Слезы дракона

      Тирион Ланнистер не хотел сообщать Дейенерис о присутствии в столице леди Мормонт с малолетней дочерью – зачем давать ей лишний повод для печали. Но разве он может от нее что-то утаить? Разумеется, Дени стало об этом известно почти сразу – кто–то из слуг королевы успел заметить в порту сира Джораха, который, сопровождая леди Лианну, привез в столицу и свое небольшое семейство – жену и двух сыновей. Потом королева узнала, что ее супруга видели заходящим в дом, где у короля не должно было иметься никаких дел. И, наконец, сам Джон уже несколько дней выглядел то встревоженным, то наоборот, едва скрывал радостную улыбку. И, как обычно в последнее время, в минуты сомнений и душевного разлада Дейенерис пришла к своему советнику.       Тирион ждал этого разговора – лучше королева узнает об истинном положении вещей от него, чем будет мучиться сомнениями и самой собирать сведения. В конце концов, пускай Дени еще раз убедится, что ему, Тириону, всегда все известно. И хотя бы в этом качестве он незаменим. А потом, возможно, ей захочется узнать и о других его качествах… Если бы… Тириона немного беспокоило, что королева так небезразлична к подробностям любовной истории своего мужа, к которому сама никогда чувств не испытывала. Ей бы забыть о леди Мормонт после того, как выяснилось, что ребенок от Джона - девочка, носящая фамилию своей матери, никакой угрозы для престолонаследия не представляет. Но по - прежнему Дейенерис продолжала отслеживать, казалось, каждый шаг супруга.       Она вошла в покои Тириона и расположилась в глубоком мягком кресле у очага. Отблески пламени играли теплым желтым цветом на блестящем шелке ее платья, в то время как лицо Дени оставалось в тени. И Ланнистер в который раз загляделся на свою королеву, стараясь смотреть поверх бокала, чтобы его взгляд не смутил женщину… раньше времени. - Что вам известно, Тирион? – без предисловий начала Дейенерис. Она знала, что советник понимает ее уже с полуслова. - О, Ваше Величество, ничего особенного не происходит, - Тирион всегда старался снизить эмоциональное напряжение беседы в самом начале. Особенно, если все эти интрижки не стоили внимания такой женщины, как Дейенерис. – На Севере началась эпидемия какой–то хвори – болеют в основном дети и старики, некоторые даже умирают. Поэтому леди Лианна, опасаясь за дочь, приехала сюда, на время, конечно. Пока эта зараза не затихнет. – Тирион умолчал о том, что и Мормонт привез своих детей в Королевскую Гавань. Правда, рыцарь на следующий же день по морю отправился в обратный путь. На Медвежьем острове никто пока не заболел этой неведомой ранее болезнью, но нужно было контролировать положение дел и возможно, ввести карантин. Ланнистер тогда удивился, что леди Лианна доверила это своему двоюродному брату и согласилась покинуть остров, но, видимо, материнство меняет женщин – безопасность собственного дитя становится превыше долга. - Что это за хворь? - насторожилась Дейенерис, также в первую очередь подумав о Нэде. - Кто ж это знает, Ваше Величество? – пожал плечами карлик. – Одни говорят, кто–то завез заразу с Летних островов, другие – что она пошла из деревни, где разрыли старое кладбище… Какая разница? Ваш супруг приказал временно закрыть движение по Королевскому тракту, начиная с перешейка. На несколько недель, я полагаю. - Значит, сейчас Лианна с дочерью буду жить в Королевской Гавани…, - словно размышляя про себя произнесла Дейенерис. - Да, какое – то время. Но почему это так беспокоит Ваше Величество? – Тирион решил задать этот вопрос напрямую. Королева промолчала. Признаться в ревности к мужу, пусть и нелюбимому? Ждать, когда Джон приблизит ко двору свою любовницу, чтобы