baby, baby

Остаток вечера проходит, как ураган; Дэхёну немного кажется, словно он катается на американских горках, чувствуя, как кружится его голова и перехватывает дыхание, каждый раз, когда Химчан открывает перед ним дверь, или кладёт свою руку возле его, касаясь пальцами, в ресторане, или сталкивает их щиколотки вместе под столом. От внимания официантки это не укрывается, но она лишь улыбается и никак не комментирует то, как они пялятся друг на друга, или то, как Химчан хихикает над парнем над стаканом воды, которую он потягивает. Детям они дают мелки из рюкзака Дэхёна, чтобы те развлекли себя раскраской бумажных подставок. Может, пар от той еды, что они заказали, ударяет ему в голову. Они сидят, окружённые облаком душистых специй, и отовсюду, как кажется Дэхёну, исходит лёгкая дымка, что делает всё вокруг таким совершенным; а его мысли всё продолжают возвращаться к тому невинному поцелую у входной двери Химчана, побуждая приступы мальчишеской радости, на что мужчина отвечает прикосновением и улыбкой, от чего он снова думает о поцелуе. Что за порочный и прекрасный круг. Химчан сияет улыбкой с тех пор, как они вышли из дома, проявляя ямочки на щеках и окрашивая скулы в розовый. Парень думает о мужчине, которого встретил в начале лета, и почти не может связать тот образ с Химчаном, который сидит перед ним. Он всё ещё стильно одет в отутюженные брюки и свежую рубашку, с короткой и аккуратной стрижкой. Дэхён никогда не видел его с тенью растительности на лице, и он вполне уверен, что в утреннюю рутину мужчины входит нанесение тонального крема под глазами, чтобы его кожа казалась свежей и увлажнённой. Он выглядит как человек, который отправил бы официанта со стейком назад на кухню, если бы тот не был идеально точной степени прожарки, без надобности произносить и слова. Дэхён прикусывает изнутри щеку, чтобы удержаться от смеха. Теперь, когда он уже знает мужчину, то вполне уверен, что Химчан был бы именно таким человеком, но он оставил бы щедрые чаевые в конце ужина. Он немного похож на лимонный пирог с безе: безупречный и немного жёсткий снаружи, но мягкий, сладкий и терпкий внутри. Дэхён опирается подбородком на основание ладони и чувствует, как его собственный взгляд, направленный на точёное лицо старшего, смягчается. Химчан — самая настоящая зефирка. — О чём ты думаешь? — спрашивает его затем мужчина с довольным лицом. Он приподнимает бровь. — О вас, — отвечает Дэхён, тут же чувствуя себя чересчур сентиментальным. Его другая рука смещает несколько небольших тарелок с дороги и приближается к руке Химчана на столе. Мужчина постукивает по тыльной стороне ладони парня, словно он играет на фортепиано. — То есть, о том, когда я впервые вас встретил. — А что об этом? — допытывается старший. Его рука мягко проходится по коже Дэхёна, а затем он переплетает их пальцы, играя с костяшками парня. От этих прикосновений нервы Дэхёна приятно покалывают, а лёгкие наполняются тёплым воздухом. — Вы были немного пугающим, — робко признаёт Дэхён. — То есть, если бы вы сказали мне, что я буду так с вами ужинать спустя два месяца работы, я бы рассмеялся. И, может, спросил бы, а не убьете ли вы меня после этого. Ну, знаете, словно накормите меня последним ужином перед казнью. Глаза Химчана сверкают от веселья, и его пальцы прекращают исследовать руку парня. Дэхён сдерживается, чтобы не надуть губы. — А сейчас? — спрашивает мужчина. — Сейчас… вы — запутанный. Как пирог. На этот раз обе брови Химчана высоко поднимаются. — Пирог? — Ну, знаете, с кучей слоёв. — Думаю, ты имел в виду торт или лук, — бормочет Химчан. — Не-а, — начинаетт Дэхён красноречиво, — определённо пирог. Твёрдая корочка, но мягкая начинка. Мужчина смеётся, от чего в уголках его глаз появляются морщинки, и сжимает руку Дэхёна крепче. Парень чувствует, как по его лицу расползается огромная улыбка.  — Ты, наверное, единственный, кто так думает, — говорит Химчан в перерывах между вспышками смеха, который медленно затихает. — Ты, Бан и моя жена. Одно-единственное слово быстро их отрезвляет, и Дэхён почти отстраняется, но Химчан цепляется пальцами и держится, делая глубокий вдох. — Моё первое впечатление о тебе, — начинает он, и это впервые парень видит его таким неуверенным, неспособным встретить взгляд младшего, — было довольно точным. Я знал, что ты подойдёшь мне. Жар поднимается на щеках Дэхёна от вкрадчивой улыбки Химчана. Парень просто знает, что тот ждал своего шанса, чтобы сказать именно эти слова, но не может найти ничего плохого в них; особенно когда они заставляют его чувствовать так, словно он снова в старшей школе и проводит время с тем, кто ему нравится.

