Поцеловал? Встречайся!

Бэкхён с не очень-то большим энтузиазмом слушает по дороге к спортивному залу рассказ Чанёля о новой тактике их игры, но всё же даёт ему высказаться, понимая, как важно это для собеседника. Бэк знает, что это будет первый толковый матч Пака в новой команде, ведь раньше они с Сехуном просто ходили в отдельную секцию. Чанёль упоминал, что хотел остаться в прежней команде, но Чжинун, раньше видевший игру младшего, сумел связаться с ним ещё летом и переубедить. Главным основанием, конечно, было сближение с другими людьми в университете и удобный график тренировок, подстроенный идеально под занятия. Кто ж тут устоит? Парочка, было, заворачивает за угол перед раздевалками, но, увидев, что там такое происходит, парни резко возвращаются обратно, прижимаясь спинами к стене и широко раскрыв глаза в удивлении. Бэк быстро моргает, ещё раз, на всякий случай, проверяя, не показалось ли, однако становится лишь краснее. Они ошалело переглядываются с Паком, не зная, как себя вести. А за углом, около двери в раздевалку, удобно расположился уже переодетый в свою форму Сехун, жадно целующий прижатого им самим к стене Исина. Когда счастливый третьекурсник пробегает мимо Бэкхёна с Чанёлем, даже не заметив их, ребята медленными шагами идут в направлении Сехуна, что стоит, пытаясь отдышаться, и тоже, как назло, их не видит. — И что это, позволь спросить, было? — Чанёль хитро прищуривается, поправляя сумку на плече. О резко поднимает взгляд, некоторое время не понимая, о чём его спрашивают. Заметив всё ещё красное лицо Бэкхёна, он шумно выдыхает. Не хотел он, чтобы всё выяснилось таким вот образом, да и вообще не желал, чтобы кто-то знал о его личной жизни подобные подробности. — Только давайте, ребятки, без нотаций, хорошо? — его голос звучит устало, — Лэя я всегда считал довольно приятным, и мы с ним часто сидели вместе в библиотеке, там и познакомились, в принципе. Недавно, как я и рассказывал, он мне признался, вот только я вместо молчания ответил ему взаимностью, — у Бэкхёна чуть глаза на лоб не полезли, — Не, ну, а что? Попробовать стоило, ничего в этом такого нет. — И что это тогда за спектакль был в столовой? — Чанёль улыбается. — Ну, я просил его не показывать чувства открыто, но он сказал, что именно это делать и собирается. Запаниковал просто. Не говорите ребятам, пожалуйста. Чанёль некоторое время собирается с мыслями, а потом обнимает изумлённого Сехуна. Тот сразу отвечает на объятия, хотя обычно в их отношениях подобных проявлений чувств не бывает. Бэк же стоит, в буквальном смысле раскрыв рот. — Я такой дурак, — почти неслышно шепчет Чан, — Сехун, думаю, мне есть, что тебе сказать. Бэк, если хочешь, можешь домой идти, ну, или посидеть на трибунах, буду рад, — говорит уже громче. Бэкхён кивает, спешно проходя мимо двух друзей и занимая место в зале. Некоторые игроки уже разминаются, но тренера на площадке ещё нет. Чанёль никогда не думал, что найдёт в себе силы признаться в этом кому-то. Бэкхён — другое дело, они, по сути, в тот вечер впервые толком общались. Но вот говорить о своей ориентации и о своей ушедшей любви с тем, с кем слишком много общих воспоминаний, оказывается куда труднее. Пак выбирает слова с большой осторожностью, и он рад, что Сехун слушает внимательно, не перебивая и выжидая, когда возникают паузы. О Лухане говорить всегда тяжело, даже вскользь упоминая, а рассказывать о своих чувствах к нему и вовсе подобно смерти. Говорить о любви Лухана к Сехуну тоже почти невозможно, но Чанёль выдавливает это из себя вместе со слезами. — Я, — голос О дрожит, — И не догадывался, — имея в виду вовсе не ориентацию Чанёля, — Всё, — он выдыхает, — Так странно. Прости, что был преградой между вами, честно, даже не думал о крошке Лу как о предмете симпатии. Исин — первый парень, к которому я почувствовал что-то сродное. Они говорят ещё пару минут, оба взбудораженные переполохом в своих мыслях, а затем Чанёль идёт переодеваться. Сехун стоит рядом, опираясь на свой локер, и то и дело спрашивает, точно ли между ними ничего не поменяется. Пак устал повторять, что нет, однако