотел на страшную месть красноволосой старосты. Пересевший к ним Джерар тоже намеревался последовать примерку напарника, то есть послать все лесом и сладко подремать, предварительно отобрав себе часть бессознательной «подушки». Таким образом, получаем результат: весь поток досыпал те драгоценные минутки сна, которые у них утром самым безжалостным образом отобрал будильник. МакГарден зевнула, глянула на записку и, ничтоже сумняшеся, решительно включила наручный комп. По привычке вылезла в IDI, открыла BIC, и уже хотела начать переругиваться с конкурентом из Голландии, с этим укуренным по уши гением, как из глубин подсознания поднялся некий смутный дискомфорт на тему «мне чего-то надо сделать…». Задумавшись над этим фактом, хакер машинально перебросила часть ресурсов памяти на эту операцию. Из-за общей перегруженности системы, которую толком не перезапускали уже двое суток, процесс шел долго и трудно, и требовал все больше ресурсов. В какой-то момент процесс «Лекция» вконец лишился своего приоритета, и теперь вся система поддерживала процесс поисковый запрос. Через несколько минут авральной, в таком-то состоянии!, работы процессора была найдена невыполненная задача: «Найти того гадского хакера, который ее ломать пытался». А что, чего время терять? Вперед и с песней. Ну, можно и без, но главное – вперед! Из-под рабочего стола типа парта был немедленно вызван архив «Рюкзак» и в нем начался другой поиск. – Где тут у меня эта бумажка? Блин, неужели дома забыла?! Или у Люси оставила? Да нет, я у нее ее не вынимала… А, вот она, моя прелесть! – бурчала хакер, копаясь в сумке. И, найдя искомое, извлекла текстовый документ «IP». – Щас я тебя найду, гад неведомый… Хотя почему это, уже почти ведомый… Правда, при извлечении возникли некоторые трудности, файл был поврежден, но прочтению еще подлежал (стикер тупо измялся и порвался надвое). Соединив два фрагмента, Леви считала с него комбинацию цифр. – Ну, сволочь, дай-ка я на тебя погляжу… – захихикала Леви и открыла поисковик IP. Наскоро проверив соединение, чтоб не заглючило в самый ответственный момент, девушка ввела свой пароль доступа и, дождавшись разрешения, набила в поисковую строку комбинацию цифр. «Подождите, выполняется поиск…» – безапелляционно написала программа и показала строку состояния процесса. – Ну, будем подождать… – вздохнула девушка и снова лениво обвела взором вотчину лекционного сна. Ничего не изменилось. Только вот Эльза не смогла бороться с сонливостью и уже покоилась на столешнице, но с все еще открытым правым глазом. От нечего делать, студентка роллер решила-таки послушать, а что ж за речь там препод толкает. Оказалось, тот увлеченно расписывал классический epic fail с испорченным документом курсовой. Студенты, кто не спал, понимающе кивали, перешептывались и вспоминали свои метания по этому поводу. У каждого ведь такое было. Леви зевнула и окунулась в сладкие воспоминания, когда на первом курсе она отправила всем одногруппникам ссылку на весьма интересный источник инфы. Правда, к бочке меда примешался хороший такой половник дегтя. Вместе со ссылкой юная компьютерная вредительница обеспечила однокашников миленьким троянчиком, который коверкал все данные с этого сайта в малопонятные письмена или в трехэтажную матерную балладу. Вот было весело! Весь поток, в основной своей массе заметивший подставу чуть ли не в ночь перед сдачей, срочно пытался что-то поправить, многие обращались к Леви за помощью. Помнится, она тогда неплохо шоколадками разжилась… Недели две пыталась хапнутое прикончить! Тут из грез о минувшем ее выдернула почти закончившая прога. – Так, ну, ты закончил? О, почти! – тихо обрадовалась Леви завершающемуся поиску. – Ну-ка, покажись, вражок… Сначала высветился e-mail. Потом вылез адрес. Потом всплыло имя. И самой последней загрузилась фотография. – КАКОГО ХРЕНА?! – завопила МакГарден на все сонное царство, которое мигом проснулось и офигевши уставилось на возмутительницу спокойствия. Профессор озадаченно заткнулся, остальные тоже безмолвно вопияли. – Э-э… Ась? А я это вслух сказала? – удивленно спросила Craqueuer, задним числом пряча компрометирующую бумажку, и смутно осознавая, что сотворила что-то левое. *** – Большое спасибо, что нашли время зайти к нам, – поблагодарил Канае Каллизена, еще раз проверяя правильность заполнения протокола и заявления. – Все бы были такими сознательными! Вы