взгляд Дейенерис постоянно замечал счастье в глазах супруга и этой низкородной, почти нищей девицы – счастье – которого сама Дени была лишена. Видеть плод этой внебрачной связи – дочь, которой не было у самой королевы – и которую Джон любит так же, как и их законного сына. Нет, в этих своих опасениях Дейенерис с трудом признавалась даже самой себе. Она никогда не предполагала, что что – то может стать дороже и значимее, чем ее Железный Трон. Дени помнила, что никто из ее предков не был счастлив, занимая его, ей казалось, что она готова к такой участи, но видеть чужое счастье рядом, так близко – это было бы просто невыносимо больно.       Тирион почти прочел все мысли королевы и не стал прерывать ее молчание. Он протянул Дейенерис бокал сладкого подогретого вина с кусочками фруктов, как ей нравилось. Женщина подарила ему благодарный взгляд и теплую улыбку: - Спасибо, Тирион! Вы как будто угадываете, чего мне хочется… Расскажите, какая она.       Ланнистер не сразу понял, о ком спрашивает королева – ведь леди Лианну она знала лично. - Пожалуйста, вы ведь видели ее… девочку Джона. Видели, не правда ли… - едва ли не с мольбой в голосе произнесла Дени.       Тирион неожиданно для себя растрогался – вот оно в чем дело. Конечно, он видел дочь Джона и Лианны. Более того, он обсуждал с королем меры, чтобы предотвратить распространение хвори и помог ему найти подходящий дом для обеих леди Мормонт и их детей. Он вместе с Джоном даже сопровождал их в этот дом и рекомендовал надежных слуг. Правда, Тириону было любопытнее посмотреть на жену сира Джораха - выбрал ли тот женщину, похожую на Дейенерис. Выяснилось, что нет. Леди Айрис оказалась хоть и невысокой, как королева, но кареглазой и темноволосой, весьма миловидной особой, глядевшей на своего мужа с обожанием. - Девочка похожа на вашего супруга, Дейенерис, - ответил Ланнистер, - она черноволоса, глаза, кажется серые. Ребенок, как ребенок… играет, бегает, лопочет что–то, – он не знал, еще мог сказать королеве о незаконной дочери Джона. - Нэд тоже очень похож на него и совсем нисколько – на меня, - задумчиво произнесла Дейенерис. - Смешение разных кровей может рисовать причудливые картины, - ответил Тирион, - Ваш следующий ребенок может походить и на вас. Дени вздохнула и, помолчав, задала карлику вопрос, который он предполагал услышать, но не был сразу на него ответить: - А вам хотелось бы иметь детей, похожих на вас?       Тирион никогда об этом не думал. И тот ответ, который сейчас ему сам собой напрашивался, являлся слишком дерзким и мог разрушить все надежды Ланнистера завоевать сердце своей королевы. Правда может погубить – Тирион знал это слишком хорошо. Но Дейенерис была рядом – прекрасная, грустная, нуждающаяся в любви и поддержке. Выпитое вино сделало ее взгляд слегка рассеянным и как будто просящим… чего? Всего лишь ответа на заданный вопрос? Казалось, протяни руку и она - его - растворится в объятиях, сожмет его плечи длинными белыми пальцами, прикоснется мягкими теплыми губами к его губам... Тирион встал и подошел к сидящей в кресле королеве несколько ближе, чем того требовал этикет и, глядя ей в глаза, произнес: - Я буду откровенен. Я хотел бы детей, будь их матерью вы, Дейенерис. - О! – вырвалось у женщины. Трудно было прочесть в ее взгляде, о чем ей подумалось в этот момент, но она ответила сама, - Мне… очень нравится ваша откровенность, Тирион.       Дени протянула руку и легко коснулась щеки советника. Он порывисто прижал ее ладонь к своему лицу и, сделав еще шаг, приник к ее губам поцелуем. Губы действительно оказались теплыми и мягкими, а спустя мгновение Тирион почувствовал, как тонкие пальчики Дейенерис ласкают его шею.