baby, baby

Вместо того чтобы сразу после программы пойти домой, Дэхён отводит Чжунхона и Чонопа в парк неподалёку, чтобы те выпустили куда-нибудь свою лишнюю энергию. — Я должен постоянно видеть вас, — объясняет парень правила. — Если вы не слышите меня — значит, вы слишком далеко. Ведите себя хорошо с другими детьми, — сам он садится с книгой, которую хотел закончить ещё в прошлом месяце. Но каждый раз, когда какой-то ребёнок восторженно кричит, Дэхён отвлекается от чтения; да и в любом случае он не может сосредоточиться, потому что всё ещё думает о своей матери. Отец держал его в курсе о её здоровье, которое постепенно улучшается, и даже если он и чувствует облегчение, то не может заставить себя порадоваться… или простить. Он думает, что в этом случае проблема — в его гордости. — Ах! — Чжунхон мчится к Дэхёну и сталкивается с его коленями, заползая на лавочку рядом с парнем. — Можем мы и завтра сюда прийти? Дэхён откладывает книгу в сторону и улыбается. — Тебе нравится этот парк? — Да! Чоноппи-хён сказал, что завтра он научит меня спускаться с той вжух-вжух-вжух штуки, — восторженно говорит мальчик, вертя пальцами в описании лазалки. — Почему не сегодня? Чжунхон кривится. — Он занят. Играет с Суён. Мальчик указывает в сторону, и взгляд Дэхёна прослеживает за его пальцем. Там, под большой жёлтой горкой, Чоноп строит миниатюрную крепость из палок вместе с маленькой девочкой. — Они — друзья, — объясняет Чжунхон. — Но он говорит, что я не могу дружить с ней. — Это — не очень хорошо, — говорит Дэхён безмятежно. Мальчик снизывает плечами. — Ничего страшного. Мне всё равно не нравятся девчонки. Затем он спрыгивает со скамейки и, вскрикивая, бежит к группке мальчиков возле лесенки. Дэхён трясёт головой, улыбаясь, и откидывается на спинку лавочки, держа книгу на коленях. — Он — ваш? — спрашивает женщина справа от него. — Нет, я лишь присматриваю за ними. — Ну, он — очаровательный, — всё равно говорит она.

***

В этот вечер Химчан возвращается домой рано. Это не так уж и необычно, в отличии от того, что происходит дальше. Дети рисуют за кухонным столом, а Дэхён включает автоматическую рисоварку, уже покрошив овощи и замариновав мясо, когда Химчан проходит в центр кухни и, раскинув руки, заявляет: — Давайте сходим куда-нибудь поужинать. Дэхён от удивления почти роняет доску для нарезания себе на ногу, пока Чжунхон с Чонопом лишь молча моргают на своего отца; на пол падают мелки, выпавшие из их рук. Химчан улыбается и ждёт, и Дэхён спешит стянуть с пояса розовый фартук. — Куда? — спрашивает он. Химчан пожимает плечами. — Не знаю. У меня был удачный день на работе, я рано вернулся домой, и я хочу сходить куда-нибудь с… со своими детьми. Чоноп, Чжунхон, чего вы, ребят, хотите? — Гамбургеры! — тут же предлагает Чоноп, запихивая мелки обратно в коробку и соскальзывая со стула, и бежит к отцу, чтобы убедить его, но Чжунхон от него не отстаёт. — Спагетти! — Картошку фри! — Курицу! — Пиццу! — Воу, — произносит Химчан, останавливая их обоих, когда дети хватаются за его ноги. — Вы буквально выбираете каждый вредный фаст-фуд, доступный нам. Дэхён, что ты думаешь? Дэхён думает, что то, как мужчина сейчас улыбается, — невероятно вредно для его здоровья, с тем, как учащается его пульс, а вся кровь приливает к щекам и шее. Он думает, что Счастье хорошо смотрится на Химчане. Он думает, что Ёнджэ прав — он очень, очень привязан. — Итальянский ресторан может быть неплохим вариантом, — медленно произносит парень. — Там есть спагетти, но ещё и фрикадельки для Чонопа, которые похожи на мини-гамбургеры… Они вовсе не похожи на мини-гамбургеры, и Чоноп одаряет его немного подозрительным взглядом, но затем весьма серьёзно кивает. — Я попробую, — предлагает он.

***

Почти весь ужин они следят за тем, чтобы меньше соуса оказалось на столе и больше — во рту детишек. Чжунхону нравится прихлёбывать свою лапшу, так что каждый раз, когда он пытается съесть спагетти, повсюду разлетается красный соус, словно вода из сломавшегося крана. Чоноп же словно хочет зарыться лицом в своей тарелке, так что даже если он и не пачкает всё вокруг, то сам оказывается в полном беспорядке. — Мы пытались, — вздыхает Химчан, вытирая всё лицо Чжунхона в двадцатый раз за этот вечер. Чжунхон смеётся за салфеткой. Чоноп объявляет, что ему нравится итальянская еда. Дэхён невероятно чётко осознаёт то, как близко стоят их ноги под столом, как каждый раз, когда Химчан двигается, он задевает парня, и Дэхён старается не показывать этого на лице. Они делят бутылку вина, но она остаётся забытой, а их тарелки — полными, пока мальчики первыми не заканчивают есть. Химчан наливает ему бокал, а затем — и себе, когда официант забирает тарелки Чонопа и Чжунхона. Он подпирает телефон баночками с солью и перцем, включая для детей мультфильм. — Ладно, — говорит Химчан. — Я жутко голоден. На вкус вино терпкое и насыщенное, оно немного горчит на языке Дэхёна, но с каждым глотком в его желудке распространяется тепло, особенно наполняясь пастой. Ресторан сам по себе шумный и хорошо освещённый, достаточно обыденный для семей и компаний друзей. Он ожидал, что Химчан начнёт раздражаться от неряшливости детей, но мужчина справился со всей ситуацией с таким спокойствием, которое, как надеется Дэхён, останется и в будущем. В кои-то веки Химчан выглядит по-настоящему расслабленным. Старший мужчина заканчивает очередной бокал вина, и глаза его сияют. — Надеюсь, ты умеешь пить? Мне ведь не придётся выносить тебя отсюда, верно? Дэхён трясёт головой, улыбаясь, и делает вид, что его рот слишком полон, чтобы ответить; на самом же деле разум парня застывает, слишком потерянный в образе Химчана, наливающем ему алкоголь. Они все вместе выходят из ресторана, Чжунхон — на руках у Химчана, а Чоноп держится за Дэхёна. Может, это от вина парень краснеет, и всё кажется таким мягким и тёплым; но Химчан — совсем близко, и их пальцы и плечи иногда касаются, пока они идут обратно в город в компании сонных детей. Химчан предлагает заплатить за такси Дэхёна, но парень отказывается, предпочитая электричку, так что они идут к станции. Пока он ищет проездной в своём кошельке, Чоноп возвращается к отцу, и Химчан говорит: — Когда я пришёл домой, ты выглядел… немного расстроенным. За ужином мне показалось, что ты не хочешь говорить об этом, но я надеюсь, что сейчас тебе уже лучше. От удивления Дэхён роняет свой проездной, тут же спеша его подобрать. Химчан поправляет Чжунхона в своей хватке и берёт Чонопа за руку. — Мне кажется, я привыкаю, — говорит он мягко. — Спокойной ночи, Дэхён. Парень идёт на станцию, чувствуя себя глупо и немного ошеломлённо, не в состоянии стереть улыбку с лица.