не поверите, недавно в соседнем отделе расследовали дело после того, как девушка написала заявление, протянув почти полгода! На столе, заваленном всякими бумажками, даже карандаш положить было некуда. Везде какие-то папки с непонятными шифрами на корешках, какие-то странные схемы из треугольничков и квадратиков с кружочками. На всю стену видела доска с фотороботами разных трейсеров и роллеров. В органайзере пылилось несколько непишущих ручек. Рыжий посетитель знал это, потому что, когда он только пришел писать заявление, служитель закона, который и спас его прошлой ночью, минут пять перебирал свои письменные принадлежности в поисках рабочих инструментов. – Да вы что! – изумился Локи, ставя последнюю подпись. – Бывает же. Ведь и без объяснений понятно, что по горячим следам расследование легче вести. – Вот именно, – вздохнул Куга, ища в столе бланк пропуска. – Ведь уже несколько раз лекции читали на эту тему, и мы, и другие ребята, а все равно тянут! Через жалюзи пробивался неяркий дневной свет. Сегодня обещали переменную облачность, вот она и проявилась во всей красе. Дождя не обещали, но какие-то подозрительные тучки на горизонте ходили, так что Локи прикидывал, обойдется или нет. Если нет, то придется ему мокнуть, зонт он как на зло именно сегодня решил с собой не брать. – Ну, мало ли какие обстоятельства, – дипломатично пожал плечами модель, поправляя на коленях сумку с вещами. – Вы еще не нашли машину? – Ну, владельца мы нашли,- кивнул лейтенант, заполняя строчки чуть кривоватым почерком. – Только вот пока до него не дозвонились, сам он в командировке в Штатах, а его супруга не отвечает на звонки. Я так думаю, придется съездить к ним домой. – Оперативно,- похвалил Локи, забирая заполненный бланк у полицейского. – Ну что вы, это наша работа, – повторил Канае вчерашнюю фразу напарника и встал. – Пойдемте, я вас провожу, а то еще заблудитесь в наших коридорах. – За это отдельное спасибо, ваши лабиринты меня просто с толку сбивают! – рискнул пошутить посетитель, и облегченно рассмеялся вместе с лейтенантом Совета. В коридоре было не сильно людно, но полицейские все равно сновали туда-сюда с какими-то отчетами и докладами. Куга периодически с кем-то здоровался, у кого-то спрашивал насчет найденных перчаток трейсера, что слышно о StormFever, удалось ли настроить навигатор. На последние два вопроса Каллизен особо обратил внимание и постарался дословно запомнить ответы. И, слушая, а точнее подслушивая, служебную информацию, он уловил какой-то разговор из комнаты рядом. Там, видимо, кого-то допрашивали. И не кто-то там, а лейтенант Зигрейн Фернандес. – …сделали именно так, а не по-другому? – спрашивал полицейский усталым голосом, но в нем все равно слышалась твердость и сосредоточенное внимание. – Видите ли, эта операция должна быть отражена двойной проводкой, с использованием транзитного счета… – начал сбивчиво объяснять его собеседник, часто хватая воздух. – Я в этом мало разбираюсь, и потом, насколько я знаю, эти операции автоматизированы и их проводят машины, так зачем вы вручную их оформляли? – уточнил Зигрейн, не дослушав что-то о том, что «счет не закрывался, оставалось отрицательное сальдо, просто катастрофа!». – Нет-нет, вы не так поняли! – охотно отозвался оппонент. – Где-то неправильно ввели информацию, и я взял на себя смелость проверить правильность ввода. – Ах, вот в чем дело, – понимающе проговорил Фернандес, явно кивая его словам. – А почему вы использовали для этого ваш кабинетный компьютер, а не спустились к операционистам? На месте бы и разобрались, кто допустил ошибку, и объяснили сразу же во избежание повторения инцидентов. – Был конец операционного дня, некогда было объяснять, нужно было свести дневной баланс, – видимо, с улыбкой пояснил неизвестный. – К тому же, какая разница, с какого компьютера править ошибки. В темноте все кошки черны. Каллизена словно молотом по голове ударило. Парень качнулся и оперся рукой о стену. – С вами все в порядке? – сразу спросил лейтенант Куга, поддерживая студента под локоть. – Да, голова слегка закружилась. Не выспался. Наверное, давление поднялось, со мной бывает, – поспешил заверить заботливого полицейского модель, встряхивая головой, а сам жадно ловил продолжение диалога. – Черны? – удивился Зиг. – А разве в поговорке не «серы»? – Правда? – растерялся собеседник. – А мне всегда казалось, что «черны»… – Вот как… – протянул Фернандес. Дальше Локи уже не смог ничего услышать, но ему больше и не надо было. Нужно было кое-что другое: срочно узнать, кто сидел на допросе. – Лейтенант, я случайно услышал разговор, – начал Leo, повернувшись к сопровождающему. – Какой? – переспросил тот, показывая, что им налево. – Возле одной двери с цифрой три. Мне показалось, что это голос вашего напарника… Лейтенанта Фернандеса, так, кажется? – Да, это был он, – подтвердил Канае, оправляя пиджак униформы. – Допрашивает одного возможного свидетеля, Кастона. По делу этих Шестерых просящих, мы говорили о них тогда на лекции. – Да-да, припоминаю, – закивал хитрый роллер. – К сожалению, я тут ничем не могу помочь, ничего о них нового не слышал. – Жаль,- искренне расстроился полицейский, но тут же улыбнулся. – Вы и так помогли, возможно, благодаря вам раскроется несколько зависших дел. – Очень на это надеюсь, – в ответ улыбнулся Локи. – Ну, мы пришли, – сказал Куга, подводя посетителя к стойке КПП. – Мы позвоним вам, если появятся какие-то сведения, будем держать вас в курсе дела. – Еще раз спасибо, – поблагодарил Каллизен, берясь за протянутую для прощального рукопожатия ладонь. – Передавайте спасибо и вашему напарнику, и удачи ему в его начинаниях. – Непременно, – согласился парень в форме и ушел обратно в кабинет. А Локи поскорее выскочил на воздух. Кажется, он узнал, как зовут одного из Шестерых просящих. Эту фразу про кошек часто говорили на ночных улицах. Непосвященный бы ничего не понял. А Ночные жители четко знали ее значение. «Не лезь туда, где темно. Тебе там могут подпортить черную шкурку». *** – Ну, неужели последняя пара! – вздохнул Грей, тяжело поднимаясь из-за парты. Голова, несмотря на три прошедшие лекции, была восхитительно… нет, не пуста. Она трещала от одной и той же мысли: что делать с Джубией?! И ведь парень сам не знал, нужна ему вообще девушка или как! – Эй, отмороженный, ты чего такой? – поинтересовался Нацу, чуть толкая его в плечо. – Отвали, придурок, я в печали, – ответствовал Фуллбастер, отмахиваясь от Драгнила как от мошки какой. – Заметно! – съязвил неугомонный байкер и унесся куда-то вперед. – Точно придурок, – пробурчал студент и, засунув руки в карманы, неторопливо направился в сторону автобусной остановки. Парень хотел было послушать музыку, но только он включил плеер, девайс сделал «пи-ип» и продемонстрировал красную пустую батарею. – Ну, блин! – выругался брюнет, страстно желая запустить им куда-нибудь подальше. – Придется попсу слушать в автобусе… Настроение, которое и так было, скажем, не очень радужным, стало и вовсе паршивым. И в автобусе, как назло, не было ни одного нормального места, даже чтоб стоять спокойно. Просто все наперекосяк. Да еще на работе сейчас с Джубией встретится! Ну, полный букет… И в довершение всех бед по радио шла та люто ненавидимая Греем передача…       – … с вами «Оригинал или новое?»! – радостно вещал противным голосом ведущий, и роллер еще раз пожалел, что не проверил вчера зарядку верного музыкального друга. – А теперь еще одна композиция! Как водится, сначала новая версия, затем оригинал! Итак, слушаем! Акустическая гитара взяла пару нот, звеня ими как колокольчиком. «Хм, а вроде и не так страшно… – подумал было IceBoy, но стоило вступить исполнительнице, он тут же понял, как он ошибался. – О нет!» Это была одна из тех многочисленных певичек, которая мнит себя королевой, хотя мяучит хуже стукнутой кошки, но всегда и всех учит, как нужно петь, и ставит оригинальных исполнителей в пример ужасного пения. Да парень даже песню узнать не мог! Наконец эта кошка закончила завывать и снова включился ведущий: – А теперь – оригинальная песня! Снова гитара, но уже соло на фоне бас-гитары. А слова…       I'm a man       Trying to understand       The reason I'm lost in this world       Tonight Глаза Фуллбастера широко распахнулись от удивления. Уж в этом-то исполнении, у этой группы он узнает ее и в предсмертном бреду. «Чтоб меня Драгнил обставил! Это ж Scorpions! Love is War!» А солист продолжал…       I was blind       I just couldn't see the signs       Caught in your web of lies Какое-то время IceBoy просто позволял музыке лечить сознание, очистив его от всех мыслей и вслушиваясь в несложную, но такую красивую мелодию. Рок, но мягкий, не бьющий по ушам, но задевающий струны сердца…       It's too dark to sleep       Too late to pray       Too hard to reach       Too much to save Сразу стало как-то легче. Но в душе все равно было какое-то противоречивое чувство. Казалось, что песня так подходит чему-то… Но чему?       