понимает, что это ложь, ведь теперь они будут куда ближе. Бэкхён никогда особо не увлекался какими-либо видами спорта, разве что американский футбол по телевизору смотрел, но баскетбол — это красиво. После долгой разминки ребята начинают играть, и Бён следит только за Чанёлем, что тоже бросает на него взгляды иногда. На майке у парня давно образовались характерные пятна от пота, но Бэк почти чувствует, что у него ещё полным-полно бешеной энергии, которую он готов выдать полностью. Когда Чанёль садится на скамейку, заменённый каким-то игроком, то тут же бросается к поданной Сехуном бутылке воды, выпивая все пол-литра залпом, да так неаккуратно и быстро, что немалая часть стекает по его шее. И Бэку кажется это даже красивее, чем сама игра, потому что шея у Чанёля очень мощная, сильная. Пак оборачивается на пристальный взгляд, улыбчиво машет рукой засмотревшемуся, и Бэкхён машинально отвечает ему тем же, сглатывая. Бэку странно. Несмотря на то, что на людях они продолжают улыбаться друг другу и заигрывать, общаться на самом деле начинают меньше, ведь Пак нагружен. Бэк лишь не без сожаления вздыхает, оглядываясь время от времени на пустующий столик: Чанёль на тренировке. Даже на занятие драматического кружка Пак приходит к середине, но Ли сонбэним прощает, мол, сам в юношестве баскетболом увлекался. Даже если они и говорят, то в процессе перехода от одной аудитории к другой, ну, или, на худой конец, в столовой, где Чанёль то и дело норовит обнять Бэка, но последний осознаёт, что это всё для окружающих. Искренности чувствуется мало, да и что он, собственно говоря, хочет, если их отношения с самого начала построены только на лжи? Наверное, этого факта достаточно для того, чтобы Бэкхён скидывал чужую руку со своего плеча. Сехуну просто. С признанием друга картина собралась воедино, и он теперь по-настоящему видит, что между этими двумя есть химия, хоть в последнее время Бэк и холоден. Его догадки только подтверждаются тревожным Тао, то и дело одергивающем друга. Наверное, Сехун не один такой наблюдательный. А Чанёлю хорошо. Он воодушевлён приближающейся игрой, на которую, он уже точно знает, Бэкхён придёт, что будет дополнительной мотивацией. Оплошать перед другом мало кто захочет, правильно? К тому же, присутствие Бэка (ну, парень сам так говорит) важно для поддержания их имиджа парочки, всё-таки мероприятие массовое, будет странно, если Бён его проигнорирует. Бэкхён приходит к нему в раздевалку перед матчем, неловко переминаясь с ноги на ногу. Комната полна полуголых парней, которые бросают ему приветствия, а вот Пак уже завязывает шнурки, высунув кончик языка. Сехуна Бэк видел говорящим с Исином в коридоре, а потому даже знать не хочет, чем эти двое там сейчас занимаются. Картинка страстно целующейся парочки до сих пор не выходит из его головы. Воспоминания вновь заставляют щёки Бёна алеть, и Пак, подняв голову, замечает это. — Что, парни тебя смущают? — хмыкает он, вставая со скамейки. — Нет, так, просто жарко тут, — для пущего эффекта Бэкхён начинает обмахиваться руками наподобие веера, и Пак смеётся, помогая ему с помощью своих больших ладоней-лопат. Они стоят так несколько секунд, а потом Бён, решившись, обнимает баскетболиста, пусть и порывисто. — Удачи, — говорит он, отстраняясь, — Я, в принципе, за этим-то и пришёл. — Спасибо, — Чан кивает, — Я буду стараться не подвести твои ожидания. Когда Бэк уже сидит на трибуне, наблюдая за разминкой команд, рядом с ним располагается Исин, здороваясь. Тао с Крисом опаздывают, но последний в смс клятвенно клянётся, что они успеют, потому что «Надо посмотреть на этого твоего Пака». Конечно, Бэкхёну не особенно нравится определение «твой», но Крису об этом говорить, пожалуй, бесполезно. Пара приходит почти за минуту до начала, и они садятся по сторону Лэя, попутно знакомясь. Крис шепчет Тао, что «приторможенный какой-то тип», но Исин всё слышит и несильно ударяет обидчика в бок, отчего тому приходится признать, что реакция у парня всё же на должном уровне. После начала матча Бэк выпадает из реальности. Как и обещалось, Чанёль выступает в стартовом