Тысячеликий Какаши

       — Ну, я буду навещать тебя на выходных. М-м-ма, или не только на выходных… Штрафами меня не напугать, разве что за самоволки меня посадить могут…        — Какаши, не нужно таких жертв, — массаж головы стал еще деликатнее.       Самая классная подушка — колени моей девушки!        — Каких жертв?! — лениво тяну. — Я хочу показать, что это была плохая мысль. Минато-сенсей мог бы хоть отпуск выдать. Тебе тут пять дней в неделю без меня придется быть.       Хонока было отмахнулась, а я, запнувшись, объяснил: — У меня половина Конохи фанаток. Я просто боюсь, что они что-нибудь тебе сделают.        — Так вот что ты от меня скрывал! — ощутимо потянула за волосы. — А говорил никого нет!        — Отпусти, — шлепнул по руке. — Я с ними не встречаюсь. Они лезут ко мне, обижаются, что я им отказываю, и снова лезут. Может ты придумаешь, что делать?        — Как можно скорее пожениться! К женатому они точно лезть не будут!        — Ну-у, большая часть точно отвалит…        — Так и знала, что сомневаешься!       Хмыкнув, протянул надувшейся девушке тонкий свиток с декоративной отделкой и простой лист бумаги: контракт и ее «освобождение» от службы.       Как по мне, так договор на пожизненное рабство должен был быть на простой бумаге, а об освобождении в дорогой «обертке», чтоб на стеночку повесить можно было. Прямо как с разводом. Брак с салютом и банкетом, а развод — тихо и без пафоса. Хотя от второго радости больше, если женился на нелюбимой и под конец семейной жизни вы были друг другу готовы глотку перегрызть за один косой взгляд или неверное слово. Да-а, нет ничего хуже брака по расчету. Плавали, знаем.       Само собой Хонока начала со свитка и надулась еще больше, узнав про сорок четыре года службы, но настроение у нее было паршивым лишь до первого упоминания ее имени.        — Хатаке Хонока, — томно, — пожалуй, после этого можно смириться с «рабством».       С сарказмом фыркаю: — Вторую бумагу-то прочти.       После восторженных визгов и писков, перетекших в бурный секс, Хонока, внезапно, предложила перенести свадьбу на лето.        — Потому, что я хочу познакомиться с твоими фанатками! — «добрый» взгляд серийного маньяка, размечтавшегося о новой жертве.       План Хоноки был прост, как одноклеточное: она притворится моей сестрой, чтобы распустить слухи, которые разрушат тот непоколебимый образ прЫнца, который не удалось развалить мне самому.        — Они меня еще жалеть будут, — ехидно хихикнула. С Кушиной решили встречу пока отложить, потому что та была на измене. Они с Минато нечаянно заделали второго ребенка (Цунаде подтвердила, обещала молчать), и не могли решить оставлять его или нет.       Всего за неделю Хатаке Хонока перезнакомилась с потенциальными соперницами, среди которых были Акеми и Кумико. Я уже и имена их позабыл, а они решили узнать у «сестры», где Какаши. Были и другие сталкерши, которые как-то вызнали где живет Хатаке Какаши, но тех я даже имен не знал. И все же, противнее всего было узнать о том, что уже замужняя Акеми искала встречи. И если со мной Акеми заговорить побоялась, то моей «сестре» выложила всю историю, включая ту, которая случилась уже после меня. Надеялась, что та ей поможет?        — Так и сказала «меня выдали замуж за старого козла».        — Мда.        — Только целовался?        — Было б что серьезнее, был бы уже женат. Я, в основном, из-за ее матери и убежал.        — Ты рассказывал про Клависа, помню. Так я у тебя вторая после первой любви?       Задумавшись, всё же решил заранее рассказать обо всех тех, кто был до Хоноки. Благо, список был короткий.        — Мне так будет проще новые косяки отделить от старых, — пояснил я с улыбкой.        — В смысле?! — посерьезнела невеста.        — Шучу я. Просто не хочется «сюрпризов». Лучше самому рассказать, чем всю оставшуюся жизнь трястись над секретами, чтоб от тебя их скрыть. А вообще, думал, вранья со стороны фанаток будет больше.        — Сестра не конкурентка, — весело пояснила Хонока, — а вот узнай они, кто я тебе… Тогда бы рассказали много интересного.       Передернул плечами: — Боюсь представить эти «охуительные истории».