You were once a friend to me       Now you are my enemy «Твою мать! – пораженно выругался про себя Грей. – Это ж почти про нас с Джубией строчки! И спать не могу, и молиться поздно… И про друга…»       Passion turns to hate and you make       Hate worth fighting for       I will re-write history       And you will not exist to me А, может, просто выкинуть ее из головы? Не обращать внимания, как прежде? Нет, об этом Фуллбастер уже думал, и пришел к выводу, что это не выход. Это получится совсем по-свински по отношению к ней. А у него совесть еще есть.       On the day you crossed the line       I found out love is war «Вот точно! – снова пришло в голову парню, покачивающемуся в переполненном автобусе. Тот факт, что черту переступил как раз он, брюнет решил проигнорировать для собственного спокойствия. Если продолжит на этом зацикливаться – совсем с ума сойдет! – Любовь – война…»       Life goes by       Faster than lightning strikes       Crashes before you can say       Goodbye Да, жизнь ломается и меняется иногда буквально за секунды. События летят с космическими скоростями, если не скоростью света. Куда там молнии… Хотя... Погодите! Молния же – разряд электричества, со световым эффектом! То есть свет! Тогда все правильно. И как только этим ребятам удавалось подбирать такие точные сравнения? Будь то сумятица в чувствах или стремительная круговерть событий. А ты только и можешь, что молча проводить мгновения взглядом.       Too scared to run       Too proud to hide       Too far to fall       Too high to climb Действительно, он боится убежать. Но и скрываться выше его сил. Падать далеко, но до верха не добраться. И как же тут разобраться с этим айсбергом чувств? Нужна ли ему Джубия? Точнее, хочет ли он видеть ее своей девушкой?       You were once a friend to me       Now you are my enemy       Passion turns to hate and you make       Hate worth fighting for       I will re-write history       And you will not exist to me       On the day you crossed the line       I found out love is war Любовь – война? Правда? Хм, наверное. Если сопротивляешься чувствам, и своими, и ее, то еще тяжелее. Ведешь войну на два фронта. И хоть ты разорвись.       I laid down my defenses       I opened up the door       I gave you what you wanted       I couldn't give you more Да, он сдался под напором внешних факторов в виде Монтаро. Или дело все же не в нем? Или все-таки в ней? В ее глубоких глазах, скромной улыбке и застенчивом кокетстве? Черт, вот и как всему этому сопротивляться?! Ну, он, конечно, еще ничего не пообещал… Хотя какого черта?! Он прямым текстом объявил: моя. Чего еще нужно? Непонятно. И знать бы еще, как она себя поведет…       And I gave you everything       You said it's all or nothing       For you it's just a game       A game you're never losing Да уж, она не проиграет. В любом случае. Ошибка будет все равно на нем и его несдержанном языке. Он ее сделал, ему и исправлять.       You were once a friend to me       Now you are my enemy       Passion turns to hate and you make       Hate worth fighting for       I will re-write history       And you will not exist to me       On the day you crossed the line       I found out love is war Что ж. На войне – как на войне, как говорят французы. Была – не была, рискнем! И пусть потом только попробует с ним расстаться! *** В послеобеденное время на улицах всегда много народу. Кто-то просто гуляет, кто-то спешит на свидание или подработки. Так и одна хорошенькая девушка постоянно поглядывала на часики, волнуясь, что может опоздать на работу. Стуча невысокими каблучками по асфальту, она легко перебежала дорогу на мигающий зеленый свет, вспорхнула на крыльцо мейд-кафе и, звякнув колокольчиком, скрылась за дверью. Ариес пришлось задержаться в университете по делам старосты. И она бы еще больше времени проторчала в учебных стенах, если бы Эльза великодушно не согласилась занести некоторые документы за нее. А уж если бы не Джерар, который щедро предложил подбросить Спиру до кафе, быть горничной сегодня с выговором. А так у нее еще даже было несколько минут, чтобы перевести дух и спокойно переодеться. Напевая песню, которую