составе, его номер на форменной майке — 22. Поначалу Пак почему-то толком не включается в игру, это замечает даже далёкий от баскетбола Бэк. Он не в полную силу блокирует мяч, делая промашки, однажды даже не ловит передачу. Крис вставляет что-то обидное, но Бэкхён видит, насколько спокоен тренер, и его это тоже немного успокаивает. После первой четверти на поле выходит Сехун, подменяя какого-то игрока, а счёт меж тем 20:13 в пользу противников. В Чанёле происходит резкая перемена, он будто бы оживает, и Крис с ухмылкой говорит, что выставлять игрока сначала нестоящим хоть и примитивный приём, но, как бы то странно ни было, довольно действенный. И Бэкхён видит это по реакции противников, которые, давно отбросив номер 22 из мыслей, сейчас пытаются с ним совладать. Во время большого перерыва Бэк порывается спуститься к игрокам, но Лэй его удерживает, мудро подмечая, что парням сейчас встряски и волнений и без того хватает. Несмотря на то, что матч товарищеский, нужно ведь показать себя достойно перед своими болельщиками, которых собралось добрая треть зала. Третья четверть даёт ярче играть капитану, который то и дело успешно атакует чужое кольцо. Первые минуты четыре, правда, соперники сосредоточены больше на Чанёле, ожидая от него действий, но замечают свою ошибку, пусть и не совсем вовремя. В любом случае, расчёты тренера работают, что даёт команде фору уже в девять очков. В четвертой четверти сияют Чондэ и Чанёль. Как два самых бойких игрока, в тандеме они работают слаженно и резко, чем, правда, немного осложняют жизнь всей команде. На пятой минуте тренер даже берёт тайм-аут, дабы охладить их пыл. Конечно, резвость — это хорошо, но важно помнить и о командном духе. За две минуты до конца счёт уравнивается, и попытки команд изменить ситуацию проваливаются. Когда остаётся тридцать секунд, Чанёль завладевает мячом в трехочковой зоне, и он сначала решает, что стоит забить самому, хоть и понимает, что шанс, судя по его прежним попыткам, не велик. На долю секунды встретившись взглядом с улыбнувшимся Бэком, он делает свой выбор, отдавая пас Сехуну, который, не обременённый защитниками, стерегущими в это время Чана, забивает победный мяч. Лэй вскакивает вслед за счастливым Бэкхёном, и они на эмоциях обнимаются. «У нас самые лучшие парни!», — восклицает Исин, не замечая, как резко меняется настрой Бёна. Всё-таки Чанёль — его друг. — Он неплох, — заключает Крис, когда они спускаются с трибун по окончании победного матча, — Наверное, я бы даже с ним сыграл. — Тоже мне, эксперт нашёлся, — закатывает глаза Тао, повиснув на его руке, — Бэк, не обращай на моего зазнайку внимание. Лэй, спасибо за компанию, мы пойдём уже, а вы ждите. Тао договаривает это, показав на прощание ребятам язык, мол, вам ещё долго тут сидеть. Оба, и Лэй, и Бэкхён, отвечают ему тем же, склонив головы в одном направлении. Сехун выходит одним из первых, тут же получая тёплые объятия и невесомый поцелуй в губы. Парень еле сдерживается, чтобы не сильно показывать смущение при Бэке, но потом всё же берёт Исина за руку, ведя его на улицу. По традиции, команда, конечно, должна бы отпраздновать победу вместе в каком-нибудь кафе, но все слишком устали, да и завтрашнюю учёбу никто не отменял. Бэкхён ждёт долго, успев, хоть и одетый, замёрзнуть в коридоре, где дверь на улицу то и дело открывается. Большинство парней уже давно ушли. Решив, что ничего страшного не произойдёт, если он поторопит копушу-Чанёля, Бэк идёт в раздевалку. Пак выходит из душевой в одном полотенце, прикрыв глаза, и, покачивая бёдрами, напевает песню девчачьей группы. Бэк какое-то время просто ошарашенно наблюдает за этим «нечто», а потом взрывается хохотом, приводя Чанёля в чувства. — Мог бы хоть как-то показать своё присутствие, — недовольно бурчит баскетболист, насупившись, — И, да, я тут ведь и голым мог быть! Бэкхён только сейчас осознаёт, что, в общем-то, так оно почти и есть, потому что принимать за нормальную одежду белое махровое полотенце не совсем в его правилах. Вода стекает с волос, образуя на подкаченном теле влажные полосы, но Бён смотрит не на них, а