baby, baby

Дэхён приподнимает брови, когда видит имя звонящего абонента на экране своего телефона. Он берёт трубку, хмурясь, когда Ёнджэ бормочет себе под нос: «Грубо». — Алло… — Помоги, — спокойно произносит Химчан с другого конца. — Я знаю, что сейчас выходные, и я заранее не предупредил. Но дети вышли из-под контроля. — Хотите, чтобы я зашёл? — тут же спрашивает Дэхён. Он вздрагивает, когда Ёнджэ пинает его под столом. Удар вовсе не сильный, скорее так, для видимости. Сегодня они впервые за долгое время проводят время вместе; наконец, их графики совпали, и Дэхёну не нужно читать огромное количество литературы по учёбе, так что они собирались устроить себе поздний завтрак, посмотреть фильм, пройтись по магазинам, а под конец дня — поужинать и немного выпить. Он и Ёнджэ с большим нетерпением ждали этого момента. — Если можешь, — отвечает Химчан. Он звучит так, словно у него напряжены челюсти, словно он стискивает зубы. На заднем плане Дэхён слышит вереск и думает, что это, наверное, был Чжунхон. Затем что-то разбивается. Химчан ругается себе под нос. — Ладно, — я в полной катастрофе, — продолжает он быстро. — Если ты сможешь прийти и помочь, то спасёшь мою жизнь. — Дайте мне полчаса, — говорит Дэхён, съёживаясь под свирепым взглядом Ёнджэ. Чтобы отвлечь себя, он елозит кусочками омлета по тарелке. Парень слышит вздох Химчана. — Спасибо, — говорит мужчина. — Спасибо, спасибо. Он кладёт трубку. Ёнджэ прочищает горло, когда Дэхён откладывает телефон. — У нас были планы на целый день, — жалуется он. — Я уже даже купил нам билеты в кино! — Уверен, Ынджи с удовольствием сходит, — предлагает Дэхён, пытаясь улыбнуться. — Уверен, так и есть, — отвечает Ёнджэ, — но суть не в этом. — Я заглажу перед тобой вину… Буду покупать тебе кофе всю следующую неделю! Извини. Он звучал так, словно был в панике, Ёнджэ. Я должен… — Они — его дети, — обрывает его друг, плюхаясь обратно на своё место, и скрещивает руки, надув губы. — Ему нужно научиться, как самому справляться с ними. — Он всё ещё учится. — Ну, — насмехается Ёнджэ, — как-то не особо похоже. Он ворчит, когда Дэхён достаёт достаточно налички, чтобы заплатить за обе их порции, и они немного пререкаются, когда собираются уходить, но Дэхён уже всё решил. Ёнджэ звонит Ынджи, чтобы узнать, хочет ли она сходить с ним в кино, а Дэхён отправляется к Химчану.