они с Фернандесом слушали сейчас по радио, и вспоминая его комментарии по поводу ее современной версии, она невольно улыбнулась, застыв с наполовину стянутой кофточкой. – You were once a friend to me, now you are my enemy, – мурлыкала девушка, чуть покачивая бедрами и параллельно закидывая так снятую водолазку в шкафчик. – Пф, не могу! – тихо рассмеялась она, вспомнив, как охарактеризовал певичку-кошку Джерар. – Вот уж точно, прищемленная лифтом кошатина! Почему именно лифтом, Ариес не знала, но сравнение ей понравилось. Закончив с переодеваниями, Sheeppy вышла в зал, привычно улыбаясь посетителям, многие из которых были постоянными клиентами и были очень рады ее видеть. Подошла поздороваться к двум молодым людям, а заодно спросить, не желают ли они еще что-нибудь заказать, мимоходом потрепала по голове знакомую девочку, что очень любила фруктовое мороженое, помахала рукой сотрудницам. И вдруг почувствовала на спине противные мурашки. Мурашки от чьего-то пристального и не очень доброжелательного взгляда. Спешно обернувшись к окну во всю стену, Спиру увидела красивую девушку с белыми волосами, собранными в небрежную косу, и в куртке с белым пушистым воротником. Незнакомка разговаривала по телефону, раздраженно отвечая на реплики собеседника, и в сторону горничной даже не смотрела. Но Ариес почему-то почувствовала, что это неспроста… А Амели просто кипела от злости, но вынуждена была держать себя в руках. Она как никто знала эту выскочку, эту девицу из клана Токугава, которая не хочет принять свое положение, работает горничной в каком-то задрипанном кафе. И носит это дурацкое западное имя отца, который переспал с красивой японкой и спокойно укатил в свою Испанию, или куда там еще. Так мало этого! Она еще и харчами перебирает, жениха идеального ждет. И чем ее, Амели, брат не подходит? Чем он ей не угодил? Наркотиками он занимается?! На валюте спекулирует?! Вранье! Ну, по крайней мере, они так хорошо похоронили эти сведения о промашках молодости… Но ведь откопала где-то, стерва! И ведь ничего ей не сделаешь! Дедушка Такаши за единственную внучку и наследницу в бараний рог согнет и скажет, что так и было. И ему поверят. Но ничего… Ангел знает, что эта выскочка еще и ночная жительница, некая Sheeppy. Бегает в команде StormFever с этим чокнутым Fever-ом, а он еще тот придурок… Да еще и вроде как она знакома с этой паршивой Star, из-за которой Midnight уже которую неделю дурит, порет чушь и носится с ней, как курица с тухлым яйцом. Вот и встретимся с тобой, Токугава Азарни, Ариес Спиру, или Sheeppy, на улицах ночной Магнолии… Вот там и посмотрим, кто кого… *** – Плю! – крикнула Люси, доставая из шкафчика в прихожей поводок. – Пошли гулять! – Гав! – радостно откликнулся сенбернар и вприпрыжку подбежал к блондинке. – Сидеть! – велела та и пристегнула к ошейнику ремешок. – Все, а теперь погоди, я обуюсь и пойдем. Пес терпеливо дождался, когда девушка зашнурует кроссовки и пружинисто вскочил, сразу бросаясь к двери. – Ну идем, идем! – засмеялась Хартфелия, открывая замок и входя на площадку. Знала бы Люси, чем эта прогулка кончится… *** В богато обставленной комнате, за дорогим столом из черного дерева сидели двое мужчин. У одного были светлые волосы, кое-где чуть тронутые сединой. Напротив него сидел пепельный блондин с гладко зачесанными назад прядями до плеч. Оба в черных представительных костюмах. Только у одного рубашка была кипенно-белой, а второй отдал предпочтение, черной как ночь сорочке. Перед каждым стояли серебряная пепельница и бокал с коньяком. Чуть в стороне стояла тарелочка с французским сыром и тонко нарезанным лимоном. – Так вы говорите, что можете привезти мне дочь, – медленно проговорил один, взяв со стола коньяк и задумчиво покачивая его в бокале. – Вы все поняли совершенно верно. Как только мы узнали о вашем желании вернуть дочь, я сразу прибыл к вам с предложением, – ответил гость, закуривая сигару. – Очень рад это слышать. Вам известно, где она? – задал вопрос хозяин, бросив пытливый взгляд на человека напротив. Тот сидел с каменным лицом и никаких эмоций не проявлял. – Так же как и вам, – ровно ответил он, выпуская с сторону густой сизый дым. – Япония, Магнолия, Сакура-стрит. – Совершенно верно, – кивнул блондин, залпом выпивая коньяк. – Сколько вы хотите за выполнение. – У нас будет несколько условий, мистер Хартфелия… – Я слушаю, мистер Зеро.