в глаза Паку, одновременно с этим улыбаясь. — В любом случае, поздравляю с победой, вы того заслужили, — Бэк, снимая куртку, садится на низкую скамейку. — Спасибо, — кивает Чан, подходя к своему локеру, — Надеюсь, на более ответственных матчах я покажу себя не хуже. Ты ведь будешь приходить? Бэкхён с серьёзным лицом выжидает минутную паузу, заставляя застывшего Чанёля напрячься, а потом, проявляя на лице давно рвущуюся улыбку, говорит, что, конечно, будет. Куда он денется от того, кого уже посмел назвать своим другом? Говоря словами одного известного Антуана, ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. — Ну, радует, что сегодня ты добился того, чего хотел, — Бэк, понятное дело, имеет в виду признание. — Кстати, об этом, — рука Чанёля застывает над сложенной на полке рубашкой, которую он, однако, так и не достаёт, подходя ближе к собеседнику, — Сегодня ведь особенный день, да? — говорит со всей серьёзностью, и Бэк непонимающе кивает, соглашаясь, — Тогда, знаешь… Чанёль встаёт перед ним на колени, как был, в полотенце, так, чтобы их лица находились на одном уровне. Он глазами внимательно изучает, будто никогда раньше не видел, лицо Бэкхёна, а тот отвечает ему таким же бегающим взглядом, в котором трудно разобрать его чувства. Чанёль разводит колени Бэка, положив на них свои ладони, так, чтобы можно было между ними расположиться. Парень не протестует, но и никак не помогает, наблюдая за всем будто бы со стороны. Пак думает, что, наверное, решил для себя всё ёщё в первую неделю их «отношений», но особенно ярко ощутил в последнюю, когда из-за баскетбола общение стало отличаться от прежнего. Уже ни на что не надеясь, но осознав, что дальше так продолжаться не может, Чанёль осторожно приближается к лицу Бэка, последний раз вопрошающе взглянув в глаза, не найдя там, правда, никакого ответа. Их щёки одинаково горят, хотя не так уж и жарко, и Чанёль, наконец, дарит таким желанным губам свой поцелуй, не ожидая даже, что ему ответят мгновенно. Бэкхён и сам удивляется своей реакцией, но отдаётся искушению полностью, приоткрывая рот, давая волю уверенным движениям Чанёля, который, опьяненный взаимностью, в самом деле целует властно, упиваясь моментом до конца. Его ладони медленно поднимаются выше, поглаживая бедра Бэка, а Бэк тем временем осторожно касается руками его плеч. Когда Чанёль отстраняется, то видит лишь лицо смущенного Бэкхёна, который, рассеяно на него смотря, прикладывает пальцы к своей пылающей огнём коже. Не удержавшись, Чанёль припадает к его шее, своим действием заставляя парня выдать негромкий стон сквозь зубы. Водя руками по спине Пака, Бэк сильнее закидывает голову назад, открываясь. И Чанёль, кажется, сходит с ума от такой близости и их учащенных дыханий, потому что мгновением позже он уже расстегивает джинсы Бёна, кое-как стаскивая их до колен. Наверное, в момент, когда рука Пака касается его полового органа через белье, вызывая тем самым вполне понятную реакцию, к Бэкхёну возвращается часть улетучившегося сознания, ибо что они, блять, творят. В попытках вернуть себе волю, Бэк не успевает понять, когда тёплый рот Чанёля вместо его губ, как было несколько минут назад, накрывает его член. И, что самое гадкое, противиться этому почти невозможно и почти не хочется. Бэкхён закрывает глаза, тяжело дыша, и пытается заставить себя ударить Пака, но, на самом деле, выходит что-то вроде поглаживания по голове. Перед глазами встаёт расстроенное лицо Виен, а, как известно, третий в сексе лишний. У Бэка наворачиваются слёзы, ему кажется, что он просто шлюха года, а потому, найдя силы, ничего не понимающего Чанёля он от себя всё же отталкивает, тут же подскакивая, второпях пытаясь быстрее одеться, но с диким стояком это не очень-то легко. — Что, — начинает, Пак, хватая его за руку, — Что случилось? — Я не хочу, — вырываясь из захвата, твердо говорит Бэк, — У меня есть девушка, и это, — он многозначительно проводит рукой в воздухе, выводя образ парня напротив, — Мне совсем не нужно. Когда заплаканный Бэкхён выходит из раздевалки, громко хлопая дверью, Чанёль медленно оседает на пол.