***

Когда ужин подходит к концу, Дэхён говорит Химчану, что ему кажется, что он оставил учебник в гостиной, нужный на завтрашние занятия. Он не говорит ему, что знает, что все его учебники лежат у него в рюкзаке. Они вместе идут домой, взявшись за руки с Чжунхоном и Чонопом между ними. По возвращению домой, Химчан ставит какую-то джазовую музыку на фоне, пока Дэхён притворяется, что ищет свою книгу. Дети помогают с охотой, но Химчан развлекает себя тем, что появляется везде, где ищет парень, нахально усмехаясь, словно понимают всю ситуацию. — Если ты хотел остаться, то мог бы просто сказать, — шепчет мужчина, когда Дэхён, наконец, топчется возле двери. Он сделал вид, что нашёл книгу под радостные возгласы Чжунхона и Чонопа, потому что становилось поздно, и детям нужно было умываться. — Но это так прямолинейно, — отвечает Дэхён, по-кошачьи улыбаясь. Химчан ступает ближе, пока они не оказываются грудь к груди в приёмной. — Значит, тебе нравится прикидываться скромником? — лицо Химчана медленно приближается к лицу парня, и Дэхёну хочется сцеловать с его губ ту ухмылку. Его дыхание перехватывает, когда рука мужчины опускается на его талию, прожигая пальцами кожу. Дэхён вспоминает их первую встречу, и ему снова хочется рассмеяться. — Ох, мистер Ким, — мурлычет он, пытаясь казаться чувственным и наверняка терпя неудачу, судя по тому, как дёргаются уголки рта и трепещут крылья носа Химчана. Глаза мужчины отливают тёмным янтарём, завораживая Дэхёна. Парень делает крошечный шаг вперёд, впиваясь тазовой косточкой в бедро Химчана, и прижимается губами к губам старшего. Химчан вдыхает, словно утопающий, выбравшийся на поверхность озера, а его руки притягивают Дэхёна к себе, пока тот не чувствует, как пряжка ремня мужчины впивается в его живот. — Дэхён… — стонет Химчан, отстраняясь. Он слышит шаги на лестнице позади них. Дэхён поднимает взгляд как раз вовремя, чтобы заметить, как Чжунхон исчезает за углом на втором этаже, а затем слышится пронзительный визг. — Папочка поцеловал хёна! Химчан вздыхает, и теперь всё, что Дэхён может сделать, — это лишь ярко и раскованно улыбнуться. — Мне лучше пойти проверить, всё ли у них в порядке, — шепчет мужчина. Он обвивает руками плечи парня в крепком, тёплом объятии. Дэхён чувствует себя опьянённым старшим, покачиваясь, когда Химчан отпускает его. — Ладно, — любезно соглашается парень. Перед тем, как закрыть дверь, Химчан снова бросается вперёд, чтобы запечатлеть быстрый поцелуй на щеке Дэхёна, желая ему спокойной ночи. Дэхён уходит со свитером мужчины вокруг его плеч, пошатываясь от счастья.