***

— Слава богу, — выдыхает Химчан, открывая дверь, и уже разворачивается обратно в дом, пока Дэхён снимает обувь. — Клянусь, сегодня что-то с водой не так… они словно одичали, — на мужчине чёрная майка и тонкие спортивные штаны, так что Дэхён не может не задержать взгляд на твёрдой линии его открытых плеч и узкой, крепкой талии. Парень подпрыгивает, когда Химчан поворачивается к нему, в страхе, что его поймали за разглядыванием. Когда он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, его прерывает Чжунхон, летящий по лестнице вниз и вопящий так громко, как только может. — О, нет, даже не думай, — рычит Химчан, перехватывая сына до того, как тот добежит до гостиной. Он поднимает мальчика, держа за бока, и вздрагивает, когда Чжунхон не прекращает размахивать ногами. — Поставь меня! — раздражённо требует ребёнок. — Эй! Папочка! — Я говорил тебе не бегать так по лестнице, — произносит Химчан. Чжунхон кричит, и мужчина от удивления быстро отпускает его. Мальчик уносится прочь, бросаясь на подушки в гостиной комнате. Химчан со злостью чешет голову, и Дэхён начинает замечать следы всех злоключений за прошедшие несколько часов в натянутой коже вокруг его глаз и губ. — Они так ведут себя весь день, — признаётся Химчан, шагая к Дэхёну и становясь практически бедро-к-бедру с ним. — Я почти позвонил Ёнгуку, но потом… Мне нужно перестать так полагаться на него, понимаешь? То есть, вместо этого он теперь полагается на Дэхёна. Всего несколько дней назад Химчан говорил о своей постепенно растущей уверенности в воспитании детей, но сейчас Дэхён не видит и следа от неё в мужчине перед ним. — Эй, — мягко начинает парень, а его пальцы застывают над рукой старшего. Химчан поворачивается к нему лицом, близко. — Всё нормально. Такое случается. Бывают хорошие и плохие дни, и всем иногда нужен перерыв. Почему бы вам не отдохнуть немного? Я пока за ними присмотрю. Мужчина опускает плечи и выдыхает. — Разместить объявление и нанять тебя… — говорит он, так и не заканчивая мысль. Химчан наклоняется ещё ближе, и их плечи сталкиваются. — Всего час, — продолжает он. — Это — всё, что мне нужно. — Без проблем, — голос Дэхёна ломается на этих словах, а уши краснеют, когда Химчан улыбается.

***

— Хён, — говорит Чоноп, сидя перед рисоваркой. Он наблюдает за тем, как из-под крышки поднимается пар, положив голову на руки. — Хён, когда оно будет готово? — Всего пару минут, Чоноппи. Они решили приготовить рисовые шарики. Точнее, Дэхён решил, что им нужно сесть и поделать что-нибудь вместе, что-то одновременно тихое и продуктивное, а Чжунхон сказал, что хочет есть. После почти десятиминутной погони за ними по первому этажу, дети, наконец, достаточно устали, чтобы им понравилась эта идея. Чжунхон стоит возле Дэхёна на небольшой стремянке, выдавливая звёздочки и сердечки пластиковой формой для печенья из тонких морковных ломтиков и ветчины, что приготовил для него старший. — Нам нравится, когда хён здесь, — говорит Чжунхон, пыхтя, и улыбается, получив морковную звезду. — Мне тоже нравится, когда я здесь, — соглашается с ним Дэхён. — Хёну стоит просто жить здесь, — щебечет мальчик. — С нами и папочкой. — По поводу этого я не уверен. — Папочке бы это понравилось, — говорит Чжунхон, поворачиваясь к старшему и приостанавливая свою работу. Каким-то образом у него на лице оказывается кусочек ветчины. Дэхён снимает его с мальчика. — Папочке нравится хён. Дэхён смеется, когда Чоноп поднимается на стремянку к Чжунхону, втискиваясь на маленькую ступеньку. — Хён рад из-за этого? — спрашивает его Чоноп, сводя брови вместе. — Оооуууууу, — протягивает Дэхён, а в его голове сразу появляются сентиментальные картинки, как они с Химчаном держатся за руки на пляже, ходят по магазинам, собираются в кинотеатр, гуляют вдоль реки Ханган. — Думаю, рис уже готов. — Отличненько! — радуется Чжунхон. Они проводят следующий час осторожно делая маленькие рисовые шарики, посыпанные засушенными водорослями и кунжутом и украшенные морковными звёздочками и сердечками из ветчины, а их разговор вьётся около инструкций всех действий и того, что дети хотели бы на ужин на следующей неделе. Они готовят столько, что целый поднос оказывается заполненным, и Чжунхон настаивает на том, чтобы упаковать немного в пластиковые судки и принести другим ребятам на летней программе в понедельник. — Видишь? — Дэхён слышит, как Чоноп шепчет Чжунхону, складывая рисовые шарики в коробочку. Дети всё ещё сидят за кухонным столом, заканчивая с оставшейся едой. — Я же говорил, что он придёт.